Ты портишь мне настроение

      — Люцифер.       Темнота разрушенной гостиной на один короткий миг осветилась красным пламенем недовольного взгляда демона.       — Я сказал — нет! — грозно и страшно, но так, чёрт возьми, сексуально демон выходит из себя.       — Я не вернусь на небеса! — выкрикиваю в его спину, топая ногой. — Я не хочу туда. Там пусто и одиноко!       — Непризнанная, не доводи меня, — резко оборачивается, протягивает руку вперёд и указывает указательным пальцем на меня.       — А знаешь что? — вздергиваю подбородок вверх. — Хорошо, — взмахиваю руками, принимая поражение, — я вернусь в чёртову школу, а завтра ты найдешь труп, который умер от скуки.       — Вот и славно! — слишком резко отзывается демон и поворачивается к выходу.       — Люцифер, — взмолилась я, складывая ладони перед грудью, опередила демона остановившись перед ним на пороге.       — Не делай такое жалобное лицо, Уокер. Тебя меньше двух часов назад чуть не убили, а ты дуешь губки от обиды, что я не позволяю тебе остаться тут?       — Ладно, — фыркаю, выказывая полное недовольство, скрещивая руки на груди.       Демон тут же огибает меня и покидает гостиную. Порыв воздуха обдает моё тело, и я срываюсь с места, покидая дом вслед за Люцифером.       — Подожди, — с мольбой в голосе кричу я, выскакивая на крыльцо дома, — Люцифер.       — Чего тебе ещё, Уокер? — в последнюю секунду останавливается, складывая не до конца раскрытые крылья.       Я подхожу почти вплотную к нему, над головой смерчем кружат облака. Опускаю взгляд в пол, переминаясь с ноги на ногу, и заламываю руки.       — Помо…— обрываюсь на полуслове, глубоко вдыхаю и поднимаю на него взгляд. — Помоги, пожалуйста.       Перевожу взгляд на раненое крыло, оно безвольно свисает со спины, заметно оттягивая назад, точно к лопаткам прикрепили тяжёлую ткань, и теперь она шлейфом волочится за мной.       — Непризнанная просит помощи? — с довольной издёвкой проговаривает демон, обхватывая мою талию. — Надо отметить этот день в календаре.       Я легонько бью его ладошкой в грудь, с его уст слетает короткий смешок, и демон раскрывает крылья, одним взмахом поднимая нас в водоворот.       Я сжимаю хлопковую ткань на его груди в страхе, что дьявол меня отпустит, но он крепко держит в объятьях, прижимая к себе. Терпкий древесный аромат его одеколона дурманит голову, и я прикасаясь лбом к его груди, концентрируюсь на тепле его тела.

***

      Плавное приземление. Я с неохотой открываюсь от демона и осматриваюсь. Поток кружащего воздуха колышет лёгкую тюль, переворачивает потрёпанные страницы книг и растрёпывает мои волосы. Вынужденно отстраняюсь от демона, теряя его тепло.       — Спасибо, — шепчу я, заглядывая в кровавые глаза.       — Ты подозрительно ласковая, — делает шаг ко мне, точно хищный зверь наступает на добычу.       — Я просто благодарю за помощь, — отворачиваюсь от демона, разминая шею.       — Уокер и благодарность, — с тонкими нотками недоверия протягивает Дьявол.       — А чего ты ждёшь? — поворачиваюсь к Люциферу, недовольно скрещивая руки на груди. — Ты, точно рыцарь на белом коне, спустился с небес, спас мою задницу, вытащил пулю, — воспоминания, как именно демон это провернул, кольнули сотней мурашек спину, — перенес принцессу в её покои.       — Это ты-то принцесса? — Люцифер разражается хохотом, перебивая мою речь.       — Я образно, — закатываю глаза и тяжело выдыхаю. — Я просто тебя отблагодарила, вот и всё.       — Уокер, не строй из меня дурака, — сжимает пальцами мою сетчатую водолазку и притягивает вплотную к себе. — Минут десять назад ты молила меня остаться на земле, теперь благодаришь за то, что спас твою задницу, — тёплые пальцы касаются подбородка, и демон поднимает моё лицо вверх, вынуждая смотреть прямо в глаза. — Чего ты действительно желаешь, Уокер?       — Те…— я осеклась, прикусив язык. — Неважно.       «Шепфа, Вики, заклей рот скотчем и моли всем святым, чтобы он не прочитал твои мысли»       Демон недовольно хмыкнул, разжал хватку, отталкивая меня, обогнул, чуть задевая крылом, и направился к двери. Прокручиваю в голове сотни возможных вариантов, как задержать его ещё хоть на мгновение. Я совершенно не готова расставаться с его теплом. Не готова отпускать шлейф его парфюма. Я отчаянно хочу вкусить терпкий виски и разбавить горечь его энергии сладким вкусом вишни его губ.       — Люци, — я коснулась его руки, задерживая демона, — почему я была в своём теле? Почему не приняла чужой облик?       — Потому что, — поворачивается и оказывается так близко ко мне, что я слышу, как бьётся его сердце, — я знал, что первым делом ты пойдешь к отцу, — поднимаю на него взгляд, — и чтобы не допустить дальнейших твоих терзаний, и его в том числе, — прерывисто выдыхает, и я ловлю губами горячий поток воздуха, — я оставил тебя в твоём теле, чтобы не допустить этой встречи. Но ты всё равно попёрлась в свой дом. Бывший дом. Во всех смыслах этого слова.       — Почему ты пришёл за мной? — шея затекла, и я обрывисто выдыхаю, слегка теряя равновесие, прижимаюсь к груди демона.       — Потому что твоя задница не может без приключений, — заключает демон, как бы заканчивая наш разговор.       — Кто за мной следил?       — Можно сказать — один из помощников, — недовольно бубнит, скрещивая руки на груди.       — У тебя есть свои помощники? — в изумлении вскидываю бровь.       — Вики, я наследник Ада. Рано или поздно я сяду на трон, — проговаривает это с такой лёгкостью, точно мы говорим про самую обыденную вещь в мире. — Есть множество демонов и существ, что выполняют мои приказы и поручения. Они прислуживают мне в ожидании моего дальнейшего расположения в их сторону.       — И что, ты будешь ко всем расположен, как они того ожидают?       — Я давно определился с тем, кого хочу видеть рядом, когда унаследую Ад.       — И кого же? — полушепотом спрашиваю, боясь спугнуть откровенность демона.       — Те… — осекся, перевел взгляд в сторону. — Неважно. Ложись отдыхать. Завтра начинаются занятия, — демон разворачивается и подходит к двери.       За его следами тянутся тонкие алые струйки, и я следую взглядом по направлению вверх. Бордовые крылья демона окрасились тёмной кровью. Перья взъерошены, и я только сейчас осознаю последствия моего спасения.       Люцифер всё это время терпел боль в сто раз сильнее моей. Я поймала крылом только одну пулю, но он… Он принял их множество. Не представляю, как больно ему было. Демон всё это время терпел эти ноющие ощущения и слова не сказал. Ждал, пока я приду в себя, терпел, пока я уговаривала его остаться ещё немного на земле. Какая же я дура! Вот почему он так реагировал на мои просьбы, вот почему срывался на меня. Каждое его слово сквозь зубы, каждая моя мольба сопровождалась ярким пламенем в его глазах. Шепфа, он же перенёс нас в мою комнату.       — Люцифер!       — Чего тебе ещё, Непризнанная? — не скрывая раздражения, оборачивается ко мне, не отпуская ручку двери.       — Можно я, — перевожу взгляд на его спину. — Можно я промою твои крылья? — закусываю губу и стыдливо опускаю взгляд. — Я хочу привести в порядок твои крылья, — слышу усмешку и поспешно продолжаю поднимая взгляд, — всё же ты спас мою задницу.       — Ты меня удивляешь, Уокер.

