Счастливые парни читают книги и пьют кофе

      Проснулся я в послеобеденное время. Голова трещала, а мышцы во всём теле ныли. Не самое приятное ощущение. Провалиться обратно в спасительный сон мешала ужасная жажда. Во рту было как в пустыне, на зубах даже потрескивал непонятно откуда взявшийся песок. Лежать так дальше было сплошное мучение, поэтому пришлось вставать.       Я шел на кухню, держась за стенку. Это был мой дом, что не могло не радовать. Проходя мимо гостиной, на диване я заметил тело. Мой больной мозг не мог понять кто это мог находится в доме на отшибе мира, пока глаза не наткнулись на пиджак. События вчерашней ночи стали проясняться. Долго смотреть на спящего друга я не стал, а пошел дальше на водопой. На кухне я отыскал таблетки от головы и залпом выпил несколько стаканов воды.       Я налил стакан и Брендону и понёс его вместе с таблетками к его посапывающей туше. Как бы не пытался, тихо поставить стакан на журнальный столик не получилось. Рука дрогнула и стекло ударилось с поверхностью стола. Не сильно: вода даже почти не разлилась, но достаточно громко, чтобы Брендон начал ворочаться, хмуриться и, конечно же, ворчать. — Какого чёрта ты тут стучишь? Вчера не хватило?       Он протёр кулаками глаза и недовольно уставился на меня. Я неловко поджал губы. На самом деле, я хотел дать ему ещё поспать, но, после вчерашнего, я не лучший хозяин. — Я тебе таблетки принёс.       Брендон в удивлении округлил глаза. Он стал выглядит каким-то растроганным? Неужели, на всех вечеринках, которые он постоянно посещает, не находилось того, кто бы о нём позаботился? — Тайлер, выходи за меня!       Он протянул мне руку, на которую я выдавил таблетку. — Для меня не выгоден этот брак. — Я подождал, пока он запьёт лекарство, и отставил стакан. — а теперь двигайся.       Брендон прижался спиной к спинке, и я лёг рядом. Диван не был достаточно широким для двух взрослых мужчин, поэтому какая-то часть меня находилась в воздухе. Брендон приобнял меня для устойчивости и удобства. В таком положении мы и пролежала до момента действия таблеток.       Под дуэт наших голодных желудков, было принято решение принять поздний завтрак — просроченный обед — ранний ужин. Выбирать кто из нас готовит не пришлось: мой друг убежал в ванную, а я на кухню жарить нам яичницу. Забавно, что прошлое моё утро после попойки тоже включало в себя жаренные яйца… А вот то, что я за сегодня уже не раз вспомнил соседа — не забавно. — Как я рад возвращению Тайлера из Великой депрессии!       Брендон со своими мокрым волосами выглядел, как огурчик, особенно на фоне меня во вчерашней одежде. Я поставил порции на стол, и друг мой накинулся на эти яйца, словно не ел до этого три дня минимум. С набитым ртом он рассказывал мне новости из Огайо. Родители вывезли все вещи, мои и Тома, из нашей квартиры. Её уже выставили на продажу. В «Счастливых парнях» выручка не поднимается с нулевой отметки. Потом он решил вспомнить мою вчерашнюю стычку с Джошем, которую я не помнил и предпочитал не вспоминать. — Кстати ты давно перестал косплеить «властелина колец»? — Спросил Брендон, рассматривая меня.       Я на автомате дотронулся до шеи, где не снимая носил кольцо с самого прилета сюда. Сердце пропустило удар, второй, затем принялось нагонять потери. Было пусто. Не было ни кольца, ни цепочки, на котором оно весело. Мои руки задрожали. — Где оно? — Я начал заикаться. Верный признак паники. — Я не снимал его. Тогда где оно?       Брендон взял меня за руку и начал громко дышать. Я пытался повторять за ним, но иногда пропускал вдохи. — Успокойся. Оно не потерялось. Сейчас мы его найдём. — он говорил медленно и чётко. — Ты посмотри на верху, а я поищу на первом этаже.       Я часто закивал, как болванчик, и убежал на второй этаж. Проверил каждый миллиметр комнаты, вывернул всю одежду, что хоть раз носил здесь, перерыл всю кровать и перевернул матрас. Брендон ели уговорил воздержаться от вскрытия пола. Но кольца не было нигде. — Не переживай. Если его нет здесь, значит ты обронил его в пабе.       Через десять минут мы уже стояли у паба. Он был закрыт. Выругавшись, я показал Брендону дорогу до дома Лауры.       