With The Sun's Love

С этого момента начинается новая жизнь Стива. Временно новая, всего на шесть месяцев, но это ничего. Он ловит такси до Вашингтона, пакует все, что оставил в номере, и едет в торговый центр, чтобы купить кучу новой одежды для Баки. Потом он ловит такси и едет обратно в Вирджинию. Как он и предсказывал, когда Стив прибывает в центр с одеждой для Баки, администратор просит его оставить все у нее, и Стив садится обратно в такси, чтобы поехать в тихий городок, который он ненавидит. Он снова регистрируется в мотеле и улыбается, проходя мимо владельцев мотеля, мужа и жены, которые задают ему дюжину вопросов, пока ему наконец не удается сбежать в свой номер. Обнаружив себя, постоянно проверяющим телефон, чтобы узнать, который час, Стив пытается занять себя поиском новых рассказов для Баки и просмотром телевизора. Он идет в соседнюю закусочную пообедать, возвращается туда на ужин и проводит остаток дня в своей комнате. Его телефон всегда в кармане или рядом с ним, на случай, если Баки расстроится в течение дня и ему нужно будет позвонить Стиву. В течение дня от Баки не поступает никаких панических звонков, — что заставляет Стива чувствовать себя немного разочарованным и виноватым за то, что он разочарован — но он определенно услышит голос Баки сегодня, несмотря ни на что. К тому времени, когда Баки звонит, чтобы поболтать вечером, Стив уже принял душ, переоделся в пижаму и лежит на постели с ридером и телефоном. — Привет, Стиви! Впервые за много часов лицо Стива озаряется улыбкой, и он расслабляется. — Привет, Бак. Ты получил свою новую одежду? — Да, спасибо. Она очень хорошая. Вэн помог мне разложить ее по шкафу в нужные места. — Это замечательно! Ну и как прошел твой день? Были припадки? Баки вздыхает. — Да, но только три. Доктор Джошуа, кажется, доволен новым лекарством, так что нам придется–придется подождать и проследить за результатом. Где ты находишься? — Я в городке, остановился в мотеле. — О. У тебя хорошая комната? Стива совершенно не волнует, как выглядит его комната. — Да, она идеальная. У меня нет таких больших окон, как у тебя. Ты сегодня сидел в своем кресле? — Угу. Мне нравится сидеть там и смотреть наружу. Теперь это даже лучше, потому что я вижу твое изображение на другом кресле. Я все время с ним разговариваю. Сердце Стива сжимается. Шесть месяцев. Ему просто нужно подождать шесть месяцев, а потом он сможет говорить с Баки двадцать четыре часа в сутки, если они оба этого захотят. — Ты просто сидел в кресле или еще ходил прогуляться с Вэном? — О, я сегодня два раза ходил гулять. Один раз мы просто гуляли, а в другой раз играли в игру. Она называлась–она называлась–что-то со словом «шпион». Я смотрел на что-то и описывал это Вэну, и он должен был–он должен был догадаться, на что я смотрел. Я забыл название, — Баки печально вздыхает. — Надо было попросить Вэна записать. Я попрошу его записывать важные вещи, как название этой игры, чтобы я не забывал. Прости. — Все в порядке. Ты можешь попросить Вэна записать это для тебя и сказать мне завтра. Что еще было в твоем расписании сегодня? Они немного болтают, и Баки рассказывает Стиву о том, как прошел его день. Когда он заканчивает, Стив читает Баки следующие несколько глав рассказа, который они начали, и, как всегда, он заканчивает песней про Звездочку. Это счастливый конец скучного дня, но Стив не жалуется. Он следует плану, и все это закончится через шесть месяцев. Это все, что имеет значение.

