Глава 16. Соглашение о сотрудничестве
1 апреля 2021 г., 11:48
Патрули Орской пещеры снова встретили Чёрного Человека. Очередное предсказание нашего конца, очередные угрозы, поданные в репертуаре гадалки с рынка. Многие сущности, связавшие себя с людьми, рано или поздно перенимают наши привычки, наши слабости. Чёрный Человек, пожалуй, самый вопиющий из примеров. До сих пор, спустя уже сотню лет, это существо не может пережить падение Императорского Исследовательского Общества. Он бродит по России изгоем, не в силах принять тот факт, что нам больше не нужны ни таинственные пророчества, ни помощь сил, чьи цели находятся за пределами нашего понимания. Великий потенциал, отравленный мирской злобой и горечью — еще одно доказательство того, что век сущностей, подобных ему, подходит к концу. Рано или поздно Сияние поглотит его, не оставив и следа. А до того времени — пусть ходит, стеная, не в силах осознать что времена его триумфа умерли вместе со старой империей.
Директор Федерального Бюро Контроля зовёт нас на помощь. Многие из рекрутов Отдела сомневаются в том, что помощь Бюро, помощь Соединённым Штатам, будет разумным и правильным решением. Они отравлены событиями недавних лет, они всё ещё мыслят в рамках примитивной грызни за власть, ресурсы и политический капитал. Мы, Бюро и другие, стоим на страже мира, на страже человечества. Мы не участвуем в политических игрищах, в покушениях и локальных войнах — по крайней мере, если это не служит интересам выживания России и всего человечества. Если угроза, описанная Бюро, столь велика — самым разумным решением будет выступить сообща, уничтожить, нейтрализовать её до того дня, когда мы будем вынуждены сражаться порознь. Падение Атлантиды служит нам вечным уроком — бывший центр цивилизованного мира, земля легенд и сказаний, разрушена и уничтожена Катаклизмом величайшей силы. И всё это лишь потому, что они верили: с изменённым предметом атланты справятся и сами. Очевидно, они были не правы.
Двадцать первый век требует от нас нового подхода. Развитие сетевых технологий, смена общественного сознания и появление новых богов — всё это бросает нам вызов. А мы, агентства и общества, разбросанные по миру, всё ещё не можем вырваться из тягучих шестидесятых. Быть может, война директора Фейден станет началом чего-то нового. И ради шанса хотя бы увидеть нечто новое — я поведу отдел в бой.
Личный дневник Игоря Литвинова, Ведущего 13 отдела ФСБ. Запись от 17 февраля 2019 года. Архивный отдел «Рождение Химеры».
Они снова собрались вместе, сгрудившись в дальнем углу ангара. Базу Выверта заполонили солдаты таинственного Бюро — чем то они походили на наёмников или на оперативников СКП, чем то отличались. Броня чёрного окраса, покрытая материалом, словно поглощающим свет, минимальное количество электроники, редкие кейпы в их рядах, почти ничем не отличающиеся от своих коллег. Они не обращали на них никакого внимания, словно Скитальцы были лишь мебелью, а не живыми людьми.
Джесс положила руки на подлокотники кресла и внимательно посмотрела на Крауса.
— Они из иного мира.
— Верно, — Краус потерянно пожал плечами, — я видел это. Видел как она создала дверь.
— Ещё не факт, что они из нашего мира, — Люк скрестил руки на груди, — или что они знают, как попасть в наш мир.
— Это всё ещё лучше, чем ничего, — возразила Марисса, опираясь на стену плечом, — я… Они по крайней мере могут это делать. Они могут нам помочь.
— А могут и не помочь, — Люк тяжело вздохнул, — я… Блядь, Краус. Я согласился с тобой ещё один раз. Один единственный. Ты таскал нас по всей этой ёбанной Америке, думая что знаешь, что делаешь. Ты отдал Коди Аккорду, ты… Ноэлль…
Люк прервался, сжимая и разжимая кулак. Краус поднял голову, посмотрел на него и устало фыркнул. Люк встретил его взгляд и против своей воли хмыкнул, безуспешно пытаясь подавить улыбку.
— Знаешь, сукин ты сын, я так хочу врезать тебе по морде… И единственное, что меня удерживает — это то, что… Что ещё больше я хочу верить в то, что это вот Бюро всё же сможет привести нас домой.
Джесс хихикнула, прикрывая рот рукой. Марисса устало вздохнула и поджала губы. Оливер, стоящий чуть поодаль, нервно облизал губы и с сомнением посмотрел на Крауса.
— Это… Я… Это же Симург, а они всё-таки люди. Ты думаешь, они смогут что-то сделать?
Краусе устало вздохнул, снял маску и провёл рукой по лицу.
— Я… Честно, я не знаю. Я не знаю, Оливер. Я просто хочу надеяться что когда нибудь, этот грёбанный кошмар наконец-то закончится.
— Ну, мы всегда можем просто подохнуть, — Люк криво усмехнулся.
Краус раздраженно фыркнул:
— Ой, да пошёл ты нахер…
— Дамы и господа. Минутку вашего внимания.
Двое сотрудников Бюро, что подошли к ним, разительно отличались от солдат за их спинами. Их не защищала сплошная броня и закрытые шлемы — лишь лёгкие бронежилеты, накинутые поверх белой рубашки и блузки. Старший офицер, стоящий чуть впереди, походил на детектива из восьмидесятых годов — накрахмаленная рубашка со стоящим воротничком, выглаженные брюки, чёрные очки, висящие на лямке бронежилета, пистолет в кобуре на поясе, а в руках — планшетка со стопкой документов. Его коллега выглядела как точная копия с поправкой на пол — такой же стиль одежды, такая же поза и очень похожие черты лица, выдающие близкую родственницу. Она даже копировала его походку — сознательно или нет.
