Карточки с желаниями

- Тогда, я думаю, нам лучше перейти в спальню. - Как захочет гэгэ. Се Лянь поднялся и направился к полкам, чтобы оставить книгу. Руки немного дрожали. С одной стороны, он уже был достаточно раззадорен и тем, что произошло ранее, и реакцией Хуа Чэна, с другой он все равно немного нервничал. Искренность его желаний еще не являлась гарантией удовольствия для его возлюбленного. Хуа Чэн подошел сзади, приобняв правой рукой за талию: - Гэгэ иногда слишком много думает. Не волнуйся, идем. Се Лянь видел, как он прижимает к себе шкатулку, чувствовал, как слегка сжимает его ладонь своей рукой, успокаивая и передавая собственное нетерпение. Мягкий свет от подвесных фонарей в спальне, легкий шифон алых занавесей. Се Лянь обернулся чтобы встретиться взглядом с Хуа Чэном, утягивая его за собой на кровать. - Сколько карточек я могу вытянуть? - Сколько пожелаешь, я исполню все. Хуа Чэн мягко огладил резьбу бордовой лакированной крышки перед тем как скинуть замок с гвоздика и открыть шкатулку. Увидя ворох карточек, он приостановился, словно не решаясь или до конца не веря, вытягивая соединенными указательным и средним пальцами одну карточку через пару мгновений и протягивая Се Ляню. Небожитель слегка покрылся румянцем и улыбнулся: - Я думаю, Сань Лан должен сам прочитать это, ведь это послание для него. Впервые он видел Хуа Чэна немного смущенным, держащим бумажную карточку как что-то глубоко сокровенное, не решающимся ее развернуть. Сань Лана очень хотелось поцеловать, но пока Се Лянь решил себя сдержать. Хуа Чэн кинул на Се Ляня быстрый взгляд, эмоции которого тот не смог определить, и развернул бумагу начиная читать вслух: - Слова, что как мед на теле возлюбленного Кистью выведу и ртом, губами, соберу. У Хуа Чэна вырвался вздох, взгляд снова метнулся к Се Ляню и быстро опустился вниз на шкатулку, но того короткого момента хватило принцу, чтобы разглядеть жгучее желание. Принц придвинулся ближе, целуя слегка алеющую щеку: - Доставай еще одну, этого недостаточно. Хуа Чэн был явно не согласен с последним пунктом, но любопытство и возбуждение пересилили: - Гэгэ меня дразнит, - тихо констатировал он, на этот раз быстро доставая еще одну карточку и зачитывая: - Отдай себя мне, Владению рта моего, Хочу я собрать С тебя жемчужную влагу. На последних словах Хуа Чэн дрогнул и его пальцы рефлекторно сжались. Он практически прошептал их, как будто ему не хватало воздуха для произнесения строки. В следующую секунду Се Ляня вжало в себя твердое тело, жар которого ощущался даже через одежду. Ему в губы раздался тихий стон. Руки Се Ляня быстро порхали по застежкам красной туники, стараясь как можно скорее избавить любимого от одежды. Опережая Хуа Чэна, он сам скользнул губами на его шею, покусывая и зализывая кожу. - О боже, гэгэ. Хуа Чэн вплел пальцы в волосы Се Ляня, притягивая ближе к своей открытой беззащитной шее. Принц наконец разобрался с элементом гардероба, скидывая верхнюю одежду с плеч и оставляя ее болтаться на наручах, сковывая движения. До того, как Хуа Чэн опомнился, Се Лянь опрокинул его спиной на кровать. - Подожди… - Се Лянь его медленно поцеловал, пытаясь привести в порядок свои мысли. - Гэгэ меня мучает, - хрипло выдохнул Хуа Чэн. - Пока нет, - принц искренне улыбнулся и свесился с края кровати в поисках чего-то под ней, - но собираюсь. Когда он вернулся обратно, в его руках был набор кистей и небольшая чаша с разбавленным медом, которую он поставил на прикроватную полку. Раздался тихий смешок: - Гэгэ подготовился. Се Лянь рассмеялся, оставляя поцелуй на ключице любимого. Не рассказывать же, что он оставил то, что может понадобиться во всех вероятных местах за исключением Храма Водных Каштанов. - Я подошел к этому основательно, для меня очень важно удовольствие Сань Лана. Се Лянь кинул кисти на кровать и начал стягивать нижнюю рубашку Хуа Чэна, поднырнув руками под ткань и оглаживая пресс, плечи, притягивая к себе Сань Лана за место чуть ниже основания шеи, прося приподняться, чтобы спустить рубашку к запястьям. Хуа Чэн, словно загипнотизированный, следил за каждым действием, слегка подаваясь телом к оглаживающим его рукам бессознательно пытаясь продлить контакт. Руки Се Ляня скользнули по бокам к кромке штанов, развязывая их и стягивая полностью, проходясь руками по бедрам и длинным сильным ногам. Хуа Чэн был немного рассеян боясь повести себя слишком смело или наоборот, слишком зажато в ответ на действия принца. Однако, Се Лянь сгладил этот момент, перемещая его к изголовью в полусидячее положение и оседлал его бедра, все еще оставаясь полностью одетым. Он провел кончиками пальцев по прохладной мраморной коже, от напряженных мышц пресса до середины груди, слегка наклоняясь вправо чтобы взять набор кистей. Он мягко улыбнулся: - Я решил сделать каллиграфию более занимательной для Сань Лана. Глядя, как длинные красивые пальцы выбирают кисть, Хуа Чэн выдохнул: - Гэгэ очень