* * *

Дни тянутся очень, очень медленно. Стив заставляет себя выходить на пробежку несколько раз в день и действительно проводит немного времени, исследуя город, но он ненавидит, что все смотрят на него и хотят поговорить с ним, и задать миллион вопросов, поэтому он предпочитает оставаться в своем номере мотеля. В понедельник Стив лежит на своей кровати, смотрит телевизор и жует чипсы, когда его телефон издает писк. Обычно это означает, что кто-то послал ему сообщение. Но Баки не знает, как отправлять сообщения, и Стив не думает, что телефон в комнате Баки может отправлять сообщения в любом случае. Кроме того, у него есть еще — он смотрит на часы, висящие на стене — четыре часа и тридцать семь минут до звонка Баки, так что он понятия не имеет, кто ему пишет. Подняв телефон, Стив видит сообщение от Сэма. Поджав губы, Стив чувствует вину еще до того, как открывает сообщение. За последние несколько дней он признает, что глупо обвинять Сэма в том, что тот предложил программу терапии для Баки. Баки делает фантастические успехи, он счастлив, и все это было бы невозможно без помощи Сэма. Доволен ли Стив текущей ситуацией или нет, не имеет значения. В конце концов, Стив должен быть благодарен за то, что сделал Сэм, а не обвинять его иррационально, потому что он не рад перспективе скучать в течение следующих 180 дней. Ну, технически, 175 дней. Стив считает. Сообщение Сэма кратко, но заставляет Стива чувствовать себя еще более виноватым. Позвони мне, пожалуйста. Я беспокоюсь за вас двоих. Я просто хочу знать, что вы оба в порядке. Вздохнув, Стив стискивает челюсти. Отличная работа, Роджерс. Сэм – один из его немногочисленных друзей, и он так много сделал для Баки и Стива, а Стив отплатил за эту дружбу, игнорируя его и иррационально обвиняя в чем-то глупом. Найдя в телефоне контакт Сэма, Стив прижимает трубку к уху и слушает гудки. Сэм берет трубку на втором гудке. — Стив? — Привет. Да, это я. Прежде чем ты что-нибудь скажешь, мне жаль, что я не связался с тобой. Я был идиотом, но это не твоя вина. Я ужасный друг. Сэм посмеивается. — Ты можешь угостить меня обедом, чтобы компенсировать это. Где вы, ребята? — Я в Вирджинии. Бак сейчас в центре, а я живу в мотеле в городке. — О? Как Баки воспринял расставание? — Намного лучше, чем я думал. Поначалу все было очень сложно, но персонал отличный. Они с Сэмом болтают некоторое время, и Стив рассказывает ему обо всем. Ну, он не говорит Сэму о своей иррациональной ревности, когда думает о том, что персонал помогает Баки с делами, и он не говорит ему, насколько бесполезным себя чувствует. Он следует плану, и это самое главное.

* * *

Наконец наступает вторник, и Стив с беспокойством отсчитывает минуты до того момента, когда сможет сесть в такси и отправиться в центр на свой «семейный день» с Баки. Алиша написала ему по электронной почте вчера вечером и сообщила, когда он должен быть там, и что он проведет много времени с Баки, и она также хотела бы, чтобы он присутствовал на сеансе терапии вместе с Баки и доктором Мелани Стюарт, психотерапевтом Баки. Они будут обсуждать планы лечения Баки. Стива также ждет личная встреча с Алишей, чтобы обсудить его успехи, но большую часть дня он проведет с Баки. К сожалению, ему придется уехать до ужина, но это лучше, чем ничего. К его приятному удивлению, Баки ожидает его в вестибюле со шлемом на голове, сидя на одном из стульев. Он смотрит сквозь стеклянные двери, пока не видит Стива и не начинает махать ему рукой. Стив вбегает в дверь и едва успевает войти, как Баки бросается к нему и крепко обнимает. — Надеюсь, ты знаешь, что я не отпущу тебя, пока не придет время твоего–время твоего отъезда, — говорит Баки, прижимаясь шлемом к голове Стива. Посмеиваясь, Стив чувствует себя легче, чем в последний раз, когда он видел Баки, и крепко сжимает его. — Забавно, у меня был такой же план. — Великие-великие умы мыслят одинаково. Когда Баки наконец отпускает его, он не пускает Стива отходить далеко. Берет Стива за руку и тащит его к лифту. — Пойдем в мою комнату. У нас есть немного–немного времени, прежде чем мы спустимся и–и поговорим с доктором Стюартом.