— Старший детектив Джонсон, — коротко представился мужчина, — оперативный отдел. Со мной — младший детектив Джонсон.
Девушка за его спиной коротко кивнула. На вид, она была их ровесницей, может — на пару лет старше.
— Скитальцы, я правильно понимаю? — уточнил старший детектив.
— Верно, — настороженно подтвердил Краус, поправляя спешно надетую маску.
— Отлично, — детектив коротко кивнул, — мы здесь ради снятия показаний в рамках дела девятнадцать-три-сорок шесть. Наша задача — оценить ущерб полученный вами от действий паранормальной сущности, известной как губитель Симург. Вы готовы к даче показаний? Должен предупредить, разговор будет записан.
Краус кашлянул, скрывая озадаченное «Э-э-э-э?» и обернулся по сторонам. Никто из его товарищей не горел желанием отвечать — Марисса и Люк наблюдали за парой детективов с подозрением, смешанным с настороженностью. Джесс сложила руки на груди и откинулась на спинку инвалидного кресла, показывая что первой говорить не будет.
Оливер… Оливер был самим собой.
— Ну ладно, — он вздохнул и пожал плечами, - я уже рассказывал нашу историю Директору. Можно и повторить.
— Не нужно, — уверил его детектив, щёлкнув клавишей диктофона в нагрудном кармане, — мы уже слышали вашу историю. Нас интересует лишь несколько моментов. Первое — вы можете назвать точную дату вашего похищения?
— Э-э-э, — Краус нахмурился, — кажется… Двадцать пятое декабря, две тысячи девятого года?
— Двадцать четвёртое, — хмуро поправил его Люк.
— Да, — согласился Краус, — двадцать четвёртое.
— Отлично, — детектив коротко кивнул, — дальше. Как я понимаю, ваше перемещение произошло в некоторой области, в которую попала большая часть здания. Вам известна судьба остальных пострадавших?
— Погибли, — коротко ответил Краус.
Допрос продолжался около получаса. Детектив подробно расспрашивал его о деталях произошедшего. Его интересовали мелочи, которые Краус не упомянул директору — были ли они одеты по погоде, были ли у них с собой деньги, как он чувствовал себя, слыша крик Симург. На последний вопрос Краус ответил с трудом — ему было тяжело даже вспоминать это ощущение. Наконец, детектив поднял руку и щёлкнул клавишей диктофона. Его помощница выступила вперёд и протянула Краусу несколько печатных листов и чёрную ручку. Он принял бумаги, мельком читая их содержимое — стандартные или очень похожие на них формы: ваше имя, ваши паспортные данные, ваше место проживания. Помощница уже отвернулась от него, протягивая бумаги остальным.
— Пожалуйста, заполните эти формы, — детектив пригладил тёмные волосы и внимательно посмотрел на каждого из Скитальцев, — я понимаю, что в рамках этого мира, открывать свои личности — рисковый и необдуманный шаг. Однако, полностью заполненная документация упростит процедуру присвоения вам статуса пострадавших и соответственно, запуск программы защиты свидетелей.
— Свидетелей? — Люк мельком пролистал документы и фыркнул, — вы сейчас серьёзно?
— В рамках дела девятнадцать-три-сорок шесть вы считаетесь пострадавшими по таким статьям как: массовое похищение при помощи паранормальных способностей, массовое вмешательство в вероятностные линии, пагубное влияние на психику первой степени, покушения на убийство, причинение инвалидности, оставление в опасных условиях, насильственное наделение паранормальными способностями, неоднократное принуждение к противозаконной деятельности. Полный список вы сможете получить после заполнения этих форм.
Оглядев притихших Скитальцев, детектив коротко кивнул:
— В рамках программы по защите свидетелей, вам гарантировано возвращение в реальность, известную как Земля-Алеф, а так же полное содержание и выделение пособия на период нахождения на попечении Бюро. Так же с вами будут проработаны легенды, которые позволят вам объяснить ваше отсутствие в рамках… Общепринятой картины мира. Бюро обязуется предоставить вам документацию, необходимую для вашей легенды. Учитывая ваше долгое отсутствие, Бюро обязуется восстановить ваш статус работника или студента, утерянный из-за действий Симург и выделить пособие, равное трёхмесячной средней заработной плате или стипендии. В рамках дела, вы так же будете уведомлены о вынесении приговора сущности, известной как Симург, а так же о приведении его в исполнение. Вопросы?
— Вы, — Люк очнулся первым, встряхиваясь и отмахиваясь от водопада юридических терминов, словно от надоедливых мух, — вы… в курсе, что шьёте дело против Симург? Против Губителя?
— О, я прекрасно осведомлён о статусе этого создания.
Впервые, на бесстрастном лице детектива промелькнуло что-то, похожее на раздражение.
— Я прекрасно понимаю, как к ней относятся на земле Бет. Симург, Губитель, Убийца Надежды. Чудовище, разрушившее Швейцарию, уничтожающее лучшие, самые яркие умы человечества. Вы можете видеть её неостановимым монстром, силой природы. Мы же…
Он сделал паузу, обводя их пристальным взглядом карих глаз.
— Я даю вам слово, дамы и господа. Мы низведём эту убийцу героев до ещё одной стопки документов на самой дальней, самой тёмной полке архива. В конце концов, Бюро было создано именно для этого.
