Ты портишь мне настроение

      — Люцифер, — шепчу, сдерживая слёзы.       — Давай поспим, Непризнанная, — не разжимая объятий, откидывается назад на кровать.       Демон подкладывает подушку под голову, поглаживает пальчиками мою спину, всё ещё не раскрывая крыльев.       — Я не спал двое суток, если ты помнишь, — полушёпотом, сквозь дрёму, — а ты тут выпытываешь из меня признания. Хоть представляешь, как это сло…       Проглатывает последнее предложение, так и не договорив, полностью расслабляется и проваливается в глубокий сон.       Упираюсь руками по обе стороны от дьявольски прекрасного лица. Колючая щетина приятно щекочет ладони; провожу пальцами по остро очерченным скулам, густые ресницы слегка дрожат. Вишнёвые пухлые губы чуть приоткрыты, и я тянусь к ним, накрывая невесомым поцелуем.       Выбираюсь из крепких объятий его рук и винных перьев, пересекаю комнату и иду в ванную.       Слова дьявола выбили почву из-под ног, закружили голову, нарушили температуру тела и воздуха, окатив обжигающим огнем.       Открываю холодную воду, чтобы остудить разум и чувства.       За властным, яростным, самым страшным обличием всего сущего скрывается нечто иное, нежное и родное, разрывающее мой мир на части.       Прикрываю веки, переваривая сказанное демоном, наслаждаюсь прохладой воды.       Горячие ощущения сковывают талию. Спину накрывает обжигающей волной. Тело пронизывает сотней приятных иголок от взрыва холода и тепла.       — Я же сказал, что хочу засыпать и просыпаться, обнимая тебя, — хриплый полусонный шёпот на самое ухо.       Откидываю голову на плечо демона, пальчиками очерчиваю контуры проступающих вен, удерживающих меня в объятьях дьявольских рук.       — После твоих признаний мне жизненно необходимо остудить голову, — отвечаю таким же шёпотом, не раскрывая веки, вдыхая вкус виноградного виски его энергии.       — В таком случае — мне жизненно необходимо заточить себя на дне девятого круга, чтобы остудить голову от присутствия тебя в моей жизни, — резко разворачивает, упирая меня крыльями в чёрный кафель.       Жадно вдыхаю воздух, часто моргаю. Струи воды стекают по нашим лицам, вынуждая прерывисто глотать воздух с водой.       Одно мгновение. Секунда. И мы сливаемся в обжигающем поцелуе.       — Маленькая, — шепчет дьявол в губы, судорожно втягивая воздух и поднимая меня за ягодицы.       Обхватываю ногами талию, обвиваю шею руками, продолжаю неистово сминать вишнёвые губы поцелуем.       Люцифер навалился, прижимая меня к стене. Воздуха критически не хватало. Жжение по всему телу разливалось сладкой негой. Близость опьяняла лучше, чем весь глифт преисподней.       Дьявольская кровь гуляла по венам двух тел.       Демон прикусывал и оттягивал нижнюю губу, зализывая каждое повреждение, углубляя игру языков. Прикосновение головки к клитору — и с моих губ срывается молящий стон. Руки его очерчивают изгибы моего тела, посылая по коже мелкую приятную дрожь. Пальцами ведёт по ребрам выше, задерживаясь и сминая в ладони грудь. Другую поднимает к шее, проводит пальцем по линии подбородка.       Нехватка воздуха, жадность до прикосновений друг друга. Люцифер изучает моё тело руками, скользя вниз и вверх, сминая в пальцах кожу на талии, бёдрах, ягодицах.       Не разрывая поцелуй, я всеми силами обнимаю его, прижимая к себе ногами. Запускаю пальцы в мягкие перья у основания крыльев. Подставляю шею под любимые губы, наслаждаясь сладкой болью, когда демон отрывисто втягивает нежную кожу губами.       Дьявол скользит руками по ягодицам, подбираясь к возбужденному лону.       — Такая мокрая, — с улыбкой шепчет демон, не отрываясь от затвердевшего соска, проводя пальцами между половых губ.       — Ах, — срывается тихий стон, и я чуть расслабляю тело, ведомая за его пальцами. — Ну же, Люцифер, войди в меня, — моляще шепчу ему на ухо, сжимая в кулак волосы на затылке дьявола.       Громкий стон прокатывается по ванной комнате, что заполнена нашим возбуждением и энергией, когда дьявол резко вводит два пальца в меня. Прикусываю губу, сжимаю его торс ногами, чуть приподнимаюсь и опускаюсь, насаживаясь обратно на его пальцы.       — Лю-ци-фер, — его имя переходит в жалобный стон.       Горячее пламя разрастается во мне слишком быстро, собираясь в низу живота, и снова взрывается во всём теле, когда демон вытаскивает пальцы, оставляя ощущение пустоты. Демонстративно слизывает смазку, наблюдая за моей реакцией. Щёки вспыхивают красным от того, как сексуально Люцифер проводит языком меж пальцев, собирая тягучий сок, наслаждаясь моим вкусом.       Не сдерживаясь, впиваюсь поцелуем в его губы, зажимая демона руками и ногами, приподнимаюсь, чуть меняя положение, сталкивая головку члена с истекающим тягучим соком влагалищем. Ладони Дьявола ложатся на мою талию, и властным резким движением он насаживает меня на член, срывая с наших губ рычание.       Выкрикиваю его имя, смешивая с хриплыми стонами от каждого неконтролируемого толчка демона в себе. Крепкие руки удерживают меня в объятиях, горячее дыхание обжигает кожу, вишнёвые губы ласкают мои, ловя прерывистые стоны.       Демон разрывает поцелуй, перехватывает ноги под коленками, опирая спиной в стену; с жадностью смотрит на меня, не прекращая прерывистых грубых толчков.       Скольжу ладонями по кафелю в попытке найти хоть какую-то опору.       Грубо.       Резко.       Глубоко.       Натыкаюсь пальцами на вентиль крана, и моя рука соскальзывает, пуская из труб кипящую воду на спину Люцифера.       Утробно рычит, не выходя из меня, прижимается ближе. Обхватываю его шею руками, и демон делает шаг в сторону, выходя из затуманенной паром душевой. Усаживает на тумбу с раковиной, перемещает одну руку на талию, придвигая меня на самый край, другой — всё ещё удерживает ногу под коленом.       Неистово. Неконтролируемо. Безумно вдалбливает меня в каменную поверхность. И я срываюсь на крики наслаждения.       Размытым взглядом завладела пелена эйфории. Голову приятно кружит, кончики пальцев покалывает. Уже на пределе возможностей сжимаю член внутри себя.       — Лю-ци-фер, я сей… О боже. Да!       Толкается в меня до самого упора, на что я рефлекторно стискиваю мышцами его член внутри.       Вулканическая магма взрывается, разнося мой мир в маленькие щепки. Обессиленно кладу голову на плечо дьявола, плавно спускаясь ладошками к груди и задерживаюсь, впитывая кожей гулкие удары его сердца.       Горячие ощущение его наслаждения разливаются внутри меня. Член всё ещё пульсирует, и я сжимаю стенки, доставляя демону больше удовольствия.       — Я хотела, — облизываю пересохшие губы и прочищаю горло в надежде избавиться от хрипотцы. — Я хотела остудить от тебя голову, — касаюсь губами его вздымающийся груди, — а ты воспользовался моей слабостью, и теперь тебе придется остужать меня всю.       Тяжёлые веки закрываются, и я удобнее устраиваю голову на груди демона, обнимая его талию.       Сладкая слабость, райское наслаждение одолевает меня, забирая в фантастичный спокойный мир грёз.       «Ты уже научила меня чувствовать»       Где-то в нежнейшей темноте разносится родной хриплый шёпот.