* * *

Встреча с Баки – это фантастика, но она также оставляет горько-сладкое чувство. Стив постоянно смотрит на свой телефон, чтобы проверить время. Минуты, кажется, идут слишком быстро по сравнению с тем, как медленно они тянутся, когда он находится в городке, и кажется, что не прошло и минуты, когда Стив уже должен обнять Баки на прощание и вернуться в свой дурацкий номер в мотеле в этом дурацком городке и возобновить свое бесконечное ожидание следующего телефонного звонка от Баки.

* * *

Дни проходят медленно. Каждый вечер после того, как Стив заканчивает петь песню про Звездочку, и они завершают разговор, он мысленно позволяет себе зачеркнуть еще один день в календаре в своей голове. Он действительно рад, что снова восстановил связь с Сэмом, потому что скука – его постоянный спутник, а разговоры с Сэмом ускоряют время между телефонными звонками Баки. Поначалу Сэм поддерживает непринужденную беседу. Он всегда спрашивает о прогрессе Баки, и Стив любит рассказывать Сэму о новых шагах, которые Баки проделывает. Иногда у Баки бывают тяжелые дни, когда он в плохом настроении, и это обычно приводит к тому, что он не справляется с легкими заданиями, и к тому, что у него бывает еще больше проблем с запоминанием событий в течение дня. Во время вечерних телефонных разговоров в эти дни обычно Баки мало разговаривает, а Стив много читает вслух и пару раз поет песню про Звездочку, но у Баки всегда получается успокоиться к концу разговора, и он обещает оставить плохой день позади и начать утро с новыми силами. Сэм обычно также спрашивает о Стиве, но ответ Стива всегда один и тот же: он просто терпеливо ждет, когда пройдут дни, пока Баки не завершит программу. Именно тогда Стив обычно меняет тему и спрашивает о том, чем занимался Сэм, потому что скучная жизнь Стива не стоит времени на обсуждение. Но в один из разговоров Сэм не позволяет ему так легко двинуться дальше. — Стив, я беспокоюсь о тебе, парень. Стив посмеивается. — Обо мне? Почему ты беспокоишься обо мне? Если уж на то пошло, нам следует беспокоиться о Баки, но вчера он справился очень хорошо. Я же говорил тебе, что он обыграл Вэна в карточной игре, не так ли? Это была очень простая карточная игра – что-то со словом «рыба» в названии. Баки и Вэн играли в нее раньше, и Баки был вне себя от радости, когда рассказывал Стиву, что нашел 17 пар, а Вэн только 9. Баки попросил Вэна записать результаты игры в его расписание, чтобы он мог сказать Стиву точные цифры во время их телефонного разговора. — Да, говорил. Я очень рад за Баки и очень рад, что у него все так хорошо получается, но я все еще беспокоюсь о тебе. Стив вздыхает. — Послушай, я знаю, что моя жизнь сейчас не так уж и интересна, но если Баки нужно, чтобы я оставался в этом дурацком городке в течение пары месяцев, я так и сделаю. — Нужно ли ему, чтобы ты оставался там? Стив ерзает на кровати, и ему не нравится, какое направление берет этот разговор. — Ну...я хочу быть рядом на случай, если понадоблюсь Баки. — Но в том-то и дело. Его команда по уходу доказала, что они могут позаботиться о нем, не так ли? — Ну, да. Но все равно, я хочу быть здесь. На всякий случай. — На случай чего? Сколько раз сотрудники звонили тебе, чтобы просить помощи с проблемой, которую они не могли решить? Стив моргает. Ответ на вопрос – «ни разу». Вот тогда он снова начинает чувствовать себя бесполезным, и ему это не нравится. — Послушай, они знают Баки две недели, а я знаю его всю свою жизнь. Мы понятия не имеем, случится ли что-то завтра или на следующей неделе, что действительно расстроит его, и он захочет, чтобы я пришел помочь ему. Сэм тихо вздыхает. — Даже если Баки захочет, чтобы ты пришел ему на помощь, персонал сделает все возможное, чтобы отговорить его от звонка. В этом-то все и дело. Они хотят, чтобы он научился решать собственные проблемы, не прибегая к тебе. И до сих пор они проделывали хорошую работу, не