***
Ноэль тяжело рухнула на землю в водопаде брызг. Её тело коснулось покрытого красными плитками пола, погребая под собой несколько кресел и лампу, и тут же вскочило на лапы. Она оглянулась по сторонам. Её второе, монструозное тело, неуверенно пошатывалось. Волчья голова принюхивалась к полу, втягивая воздух ноздрями, лапы, растущие из боков нервно скребли по плитке. Она словно оказалась в каком-то салоне — повсюду были расставлены красные кресла и лампы вокруг, высились колонны, поддерживающие потолок, а стены были покрыты мозаичными обоями зелёного цвета. — Где… — непонимающе пробормотала она. Сзади раздался плеск. Её тело стремительно развернулось, снося ещё одно кресло, и подготовилось к прыжку. Директор, появившаяся у дальней стены, мотнула головой, огляделась по сторонам и быстро надела наушники от старого кассетного плейера. Сам он висел у неё на поясе и исправно работал, несмотря на лужи воды вокруг. Тело Ноэль утробно заревело и бросилось вперёд. Пол под ней провалился. Квадратный участок с девушкой в центре опускался вниз, всё ниже и ниже, словно платформа. Её тело бросилось на стену, вонзая в неё когти и щупальца, ползя вверх, цепляясь за закрытые двери, что торчали в стенах словно окна в многоэтажках. Вдалеке послышались торопливые шаги — Директор убегала прочь. С ещё одним рывком, её тело выбралось из ямы и бросилось следом за убегающей женщиной. Оно вырвалось в тесный коридор, цепляясь за стены боками и, вдруг, противоположные дверные проемы с тихим шелестом вросли в стену, открывая просторный проход влево. Директор бросилась туда, тело Ноэль последовало за ней. Они неслись по широкой площадке — по стене лабиринта, вдруг ставшей полом. А пол, превратившийся в стену, всё отдалялся и отдалялся, словно двигаясь на невидимых рельсах. Голова быка в центре её тела распахнула пасть, извергая поток тягучей рвоты. Прямо за спиной Директора — в полу — открылась дверь и стала отбойником, защитившим бегущую женщину от тугой и липкой жидкости. И, всё же, её тело нагоняло жертву. Ещё несколько секунд и оно погребёт Директора под собой. Задние лапы с силой толкнули пол, бросая её тушу вперёд и, вдруг, стены и пол провернулись прямо под ними. Директор продолжила бежать по потолку, словно не обращая внимания на гравитацию. Ноэль болезненно рухнула вниз, давя люстру. Тело перевернулось, вставая на лапы, запрокинуло головы и бросилось вперёд, не отрывая взгляда от своей добычи. Словно в насмешку, перед ним вздыбились участки поверхности, превратившиеся в ступени. Оно вскарабкалось на них прыжками, тяжело приземляясь на деревянные панели потолка, что стали полом. Директор распахнула одну из дверей в стене и забежала внутрь, захлопнув ту за собой. Тело Ноэль утробно завыло и бросилось прямо на стену, пытаясь пробить её насквозь. Сама она почти ничего не соображала — жар от тела, словно от горячей печи, гормоны, бушующие в её крови и стены лабиринта, путающие и вызывающие тошноту — Ноэль могла лишь цепляться за массу плоти, заменившую ей таз и удерживать себя в сознании. За секунду до столкновения со стеной та с шелестом расступилась, словно вбираясь сама в себя. Тело пролетело вперёд и врезалось в один из фрагментов пола. Потеряв равновесие, оно покатилось по поверхности, сшибая лампы, кресла и столы, неловко поднялось на ноги и бросилось вперёд — Директор стояла прямо перед ним. И снова, ровно за секунду до столкновения, стены лабиринта сдвинулись. Участок, где стояла Директор, сдвинулся, унося её назад, а под ногами её тела открылась глубокая пропасть. Она рухнула вниз. Её испуганный крик почти заглох на фоне яростного рёва из трёх животных пастей её тела. Она чувствовала его ярость и недоумение. Тело чувствовало себя словно лев, высший хищник саванны, оказавшийся в центре цирковой арены. Словно животное, оно бросалось на единственную доступную ему цель, на Директора, на дрессировщика, но натыкалось то на прочные прутья клетки, то на плотную струю холодной воды. Она рухнула на стену и покатилась по ней вниз, как по наклонной поверхности. Участки стены впереди снова разошлись, пол опустился вниз. Она снова оказалась в той самой комнате, где и появилась — в полуразрушенной зале с полом, залитым водой. Встряхнувшись, её тело рвануло вперёд, снова несясь по коридорам, пытаясь обогнать изменяющиеся комнаты этого лабиринта. Снова и снова пол под его ногами расходился, бросая его в коридоры, стены закрывали выходы из этого странного места, а на потолке, словно в насмешку, появлялись и исчезали проходы, ведущие куда-то наружу, откуда падали лучи белого света. Ноэль почти потеряла сознание — жар от бегущей туши был нестерпим, видения, заполонившие её сознание, заставляли сомневаться в том, что с ней происходит, а повторяющиеся стены, комнаты и дверные проемы вызывали приступы острой тошноты. Она почти лежала на спине своего второго тела, прикрыв глаза и полностью уступив его воле — оно же рвалось вперёд и вперёд, безуспешно пытаясь вырваться из ловушки. Время шло. Круг. Ещё один. Ещё один. Болезненное падение следовало за болезненным падением. Лабиринт играл со своей жертвой, каждый раз маня близким выходом или незнакомой комнатой и каждый раз закрывая её в последнюю секунду. Тело Ноэль могло проломить стены и двери — но каждый раз лабиринт предугадывал его действия и сам уступал, открывая ей проход в уже знакомые