внимателен к пожеланиям своего ученика. Довольный своим выбором, Се Лянь выхватил мягкую кисть средней толщины с черной блестящей агатовой ручкой, сверкающей красными изгибами. В изящных пальцах бога войны она выглядела как драгоценность. Вытянув руку и обмакнув кисть, Се Лянь мягко заправил волосы Хуа Чэна за ухо и перекинул через правое плечо, заставляя того мягко опустить ресницы в предвкушении. Влажная кисть легко заскользила по шее, то только острым кончиком, то всем телом, оставляя прохладный след. У Хуа Чэна волоски встали дыбом и он не удержался от всхлипа, когда прохладу начертанного накрыл горячий рот, сцеловывая и слизывая. А кисть уже скользила ниже, на левой стороне груди, иногда задевая ореол соска, выводя самые желанные для Хуа Чэна слова. На написанное подули, словно пытаясь высушить тушь, кисть скользнула к правому соску, начертая на правой стороне груди что-то незатейливое. Внезапно левый накрыли пылающие губы, всасывая и слегка прихватывая зубами. - О боже… Голова Хуа Чэна откинулась назад, руки взметнулись прижать голову Се Ляня ближе, но были остановлены одеждой на запястьях и вместо этого опустились на бедра принца, прижимая к себе и заставляя их обоих чувственно вздохнуть. - Гэгэ так распалил меня, что я не уверен, что смогу достойно отблагодарить его после его действий. - Не думай об этом. Обмакнув кисть, Се Лянь сполз с бедер Хуа Чэна на ноги, начиная писать медленными легкими движениями на животе. Настолько медленными, что несмотря на три строки, Хуа Чэн разобрал некоторые слова и приглушенно простонал, комкая простыни, когда после четвертой кисть легко прошлась по головке его члена, заскользила дальше к мошонке и снова наверх. Горячий рот накрыл живот, жадно слизывая начертанное, скользя сверху вниз, до основания члена, и возвращаясь обратно. Хуа Чэн рефлекторно попытался раздвинуть ноги прося более откровенную ласку, но тяжесть чужого тела не позволила это сделать и губы вернулись к твердой горошинке соска. Хуа Чэн с долгим умоляющим стоном выгнулся, царапая простынь, повторяя как мантру: - Пожалуйста, пожалуйста… Третья просьба была выпита через дикий поцелуй. Язык Хуа Чэна приглашающе лизнули и всосали в чужой горячий рот, лаская. Ноги, не сдерживаемые чужим весом, быстро раскрылись, скользнув за пределы колен Се Ляня. - Все, что ты захочешь, - выдохнул Се Лянь во влажные покрасневшие губы, спускаясь языком по его телу вниз иногда прихватывая кожу зубами, нежно целуя после. Хуа Чэн был совершенно не готов, что оказавшись между его ног, Се Лянь сразу заглотит его член до основания, всасывая и облизывая во время движения головой, даже не думая отвлекаться на сторонние ласки в начале. Сама картина и интенсивность ласк были настолько откровенными и возбуждающими, что Хуа Чэн не смог что-то понять или предпринять когда его тело выгнулось и задрожало, изливаясь Се Ляню в рот. Теплым маревом волна оргазма схлынула, оставляя остатки тягучего, густого желания, но не настолько острого, оставляющего способность мыслить. Хуа Чэн торопливо развеял одежду с запястий и тревожно притянул к себе принца, который и не думал отстраняться, продолжая собирать последние капли. Се Лянь немного грустно улыбнулся: - Прости меня, из-за своей торопливости я не дал тебе полноценно насладиться. - Гэгэ подарил мне огромное наслаждение. Это я должен попросить прощения; я не успел предупредить и гэгэ попало все в рот, - он на пару мгновений вовлек его в поцелуй, - Прошу, прости меня, такое больше не повторится. - Почему не повторится, мне было приятно на вкус удовольствие Сань Лана. Хуа Чэн слегка покрылся румянцем и перевел взгляд с глаз на губы, втягивая Се Ляня в глубокий откровенный поцелуй. - Позволь мне... – Хуа Чэн красноречиво провел рукой по члену принца, все еще сокрытому одеждой, который был почти болезненно возбужден. Вместо ответа, Се Лянь рвано вздохнул, прижимая его руку ближе и снова впиваясь в губы Сань Лана. Хуа Чэн быстро развязал верхние и нижние одежды принца, стягивая их с его плеч и начиная спешно покрывать его тело поцелуями, руками оглаживая, сжимая разведенные в стороны бедра и поднимаясь к упругим ягодицам. Се Лянь выгнулся в его руках тряпичной куклой, пытаясь прижать любимого как можно теснее и потереться об него. - Сань Лан, просто накрой рукой… Хуа Чэн тут же внял просьбе принца, перемещая руку на истекающий смазкой член и начиная скользить в быстром темпе, мягко сжимая и поглаживая второй рукой напрягшиеся яички. Оргазм наступил быстро и был настолько ярким для подобных незатейлевых ласк, что Се Лянь содрогнулся, наклоняя корпус вперед, утыкаясь лбом в разлет ключиц возлюбленного. Расслабившись и переведя дыхание, он поднял голову, смущенно улыбаясь, и коротко поцеловал Хуа Чэна. - Гэгэ такой горячий и отзывчивый, - голос перешел на озорной шепот, - и вкуснее любой сладости. Гэгэ позволит мне тоже кое-что написать на его теле? Я должен ему пару посланий.