Дверь нам открыла хозяйка дома и притянула в объятия. — Тайлер, я рада тебя видеть! Проходите в дом, я поставлю чайник.       Лаура, как всегда, была весела и гостеприимна. Но я стоял, как вкопанный, на пороге с красными глазами. — Простите, Лаура, но у меня важное дело. Эшли дома? — Она только легла спать. Может, я могу помочь? — Вы знаете, где лежат ключи от паба? Пожалуйста, мне очень нужно.       Я ели сдерживал свои слёзы. Это оказалось весомым аргументом, чтобы Лаура попросила нас подождать минуточку и отправилась в комнату дочери. Вернулась она уже с сонной Эшли и спокойным Биллом. — Надеюсь, это и правда что-то важное, — сказала Эшли, накидывая куртку. — потому что я хотела проспать до завтрашнего дня. И я планирую выяснить в чем дело. — От этого зависит моя жизнь. — И я не преувеличивал.       Они все собрались ехать помогать мне. Сил отговаривать их у меня не было. Вскоре мы все вместе вновь оказались возле паба. Эшли открыла открыла ключом дверь, приглашая внутрь. Зайдя, я замер в ужасе. — Ты уже всё убрала?       Гордая собой Эшли прислонилась к ближайшему столу и зевнула, прикрывая рот рукой. — Паб откроется уже вечером для посетителей. Я только вернулась домой и легла, как приехали вы. — Ты ничего тут не находила? — Кроме пластиковых стаканов, кучи салфеток и различных бутылок? Кто-то оставил трусы, но я не думаю, что это то, за чем ты приехал.       Я взялся за голову. Как же так? Всё становится всё хуже. Я упал на колени и стал осматривать каждую трещинку в полу. Все постепенно тоже стали осматривать территорию паба. Брендон, по моей просьбе, проверил мешки с мусором.       Я поставил вокруг себя защитную стену и больше ничего не слышал. Я ползал на коленях, задевал столы и стулья, ковырялся в щелях между паркетинами — вдруг цепочка провалилась туда. — Так что мы ищем? — спустя пять минут поисков Билл всё же решил уточнить.       Я дёрнулся, выходя из своеобразного транса, и оставил в покое трещину. Что мне ответить, чтобы не раскрывать все карты, но и облегчить поиски? Разве, если кто-то из них найдёт обручальное кольцо, то не будет задавать лишних вопросов? Я рвано выдохнул. — Кольцо. — Кольцо? — Эшли поднялась с колен и возмущённо подняла руки. — Что в нем такого особенного, что ты не можешь купить другое похожее?       В моих глазах вновь начали собираться слёзы. Брендон, заметив моё учащённое дыхание, бросился ко мне. Но мой язык был быстрее. — Это моё обручальное кольцо.       Все с удивлением уставились на меня. Я не мог этого выдержать, поэтому зажмурился. Тогда Брендон добежал и притянул меня в свои объятия. — Ты замужем? — пискнула Эшли. — Замужем? — переспросила Лаура.       Для них с Биллом моё признание было даже не вторым — третьим дном. Но сейчас мне была важнее частичка памяти о Томе, чем одобрение этих людей. Я был готов жить под вечным общественным гнетом, но с кольцом. — Был. Я был замужем. — Может, это хороший шанс перевернуть страницу? — Эшли пыталась как можно мягче предложить решение. — Если он бросил… — Он меня не бросал! — Я смотрел на Брендона в поиске поддержки. Он кивнул и я понял, что должен дойти до конца. — Том умер. Полтора года назад.       В пабе наступила тишина. Я и не рассчитывал, что меня кто-то поймёт, просто ловил ртом воздух и размазывал слёзы. Но тут Лаура забрала меня из рук Брендона в свои объятия. Потом к нам присоединился и Билл. — Ох, Тайлер, нам так жаль! — её голос был заполнен добротой и сочувствием. В нём не было ни капли отвращения. Это выбивало землю из-под ног. — Я обыщу тут всё, но найду тебе твоё кольцо! — решительно заявила Эшли.       Я не знал как выразить всю благодарность этим замечательным людям. На самом деле я не мог произнести и слова, лишь стоял и лил слёзы. Поэтому Брендон поблагодарил всех и вывел меня из паба. Он посадил в машину, пристегнул ремнём безопасности и отвез домой. Я был абсолютно безвольной куклой, которая только рыдала.       