Идиллия "семейной жизни"

Солёные брызги, разлетающиеся во все стороны каждый раз, как на них ступала нога, будто сверкали в лучах восходящего солнца. Горячее, красно-оранжевое небо отражалось в неспокойном океане, волны которого разбивались о редкие побережные скалы, встречающиеся на пути у пары. Собака, совершающая "утренний забег" вместе с парой, не упускала возможности лишний раз забежать в воду, со счастливым лаем выбегая из неё каждый раз, как в поле видимости появлялась чайка, и со всех ног бежала на неё, желая познакомится поближе. Птицы же, однако, не разделяющие интересы ретривера, тут же улетали, оставляя после себя на песке множество отпечатков лап, только лишь и напоминающие об их недавнем присутствии. После неудачной охоты, Бета сразу возвращалась к парням, раз за разом окатывая тех морской водой, и всё повторялось по кругу. – Давай передохнём, – тяжело дыша, сказал Женя, уже знатно отстав от Раймонда и, положив руки на колени, остановился. К нему тут же подбежала собака, обнюхала с ног до головы и, убедившись в целостности "второго папы", вновь ринулась навстречу приключениям покорять морские просторы. Рэй так же не заставил себя долго ждать. Когда парень вновь выпрямился, он подал ему бутылку с водой, которую тот чуть ли не за один глоток опустошил на половину, блаженно выдыхая и на секунду прикрывая глаза, наслаждаясь приятной прохладой разливающейся внутри жидкости. – Хочешь искупаться? – блондин протянул ладонь к слипшимся от пота прядям темных волос на лбу, убирая, вопросительно заглядывая в тут же распахнувшиеся глаза, напоследок стирая с щеки прилипший песок. Ответом ему стал утвердительный кивок и вмиг повеселевшее лицо возлюбленного, чей лукавый взгляд тут же прошёлся по Раймонду. Он быстро стянул с себя футболку и, бросив бутылку, потянул смеющегося мужчину в тёплый океан, где их уже ждала во всю плещущаяся Бета. Женя не спеша погрузился в него, наслаждаясь моментом, почти растворяясь в приятных ощущениях, целиком отдаваясь воде, окутавшей его тело. Та смывала последние остатки сонливости. Он перевернулся на спину, покачиваясь на волнах, раскинул руки и устремил взгляд ввысь, увидев перед собой чистый, нетронутый ни единым облаком небосвод, постепенно приобретающий привычные голубоватые оттенки. Улыбка невольно тронула губы парня – еле заметная, но от того не менее искренняя, в какой-то степени удовлетворённая. Вдруг картину загородило ещё одно, такое же улыбающееся лицо, а спину тронули горячие руки, притягивая брюнета ближе к их обладателю. Женя вновь перевернулся, обвив шею Раймонда руками, опалив жаром своего дыхания родную улыбку, не предпринимая более никаких действий, игриво заглядывая в медовые глаза. Раймонд только ещё шире улыбнулся, притягивая парня вплотную, покрывая его щёки и лоб маленькими поцелуями, и наконец, добравшись до желанных губ, накрыл те своими, нежно, будто впервые, но напористо, углубляя его с каждым новым движением, легко проникая в податливый рот языком, будто невзначай оттягивая резинку шорт, проникая под них подушечками пальцев, выводя на пояснице узоры. Однако в тот момент, когда руки начали спускаться ниже, к ним подплыла Бета, неистово лая, дабы на нее обратили внимание, будто напоминая влюблённым об определенном приличии. Несмотря на то, что ранним утром пляж пустовал и считался диким, сюда в любой момент могут нагрянуть люди. Будто в доказательство собачьей мудрости, вдалеке послышалась музыка, а позже на горизонте показалась группа людей с колонкой, идущих вдоль берега, распугивая попадавшихся на пути чаек, – похоже, сегодня их так и не оставят в покое – и, видимо, присматривающих себе местечко. Это явно были местные ребята, они что-то громко обсуждали и часто смеялись. Так и не заметив находившуюся в воде пару, те просто прошли мимо. – Думаешь, они ещё вернутся? – прильнув к Жениной шее губами и прикусив нежную кожу, насторожено спросил Раймонд. – Да ладно, испанцы классные ребята, – отстранив от себя мужчину, Женя продолжил, – но нам в любом случае не стоит делать это здесь. Соленая вода не слишком похожа на хорошую смазку.

