Бешеный

— Чё ты не отвечаешь? — возмущенно спросил Андрей, когда Макс наконец взял трубку. — А ты чё наяриваешь, как коза на баяне? Я Златку укладывал. — Так, погоди. Злата у тебя? — Ну да, а чё? Макс уселся на крыльцо, оставив дверь открытой на случай, если Злата вдруг проснется. — Ну, у тебя же Миша, — проблеял Андрей. — И чё? — Ну, это… Он больше ничего не ломал? — Только пару стереотипов, — проворчал Макс, вдыхая идущий со стороны Сенькиного двора табачный запах. — А? — Забей. Макс задумчиво посмотрел на светящийся в темноте кончик сигареты и вдруг очень захотел послать Андрея на хуй раз и навсегда. — Макс, ты это… Если что, это под твою ответственность. — Что? — Если со Златой… Ну, мало ли. — Андрей сконфуженно умолк, потом всё-таки продолжил: — Слушай, а никак нельзя отослать ее назад? Просто лучше же, чтобы она пожила у Кати, пока Миша у тебя… — Кому лучше? — мрачно спросил Макс. — Тебе, как всегда? — Макс, ты не понимаешь. Миша, конечно, не со зла, но он же может… Я же еще потом останусь виноват, хотя я предупреждал. — Да всё я понимаю. — Макс оглянулся, убедился, что в сенях пусто, понизил голос. — Какого хуя ты ему наплел, что выкидыш из-за него? — Он тебе сказал? — как-то обиженно уточнил Андрей. — Ты же прекрасно знаешь… Да вы оба, блядь, прекрасно знаете, что твоя Карина ни хуя не выносит никогда, даже если всю беременность проваляется в постели и будет жрать фрукты корзинами и слушать Моцарта! — Почему Моцарта? — Да хуй его знает! Говорят, от него коровы лучше доятся. — Так, Макс! Ты уже перегибаешь. — Не перегибаю. Хули вы вообще мучаетесь каждый год? Всё равно не получится. — Тебе легко говорить, у тебя уже есть ребенок, — звенящим от негодования голосом сказал Андрей. — А у тебя, блядь, нет? — Макс оборвал вызов и снова засунул номер Андрея в черный список. — Сука, блядь, на хуй! — Нервничаешь? — спросил из-за забора Сенька. — Да было бы из-за чего, — махнул рукой Макс. — Пошел он на хуй. Сенька помолчал, затянулся, и кончик сигареты вспыхнул ярче. Макс перебрался поближе к забору и вздохнул. — Чё так тяжко? — спросил Сенька. — Да сложно всё, — ответил Макс. — А кому сейчас легко? — Угу… — Чё малые? Дом не разнесли еще? — Да нет, спят… Ну, Златка спит. Мишаня у себя зависает. Голову после поней проветривает. Блин, жалко… — Поней жалко? Макс покачал головой: — Жалко, что это всего на пару дней. Нормально же живем. — Думаешь, когда Златка уедет, станет хуже? — Да я не про это, — вздохнул Макс. — Я про вообще. Сигаретный дым вдруг стал едким. Макс растерянно потер зачесавшиеся веки, отвернулся, старательно разглядывая огоньки дальних дач. — А кабачок-то съели? — спросил Сенька. Макс решил пощадить его чувства и кивнул: — Съели, ага. — Вот и молодцы, я тогда еще парочку подгоню.