***

      — Сними рубашку, — ставлю стул спинкой к раковине.       — Могла бы просто сказать, что хочешь меня, — усмехается и, чёрт бы его, так неспешно расстёгивает рубашку.       Изящные пальцы нарочито медленно освобождают рельефный торс демона от оков ткани. Сердце ускоряет свой ритм, пульсируя в висках. Дыхание сбивается, а по телу прокатывается волна колючего тепла. Мысленно даю себе пощёчину и разжимаю зубы, освобождая закусанную губу, когда демон расстегнул последнюю пуговицу.       Поспешно возвращаюсь в комнату, беру ещё один стул, посылая себе миллионы фантомных затрещин в попытке успокоить гулко бьющееся сердце.       Каждый мой шаг рассеивает воздух, а с ним и шлейф демонического парфюма. Тонкие нотки муската и пряность жасмина бесцветным дымом гуляют по комнате, точно я зажгла благовоние с запахом дьявола.       Боковым зрением замечаю вспыхнувшую красным искру и опускаю взгляд на кольцо.       «Чёрт!»       Поспешно снимаю украшение и прячу его в шкатулке, не желая демонстрировать демону свою реакцию на его присутствие, и возвращаюсь в ванную комнату.       Алая кровь раскинулась на белоснежной плитке россыпью красных бусин. Люцифер дожидался моей помощи с закрытыми глазами, будто что-то обдумывая, сидел перед зеркалом, сложив руки на дубовую спинку стула. Широкие плечи ходили в такт спокойному дыханию, Винные крылья шлейфом раскинулись к полу.       Задерживая дыхание, аккуратно ставлю стул и поворачиваюсь к плетёному шкафу. Достаю маленькое полотенце и подхожу к раковине.       — Люцифер, — шепчу я в страхе спугнуть спокойствие демона, — ты точно не против?       — Делай уже, что задумала, — тяжело выдыхает, не раскрывая веки, — пока я не передумал.       Застоявшийся воздух и очерченные скулы демона передавали всю сложность решения, что он принял, позволив мне оказать ему помощь.       Я смачиваю полотенце тёплой водой, захожу за его спину, сохраняя напряжённую тишину.       Трясущимися руками в страхе касаюсь основания крыла и слежу за реакцией. Мышцы на спине в момент напрягаются, но дьявол делает глубокий вдох и снова расслабляется.       Бережно касаюсь влажной махровой тканью жёстких перьев, смывая кровь от основания, спускаюсь ниже. Белое полотенце в считаные секунды пропитывается алым, и я промываю его под тёплой водой.       Дыхание дьявола с каждым моим движением всё тяжелее, а плечи напрягаются, и я замираю не в силах оторвать взгляд от перекатывающихся в напряжении мышц.       — Такими темпами мы просидим до утра, — с хрипотцой в голосе нарушает тишину Люцифер, и я встречаюсь с красными глазами в отражении зеркала.       — Прости, — закусываю губу и возвращаю внимание к винным крыльям.       Размеренными движениями, точно ювелир создаёт небывалой красоты украшение, я провожу полотенцем по густым перьям. Жёсткие, будто из стали, они переливаются в приглушённой жёлтым светом комнате, отбрасывая золотистый налив, словно полупрозрачная плёнка накрыла багряное озеро.       Жёсткие перья цвета красного вина выбивались из ровных рядов. Провожу пальцами, приглаживая, точно возвращаю на место выбившуюся прядь чёрных волос демона.       Разворачиваю раненое крыло, открывая себе доступ, и одергиваю руки, вжимаясь в спинку стула, когда тяжёлый сдерживаемый рык срывается с уст Люцифера. Демон дёргает правым плечом и отрывает от пола крыло. А я замираю, до побелевших костяшек сжимая махровю ткань.       — Прости, — в страхе бормочу я, понимая, какую боль причиняю демону.       Смывая тёмную кровь с каждого пера, я аккуратно укладываю перья в ряд, точно складываю на полку старинные фолианты, что могут превратиться в пыль от любого лишнего движения.       — Люцифер, — привлекаю внимание демона, — тут поломанное, что мне..       — Вырывай, — коротко бросает демон, словно отдает приказ.       — Но, — в замешательстве от его реакции, я продолжаю неотрывно смотреть на сломанное перо.       — Я сказал — вырывай! — в его голосе растекается сталь. — Вырывай все поломанные, — если бы боль была видимой, она бы заполнила собой всё пространство, выжигая кислород, но я ведь и так перестала дышать. — Поломанные перья не восстанавливаются, как по волшебству, Уокер.       Коротко киваю, понимая, что демон следит за мной через зеркало. Смыкаю пальцами перо, закусываю губу, жмурюсь и дёргаю вниз.       Демон цепко схватил пальцами спинку стула, глубоко вздохнул сквозь сжатые зубы, сдерживая эмоции.       Под пальцами нервно подрагивали винные перья от нарастающего напряжения и нестерпимой боли. Я ускоряла свои движения не в силах вынести вину за то, что испытывает демон. До крови закусывала губу, смахивала непрошенные слезы, бормотала нелепые извинения и молила всех святых, чтобы мне передали его боль. Порывалась сбегать в лазарет за обезболивающим, чтобы хоть как-то облегчить его страдания, но демон останавливал меня, вынуждая продолжать.       