коридоры. Её тело носилось по комнатам словно глупый, маленький хомяк, бегущий по колесу. Оно не действовало логично или предусмотрительно — оно вело себя как загнанный волк, бегущий вдоль тонкой линии красных флажков. В конце, оно наконец остановилось и рухнуло на землю. Оно не чувствовало усталости, но звериный разум, направляющий его действия наконец понял бессмысленность своих действий и решил поберечь силы. Волна острого голода пришла сразу же, заставив Ноэль жалобно захныкать, свернуться в клубок и прикрыть глаза. Она не спала, нет… Или может быть, всё же спала. Она словно ходила по лабиринту, повторяя путь своего тела, ходила на ногах. Нормальных человеческих ногах. Это было странно. Она опустила взгляд вниз и даже через пелену сна ощутила острое смущение — у неё не было ни штанов, ни даже нижнего белья. Судорожно оглянувшись по сторонам, Ноэль увидела рядом дверь, ведущую в каморку уборщика и осторожно потянула её за ручку, заглядывая внутрь. К её облегчению, внутри, вместе с множеством швабр, вёдер, чистящих жидкостей и прочих предметов, висел и комплект униформы. Она надела штаны, с непривычки путаясь в ногах, затянула ремень, неловко зашнуровала ботинки и непонимающе нахмурилась — они не были ни велики, ни малы. Натянув грязную майку, прикрывшую её грудь, она хмыкнула и потянула за рукав синюю куртку уборщика, висящую рядом. Надев её, она по привычке сунула руки в карманы и нащупала в правом прямоугольную карточку со шнурком. «Ноэль Мэйнхардт. Младший помощник уборщика.» Она удовлетворённо кивнула, посчитав это абсолютно логичным, повесила пропуск на грудь, толкнула дверь от себя и остановилась. Впереди высилась груда плоти. Настоящая гора из мяса — лапы, щупальца, пасти животных и бугры внутренних органов, едва прикрытые кожей. Всё это выглядело так, словно бы уже пару дней лежало на жаре. А запах!.. Ноэль пошатнулась, прикрывая лицо рукой, судорожно огляделась по сторонам и тут же нацепила попавший под руку респиратор. «Так не пойдёт» — подумала она и развернулась, осматривая каморку уборщика. Среди множества инструментов нашлись и вилы, и тяжёлый пожарный топор и прочная тележка. Она погрузила на неё всё что нашла и потянула её к туше. Добравшись до неё, она сложила все инструменты на землю, оставив на тележке лишь контейнеры с знаком биологической опасности, осторожно взяла в руки топор и ударила по выступавшему из туши когтю. Он с хрустом отвалился от туши. Ноэль подняла его с пола и даже не удивилась его лёгкости. Разумеется, она ведь спала и видела сон. Ноэль сунула коготь в контейнер, а затем — снова подхватила топор. Заполнив тележку фрагментами туши, она покатила её вперёд по коридору. Стены ненавистного лабиринта дрогнули, выпуская её сначала на узкий мост, протянувшийся над тёмной пропастью, и дальше — в коридор неизвестного здания. В конце коридора, прямо у двери, стоял небольшой столик, за которым сидел скучающий охранник. Он поднял голову, скользнул взглядом по пропуску, кивнул и постучал пальцем по стене рядом с дверным проёмом. На ней висело несколько плакатов: «ЗАПРЕЩАЕТСЯ БРОСАТЬ В ГОРН ЖИВЫХ СУЩЕСТВ» «ЗАПРЕЩАЕТСЯ РАЗГОВАРИВАТЬ С ГОРНОМ БОЛЕЕ ТРЁХ МИНУТ» «ЗАПРЕЩАЕТСЯ ЗАКЛЮЧАТЬ СДЕЛКИ С ГОРНОМ» «В ПОМЕЩЕНИИ НЕ КУРИТЬ». — Всё понятно? — спросил он Ноэль. Она кивнула. Охранник махнул рукой, пропуская девушку внутрь. Там, в просторном зале, заполненном машинерией, у дальней стены высилась огромная печь. Её пасть протянулась от одной стены до другой, а пламя, горящее внутри слепило взгляд. Ноэль покатила тележку вперёд, остановилась на платформе прямо перед печью, ухватила один из контейнеров за борт и опрокинула его на бок, вываливая содержимое внутрь. Пламя сыто загудело, поглощая плоть и кости. — ЕЩЁ! — пыхнула печь. Ноэль выгрузила второй контейнер, поставила его на тележку и покатила назад. Снова и снова она ездила туда и сюда. Снова и снова она рубила, резала и разбивала тушу, лежащую посреди коридора. Снова и снова её куски сгорали в пламени, а печь довольно пыхтела и дышала на Ноэль тёплым и сухим воздухом. Охранник то спал, положив локти на стол, то читал один из журналов, то разбирал и собирал свой пистолет, положив его на уже прочтённый журнал. Ноэль всё возила и возила тележку. Туша, сначала возвышавшаяся над ней как гора, становилась всё меньше и меньше. Она не считала время — время текло, словно во сне — без рамок и ограничений. Может она таскала, рубила и резала всего лишь минуту, может — тысячу лет. Её это и не заботило. Туша распадалась на всё меньшие и меньшие фрагменты, пока от неё не остались лишь грязные потёки на полу. На этот раз Ноэль вооружилась шваброй и ведрами, тщательно оттирая плитку и собирая липкие и отвратительные жидкости в вёдра. Их содержимое тоже отправилось в печь — та лишь сыто закряхтела и пыхнула, поднимая к потолку облако густого белого пара. Ноэль положила инструменты на место и пошла вперёд, проходя по лабиринту, по мосту и мимо охранника. Она прошла по техническим коридорам, мимо складских помещений и мирно гудящих генераторов, и вошла в небольшую дежурную комнату. Там её ждала рыжеволосая женщина в костюме, похожем на наряд одного из героев или злодеев земли Бет. Женщина подняла на неё взгляд, встала с кресла и устало улыбнулась: — Поздравляю с первым рабочим днём… Коллега. Ноэль моргнула. Посмотрела вниз. И рухнула на пол, словно бы