***

Раймонд сидел под большим зонтом, который служил ему единственным укрытием от палящего солнца, наблюдая за играющим с собакой Женей. Они как малые дети плескались у воды, оставляя на мокром песке небольшие ямки, которые вскоре исчезали, затягивались, будто раны на теле. В свете солнца его кожа, казалось, блестела, ведь помимо стекающих капелек морской воды, на ней так же красовался чуть ли не сантиметровый слой крема от загара. Несмотря на чувствительность к солнцу, парень всё равно находился под его прямыми лучами, и недовольным взглядом Раймонда, которого такое положение дел крайне не устраивало. Он чувствовал себя отцом проблемного ребёнка, и параллельно с этим старался всеми возможными способами отогнать от себя мысли о папочке, навязанные неудовлетворёнными утренними желаниями. Длинная футболка, которая была на размера три больше, чем нужно, бесформенным мешком свисала с его любовника, иногда прилипая к телу, идеально подчёркивая стройные, гладкие ноги. Женя яро избавлялся от всех ненужных, по его словам, волос. У Раймонда просто крышу сносило, когда он проводил рукой по выбритой, такой мягкой и нежной коже. Мужчина никак не может оторвать от него глаз, не может сдержать улыбку, когда замечает, как тот смеётся, брызгает водой на скачущую вокруг него Бету, а потом помогает какому-то ребенку построить за́мок, ведь из-за собственной невнимательности, разрушил одну из песочных башен, наступив на неё ногой. Раймонд только устало вздохнул, после чего взял валявшуюся возле него рубашку и направился прямиком к "строителям", воодушевлённым идеей, как провести канал, скрытый от посторонних глаз, по которому к жителям замка будет поступать вода. Ребенком оказалась трёх, максимум четырёх лет девочка. На ней было короткое, лёгкое платьице и большая шляпка, из-под которой золотым водопадом падали на плечи кудрявые локоны, а круглая тень, отбрасываемая головным убором, закрывала малышку чуть ли не целиком, настолько та была большой, в сравнение с девочкой. На её румяных щеках появлялись милые ямочки, когда та смеялась, глядя, как Женя борется с водной стихией, пытаясь вырыть и укрепить канал ещё до того, как тот смоет океанской волной, при этом каждый раз прикусывая язык, дабы не ругаться при ребёнке. – Архитектура – это не твоё, – накидывая парню рубашку на плечи и улыбаясь, сказал Раймонд, приветственно помахав девочке, которая с большой охотой ответила ему тем же. – У тебя появилась поклонница? – Не ты один можешь быть популярен, – сказав это, Женя лег поперек замка, пытаясь укрыть местность на которой тот находился от очередной волны, однако та всё равно обступила его по бокам, вновь заливая сооружение, – это Грета. Живёт в Мюнхене. Прилетела сегодня утром. Мечтает найти здесь огромную ракушку, чтоб подарить её своему дяде. Он коллекционер. Девочка вновь залилась смехом, чуть ли не падая на спину, пока у Жени на лице читалась смесь из раздражения и злости. Раймонда откровенно умиляла эта картина, он даже позволил себе представить на мгновение, что это вовсе не незнакомая девочка, а их дочь. Однако он быстро отогнал от себя подобные мысли, не придавая им особого значения, и вновь стал наблюдать за тщетными попытками своего парня обмануть физику и отогнать от строения слишком уж любопытную собаку. Вскоре незамысловатый замок, состоявший из нескольких песочных куличиков, превратился в больших размеров крепость, вокруг которой раскинулся якобы еловый лес, а если заглянуть за ограду, можно было даже заметить несколько непонятных кучек мокрого песка, которых Женя упорно продолжает называть жителями, доказывая это всем – в первую очередь Раймонду, который напрочь отказывался верить в их схожесть с людьми. Канал, к слову, так и не появился, зато на его месте образовалось озеро, с вмиг исчезающей в нем водой, но Грету вполне устроил такой расклад дел и она без вопросов приняла его магические способности. Вообще, девочку уже давно увели в отель, но Женю это никак не останавливало, он продолжал украшать постройку ракушками, камушками и всеми остальными прелестями, принесёнными океаном. Раймонду ничего не оставалось, кроме как пододвинуть зонт поближе, наблюдая за творческим процессом, поглаживая по голове уже успевшую задремать Бету.