так ли? Даже когда у Баки были плохие дни, он не звонил тебе в течение дня, верно? Он ждал своего запланированного телефонного звонка, чтобы позвонить тебе. Это правда, но Стив не говорит об этом Сэму. Воспользовавшись молчанием Стива, Сэм продолжает давить на его болевую точку. — Поверь мне, если Баки действительно расстроится и программа не сработает, персонал позвонит тебе. Но до сих пор этого не произошло, и я думаю, ты знаешь, что этого, скорее всего, и не произойдет. Ты просто должен доверять им. — Я им доверяю, — бормочет Стив. — Иначе я не оставил бы Баки с ними. — Ладно, хорошо. Докажи это, вернувшись в Вашингтон. Стив усмехается. Вашингтон находится в полутора часах езды от центра. — Я не могу быть так далеко. Это глупо. — Почему это глупо? Если предположить, что ситуация с Баки действительно ухудшится, а Алиша позвонит тебе и попросит забрать Баки, то ты потратишь на дорогу в центр из Вашингтона всего на час и пятнадцать минут дольше. Баки сможет подождать. Кроме того, нет никаких оснований думать, что Баки передумает. Он очень хорошо справляется, и ты знаешь, что ему нравится прогресс, которого он добился. У Стива вертятся на языке слова, что на самом деле не имеет значения, в Вирджинии он или в Вашингтоне. Он будет делать то же самое, где бы он ни был: жить в гостиничном номере и ждать телефонных звонков от Баки. Но потом ему приходит в голову, что он был настолько сосредоточен на шестимесячной продолжительности программы, что не задумывался о том, что они с Баки будут делать после нее. Баки не может вернуться в Вашингтон и жить в гостиничном номере со Стивом. Это глупо. Баки понадобится хороший дом, чтобы в него вернуться. Как только эта идея приходит ему в голову, Стив приходит в восторг. Он может поработать над тем, чтобы найти для Баки дом! Это займет его делом в бесконечные часы между их телефонными звонками. Кроме того, Стив думает, что должен также купить новый мотоцикл для себя. Если он собирается ездить туда и обратно между Вашингтоном и Вирджинией два раза в неделю в течение следующих нескольких месяцев, будет дешевле, если у него будет свой собственный мотоцикл, чем всегда платить за такси. Секунду...Баки, вероятно, не понравится ездить на мотоцикле. Ветер и шум – это будет для него слишком. Поэтому Стив купит машину. Хорошую, большую машину, где Баки сможет сидеть или лежать на заднем сиденье, пока Стив везет их туда, куда захочет Баки. Прекрасно! Он может выбраться из этого тихого, дурацкого городка, который ненавидит, и сосредоточиться на своем c Баки будущем. — Сэм, тебе это понравится. — Угу...? — Я вернусь в Вашингтон и буду искать квартиру и машину.

* * *

Вернуться в суету и шум Вашингтона в тысячу раз лучше, чем сидеть в маленьком городке, который он оставил позади, и Стиву так не терпится начать поиски квартиры, что он берет с собой ноутбук, когда встречается с Сэмом за кофе. Надев капюшон, бейсболку и солнечные очки, он идет по улице, и никто на него не смотрит. Снова встретиться с Сэмом – это тоже прекрасно, и Сэм полностью поддерживает поиски квартиры Стива. Он спрашивает Стива, говорил ли он уже с Баки о том, чтобы жить вместе, когда тот завершит программу, но Стив отмахивается от этих нелепых опасений. Где еще Баки хотел бы жить? Баки Барнс никогда не хотел жить там, где нет Стива Роджерса. Даже в детстве Баки проводил большую часть времени в квартире Роджерсов. Стив занимает себя покупкой машины и поисками квартиры, но держит свои идеи в секрете от Баки. Он хочет, чтобы это было сюрпризом, пока не выполнит обе задачи. Покупка машины – это просто, и Сэм настаивает на том, чтобы пойти с ним, потому что Стив очень мало знает о покупке машин. С помощью Сэма Стив завершает день, имея хороший автомобиль, который будет идеально подходить для езды туда и обратно в центр и для поездок туда, куда Баки захочет поехать. Поиски квартиры занимают немного больше времени, потому