Мертвый холод, живое тепло

      Ночь молодого господина Са прошла довольно весело и ярко… Вечер, да и в целом день до этого ничего подобного не предвещал. Как обычно, после ужина юноша пожелал спокойной ночи всем своим многочисленным родственниками и удалился в свои комнаты. Конечно, спать он ещё не планировал, а хотел немного поработать над заказанными иллюстрациями… Однако закончив с парой страниц, Са Лай был вынужден отложить кисть. Настроения на тщательное выписывание стебельков, листочков и бутончиков не было. Душа просила чего-нибудь более подвижного, энергичного… возможно, даже более опасного. Последнее искать смысла не было, юноша был уверен, что в самый неподходящий момент оно найдёт его само. Особенно, если он стянет волосы в хвост, накинет верхние одежды, через окно выберется из комнаты, чтобы не тревожить домашних, и отправится в игорный дом. Как проделал это всё сейчас. К молодому господину Са По Цзину и его странностям все уже давно привыкли. Обычно он не играл, если только по мелочи и на деньги, заработанные изображением забавных картинок в книгах. Обычно он не пил. Некоторые постоянные гости игорного дома помнили, как кто-то на спор заставил молодого господина влить в себя небольшой кувшинчик вина… После того, что произошло дальше, владелец навсегда поклялся не допускать юношу к алкоголю. Поэтому изредка заглядывающий молодой господин Са походил больше на богатого владельца с невинным интересом наблюдающий за происходящим и распивающий чай, будто находился не вместе сомнительной репутации и положения, а в благопристойном театре. Са Лай спокойно провёл ночь в игорном доме, то засыпая, когда шла напряжённая игра, то просыпаясь от криков радости или разочарования. Так же мирно наступило утро, и Са Лай собрался покинуть место своей ночёвки, чтобы прибыть домой к завтраку, как неожиданно что-то пошло не так. По игорному дому раздался рёв ненависти и в присутствующие развернулись в сторону юноши, вслед за указывающим на него пьяным и разочарованным своей неудачей господином. Не вслушиваясь в какие-то глупые обвинения Са Лай присмотрелся, пытаясь понять знает ли он вообще кто это такой… С трудом юноша вспомнил, что вчера в город приехали какие-то торговцы. Возможно, это был кто-то из них? Пока Са Лай разглядывал мужчину, ситуация начала набирать повороты… Молодой человек прислушался… Что? Его обвиняют в том, что он как-то помогал мухлевать? Но все же знают… О боже, это же не местные ещё и пьяные! Как будто им что-то получится втолковать… Са Лай начал осторожно пробираться к выходу, однако… удача была не на его стороне и это заметили. Уже не скрываясь, юноша стремительно вылетел из здания и побежал куда-то вперёд по улице. К счастью ещё было довольно немноголюдно, только некоторые ранние пташки неторопливо продвигались к купальням. Внезапно юношу осенило. Это была очень интересная идея. Даже если он будет замечен, если преследователи будут настолько наглыми что кинутся искать его там… Вряд ли кто-то это допустит. На крайний случай всегда есть закрытая часть купален. Воодушевлённый этой идеей Са Лай свернул и скрылся в спасительном здании. Внутри купален уже стоял тихий гул, да звук льющейся воды. Наверно, всё-таки не стоит пробраться подальше внутрь к закрытой части, где ранее он бывал со старшими братьями, подумалось юноше. Са Лай был уверен, что в такое время точно никого не встретит и сможет тихо отсидеться, тем более как постоянный посетитель, он знал способ попасть внутрь. Вот только… Одетый, да ещё и в белое ханьфу, он будет привлекать слишком много взглядов и кто-то наверняка его запомнит. Решив, что скрываться надо, пребывая на виду, юноша стащил ярко-красное ханьфу одного из посетителей и накинул на свои одежды сверху, не плотно перехватывая всё это поясом, надеясь, что ко всему прочему будет выглядеть более внушительно. Поправив растрепавшиеся от сна и, особенно, от бега волосы, Са Лай вышел в общую часть купален, гордо вздымая голову, корча недовольную гримасу на лице, изображая богача, недовольного ранним подъёмом, и неспешно двинулся вперёд. Ранее он на такое не осмеливался, но понадеявшись, что за водяными парами и в спешке на его поведение не обратят внимание, Са Лай осторожно начал скользить взглядом по рядам мужчин самых разных фигур. Особо взгляд задерживался на высоких подтянутых юношах, чью спину и шею соблазнительно облепляли чёрные полосы волос, рисуя странные узоры. Чуть ниже можно было полюбоваться на ягодицы и сильные бёдра, но Са Лай старался не злоупотреблять этим, чувствуя, как от смущения появляется румянец на лице, он