разучившись ходить. — Господи, — произнесла она срывающимся голосом, — о, Господи… Я… Это ноги. Мои… Мои ноги… Я… Она протянула дрожащую руку и осторожно дотронулась до своего колена. Оно ужасно болело от удара о твёрдый пол. У неё. Ноэль Мейнхарт. Болело колено. Не выдержав, она закрыла лицо руками и разрыдалась, раскачиваясь из стороны в сторону. С усталым вздохом женщина с рыжими волосами опустилась на пол рядом с ней и осторожно приобняла её за плечи. — Скажите что это не сон! — отчаянно взмолилась Ноэль, вцепляясь в неё, словно утопающая за верёвку, — пожалуйста! Я всё сделаю, я… Пожалуйста, я не хочу проснуться! Пусть они останутся… Пожалуйста, пусть мои ноги останутся. Пусть оно уйдёт… — Какой же это сон? — успокаивающе спросила женщина, мягко гладя её по волосам, — ты же только что проснулась? В ответ Ноэль лишь разрыдалась вновь, не в силах передать словами эмоции, бушующие в её груди.***
— Я… Я вам плечо всё промочила, — смущённо пробормотала она и шмыгнула носом. Они вместе шли по коридору — Ноэль шагала медленно и неловко, часто уставая и останавливалась. Женщина, директор Фейден… Джесси Фейден, поддерживала её за плечо. — Это — последнее что меня беспокоит, — Джесси отмахнулась, — ты точно хочешь идти прямо сейчас? — Я хочу увидеть Крауса, — она упрямо наклонила голову, — я хочу, чтобы он знал. Я хочу, чтобы он знал что со мной всё в порядке. Джесси усмехнулась и посмотрела куда-то назад, вглядываясь в далёкую стену так, будто бы видела сквозь неё. — Я понимаю. Ноэль снова шмыгнула носом и спросила: — Вы точно отправите нас домой? — Мы сделаем всё возможное, — с уверенностью ответила Джесси, обернувшись к ней. — Но почему? — она пошатнулась, хватаясь за плечо идущей рядом женщины и смущенно улыбнулась, — почему? Мы всего лишь кучка школьников. У нас ничего нет, у нас абсолютно нормальные родители и мы… У неё перехватило горло, и она тяжело сглотнула. — Это — дело принципа, — Джесси раздраженно поджала губы, — видишь ли, Ноэль. То, что сделала Симург, то что делают эти ваши губители — это плевок в лицо всему Бюро. Мы не сражаемся именно за вас, за Скитальцев. Мы уничтожим их потому, что они имеют наглость существовать в нашем присутствии. — Их пытались уничтожить, — вяло возразила Ноэль. — Пытались, — согласилась с ней Джесси, — и хорошо пытались. Поэтому, мы призовём на бой всех… Она сделала паузу и скривилась, будто бы проглотила что-то кислое. — Если, конечно, эти все соизволят откликнуться на зов. Ноэль остановилась перед двойными дверями в конце коридора. Джесси подтолкнула её вперёд. Двери раскрылись и она прищурилась, прикрывая лицо от яркого света люминесцентных ламп. — Ноэль?! Ноэль! Краус. Она неловко шагнула вперёд, смеясь и плача одновременно. Он подхватил её на руки, с силой прижимая к себе и, не выдержав, глухо разрыдался, хватаясь за её плечи болезненно-крепкой хваткой. — Всё хорошо, Краус, — тихо пробормотала Ноэль, гладя его по спине, и неловко встала на цыпочки, целуя его в щёку под сдвинутой маской, — всё обязательно будет хорошо… Наверху, на одном из мостков, стояли двое. Лейтенант Гарсиа осторожно опирался на узкие перила мостка, не доверяя их способности выдержать вес экзоскелета. Макс Гус расслабленно висел над ними, усевшись на воздухе. — Знаешь, коллега, — внезапно произнёс Гус, посмотрев вниз, — вот ты из себя такой весь, понимаешь крутой. Неостановимый убийца на службе у Бюро. А вот посмотришь на такое и представь себе — мы здесь не только для стрельбы во всё, что шевелится. — Ты только сейчас это понял? — удивился Гарсиа. Гус беззаботно отмахнулся: — Да нет, ты что. Я просто всегда об этом забываю…***
Заброшенная строительная площадка постепенно превращалась в укреплённый лагерь. Оперативники в чёрной броне появлялись из одного вагончика строителей и рассредотачивались по периметру, перекрывая подходы. Возникали импровизированные посты наблюдения и караулки. Ворота уже перекрыли бетонным блоком, поставленным поперёк дороги, а фары строительной техники подключили к переносным генераторам, устроив импровизированные прожекторы. Черные солдаты не дали подойти тем немногочисленным любопытным, что сунулись было ближе. Спустя несколько часов, их лишили и такой возможности — появились оперативники СКП. Они заняли позиции вокруг стройки, не угрожая, но готовясь встретить возможную агрессию. К ним присоединились и герои — Батарея, Скорость, Бесстрашный и Штурм. Молчаливое противостояние длилось несколько часов — лишь сменялись караулы, да молча выжидали оперативники, пристально наблюдая за действиями своих коллег по ту сторону сетчатого забора. К утру в воздухе мелькнули две летящие фигуры. Легенда опустился на землю первым, за ним последовала Александрия. Один из автомобилей СКП проехал через кордон и из него вышла темнокожая женщина. Она подошла к Легенде и продемонстрировала ему своё удостоверение. — Специальный посол СКП, Эммелина Вейс. Здесь по поручению шеф-директора Коста-Браун. Легенда вежливо улыбнулся: — Рад знакомству. Эммелина устало фыркнула и покачала головой: — Жаль, оно не прошло в более подходящих обстоятельствах. Вы уверены, что желаете перевести первичные переговоры в таком формате? У нас тут контакт миров. Подобного не происходило даже с Алеф. — Насколько я понимаю, — Александрия оглядела стоящих за решёткой солдат, — это не контакт правительств двух