что Стив очень придирчив, и Сэм много спорит с ним о том, что он не сказал Баки о квартире. Стив, в конечном счете, огрызается на него, говоря, что найдет квартиру самостоятельно, и ему не нужна помощь Сэма, если он собирается продолжать говорить глупости, которые не имеют отношения к делу. Сэм бросает на него один из тех взглядов, которые говорят, что он недоволен тем, что делает Стив, — он часто так смотрел на Стива, когда они искали Баки — но в конце концов соглашается следовать плану Стива. Это делает придирчивость Стива препятствием, но это не подлежит обсуждению. В доме должно быть много окон, чтобы Баки мог смотреть наружу, и они не должны выходить на улицу, потому что для Баки будет слишком шумно. Они должны быть на первом этаже, чтобы Баки не пришлось иметь дело с лестницами или лифтами в случае, если они не смогут контролировать его припадки. И ванная комната должна быть большой, чтобы у них было место для специального кресла Баки. Сэм ходит с ним смотреть квартиры, и Стив, наконец, находит одну через две недели после возвращения в Вашингтон. Она красивая, и Баки она понравится. К счастью, дом полностью обставлен, так что Стиву не нужно беспокоиться о поиске мебели, и он может сосредоточиться на том, чтобы все подготовить, чтобы она была идеальна для Баки. Когда он, наконец, готов, он решает, что пришло время рассказать Баки. Когда звонит телефон, оповещая, что настало время для вечерней беседы с Баки, Стив сидит в одном из двух больших кресел, которые он поставил прямо у большого окна в гостиной, и его ступни лежат на будущем кресле Баки, когда он отвечает на его звонок. — Привет, Бак. — Привет! Ты не поверишь, что мы сегодня ели на десерт после обеда. Стив замечает, что Баки говорит немного медленнее, что является чем-то новым. Несколько дней назад он начал работать с логопедом над заиканием, и Баки говорит, что он узнал, что если он будет говорить немного медленнее, чтобы его мозг оставался синхронизированным с его ртом, у него не будет так много проблем с речью. Если он будет расстраиваться, то ему будет все еще трудно связывать последовательные предложения вместе, но он добился большого успеха, работая над своей нормальной речью. — Да? И что же было на десерт? — Я все записал...подожди. О, вот оно! Это записано в моем блокноте. Десерт назывался...желе! Стив улыбается. Он пробовал желе раньше несколько раз, но ему никогда не нравилась его странная текстура. — Что ты об этом думаешь? — Оно было странным. Какое-то скользкое и мягкое? Но оно было сладким, так что мне понравилось. Посмеиваясь, Стив откидывается на спинку кресла и оглядывает прекрасную квартиру, о которой он скоро расскажет Баки. — Конечно, понравилось. Что... — О! Я чуть не забыл–не забыл–черт, надо притормо–притормо–притормозить, — Баки делает глубокий вдох, выжидает несколько секунд и пытается снова, говоря медленнее. — Я чуть не забыл тебе рассказать! Сегодня я тренировался писать. Брови Стива взлетают вверх. — Правда? Самостоятельно? — Угу. Ты помнишь, что я выполнял эти упражнения для рук и ног в течение последних нескольких дней? — Да… — Ну, сегодня я узнал, что это должно было помочь моей руке снова стать сильной, чтобы я мог писать! Я самостоятельно написал весь алфавит. Это заняло целую вечность, и моя рука немного болит, но я сделал это. Стив улыбается. — Я так горжусь тобой! Надо было попросить Вэна сфотографировать это для меня. — О, еще нет. Сейчас я пишу очень плохо. Рука очень–очень трясется. Сначала я хочу научиться делать это лучше, а когда будет хорошо получаться, тогда я попрошу Вэна сделать снимок. Догадайся, кто сегодня записал «желе» в свой блокнот? — Баки звучит очень гордо. Стив тихо посмеивается, он хочет запрыгнуть в машину и поехать в Вирджинию прямо сейчас, чтобы крепко обнять и поцеловать Баки. — Дай угадаю...