Брендон усадил меня на диван, заставил выпить какие-то таблетки и вновь обнял. Мы сидели так, пока поток воды не перестал литься из моих глаз. Тогда он заглянул в моё, всё ещё мокрое, лицо. — Мне пора на самолёт. Ты полетишь со мной? — Нет. — Я наберу сразу, как прилечу.       Он ушел. Я не реагировал ни на его прощания, ни на сборы. Упал лицом в диван, вслушиваясь в его шаги, а потом и звук отъезжающей машины. Я опять остался один. А Том умер во второй раз.       Уже три дня я жил в апатии. Ни на что не реагировал, ни что не делал, ни о чём не думал. Лишь сидел в кресле и держал нашу с Томом фотографию. Перед отъездом в Дублин Эшли заходила попрощаться. Кольцо она так и не нашла.       В дверь постучали. Я встал медленно, так же медленно, волоча ноги пошел открывать. Я поднял неживые глаза на пришедшего. На пороге стоял Джош. — Я не в настроении цапаться сегодня.       Я попытался захлопнуть дверь, но он сумел её удержать. Ещё и поставил ногу между дверью и косяком. — Подожди. — Ну что тебе? — Я нашёл сегодня это у своего дома. Кажется, оно твоё. Должно быть упало в ту ночь. В общем, держи.       Я не мог пошевелиться и только смотрел на свое кольцо, раскачивающееся у меня перед глазами. Потом протянул дрожащую руку. Слезы струились по моему лицу. Джош осторожно положил цепочку в мою ладонь, и я сжал её. Я кинулся обнимать его, громко всхлипывая. Он не шевелился. — Спасибо! Спасибо тебе! Ты не представляешь…       Напряжение, что держало меня в плену все эти дни, стало отступать. Я держался за Джоша, как за спасательный круг. Цеплялся за его одежду, уже намокшую от моих безостановочных слёз. А Джош лишь гладил меня по спине своими тёплыми руками. Это простое прикосновение успокоило меня и позволило осознать в чьих объятиях я оказался. — Извини.       Я отстранился от него, вытирая мокрые дорожки с щек. Джош делал вид, что не замечает моих слёз. — Тебе нужно скорее надеть его.       Я закивал. Но мои руки продолжали трястись и не справлялись с застёжкой. — Давай помогу.       Он мягко забрал цепочку, расстегнул и завёл руки за мою шею. Я нащупал кольцо и сжал его в ладони. Металл впился в кожу, принося такую оживляющую боль. Джош отступил на шаг, и мы с минуту не отрывали друг от друга взгляд. — Ну, я пойду. — он провел рукой по лицу. — Может быть, зайдёшь и выпьешь чего-нибудь?       Мне стало немного не ловко. — У меня работа. Как-нибудь в другой раз?       Я даже не успел ответить, как он ушел, хлопнув дверью.       Я решил отправиться к Лауре и Биллу, поблагодарить за помощь. Я был признателен им за их толерантность и ещё больше за то, что они воздерживались от лишних вопросов. Труднее оказалось с Эшли: я не смог объяснить ей по телефону почему не рассказывал обо всём раньше. Я слышал по голосу, что ей трудно сдерживать своё любопытство, но она пыталась, чтобы не спровоцировать меня. Всё вроде бы наладилось, но я всё ещё не решался поблагодарить соседа должным образом.       После своего небольшого перерыва, я снова вышел на пляж. Вот просто сидел на песке и дышал воздухом. Шум волн успокаивал, а холодный воздух расставлял все мысли по полочкам. Собачий лай я услышал ещё издалека, и уже вскоре передо мной стоял золотистый Джим. Он ждал ласки и лёг на мои ноги. Как нельзя кстати, потому что я начал подмерзать. — Может ты мне поможешь, Друг? Твой хозяин, кажется, снова спас мне жизнь, и я не хочу оказаться неблагодарным. Скажи, что мне делать?       Пёс посмотрел на меня, как на сумасшедшего, и положил голову на лапы, закрывая глаза. — А ты не разговорчив. Весь в хозяина. — Добрый день. — за спиной послышался хриплый голос.       Как давно он там стоит? Джош плюхнулся на песок рядом со мной и положил сумку на землю. — Добрый. — Если он тебе мешает, гони его. — Нет. Вовсе нет.       Джош криво усмехнулся. Я понял, что он слышал всё, и от этого залился краской. Тем временем сосед достал из сумки фотоаппарат, закурил и молча протянул мне пачку. Я взял сигарету. Первая затяжка придала сил. — Я хотел бы поблагодарить тебя. — Ладно. — он пожал плечами. — Нет, скажи что я могу для тебя сделать? — Ну раз ты такой упрямый, то угости меня сегодня вечером пивом в пабе.       Джош встал и направился к морю, через плечо бросив мне: — До встречи.