Родственная змея, интриги и немного музыки
18 июля 2021 г., 17:39
— Может, она из мультика? — предположил Костик, разглядывая крошечную золотую корону, которой была увенчана голова внушительной зелёной змеи.
Перина, чуть приподнявшись над полом, осторожно засеменила назад и остановилась в полуметре от лежащего на полу зеркала.
— Сам ты из мультика! — сварливо проворчал Серафим. — Самая обыкновенная змея.
Он протянул руку, чтобы потрогать корону, и змея цапнула его за палец.
— Константин! Почему все твои родственники кусаются? — обиженно вскричал Серафим.
— Не все, только прадедушка, — с достоинством возразил Костик. — А Феогност мне не родной.
— А мы? — оскорблённо спросил Колумбарий.
Костик деликатно откашлялся и вместо ответа поинтересовался:
— А что, змея — тоже мой родственник, да?
— Сам же говорил, родственные души, — пожал плечами Серафим.
— Вот здорово! — вскричал Костик. — Давайте теперь посмотрим на вашу. Спорим, там кикимора?
— Кольчатый червь, — подсказал из-под перины Колумбарий, а Крематорий добавил:
— Некрасивый.
Серафим надулся и сел на сундук, отвернувшись лицом к стенке.
— Слушайте, если эта Скарапея — моя родственная душа, она должна нам помочь, — сказал вдруг Костик.
— Пусть наколдует пирогов с червями, — оживился Колумбарий.
— И с пиявками, — поддакнул Крематорий.
— Да нет же! — всплеснул руками Костик. — Всё это и так можно заказать у скатерти-самобранки. Я про Симеона Андреевича и Аграфену Филипповну.
— Что опять? — спросил Серафим, позабыв о своих обидах и оборачиваясь.
— Ну, пусть моя родственная змея наколдует, чтобы заклятие пало и чтобы Аграфена Филипповна прозрела, — терпеливо пояснил Костик. — И…
Он торжественно, совсем по-дирижерски взмахнул руками, и Пафнутий запел со шкафа:
— Конец моим страданиям и разочарованиям!
— И сразу наступает хорошая погода! — подхватили чудовища, обнявшись и сбросив с плеч перину.
— А-а-а! — бессильно застонал Серафим, обхватив голову руками.
Когда чудовища допели, Костик повторил куплет сольно, потом — хором со всеми, потом — отбил чечётку. И только после этого смиренно повернулся к торчащей из зеркала змее и попросил:
— Скарапея, убери куда-нибудь Симеона Андреевича, он нас Аграфены Филипповны лишает.
Змея улыбнулась и кивнула, грациозно покачиваясь в воздухе. Костик широко раскрыл глаза, не отрывая от неё взгляда.
— Осторо… — начал было Серафим, но змея уже всосалась обратно в зеркало, а вместе с ней исчез и Костик.
