Всё же на чердаке

— Да леший бы побрал эти табуретки! — обиженно завопил Серафим, растирая ушибленное колено. — А откуда вы узнали, что табуретки сюда принёс именно леший? — деловито спросил Костик, свешиваясь со шкафа. Серафим сердито всплеснул руками, встал, распинав табуретки, дотащился до сундука и оскорблённо сёл на него. — Кругом столько табуреток, а он сундук оседлал, — неодобрительно проворчал Колумбарий. — А зачем здесь столько табуреток? — наконец спросил Серафим. — Я же говорю, леший принёс, — весело откликнулся Костик. — И расставил, кстати, аккуратными пирамидками, а вы их порушили. Расставьте всё как было. Серафим грозно зарычал и повторил: — Зачем нам табуретки? — Да нам-то незачем, — согласился Костик, — а вот Симеону Андреевичу они позарез нужны, чтобы гостей на свадьбе рассаживать. В общем, Колумбарий с Крематорием подговорили лешего… — Заставили, — строго поправил его Колумбарий. — Он нас боится, — важно кивнул Крематорий. — Они дружат, — громким шёпотом сообщил Серафиму Костик. — Короче, табуретки он спёр и принёс сюда, так что свадьбы не будет. Ура? — Ты прямо зациклился на этой свадьбе, — мрачно сказал Серафим. — Пусть себе женятся, что ты пристал? — Что-то для брошенного жениха вы слишком беспечны, — неодобрительно сказал Костик. — Вас так и будут бросать у алтаря до конца ваших дней, вот увидите. А что? Вы же даже нормально рявкнуть и стукнуть по столу кулаком не умеете… — Да зачем мне рявкать? — удивился Серафим. — Пускай себе Симеон Андреевич женится, от нас отвязался — и ладно. Костик деликатно откашлялся и перелез со шкафа на балку. — Что? — насторожился Серафим. — Ну, он, может, привязался обратно, — потупился Костик. — Это как это? Это почему? — Ну-у, он что-то такое говорил, — начал Костик. — Что оторвёт этому обормоту уши и скормит их свиньям, — продолжил Колумбарий. — Если этот обормот не перестанет срывать свадьбу, — подхватил Крематорий. — Да врёт он, — возмутился Костик. — Как он скормит мои уши свиньям, если свиней мы у него украли? — Свинью, — поправил его Серафим. — Свиней, — упрямо повторил Костик. — За кресло не лазьте, они там обосновались. — А ещё он говорил, что возьмёт лозину потолще да выдерет того вредителя, из-за которого у него сваливаются брюки, — сообщил Крематорий. — А? — растерянно спросил Серафим. — Ну, я у него ремень стащил, потому что он обещал выпороть им того, кто пытается разрушить его счастье с Аграфеной Филипповной, — сообщил Костик. — А я никому не позволю вас пороть, учитель. Серафим закашлялся. — А что? Пусть лямки пришьёт, — рассудительно сказал Костик. — Или носит подтяжки. — Так, — задумчиво сказал Серафим. — А где сейчас этот ремень? — Не знаю, — сказал Костик и сделал честное лицо. — В синем сундуке, — услужливо подсказал Колумбарий. — Так вот, — сказал Серафим. — Сейчас обормот и вредитель возьмёт и вернёт всё награбленное… — Э-э-э! — возмутился Костик. — Кроме свиней, — поспешно уточнил Серафим. — Иначе… В общем, Константин, верни ты человеку табуретки, не испытывай судьбу! — Прикажете ещё и извиниться, ваше бессердечное величество? — грустно спросил Костик. — Да нет, просто верни табуретки. Можешь даже анонимно, лишь бы отстали, — устало сказал Серафим. — А я пойду договорюсь насчёт свиней. У Мисаила Авессаломовича как раз хлев пустует. — Нельзя выселять свиней! — воскликнул Костик. — Они же только привыкать начали… — Ну, значит, договорюсь насчёт хлева для себя, — ответил Серафим. — Чердак слишком тесен, или я, или свиньи, выбирай. — Конечно, свиньи! — хором воскликнули Колумбарий и Крематорий. — Ладно. Пусть переедут, — вздохнул Костик. Когда Серафим, с трудом договорившись насчёт свиней, вернулся, во дворе Аграфены Филипповны царил хаос. Табуретки валялись на крыше времянки, торчали из крон деревьев, выглядывали из грядок и из колодца. — Что это? — растерянно спросил Серафим, поймав за локоть пробегавшего мимо Симеона Андреевича. — Разорение! Ужас! Кошмар! — заголосил тот. — Табуретки то пропадают, то падают с неба! — Костик! — завопил Серафим, взлетая на чердак. — А? — спросил Костик, снимая Серафимовы очки для чтения и заложив пальцем энциклопедию. Серафим окинул ученика подозрительным взглядом и потребовал: — Скажи, что не кидался табуретками из окна. — Нет, конечно, учитель, как можно! — оскорблённо вскричал Костик. — Я собрал все табуретки и создал из них при помощи дождевого заклинания тучу, потом направил её к Симеону Андреевичу и устроил табуреточный дождь. Аккуратно и полностью анонимно, как вы и просили.