Всё же на чердаке

Серафим с подозрением посмотрел на Костика и остальных чудовищ, выстроившихся возле чердачного люка. — Что натворили? Признавайтесь! — Ничего, — с поистине ангельским выражением лица ответил Костик, и Серафим напрягся ещё сильнее. — Совсем ничего, — поддакнули Колумбарий с Крематорием. Серафим воинственно вздёрнул подбородок и прошагал мимо подозрительной троицы, взяв курс на комод с зельями. — Возмутительное недоверие, — заметил Костик. — Чудовищное, — согласился с ним Колумбарий. — Вопиющее, — кивнул Крематорий. Серафим убедился, что комод по-прежнему заперт, но не успокоился. Пол на чердаке был подметён, гамаки застелены одеялами, перина аккуратно взбита… — Да что здесь происходит?! — Как будто мы не можем просто порадовать любимого учителя, — с упрёком сказал Костик. — В последний раз, когда вы меня радовали, — сказал Серафим, — я проснулся в кофейнике с тараканами, а на спине у меня росли ромашки. — Ну, с ромашками мы лопухнулись, — признал Костик. — Надо было сажать лилии или хоть гладиолусы, они изысканнее. — Какое заклинание было, такое и взяли, нечего смотреть дарёному коню в зубы, — рявкнул Колумбарий. Серафим тут же ощупал спину, подошёл к зеркалу и даже задрал свитер, но никаких признаков рассады не обнаружил. — Ничего мы не сажали, — надулся Крематорий и повернулся к Колумбарию и Костику: — Я же говорил, ему не понравится уборка! — Ничего, сейчас устраним, — услужливо сказал Костик, вываливая мусор из совка обратно на пол. — Э-э! — возмутился Серафим и перехватил совок. — Это лишнее. Вы что, действительно прибрали, чтобы меня порадовать? Чудовища скромно переглянулись. — Ну, я тронут, — признал Серафим. — И извините, что я так ворчал из-за лыж и вообще, просто перенервничал. — Ух ты! — воскликнул Костик. — Да если бы мы знали, что для примирения хватит одной уборки… — Так, — насторожился Серафим. — Вы ещё что-то сделали? Чудовища снова переглянулись. — Ну, — сказал Костик, — вообще-то… — Убрались мы просто так, — продолжил Колумбарий. — Нам стало скучно, — добавил Крематорий. — Но мы и для вас кое-что сделали, — воскликнул Костик, увидев промелькнувшее на лице Серафима разочарование. — Вот скажите, учитель, вы когда-нибудь лежали в гамаке, думая, как было бы здорово, если бы прямо под вами было жерло самого настоящего вулкана с огненными каракатицами? Серафим побледнел и заверил Костика, что нет, не думал, но чудовища уже подхватили его за руки, потащили за шкаф и воскликнули, указывая на разверзшуюся под гамаком воронку: — Та-дам!