миров. Это стадия, что предшествует ему. Мы установим первичный диалог, определим характер будущих переговоров и их формат. Шеф-директор Коста-Браво согласна с моим предложением. — Хм, — Эмеллина коротко пожала плечами, — в таком случае, я полагаюсь на вас. — Не будем терять времени, — предложил Легенда и первым подошёл к забору. Один из оперативников с другой стороны потянул на себя сетчатое ограждение, открывая ему путь. — Проходите. Внутрь кабинки и прямо по коридору. Других проходов нет — ещё не успели расчистить завалы после Левиафана. — Внутрь кабинки и по коридору, — с улыбкой повторил за ним Легенда, — благодарю, нам вполне подойдёт и этот. Оперативник коротко кивнул и отступил, пропуская их вперёд. Эммелина приложила руку к гарнитуре: — Директор Пиггот, мы начинаем. Действуйте по заранее утверждённому плану, время икс — три часа с момента последнего контакта… Да, благодарю вас. Удача нам понадобится. — Пиггот и местное отделение СКП в полной готовности, — пояснила она, обращаясь к Легенде. Тот коротко кивнул и прошёл в дверь кабинки. Александрия последовала за ними, коротко оглянувшись назад напоследок. Они прошли по коридору, минуя выбитую дверь и следы недавней схватки, прошли дальше, мимо помещений, уже занятых новыми владельцами, и вышли в открытый ангар, где в самом центре их ждала Директор. Её оперативники встречались повсюду — почти никто не обращал внимания на двух членов Триумвирата и посла СКП. — Я должна извиниться, Легенда, — Директор подняла голову и коротко кивнула им, — моя ложь была необходимостью. Бюро должно было узнать о вашем мире прежде, чем инициировать какой-либо контакт. — Это не нанесло вреда ни мне лично, ни Протекторату, — Легенда примирительно поднял руку, — и если оно так и останется, я не стану держать обиду. — Принимается, — Директор коротко кивнула, — в таком случае, Джесси Фейден. Директор Федерального Бюро Контроля. — Александрия, — коротко ответила его коллега, — со мной, специальный посол СКП Эммелина Вейс. — Рада знакомству, — Директор прищурилась, — вопрос. Вы готовы обсуждать грядущий апокалипсис? — Предсказание Дины Элкотт, от пятого мая этого года? — Вейс приподняла бровь, — да, я думаю что обладаю нужной компетенцией. — Тогда за мной, — Директор развернулась, — в переговорный зал. Мне сообщили что две другие партии уже близко. — Две другие? — уточнила Александрия. — Структуры из других стран, — Директор замедлила шаг, дав им возможность нагнать её, — мы изрядно обеспокоены обрисованной Элкотт перспективой… Да, Неформалы ведь вернули её домой? — Вернули, — подтвердил Легенда, — она находится под охраной СКП. — Отлично, — Директор коротко кивнула и распахнула одну из дверей, что вела прочь из ангара. В тишине комнаты ясно и отчётливо щёлкнул предохранитель пистолета. — Вы можете быть богами, древними сущностями или пришельцами — меня не волнует. Попробуйте только тронуть мою кофеварку и я Богом клянусь, я… О, Джесси. Рада тебя видеть. Эмили Поуп моргнула, нервным жестом протёрла глаза, опустила пистолет и развернулась к кофемашине. — Сколько ты не спала, Эмили? — осторожно уточнила Джесси. — В среднем, около трёх суток, — нервно ответила Эмили, наливая себе кофе, — я прошу прощения. Мой рассудок находится на пределе. Это раздражает. — Думаю мы сможем закрыть на это глаза, — вежливо ответил Легенда, занимая место за круглым столом в центре комнаты, — могу ли я узнать ваше имя? — Эмили. — Коротко ответила она, а затем моргнула, — Ох. Эмили Поуп, глава Исследовательского Отдела. Вы, должно быть, Легенда и Александрия. Как я и сказала, прошу игнорировать моё очевидное отсутствие такта, здравого смысла и логичного поведения. Джесси покачала головой. — Это из-за пророчества о конце света? — Да? Нет, — Поуп со вздохом уселась на кресло в углу стола, — помимо очевидной загруженности Исследовательского Отдела, в кабинете доктора Дарлинга уже третью неделю наблюдаются пространственные искажения неизвестной натуры. Судя по характеру их поведения, мы ожидаем резонанса этих искажений через трое суток, плюс-минус десять часов. Я несколько подавлена и раздражена тем, что какая-то межпространственная хрень решила прорвать реальность в кабинете моего наставника. — Вы загружены, — отметила Александрия, занимая место по правую руку от Легенды, — разумно ли доводить себя до подобного состояния? — Нет, — Эмили покачала головой, — выбора у меня тоже нет. И на этом остановимся. Конец света. Предлагаю обсудить его. — Согласно пророчеству Дины Элкотт, — Эммелина Вейс кашлянула и положила на стол папку с документами, — мир должен был быть уничтожен через два года. Однако, своевременное убийство Джека Остряка отодвинуло эту границу на десять-пятнадцать лет вперёд. — Попрошу прерваться, — Джесси подняла руку, — наши… Коллеги уже здесь. Двери открылись, пропуская трёх человек. Первые двое походили друг на друга формой и тем, как держали себя. Оба — в полевом военном обмундировании черного цвета без знаков различий, оба двигались с характерной выправкой. Первый мужчина был высок и сухощав, с посеребренными сединой висками и строго очерченными чертами лица. Второй, шедший чуть позади, был более приземист, шире в плечах и смотрел вокруг внимательным, пристальным взглядом. Следом за ними шёл третий, высокий и самый молодой из них. В отличие от своих спутников, военной форме он предпочёл