Железное сердце

      — Как, говоришь, называется то место? — решил уточнить Тобирама у Хирузена, после того, как «доклад» был закончен. Сару так торопился во время своих объяснений, что его учитель решительно ничего не понял.       — «Долина Термальных Источников», — терпеливо повторил Сарутоби, вытащив из-за пояса небольшой сложенный вдвое листок бумаги и протянул его Хокаге, что расположился напротив него у круглого прикроватного столика. — Я начертил себе небольшую карту, как туда добраться. На собачьей упряжи — всего час езды.       Сенджу какое-то время рассматривал схему проезда до этого вышеупомянутого места, а так же план расположения всех термальных источников друг относительно друга, один из которых был трижды обведен черной тушью, и сразу выделялся на общем фоне.       — А ты уверен, что она и в этот раз туда поедет? — скептически вопрошал Тобирама, плохо представляя, как описанный его учеником план поможет сблизиться ему с малышкой Мифуне, даже если он и впрямь уверен во всем, о чем рассказывал.       — Железно уверен! — ответил Сару, очевидно переняв манеру отвечать таким образом у местных жителей. — Каждую пятницу Саюми Мифуне отправляется в это место, и принимает бальнеологические ванны. Это место, насколько я понял, своеобразный местный курорт. Где, если не там, могут завязаться самые головокружительные и стремительные романтические отношения?! И как раз там она встретит вас, будто бы случайно…       Тобирама снова хмурился. Он знал, что Саюми завтра все еще будет свободна от найма на миссию, но это всё равно не давало никаких гарантий на то, что она в самом деле поедет в это оздоровительное место неподалеку от Столицы.       — Если честно, я плохо себе представляю, как это можно устроить… Да еще и так, чтобы все выглядело случайно, непреднамеренно, — протянул «веселые картинки» обратно своему ученику Сенджу. — Не будет ли это выглядеть так, будто я ее преследую?       — Даже если и так — цель оправдывает средства, разве нет? А на счет того, что вы сказали до этого — не беспокойтесь. Я все организую. Я уже все распланировал! Вам нужно будет лишь быть готовым завтра к семи часам утра, дабы выдвинуться. Мы должны приехать раньше нее.       Что ж, пусть в его плане (и суждениях) Второму Хокаге не все нравилось, однако он и впрямь кажется был очень уверен в положительном исходе этого сомнительного дела. Так и быть. Он готов испытать способы своего юного советника тоже.       — Интересно, почему Саюми посещает эти термальные источники каждую неделю? — размышлял он вслух, усаживаясь в повозку рядом с Сарутоби, уже на утро, после того как все было готово к их отправке в Долину у вулкана, и собачья упряжь нетерпеливо лаяла в предвкушении приятной веселой поездки.       — Кто знает, — пространно ответил Хирузен, дав сигнал лохматому черному вожаку их упряжи, как научили его владельцы питомника, дабы тот стремглав пустился вперед, увлекая за собой остальных своих собратьев. — Быть может, она чем-нибудь больна? Я слышал, местные воды очень хорошо помогают при болезнях суставов.       Сенджу не хотелось верить, что Саюми чем-нибудь хронически болеет, да и не выглядела она таковой, судя по тому, что он наблюдал, когда девушка сражалась на равных с его командой. Но озвученный вопрос, так или иначе, оставался открытым.       Уже через какое-то время оба шиноби смогли увидеть высокую темную гору, что сильно отличалась от близлежащих, которая и впрямь была похожа на спящий, но отнюдь не потухший вулкан. Ибо почти все пространство возле нее, и в долине у подножия, было объято паром, будто дымом, который не желал уходить даже под воздействием сильного северного ветра.       — Видите деревянные мостки прямо на откосе? — показал ладонью своему учителю Сару, переложив поводья в свободную руку, которая замерзла еще не так сильно, как левая. — Это дорожки, которые ведут в секции, на которые разделены местные «купальни». В одной из них, и я даже знаю в какой, вскоре появится Саюми, и вы во что бы то ни стало должны оказаться в этой самой…       — Сару! Это не прилично. Я ни в коем случае не стану так делать, — отрезал Тобирама, смерив своего ученика осуждающим взглядом.       — Как это «не станете»? А для чего же мы тогда сюда приехали? — искренне удивился решению учителя Хирузен. Они уже стояли у места встречи «гостей», и одна из старушек уже подходила к ним обоим, дабы заняться их упряжью и направить туда, где «гости» могли бы раздеться и принять первое очищающее омовение перед основным сеансом.       — Сару. Дочь Главы клана Мифуне — незамужняя девушка, и целенаправленно стараться поставить ее в такое затруднительное положение — значит нанести оскорбление не только ей самой, но и ее отцу, — сложив руки на груди, упорно гнул свою линию Сенджу. И он ведь был прав. Да только Хирузен уже всё распланировал по-другому.       — Тогда как же вам удастся с ней свидеться? Частокол вокруг секций очень высокий… — пожал плечами юноша. Но Тобираме было это не важно.       — Примем ванну, и постараемся столкнуться с ней на выходе. А дальше я буду смотреть по ситуации, что можно было бы сделать, — сказав это, Хокаге невозмутимо последовал внутрь пропускного пункта, и Сарутоби ничего не оставалось, кроме как поплестись за ним, лихорадочно соображая, как ему заставить сенсея сделать по-своему. И ему не пришлось ломать свою голову сверхдолго, ибо очередная гениальная идея тотчас его посетила…       — Что ж, давайте так, — покорно согласился с решением Хокаге юноша, последовав за ним внутрь. Но, вместо того, чтобы уйти за Сенджу в раздевалку, ученик решил «пойти к распорядителю — узнать, в какой из ванн они оба могли бы расположиться в таком случае».       Разумеется он и не собирался следовать догматам Сенджу. Отсчитав в своей голове пару минут, он вернулся за сенсеем в промежуточную купальню, и пригласил пройти в отведенную им для принятия процедуры секцию. И, как читатель уже смог бы догадаться, секция это была не иная, как та самая, которую каждую неделю посещала предполагаемая невеста Второго Хокаге. Хирузен знал, что не мог ошибиться в своих расчетах. В разведке ему не было равных, и если он и впрямь ошибится сегодня — то это будет просто превратности судьбы, не иначе!       — Что-то не так? — заметив странное выражение лица своего ученика, спросил Сенджу, когда они уже пересекли свои мостки и стояли напротив входа в один из блоков, с расположенным внутри горячим, бурлящим минеральной водой бассейном, красиво обложенным булыжниками, парочка которых торчала и из центра «озерца», и скромной еловой порослью по краям. В середине стоял большой каменный фонарь, в данный момент больше использующийся для размещения в нем ладана и сандала для ароматерапии.       — Забыл, что нужно было сделать промежуточное омовение перед погружением в ванну! — «вдруг» вспомнил Хирузен, рассеянно покачав головой, мол, «какой же я растяпа». — Вы заходите, я мигом вернусь.       Тобирама проводил юношу взглядом, не подозревая, что уже попался в паутину интриги, что сплел этот добрый малый для своего дорогого сенсея, и совершенно без задней мысли скинул свой халат, отмечая про себя, насколько же уникально и радушно подобное место в диком и безжалостном севере. Конечно, мало кто мог бы себе позволить такое удовольствие, разве что и впрямь лишь члены главной семьи клана Мифуне. Однако сам он, посетив за свою жизнь не так уж и мало горячих источников, не мог не отметить про себя, что это был первый раз, когда вокруг него был такой невероятный пейзаж! Горы, объятые снегом, почти что бурый солнечный диск у самого горизонта, и эта музыка ветра, что приходилась ему по душе. Но самым приятным было само погружение в термальный источник. Пусть из-за витающего сплошь и рядом пара на верху было не так уж и холодно, но, погружаясь в горячую, бурлящую воду человек не мог не выдохнуть с совершенно истинным наслаждением, настолько приятный был этот контраст от пребывания здесь!       — Как же хорошо… — не мог не сказать вслух Сенджу, слегка откинувшись спиной на теплый круглый валун, и более был не в силах двинуться с места хотя бы на миллиметр в сторону. Тобирама даже не понял, сколько времени прошло с тех пор, как он начал наслаждаться своими водными процедурами, но вдруг вспомнил, что он сюда пришел, вообще-то, не один, а его ученик так и не вернулся с промежуточного омовения.       Едва он подумал об этом, как в проходе его купальни услышал шорохи, и шиноби уже было решил для себя, что Сару все же соизволил вернуться. Однако…       — Кто последний — тот будет массировать мамочке плечи! — вдруг донеслось до уха Тобирамы, и в этот самый миг «что-то», на противоположной от него стороне, сигануло с разбега в воду, да с такой силой, что всплеск воды был больше похож на одну из его техник Суитона, а волна временно даже сбила пар, нависший над купелью, в сторону, и ошарашенный, притихший Сенджу смог разглядеть нарушителя своего спокойствия. Точнее было бы сказать — нарушительниц, и одна из них была как раз та самая женщина, реплику которой он только что услышал, а волна, что создала эта дама «при падении», накрыла его с головой, сбив полотенце, аккуратно уложенное на серебристую макушку, в воду. Вслед за этой грузной особой появилась девушка, которую Тобирама уже знал, и это была Итоми, младшая сестра Саюми. Она весело рассмеялась на выходку своей матери, но сама зашла в воду более аккуратно, завязав свои длинные рыжеватого оттенка волосы в узел на макушке, позволяя Сенджу убедится в том, что все эти леди были абсолютно голые…       Он так смутился, что не мог найти в себе сил заявить им о своем присутствии, и продолжал будто бы прятаться за каменным фонарем, стыдливо пряча свои глаза. Как вдруг он увидел и Саюми.       — Матушка. В бассейн запрещено прыгать, — спокойно сделала девушка-самурай замечание своей, как уже понял Сенджу, родительнице. И пока она только и делала, что стояла на краю, сложив руки в замок спереди, и задумчиво играла пальчиками своей правой ножки с горячей водой термального источника, позволяя тем самым Тобираме бесстыдно впиться в нее своими глазами, пусть он и старался отвести их в сторону (совершенно безрезультатно).       Он знал, что поступает очень и очень плохо, но как же была хороша эта девушка! Глядя на нее, в Тобираме проснулся не человек, который решил, что ему пора бы и жениться, а просто мужчина, со всеми своими низменными желаниями и первобытными инстинктами…       Впрочем, его блаженное созерцание было прервано испуганным восклицанием той, кого он с таким волнением рассматривал, и Саюми, несмотря на то, что только что сделала своей матери замечание стараться заходить в бассейн спокойно, и сама неловко плюхнулась в воду, дабы пресечь тем самым эти нескромные разглядывания со стороны мужчины!       — Тобирама-сан! Это… вы? — пускай девушка уже согнулась почти что по-подбородок в воду, да и сидел Тобирама довольно далеко от них всех, но так и не могла опустить свои руки, что инстинктивно старались спрятать ее от этого Сенджу.       — А!!! — тотчас завизжала Итоми, вторя шокированному состоянию своей старшей сестры.       — Тише-тише! Прошу, спокойно!.. — поднял ладони кверху Тобирама, с мольбой во взгляде уставившись на пожилую женщину, в надежде, что она не станет кричать на него слишком уж сильно. Пусть ему и не было прощения. Но разве он был виноват в случившемся? Ему не приходилось сомневаться, что все произошедшее — дело рук его ученика! «Саюми Мифуне каждую пятницу посещает термальный источник». Поправка — со всей своей семьей!!!       Но эта многоуважаемая леди, встретившись с почти что затравленным взглядом Сенджу, и не думала смущаться, и что есть силы расхохоталась.       — Произошло недоразумение, леди Мифуне, Саюми, Итоми… Я ни в жизнь не хотел поставить вас в такое положение! — постарался оправдаться Сенджу, слегка выглянув из-за фонаря.       — Вот так незадача! Как же так вышло, что мы все здесь оказались? — принялась весело размышлять вслух женщина, махнув рукой в сторону своих девочек, что в страхе спрятались за булыжники, тем самым говоря им, чтобы они не вели себя так дико, и сели прямо. — Видимо, распорядитель что-то перепутал в своих записях. Знаете ли, я каждую пятницу приезжаю сюда, дабы хоть немного облегчить свои страдания от остеоартроза, а мои крошки составляют мне компанию по возможности, — приняла своим долгом объяснить она, отвечая тем самым на вопрос Сенджу о том, почему Саюми каждую пятницу приезжает сюда. С одной стороны, он был рад, что сама девушка в таком случае ничем не больна. Но с другой… он так злился, что доверился своему ученику в этом деле, и позволил себе попасть в такую ситуацию! Еще не известно, чем все это обернется в последствии. Но, глядя на оптимизм матери этих девушек, он надеялся на благоприятный исход. К слову, это у нее-то кости болят? После ее «ласточки» в воду, он в этом очень сильно сомневался.       — А вы, кажется, знакомы с моими девочками? — спросила леди Мифуне Сенджу, четко услышав, что Саюми обратилась к нему по имени.       — Да… Мы… Я — Второй Хокаге, Тобирама Сенджу, — вынужден был признаться он.       — Вот-те раз! И где-бы мы с вами еще познакомились, если не здесь?! Ха-ха-ха!!! — разразилась смехом женщина, веселость которой, впрочем, не разделяли сконфуженные девушки. Саюми хорошо поняла, что этот мужчина сумел отлично разглядеть ее обнаженную, и пусть стойко продолжала сохранять свое спокойствие, внутренне — вся горела от стыда…       — Эй, девочки, не нужно так сильно смущаться. Не каждый день сам Хокаге принимает целебные ванны вместе с вами, — продолжала потешаться женщина.       — Если я могу как-нибудь заслужить ваше прощение за свой проступок… — начал было Тобирама, виновато покосившись на Саюми, которая, казалось, вообще ушла в себя, но не успел закончить свою фразу, ибо леди Мифуне уже предложила ему один из способов для искупления: продемонстрировать, в таком случае, свое тело в отместку.       Тобирама не понял, что это была шутка, и уже хотел было подняться со своего места, и уже почти это сделал, обнажив свой мощный накачанный торс, и в самую последнюю секунду Саюми снова обрела способность говорить, остановив Сенджу от еще более смущающих действий.       — Матушка просто шутит, Тобирама-сан! Не беспокойтесь!.. — почти сразу она снова отвернулась, но не могла не подумать про себя, что то, что она увидела, очень ей понравилось…       — Да, не беспокойтесь, Тобирама-сан, — кивнула в его сторону женщина, посчитавшая, что ее ирония уже слегка вышла за рамки разумного. — Не думаю, что мы будем мешать друг другу, тут ведь так много места! Так что, давайте просто насладимся этим чудесным горячим раем, и не будем ни о чем переживать…       Сенджу не видел возможности уйти из купальни прямо сейчас, особенно после такого «щедрого» предложения, поэтому и впрямь решил остаться. Самое страшное по его мнению уже произошло, и бесполезно было стараться исправить что-то уже сейчас. К тому же…       Как же ему нравилась эта сжавшаяся смущенная фигурка Саюми, что боязливо расположилась на противоположной от него стороне бассейна… Быть может, насчет «горячего рая» ее матушка очень даже была близка к истине. Благородная женщина что-то рассказывала им всем, но он мало что слышал из этого. Фантазия то и дело возвращала его к мысли о том, что объект его интереса прямо сейчас сидит перед ним, и она такая беззащитная, и такая прекрасная!       — …Когда Саюми была маленькая, мы с Главой Мифуне почти что каждый день привозили ее сюда, дабы укрепить ей иммунитет, — услышал Тобирама, решив, что не может так долго сверлить девушку глазами, еще и на виду у ее матери, и снова был вынужден включиться в эту непрекращающуюся беседу этой женщины, буквально самой с собой. Но про Саюми ему интересно было послушать. — И глядите, какая ладная она выросла! А ее сила? Вы, конечно, видели, как она сражается? Это все дар наших железистых источников.       Тобирама снова устремил свой взор на девушку, будто бы вспоминая тот день, когда она вытворяла со своими Катанами нечто невообразимое у него на глазах, и не мог не согласиться с почтенной дамой вслух:       — Сила Саюми, ее ловкость и грациозность, и впрямь, очень впечатляют, — сказал он, заставляя девушку ошеломленно на него покоситься. Это обстоятельство не укрылось от глаз ее матушки.       — …Саюми, детка! Иди-ка составь Господину Хокаге компанию в той части бассейна! Коль скоро вы уже знакомы — это будет удобнее всего, — приблизилась она к дочери, принявшись «отклеивать» ее ладони, буквально приросшие к оранжевому валуну, в который она вцепилась.       — Матушка!.. — воспротивилась Саюми, уже подталкиваемая в сторону Сенджу. — Разве это допустимо?.. По этикету…       — Конечно-конечно! Иначе получится очень негостеприимно! Ты же не хочешь, чтобы Хокаге-сама рассказал всему Листу, что у нас тут живут одни невежи?!       Саюми, конечно же не хотела поступать невежливо, но все-таки сомневалась в правдивости слов своей достойной родительницы. Однако она уже была на середине озерца, и ей ничего более не оставалось, как постараться прикрыться своими волосами, разбросанными по мокрым сжавшимся плечам, и неуверенно приблизиться к Тобираме-сану, что судорожно старался сообразить, как ему вести себя теперь, когда леди Мифуне буквально толкнула свою дочку в его влажные, в полном смысле этого слова, объятия.       — …Осторожнее, тут есть острые камни, — подал он ей свою руку, дабы помочь расположиться удобнее с этой стороны бассейна.       — Угу… — коснулась дрожащей ручкой его ладони девушка, даже не стараясь опереться на нее, а просто ответить на подобный жест. Она думала, что еще несколько минут назад, когда Хокаге хорошенько разглядел ее еще издалека, просто провалится сквозь землю. И теперь невозможно было предположить, как она сможет взять себя в руки, когда мужчина, который и в одежде заставлял ее еще как трепетать перед собой, сидел рядом с ней не далее, чем на расстоянии вытянутой руки, абсолютно обнаженный. Так еще и глаза его только и делали, что скользили по любой небрежно выглядывающей из воды части ее тела!       — Не будет ли вам угодно обратить внимание на этот пейзаж?.. — спросила его Саюми, указав глазами на Долину, что простиралась под их купелью, дабы хоть как-то заставить Сенджу отвести свои бесстыжие глаза в сторону.       Тобирама ее намек понял, и, найдя в себе силы отвернуться, уложил свои локти на один из валунов.       Какое-то время они молчали, но Саюми вдруг столкнулась с грозным взглядом своей матушки, что принялась строить ей какие-то жуткие гримасы, целью которых было сказать «что-то» посредством мимики. И девушка нехотя повернулась в сторону Хокаге снова. В этот самый миг в глаза ей бросился большой рваный шрам на его плече, что тянулся практически до середины широкой мускулистой спины. Это ранение не выглядело старым, а размеры его указывали на то, что этот шиноби, возможно, был на волоске от смерти в тот момент, когда получил его. Девушка так увлеклась разглядыванием этого места, что ненароком привлекла внимание Тобирамы.       — Простите, — ответила на его вопросительный взгляд Саюми. Коль скоро матушка уже второй раз ей делала знак о том, чтобы она не молчала в присутствии этого мужчины и завязала с ним разговор, юная Мифуне решила поинтересоваться. — Это ранение выглядит столь серьезным, поэтому я обратила на него внимание. Должно быть, шиноби, что оставил его вам — очень могущественный человек.       