***

      — Ну же, давай мне.       Приглушённые голоса, тихие шаги, и нескончаемый шелест разносятся где-то в пространстве, медленно вытаскивая меня из мира сна.       — Не буди девочку, милый, пусть спит.       — Она спит уже достаточно долго. Мы два дня не появлялись наверху. К тому же, уже вечер.       Разлепляю глаза, потягиваясь в кровати, прислушиваясь к голосам и шороху за дверью.       Окидываю взглядом гардероб демона, прикидывая, какую бы вещь у него стащить и посмотреть на шум из гостиной.       Двери распахиваются, на пороге замирает Люцифер. Синие джинсы, белая майка, растрёпанные волосы и чуть уставший взгляд. В руках — бумажный тёмный пакет.       — А я собирался тебя будить.       Кутаю себя в одеяле, всем телом ощущая тепло, скопившееся под ним.       — Кто к тебе пришёл? — сонно спрашиваю я, не отрывая взгляда от того, как расслаблено демон подходит ко мне.       — У нас гости, — оставляет пакет в моих ногах, тянется ко мне и коротко целует в лоб, попутно смахивая растрёпанные пряди волос с лица, — сходи в душ и выходи к нам.       «У нас»       Демон оставляет меня в растерянности и выходит, прикрывая за собой дверь.