Вэн? Баки смеется. — Придурок. Я больше никогда не буду с тобой играть в «догадайся». — Так, ты написал «желе» самостоятельно? — Угу! Вэну пришлось подсказать мне, как это пишется, но я записал это, потому что хотел рассказать тебе об этом. Мне очень нравится этот блокнот. Я могу записывать все, чтобы ничего не забыть. — Это просто фантастика! Я так горжусь тобой. Стив знает, что Баки ухмыляется не меньше, чем он сам. — Я тоже горжусь собой. И ты расслышал, что я почти не заикаюсь? — О, конечно! — Стив тоже замедлил свою речь, чтобы соответствовать темпу Баки. Он не делал этого сознательно, но ему это нравится. Он не хочет, чтобы Баки чувствовал себя неловко из-за медленности речи. — Итак, мы начинаем «Паутину Шарлотты» сегодня? — спрашивает Баки. Они постепенно повышают уровень сложности рассказов, которые читают вечерами. Стив всегда предварительно читает книги, чтобы убедиться, что они не слишком сложны, но он медленно выбирает книги, которые предназначены для детей старшего возраста. До сих пор Баки всегда удается поспевать, и Стив рассказывает ему небольшое краткое содержание предыдущих глав, прежде чем они начинают читать. — Да, через минутку. Но сначала я хотел рассказать тебе кое-что интересное. — А? Стив ухмыляется. — Итак, я был очень занят с тех пор, как вернулся в Вашингтон, но не сказал тебе, чем я занимался. — Быстрее расскажи–расскажи мне! Черт. Быстрее. Расскажи. Мне. Пожалуйста. — Во-первых, я купил себе машину! — Правда? О, это так интересно! Какого она цвета? — Она темно-зеленая. У нее большое заднее сиденье, так что если ты не захочешь сидеть впереди, ты можешь сесть сзади или даже лечь. Баки на секунду замолкает. — Когда–когда я должен быть–должен быть в машине? Мы–мы куда-то едем? Никто–никто мне не сказал. Никто. Мне. Не сказал. Стив хмурится. — Нет, нет, не сейчас. Это на потом. Как только ты завершишь программу и мы вернемся сюда в Вашингтон вместе, тогда мы сможем ездить на машине за покупками или если захотим поехать куда-нибудь повеселиться. — Я–я–я в Вирджинии. Весь разговор идет не так, как надумал Стив. Он понятия не имеет, почему Баки вдруг так сбился с толку, и его заикание становится все хуже с каждой секундой. — Правильно, Бак. Сейчас ты в Вирджинии, но как только завершишь программу, ты переедешь жить ко мне в Вашингтон. Баки молчит. После некоторого молчания Стив решает продолжить еще более приятными новостями. — И угадай что еще? Я купил нам квартиру! Она находится в очень хорошем районе, он тихий, и рядом есть парк. Улица не слишком оживленная, и в квартире очень хорошие окна. Тебе ведь нравятся окна в твоей комнате, правда? — Мне–мне–мне нравятся мои окна. Я могу–я могу видеть, что за окном. Здесь есть дерево. Я вижу–я вижу дерево–оно–дерево, оно... С каждой секундой Стив запутывается все больше. — Что не так? Поверь мне, квартира очень хорошая. Тебе понравится. У тебя будет своя спальня, так что мы можем либо делить одну комнату, либо спать отдельно, если захотим, и ванная достаточно большая для твоего кресла... — Я–оно–я–я не–я вижу дерево. Дерево за моим–моим окном. Оно–это мое дерево. Это дерево мне нужно здесь! — голос Баки постепенно становится громче, и в конце концов он кричит, и Стив понятие не имеет, почему тот расстроен, и не понимает, что он пытается сказать. — Бак, если тебе не нравится эта квартира, я могу найти другую. Я... — Это–это на–это на потом! Это дерево мое–это мое дерево! Я сижу здесь, но когда я–не–не сейчас! Я не могу–это на–оно на... — внезапно Баки замолкает, и Стив слышит, как он с трудом переводит дыхание. Он уже собирается напомнить Баки, чтобы тот сделал упражнение на счет, когда слышит, как Баки уже тихо шепчет цифры, пытаясь успокоиться. Сердце Стива болит, он запутался и близок к слезам. Он думал, что Баки будет в восторге от машины и квартиры! Он и не подозревал, что Баки так плохо все воспримет. Но возникает вопрос: почему? Почему Баки так расстроился из-за этого? Проходят долгие минуты, в течение