***

Закат был не менее красив, чем рассвет. Людей на пляже почти не осталось, и парни сидели в уединённом и уютном молчании, слушая крики чаек и звуки прибоя, набегающего пенными волнами. Голые ступни зарывались в ещё не успевший остыть песок, позволяя тому просачиваться между пальцами, ссыпаясь в небольшие горки. – Даже не верится, что мы сегодня улетаем, – поймав руку Раймонда, и поместив её в своей, тихо проговорил Женя, кидая очередной взгляд на горизонт, где не было разницы между небом и землёй, – так не хочется возвращаться к повседневной рутине. – Если постараться, то и её можно чем-то разбавлять. – Было бы время. Блондин ничего не ответил, только встал, потянув совершенно несопротивляющегося парня ближе к воде и повел вдоль берега. Они молчали, ступая по мокрому песку, разглядывая пребывающую, и тут же убывающую воду под ногами, наступая на пену, образовавшуюся от непрекращающихся волн. Женя остановился только на минуту, дабы притянуть мужчину для объятий, устроив голову у того на плече. Вдруг так сильно захотелось вдохнуть родной аромат, перемешанный с горечью соли, после недавнего купания. Лучи уходящего солнца красиво играли в золотых волосах, отражались в медовых глазах, заглядывавших в не менее прекрасные, но более темные – напротив, видя в них очертания собственного отражения. Раймонд притянул Женю к себе для поцелуя, но в то же время, более больших размеров волна окатила последнего практически целиком, намочив его по поясницу, немного задев полы футболки, которые тут же подхватил прохладных ветер, а полностью намокшие шорты прилипли к ногам, сильно холодя кожу. По телу в миг пробежала неприятная дрожь, заставив Женю поёжиться. – Вот же сука, – только и слетело с его губ, пока Раймонд пытался смеяться не громче, чем следовало, беспокоясь о собственном сохранении, зная немного вспыльчивый нрав парня, уводя того подальше от раззадоривавшегося прибоя. – Согреть тебя? И, так и не дождавшись ответа, будто знал, что после его вопроса непременно последует утвердительный кивок, всё-таки поцеловал немного хмурого Женю, забираясь тёплыми руками тому под одежду, согревая покрывшуюся мурашками кожу. Он только хотел коротко чмокнуть его, и сразу повести в номер греться, но будто намертво к нему приклеился, не имея возможности отстраниться ни на секунду. Прошёлся языком по солёным губам, руки огладили бока, и, не сдержавшись, соскользнули ниже, сжимая ягодицы. – Потянуло на экзотику? – Нет, – он коротко качнул головой, оглядываясь на видневшийся отель, но руки так и не убрал, – идём обратно. – Зачем? – оглядываясь по сторонам и не замечая посторонних, спросил Женя. – Я никого не вижу. Раймонд только покосился на берег, явно сомневаясь, но перечёркивать всё категоричным отказом не спешил, возможно, прикидывая в голове сумму штрафа, которая им грозила за подобные развлечения. – Ну же, это ведь тот самый секс на пляже, о котором постоянно упоминают, но никто никогда не пробовал. Или не признается, что пробовал. Когда у нас ещё будет такая возможность?

***

Женя в предвкушении ерзал под мужчиной, стараясь игнорировать летящие в лицо, попадающие в глаза и рот песчинки, а ощущения трения мокрой спины об песок были вообще непередаваемы. Адреналин и желание полностью завладели его телом, так что он всеми силами старался не думать о неприятных ощущениях, отдаваясь в умелые руки. Раймонд ласкал его живот, сжимая и поглаживая уже вставший под шортами член, и, оторвавшись от припухших губ, перешёл на ухо, прикусывая мочку. Спустился вдоль шеи, потом переместился на ключицу и резко отстранился, поморщившись, что-то выплюнув. – Песок, – смотря на недоумевающий взгляд парня, как-то виновато объяснил свои действия Раймонд, и, притянув к себе, усадил на бёдра, пробегая губами по линии челюсти. Женя нетерпеливо стянул остатки одежды сначала с себя, потом с мужчины, и начал задницей притираться к уже уверенно стоящему члену любовника, наблюдая за тем, как тот прикрывает глаза, тяжело дышит. Он обвел руками его грудь, уделяя особое внимание соскам, уткнулся лбом в плечо, потом поднялся влажными поцелуями вверх, и, поцеловав сначала уголок губ, потом подбородок, наконец накрыл их своими, одной рукой зарываясь в огрубевшие от соли волосы, а второй обхватил оба их члена. Спустя мгновение оба зашипели от боли, щурясь. Женя почувствовал, будто по его очень чувствительной головке прошлись наждачкой. По лицу Раймонда, можно было прочесть те же ощущения, тот чуть ли не заскулил – песчинки, вероятно, попали под крайнюю плоть. – Блядство, – всё ещё щурясь, парень слез с Раймонда, принялся стряхивать ненавистный песок с влажного от пота тела. Стоит отметить, что это была совершенно невыполнимая задача. – Я бы тоже не признался в подобной практике. Неудивительно, что многие отмахиваются. Блондин так же поднялся с песка и вновь бросил умоляющий взгляд на отель, вспоминая про наличие в нем душа и мягкой постели. Подушки, ложась на которые, твоя голова будто тонула, а одеяло было настолько шелковистое, что вылезать по утрам из постели не хотелось. – Возможно, это не должно быть спонтанно. – Собираешься повторить? – В виде коктейля, разве что. Они нехотя оделись, и, в последний раз окинув взглядом океан, взявшись за руки, направились в сторону горящих вокруг отеля фонарей и громко игравшей на его территории музыки. Всё-таки, неудавшийся секс никоим образом не испортит им последний вечер в Италии, они лично позаботятся об этом. Впереди их ждали ещё несколько часов отдыха перед поездкой в аэропорт и официальным окончанием отпуска, сразу после которого, они вновь с головой окунутся в работу.