Тишину нарушало моё нервное дыхание и приглушенное рычание Люцифера, хруст костей от сжатых кулаков, тяжёлые глубокие вздохи, нервозный шелест крыльев и льющаяся вода из крана.       Мраморная плитка пола окрасилась всеми оттенками красного, бордовые перья покрывали кафель колючим ковром под ногами. В воздухе кружил густой запах крови, металлическим привкусом оседал на языке, дурманя голову.       — Я закончила, — тихо шепчу и поднимаюсь, стирая влажным полотенцем с рук дьявольскую кровь.       — Спасибо, — хриплым голосом отзывается демон и поднимается.       Люцифер проходит в комнату и обессилено падает на мою кровать лицом вниз.       Я смываю с рук кровь, умываюсь и иду к нему. Еле прикасаясь, провожу пальцами по спине демона и забираюсь на кровать. Люцифер обхатывает меня рукой, тянет к себе и укладывает голову на мои бёдра, сильнее прижимая к себе.       Его размеренное спокойное дыхание отзывается табуном мурашек, окуная в спокойствие и умиротворение.       Шепфа, если я когда нибудь перестану слышать этот звук, я сойду с ума.       — Дай мне пару минут, — шепчет Люцифер, принимая более удобную позу.       Откидываю голову на спинку кровати и закрываю глаза, перебирая пальцами чёрные волосы демона.       Окунаюсь в чарующую тишину, вдыхаю древесный аромат его парфюма, наслаждаясь тонким вкусом виноградного виски на губах, а перед глазами настойчиво всплывают картинки из воспоминаний проведенного вместе времени, отправляя на дно красного тёплого моря.       Сегодня рухнули все границы. Сегодня он стёр в порошок каменную стену между нами. Он подставил под удар свои крылья из бордовой стали. Спас мою жизнь, а после позволил увидеть его слабость, почувствовать его боль. И я никогда, чёрт возьми, никогда больше не допущу, чтобы кто-то причинил ему боль.       Я не способна выдержать этих эмоций, не способна видеть, как он сжимает пальцы до побелевших костяшек, не способна видеть его кровь, и как дьявол жмурится в попытке скрыть свои слёзы. Я не хочу больше слышать, как он втягивает воздух сквозь сжатые зубы, сдерживая боль, как челюсть ходит ходуном, как скрипит дерево под его силой.       Я перебираю его волосы, слушаю размеренное дыхание. Дьявол уснул. Чёрт бы его, он уснул. Не разжимая объятий, Люцифер уснул на моих ногах.       Губы растягиваются в улыбке, а к уголкам глаз подступают слёзы. Он как имбирное печенье с горячим какао. Он как теплый и мягкий плед, в котором ты кутаешься в дождливую погоду перед просмотром сериала. Он — Дьявол. Он — кровавое море эмоций и чувств, в котором я тону по собственному желанию. Он — маленький шалаш из ватных одеял и пуховых подушек, что ты часами выстраиваешь посреди комнаты, а потом сидишь в этом мягком ватном доме, наслаждаясь моментом. Стены этого дома — каменные и непробиваемые снаружи, они дарят свою защиту, они дарят спокойствие. Люцифер — мой дом, моя защита, он моё долгожданное спокойствие с бокалом виноградного виски в руках.       Трудно сказать, в какой именно момент рождается это безумное чувство. Когда на тебя смотрят пылающими глазами или когда дарят своё тепло, согревая и пряча от холодного воздуха. Когда успокаивают и говорят о твоей силе или когда слова приобретают форму загадки, на которую ты точно знаешь ответ. Когда его действия, капля за каплей, наливаются в сосуд, и какая-то одна, последняя, переливает всё через край, переполняя теплом твоё сердце.       — Я люблю тебя, Люцифер, — шепчу еле слышно, перебирая чёрные шелковистые волосы. — Я никогда не планировала влюбляться в тебя настолько сильно. Но ты должен знать, что мои чувства к тебе абсолютно безумны. Это вышло случайно. Просто все дороги ведут к тебе, куда бы я не свернула. Просто без твоего тепла невозможно. Просто когда ты рядом, сердце перестает стучать. Просто когда ты смотришь на меня, я забываю дышать. Я не жду от тебя того же, Люцифер. Мне достаточно того, что ты есть. Просто иногда смотри на меня, я не смогу без твоих глаз. Не смогу без твоей улыбки, какой бы язвительной она не была. Я хочу слышать, как бьётся твоё сердце, слышать, как ты дышишь.       Демон накрывает мои ноги крылом, и я взвизгиваю от восторга, прикрывая ладонями рот. А в голове бегущей строкой слова Мисселины:       — Крылья — наше всё! Они — состояние души, наш защитный купол. Чем сильнее существо, тем жёстче перья с наружней стороны — каменные и непробиваемые. Но крылья и наша слабость. Внутри вашего купола — ваше тепло, ваши чувства, ваша любовь. Поэтому перья там мягкие, нежные, очень чувствительные.       Если вас накрывают своим крылом, пускают в своё пространство, то знайте — он делится с вами самым сокровенным. Делится своим теплом, демонстрирует свои чувства…