Тобирама развернулся к ней лицом, дабы лишить ее возможности смотреть на его увечье снова, но решил рассказать историю его происхождения:       — Этот шрам — результат встречи с Кинги́н Кьёда́й. Слышала об этом «дуэте»? — когда девушка отрицательно покачала головой, Тобирама потрудился объяснить более подробно. — Их имена — Кинкаку и Гинкагу. Говорят, что они даже являются потомками Рикудо Сеннина, Мудреца Шести Путей.       По видимому, последнее имя ей было знакомо, ибо брови ее в удивлении взметнулись в верх. Видя эту ее заинтересованность, он решил продолжить свой рассказ об этом случае:       — Это произошло во время подписания мирного договора со вторым Райкаге. Кингин Кьёдай планировали таким образом совершить государственный переворот в Кумогакуре.       — Но к их несчастью, там оказались вы? — предположила девушка-самурай, и Тобираме ой как хотелось задрать свой нос повыше и ответить утвердительно. Но, к сожалению, тот день для обоих Глав Деревень чуть было не закончился трагически.       — Боюсь, не совсем так. Пусть в тот день договор и был подписан, но я чуть было не умер тогда. Мы с Райкаге оба чуть не умерли. А где сейчас Кинкаку и Гинкагу — я не знаю. И я не уверен, что стоит их искать, дабы уничтожить, ибо слишком уж они могущественны. А ликвидировать их было бы правильным решением. Ибо я убежден на все сто процентов, что эти два мерзавца слишком гордые, чтобы простить мне то обстоятельство, что я влез в их личные разборки с Райкаге тогда…       Пока он говорил все это, ненароком тот случай так живо всплыл в его памяти. Кровь, крики ужаса секретаря, обезглавленный заместитель Райкаге, и смертоносная тяжесть острия Меча Семи Звезд. От этого воспоминания он будто бы ощутил боль в том месте, что еще минуту назад разглядывала Саюми. Не известно, сколько времени этот шиноби снова и снова прокручивал бы в своей голове тот безрадостный эпизод в своей жизни, но услышал, как девушка опять обращалась к нему:       — Мне так жаль, что вы чуть было не погибли тогда… И… я очень рада, что сейчас вы в порядке, Тобирама-сан.       Сенджу повернулся к ней, столкнувшись взглядом, и увидел в этих светло-зеленых очах нечто такое, что моментально развеяло все его тревоги. А то, что она сказала — не могло не заставить выражение его лица смягчиться.       В это же время на другом конце бассейна во всю продолжался консилиум.       — Матушка, зачем же вы так обманули старшую сестру? — переживала за Саюми Итоми, не вполне понимая подобное материнское поведение, — Я имею в виду, в плане «этикета». Разве незамужней девушке составлять компанию чужому мужчине — допустимо?..       — Еще как допустимо, если тебе почти что двадцать шесть — а ты не замужем, — покачала головой женщина, все же не упустив из виду то, что беседа Второго Хокаге и ее дочери все же завязалась. — А ты глянь, как он на нее смотрит, Итоми!.. А что, быть может, она ему нравится?       Леди Мифуне не ожидала услышать какого-то ответа от своей младшей дочери, но она отозвалась ей, и то, что достопочтенная матушка услышала, не могло не взорвать ей голову, в переносном смысле, конечно.       — Не исключено, что господин Хокаге питает к старшей сестре симпатию. Вчера он помогал ей в псарне, а позавчера — в кузне старшего брата. И я будто бы слышала, что он пригласил Саюми поужинать в тот день…       — Что?! — не сумев взять себя в руки, буквально крикнула от переизбытка эмоций этот вопрос в ухо Итоми, — И ты только сейчас говоришь мне это?! Итоми!!!       Младшая дочь не поняла, в чем конкретно она виновата, но на всякий случай извинилась. Сама леди Мифуне к тому моменту ее уже не слышала, ибо теперь ее голова лихорадочно соображала на счет всего вышесказанного. Буквально через минуту она встала со своего места, с целью выбраться из бассейна, и потянула за собой Итоми.       — М… матушка! Мы уходим?.. — окликнула Саюми свою родительницу, заметив движение на противоположной стороне, надеясь, что Тобирама не станет оборачиваться к ее обнаженным родственницам лицом, дабы с ними попрощаться, и уже сама было направилась к другому бортику, как вдруг матушка просто запретила ей вылезать вместе с ними!       — Саюми, у меня сегодня как-то странно кружится голова от высокой температуры, — набросив на себя и младшую дочку юкату, отозвалась Леди Мифуне. — Итоми отведет меня в комнату для отдыха. А тебе пока рано вылезать, время лечебного сеанса еще не вышло!       Саюми шокировано замерла, не зная что и сказать на такое!       — Хотите, чтобы я осталась здесь с Тобирамой-саном? Без вас?..       — Конечно! Кроме тебя больше некому составить ему компанию. Мы же не можем вот так вот оставить нашего гостя совсем одного? — пространно размышляла вслух женщина.       — Н… но ведь… — Саюми боялась, что Сенджу и впрямь расценит ее побег, как знак того, что ей не хотелось бы быть с ним рядом. Она не отрицала, что могла не знать правила хорошего тона в этом отношении, и переживала, что оскорбит Хокаге. Плюс ко всему, сам шиноби, до этого сохранявший свое положение спиной ко всем, вдруг неспешно повернулся к ней.       — Не уходи, Саюми. Давай… побудем вдвоем.       Девушка проглотила подступивший ком к горлу, не в силах шелохнуться, или хотя бы отвести свои глаза, что были похожи сейчас на два прозрачных зеленых блюдца. Она все смотрела в его лицо, стараясь осознать, что сейчас вообще происходит, и прошло уже достаточно времени, дабы ее родня благополучно покинула их обоих, и девушка поняла, что осталась с Сенджу тет-а-тет. Обнаженная. Мокрая. И невероятно взволнованная…       — Впервые я в такой… странной ситуации, — призналась она, снова приблизившись к валуну, у которого сидела только что. — А вы и вправду оказались в этом месте совершенно непреднамеренно?.. — не то чтобы она не верила в совпадения, просто на всякий случай решила уточнить.       — Не совсем, — был ответ того, к кому она едва слышно обращалась. В тот же миг Тобирама, уже более ничем (и никем) не сдерживаемый, приблизился к ней почти что вплотную. Что-то подсказывало ему, что все с ее матушкой было в порядке, и она сама приняла решение их оставить наедине. Это было странно, но вполне объяснимо. В противном случае — ни за что эта женщина не поступила бы таким образом! Но даже если он и ошибался — не было сил сдержать себя теперь. Все-таки слишком уж долго у него не было женщины. Последнюю подобную связь он мог припомнить еще до смерти Хаширамы, а с тех пор прошло так много времени. Больше года — так точно. И вот теперь, перед ним сидит эта миловидная, хорошо сложенная девушка, с играющими капельками воды на ее нежной, приятного персикового оттенка коже, и дразняще-скромным, смущенным выражением лица. Мог ли он позволить себе лишиться удовольствия хотя бы раз невинно коснуться этого ангела-искусителя в лице Саюми? — Я надеялся, что встречу тебя тут.       Едва Саюми открыла рот в шоке от услышанного, уже собираясь ретироваться с его поля зрения, ведь его заявление, как ни крути, уж точно не подходило под категорию «дозволенного», как мужчина схватил ее за плечи, мягко, но настойчиво заставляя сидеть там, где она и сидела.       Юная Мифуне безрезультатно дернулась в сторону, и, не в состоянии совладать с этой стальной хваткой, с мольбой в глазах уставилась в лицо Хокаге.       — Тобирама-сан!..       Тобирама-сан в это время был слишком сильно возбужден, дабы отдавать отчет хоть чему-нибудь из того, что вытворял сейчас, после ухода матушки этой милой маленькой девушки-самурая. То, как испуганно и взволнованно она смотрела на него, шептала его имя… буквально сводило сладостной судорогой всё его тело!       Все-таки не такую уж и плохую идею ему подкинул Сарутоби…