настоящий рыцарский доспех — и не реликвию прошедших времён, а нечто иное — конструкцию, вобравшую в себя опыт военных действий двадцать первого века. Под сочленениями стали виднелись кевларовые вставки, шлем за его спиной напоминал современные баллистические модели, пусть он и был украшен фигурными металлическими полосами, похожими на крылья. Металл доспеха был отполирован почти до блеска и испещрён вязью золотых линий, образующих многочисленные портреты святых или строки священных писаний на латыни, греческом, санскрите и множестве других языков. — Вы звали, — коротко произнёс первый мужчина, — мы откликнулись на зов. Игорь Литвинов, Ведущий. Тринадцатый отдел ФСБ. Так же известный, как Сияние. — Алексей Дамиров, Ведомый, — его спутник поднял взгляд на Эмили Поуп и улыбнулся, — Эмили, мы встречались с вами на конференции в Берлине. — А, это вы, — её подруга вяло кивнула, — я бы с удовольствием продолжила нашу беседу о влиянии массовых культурных феноменов на предметы силы, но сейчас не место. Может быть в другой раз. — Крестелли Шох, — представился последний вошедший, — рыцарь-капитан ватиканской стражи. Он мягко улыбнулся всем собравшимся и занял место с краю стола. После раунда взаимных приветствий, прошелестевших по помещению как сухие листья, Александрия подняла руку, ожидая, пока все умолкнут: — Судя тому как вы реагируете на взрослых людей, обрядившихся в наряды персонажей из комиксов, вы имеете представление о паралюдях земли Бет. Я хотела бы попросить вас об ответной услуге. — Перед вами представители трёх различных обществ, направленных на контроль паранормальных явлений на нашей Земле. Земля ноль, для удобства. Эмили кашлянула, опираясь спиной на тумбочку с кофеваркой и продолжила. — С вашего позволения, я останусь стоять. Стоя я не усну. Теперь, продолжим. Помимо различных угроз из других реальностей, основная задача Бюро и его коллег — сдерживание предметов, называемых Объекты Силы. Для простоты представления, вы можете считать их неодушевлёнными предметами, испытавшими триггер-событие. В результате данные предметы получают набор способностей и управляющую систему с рудиментарным интеллектом, достаточным, чтобы применять эти способности на всё, что оказывается поблизости. Особенно на людях. — Мы ни разу не встречались ни с чем подобным, — заметила Эммелина Вейс, откладывая блокнот в сторону. Первая его страница уже была исписана ровным, убористым почерком, — надо полагать, что природа ваших… Предметов силы отличается от паралюдей. — Верно, — согласилась Эмили, — опять же, не вдаваясь в подробности. Представьте две меры воды одинаковой массы. Одну перевели в жидкое состояние, другую в газообразное. Объём, занимаемый этими мерами существенно разнится. Развивая аналогию — пусть обе наши реальности обладают равным количеством потенциальной энергии, необходимой для манифестации предметов силы, в нашей эта энергия более сконцентрирована. — Если мне позволят продолжить, — Ведущий, Игорь Литвинов, поднял руку, — различные общества нашей Земли используют различные меры противодействия угрозам. В данном случае, в этом помещении находятся два носителя сильнейших Предметов Силы в истории. — Что они могут конкретно? — уточнила посол Вейс, — я благодарна за лекцию, но меня интересует практика. — Табельное оружие, — Джесси положила его на стол, — не рекомендую трогать. Оно связано с аспектом убийства. Говоря проще — он и ему подобные… Подсасываются к… Психике человечества и каким-то образом черпают из этого энергию. Практически — он связан с идеей причинения смертельного вреда другому. И его было достаточно для того, чтобы развеять Сибирь одним выстрелом. — Как выяснилось, она была дистанционно управляемой проекцией, — заметил Легенда, — и, всё же, впечатляет. Вы участвовали в бою с Левиафаном. В самом конце он внезапно отступил, не встречая противодействия ни от кейпов, ни от Сына. Вы находились в том квадрате. — Я его подстрелила, — призналась Джесси, — не уверена, был ли выстрел смертелен… Или вообще смог нанести значимое ранение. С другой стороны он решил отступить… Александрия медленно вдохнула и пристально посмотрела на Джесси. — В ваших руках — оружие, способное нанести урон Губителю. Урон достаточный для того, чтобы заставить его отступить, а не уничтожить угрозу. Я не ошиблась? — Как я и сказал, два предмета силы, — Литвинов перевёл взгляд на рыцаря-капитана. Тот ослепительно улыбнулся и снял с пояса меч, положив его на стол перед собой. Лезвие меча было белоснежным — словно тонкая полоса мрамора, обращённая в сталь. Его крестовина была прямой, походя на настоящий крест, а заточка — обоюдоострой. Табельное оружие перед Джесси с шелестом сложилось само в себя, обратившись кинжалом со странным лезвием, похожим на металлическую расческу с множеством зубчиков. — Мечелом! — обрадованно воскликнул Крестелли, — о, директор, я вижу он помнит их прошлые встречи! — Кинжал, предназначенный для парирования ударов меча, — отметила Александрия, — прозрачный намёк. Полагаю, их общая история началась не сегодня. — Вера может пробудить лучшие качества человека… А может и худшие, — Крестелли коротко хохотнул, — и в этом случае, на сцену выходит Убийца и его носитель. — А мне кажется он просто ревнует, — Джесси сгребла кинжал за рукоять и повесила на пояс, — так значит, Губители. Они ведь самый вероятный претендент? — Мы