возвращал взгляд выше. Наконец, преодолев более опасную, чем он ожидал, общую часть купален, Са Лай добрался до дверей с хитрым замком и почти бесшумно нырнул в одну из них. Не сразу, но он почувствовал, что в помещении неожиданно тепло… Уже начиная подозревать неладное, юноша обернулся к ширме и заметил как за ней движется чья-то тень. В панике Са Лай попытался выскочить, но замок отказался поддаваться… то ли именно здесь он как-то по-другому открывался, то ли юноша что-то напутал. Однако бежать уже было поздно. Его заметили и, судя по голосу, были очень недовольны гостю, внезапно прервавшему уединение. Ничего не оставалось, кроме как выйти, повинившись: — Прошу меня простить, — стоило только выйти из-за ширмы к гневному господину, как Са Лай не мог не оценить бледную кожу, плечи, облепленные мокрыми дорожками чёрных волос, и очень… очень красивое и запоминающееся лицо. Стараясь откровенно не пялиться, чтобы уловить детали пристального и, кажется, немного удивлённого взгляда, юноша осторожно продолжил говорить, не планируя раскрывать всей предыстории, — Я попал сюда случайно, и не смог выйти тихо. Ручка с хитрым замком. Возможно, его сочтут лжецом, который любит пробираться в купальни, ради того, чтобы полюбоваться красотой обнажённых тел… Однако Са Лая это особо не волновало. В этом месте, особенно в этой купальне, действительно было, чьей красотой полюбоваться. Единственно, что юношу расстраивало, так это то, что он не додумался до такого раньше! Следующий неожиданный вопрос чуть не выбил Са Лая из колеи, делая вид, что щёки у него покраснели из-за жары… шутка ли два верхних халата? Юноша, игнорируя сам вопрос, представился, опуская глаза, чтобы не выдать своё возмущение неясным весельем этого человека, улыбка которого манила и притягивала взглянуть. Господинов Са в городе довольно много, даже госпожи есть, спасибо отцу. Так что никакой опасности, называя себя так, Са Лай не видел. Тем временем незнакомец уже и потыкать успел, и уточнить повторно… Да сколько можно?! Смущаясь и от этого возмущаясь… и опять же смущаясь всех предыдущих чувств, Са Лай стискивал в пальцах ткань красного ханьфу. Предложение помочь заставило немного паниковать… Почему-то ему было очень страшно от мысли, что он увидит ещё больше тела незнакомца, хотя те… в общей купальне, таких эмоций не взывали. Однако отказаться от возможности прикоснуться к длинным бледным пальцам Са Лай был не в силах и наивно протянул руку помощи, за что оказался чуть не утоплен! Всё очарование незнакомцем и смущение мигом покинули юношу, заставляя обратить гневный взгляд на удерживающего его молодого человека. Да как он посмел? Са Лай же готов был поколотить молодого человека, не смотря на то, что тот вроде как разумно держал его и не давал утонуть даже в этой мелкой луже. Юноша уже готовился вылить на незнакомца гневную тираду, взывая к его совести за неприличное обращение с такими же незнакомцами, как это странный человек засуетился и ссадил свою жертву на бортик, тут же с другой стороны выбираясь из воды, чуть ли не мгновенно заматываясь в свои одежды. Напоследок он, как будто в панике, кинул в сторону Са Лая жалкую тонкую рубашку, непонятно на что надеясь, и сбежал, бросив что-то про слугу. — Мда…. Он серьёзно?.. — пребывая в лёгком шоковом состоянии, протянул юноша, подтянув к себе почти прозрачную рубашку, которая, кажется, намокла только от того, что полежала рядом с водой, — надеюсь, слуга принесёт что-нибудь более подходящее. К счастью, слуга купальни не паниковал, как недавний незнакомец, и принёс нормальную сухую одежду, после чего, дождавшись за ширмой, когда молодой господин Са сменит одежду, выпустил его из закрытой части купален. Как оказалось, открывались они все, действительно, немного по-разному. Похищенное красное ханьфу Са Лай решил оставить там же на полу в купальне. Свою службу оно сослужило, в доме опять же может вызвать только лишние вопросы. Странный конверт, неожиданно полученный вместе с обновкой, Са Лай пихнул за отворот, планируя ознакомиться с ним гораздо позже. Сейчас юноше было совершенно не до того, так как ему следовало поторопиться на семейный завтрак. Впрочем, дальнейшее утро ему благоволило. Са Лаю удалось главное — не попасться сестре с мокрым свёртком одежды и в новом ханьфу, иначе он мог не избежать расспросов… или глупых фантазий, если он откажется всё объяснить. Незамеченным пробравшись к себе, он спешно переоделся и бегом направился в столовую, оставляя письмо, отмеченное сверху иероглифом, похороненным в складках плотной ткани верхнего халата, брошенного на кровать.