которых Баки считает до пяти и обратно, а Стив сжимает челюсти и смаргивает слезы. Наконец Баки делает глубокий вдох. — Хорошо. Дай мне попробовать. Объяснить. Я буду. Говорить. Медленно. Ладно? — Да. Не торопись, — шепчет Стив дрожащим голосом. — Я не. Должен. Беспокоиться о будущем. Нет. Не сейчас. Алиша говорит. Что это очень важно. Она говорит, что я должен. Беспокоиться. О следующих десяти минутах. Не о завтра. Не о следующей неделе. Не тогда, когда. Программа. Не завершена. Только следующие. Десять минут. Она говорит. Десять минут. За раз. В противном случае. Это слишком большой стресс. Для меня. Меня захлестывают эмоции. В этом есть смысл. Стив чувствует себя ужасно, потому что он должен был предвидеть это. Покупка новой машины и квартиры были для него захватывающими, потому что у него не было много других дел в течение дня. Но у Баки есть много вещей, над которыми он должен работать в течение дня, и последнее, о чем он должен беспокоиться – что произойдет, когда он завершит программу. Ему нужно сосредоточиться на том, чтобы думать об одном дне или даже о десяти минутах за раз. Как обычно, Алиша демонстрирует, что она умнее Стива. — Мне очень жаль. Я просто был взволнован и не понимал, что сейчас неподходящее время для всего этого. Прости, что я тебя так напрягаю. — Все. Все в порядке. Мы все еще можем поговорить об этом, если ты хочешь. — Нет. Мы поговорим об этом, когда Алиша скажет, что тебе пора беспокоиться о будущем, хорошо? — Стив уверен, что у них будет много встреч, чтобы обсудить, что будет, когда Баки завершит программу. До тех пор Стив будет продолжать делать квартиру настолько замечательной, насколько это возможно, но он будет держать все при себе. У него будет достаточно времени, чтобы рассказать Баки о квартире, когда он будет здесь жить. — Ладно, спасибо. — Хочешь, я спою тебе пару раз песню про Звездочку или послушаешь рассказ? — Сначала я хочу послушать рассказ, но не новый. Я забыл, как называется новый. В любом случае, я хочу послушать рассказ про Джонни Таун-Мауса, пожалуйста. Улыбаясь, Стив хватает свой ридер с маленького столика рядом с креслом и листает файлы, чтобы найти мышиную историю. — Будет сделано. Пока Стив ищет, он слышит какой-то шорох – Баки устраивается поудобнее. — Я люблю эту историю, — бормочет Баки. Стив ухмыляется и переворачивает первую страницу. — Я тоже. — Ты–ты как Джонни Таун-Маус, живешь в городе. Усмехнувшись, Стив кивает. — Да. А ты – Тимми Вилли, деревенский мышонок. — Ты можешь–ты можешь изменить имена в этой истории на Стиви и Баки? — Конечно! — Прочистив горло, Стив начинает читать. — Стиви Таун-Маус родился в чулане. Баки Кантри-Маус родился в саду. Баки Кантри-Маус был маленьким деревенским мышонком, который по ошибке отправился в город в корзине... К счастью, эта история, кажется, успокаивает Баки. К тому времени, как Стив заканчивает, Баки полностью расслабляется и перестает заикаться. — Можешь спеть мне песню про Звездочку? — бормочет Баки, как только Стив заканчивает рассказ. — Конечно. Ты готов? — Угу. Вздохнув, Стив тихо начинает петь знакомые слова. Баки наугад подхватывает несколько куплетов, словно произносит их беззвучно, а иногда поет пару, сам того не замечая. — ... Эти ясные лучи светят путнику в ночи. Кто ты, где ты - я не знаю, но мигай, звезда ночная! Баки тихо дышит, когда Стив заканчивает песню и позволяет своему голосу мягко затихнуть. — Спокойной ночи, Бак. Я люблю тебя, — шепчет он. — Я люблю тебя сильнее, — бормочет Баки в ответ. — Хороших снов. — Тебе тоже. Повесив трубку, Стив мысленно поздравляет их обоих с тем, что они так хорошо оправились от этой почти катастрофы. Баки понял, что он расстроился, и начал считать сам, а Стив быстро понял проблему и приложил все усилия, чтобы помочь Баки успокоиться. В целом, вечер заканчивается на хорошей ноте, и Стив ложится спать, чувствуя себя очень взволнованным их будущим.