не исключаем вероятности появления нового события S-класса, — Александрия покачала головой, — но в данный момент это действительно так. Даже если забыть о пророчестве, рано или поздно атаки Губителей уничтожат мировую экономику и через несколько лет — цивилизацию. Мы будем вынуждены раз за разом оставлять разрушенные города, пока не останется ни одного центра, ни одного крупного города. — Мрачные вести, леди Александрия, — Крестелли поднял на неё взгляд, — Способности первых двух Губителей воистину чудовищны, но я хотел бы знать о последней. Верно ли то, что она крадёт судьбы людей? Верно ли то, что заставляет их вершить страшные дела против воли? — Вы говорите о бомбах Симург? — Легенда нахмурился и печально вздохнул, — да. Боюсь что это так. Мы пытались разработать систему, позволяющую им вернуться в общество, но… К сожалению, мы провалились. Единственный способ обезопасить их — или запереть в карантине, или убить. Даже это не гарантирует результата. В случае Симург, ничто не гарантирует результата. — В таком случае, я выступлю в бой, — Крестелли вскинул подбородок и положил руку на рукоять меча, — я выступлю в бой конным или пешим, один или армией. Разницы нет. Сущность, известная как Симург, покусилась на величайший дар человеку — на его свободу, на его волю. Я выступлю в бой, друзья, но должен предупредить — я не стану скрывать свою личину или сдерживать удары. Враг должен быть повержен. — Чуть меньше пафоса, — Литвинов раздраженно мотнул головой и наклонился вперёд. Так же как и у Эммелины Вейс, в его руках была зажата ручка, а рядом лежал блокнот. — Я хотел бы знать степень защиты этих созданий. Предполагаю, ваши… Паралюди обладают широким набором наступательных способностей. Вы можете дать нам хотя бы базовое представление о их возможностях? О их живучести? — Бегемот спокойно пережил попадание нескольких ядерных зарядов, — Вейс хмуро кивнула в сторону сидящих рядом героев, — Легенда и Александрия могут подтвердить мои слова. — Я был там, — Легенда тяжело вздохнул, — все мы были, весь Триумвират. Это было в России. Ваши соотечественники весьма… Ревностно относятся к героям из чужих стран, но в тот момент даже они были в отчаянии. Бегемот рвался к эвакуационным базам, мы пытались остановить его всем, чем могли. Это была отчаянная идея — использовать ядерные боеголовки системы противоракетной обороны, но тогда мы думали что это может дать нам немного времени… — А затем Бегемот вышел из облака взрыва неповреждённым, — мрачно договорила за него Александрия, — в тот день мы потеряли две трети героев Протектората, восемьдесят процентов российских кейпов, беженцев и саму Москву. Крак! Литвинов медленно опустил взгляд вниз. Ручка в его руках треснула, пробив кожу острым осколком, и теперь на стол капали чернила вперемешку с кровью. Его напарник, Алексей, казалось и вовсе застыл на месте. Лишь его взгляд, пристальный и острый, скользил от одного кейпа Протектората к другому. — Я искренне извиняюсь, — спокойно произнёс Литвинов и накрыл раненную руку и грязное пятно на столе ладонью здоровой руки. Поверхность стола на краткий миг озарилась жёлтым, солнечным светом и, когда он убрал руку, рана и пятна исчезли, а ручка вновь стала целой. — Так значит, — продолжил он всё тем же абсолютно спокойным и бесцветным тоном, — мы потеряли Москву. — Вы не потеряли её, — горячо возразил Легенда, — ваш город цел и нетронут. И в этом нет ни вашей вины, ни вашей ответственности. Если уж и искать вину, то делать это надо среди нас — среди тех, кто сражается с Губителями уже несколько лет, но всё ещё не остановил их. — Возможно я ослышался, — Литвинов раздраженно нахмурился, — возможно я не понял вас. Возможно речь идёт не о Москве, не о Кремле и Мавзолее, не о городе, где жили Айвазовский, Ахматова и Высоцкий? Может быть, вы говорите о городе Москоу, штат Айдахо? Нет? Секунду, он вглядывался в лицо Легенды и не найдя там подтверждения своим словам, раздраженно скривился: — Тогда воздержитесь от подобных глупостей, Легенда. Директор. Литвинов встал и развернулся к Джесси. Его заместитель остался сидеть, всё так же не говоря ни слова и почти не двигаясь. — Я приношу свои искренние извинения. Как оказалось, угроза вставшая перед нами действительно велика. Ещё ни одна сущность, ни одно создание не бросало нам вызов в столь наглой и беспардонной форме. С вашего позволения, я свяжусь со всеми агентами нашего отдела. Мы прибудем во всеоружии. Уверен, нам удастся уговорить наших украинских коллег на время выделить их драгоценную Мрию. Мы можем разместить саркофаг со Светланой на территории Штатов? — Обговорите это с Маршалл, — посоветовала ему Джесси. — Так и поступлю, — согласился Литвинов. Оглядев всех собравшихся, он коротко кивнул, приложив руку к сердцу. — Я вынужден покинуть это собрание. Считайте Алексея моим полноценным заместителем. Развернувшись, он стремительно вышел из кабинета. Джесси криво усмехнулась, провожая его взглядом. Посол Вейс глухо кашлянула, привлекая внимание собравшихся. — Я благодарна вам за ваше намерение сотрудничать, но хотела бы знать больше о природе ваших организаций и ваших способностях. Если вы позволите? — Да, конечно, — Крестелли наклонился вперёд и дружелюбно поднял брови, — что конкретно вы хотели бы услышать? — Я составила небольшой список, — ответила посол, постукивая ручкой по столу.