***

      Тёмного изумруда платье в пол гармонично сочетается с красными крыльями. На талии — чёрный ремешок с золотой квадратной пряжкой. Длинные рукава прячут под собой не до конца зажившие последствия прихоти Дагона.       — Ты великолепна, — демон перекидывает волны из прядей на одно плечо, касается губами косточки за ухом.       Не знаю, как он справился с узлами из волос и высушил их, вдобавок ещё и уложил в лёгкую элегантную прическу, но то, в каком виде я предстала в зеркале, сбивает меня наповал.       — Ты так и не скажешь, кто нас ждёт?       В тонкую щель между полом и дверью в гостиную просачивается до безумия приятный запах. Желудок скручивает, неприятно урчит на всю комнату, и я морщусь, покрываясь румянцем.       — Не скажу, — довольно улыбается, берёт мою ладошку в свою и подталкивает к выходу.       Распахивает дверь и, опуская ладонь на мою поясницу, проводит в гостиную.       — Дети мои, — оборачивается на нас женщина, — ужин уже готов, — отходит от обеденного стола, что расположился в гостиной.       Женщина преклонного возраста, с острыми чертами лица. Голубые-голубые глаза, изящные брови, тонкие, совсем незаметные морщинки покрывают её лицо. Губы растянулись в дружелюбной улыбке. Белые короткие волосы обрамляют пышными волнами её лицо. Тонкая изящная фигура облачена в кашемировое белое платье-пальто. За спиной — невероятной красоты голубые крылья с чёрными прожилками.       — Так вот что за красота овладела моим сыном.       Сыном? Мама? Поднимаю испуганный взгляд на Люцифера в ожидании объяснений, но демон лишь растягивает губы в привычной ухмылке, чуть надавливая ладонью на мою поясницу.       — Здравствуйте, — перевожу взгляд на поистине прекрасную дьяволицу и чуть склоняю голову.       По телу бежит волна нервозности, холодного пота, и сердце так громко бьётся, что я не слышу ничего вокруг.       — Какая же ты красавица, — женщина берёт меня за руки, неприкрыто разглядывая, а я громко сглатываю, не в силах вымолвить слова. — Милый, почему ты не сказал, что она так прекрасна? — женщина переводит взгляд на Люцифера и возвращает ко мне.       — Лёль, не смущай Уокер, её сердце готово обрушиться в пятки, — усмехается Люцифер, — если уже не там.       Демон становится сбоку от нас, а я продолжаю завороженно изучать красоту этой женщины.       — Вики, — приковывает моё внимание к происходящему, — это Берта, я тебе о ней говорил, — указывает рукой на женщину. — Лёля — это Вики Уокер. Я тебе тоже о ней рассказывал.       — Очень приятно, — неловко отзываюсь я.       — О, милая, а как мне приятно, — берёт мою руку, одаривая своим теплом, — Люцифер так много о тебе говорил, что я не удержалась и позволила себе наглость. Поможешь мне на кухне? — заговорчески смотрит на меня.       — Не начинай, — с ухмылкой бросает ей демон.       — Мальчик мой, — кидает на него многозначительный взгляд, — найди, пожалуйста, девочкам выпить чего-нибудь лёгкого.       — Вот надо ж мне было тебя послушать, — ворчит демон на демонессу, закатывая глаза, — берегись, Уокер, — понижает голос, шепча мне на ухо, прекрасно понимая, что его слышат все, — эта дьяволица теперь от тебя не отстанет, — короткая усмешка, и демон уходит к бару.       Берта ведёт меня на кухню, поспешно закрывает стеклянную дверь и оборачивается на меня.       — Какая же ты прекрасная, Вики. — расплывается в счастливой улыбке, оглядывая меня с головы до ног. — Послушай, милая, — перешла на заговорческий шепот, а мои крылья окаменели, — Сатана знает о вашей связи. Кто-то из демонов, кто видел вас, рассказал ему.       — Но кто? — взволнованно спрашиваю я, инстинктивно сжимая в руке длинные пальчики демоницы.       — Ох, дитя моё, не об этом надо думать. Сатана в ярости, — она тяжело вздыхает, точно ей жаль об этом говорить. — Я безумно люблю Люцифера, и очень рада, что его чёрствое каменное сердце смогли растопить. После того, что сделал его отец, — она прикусила губу, — милая, мой мальчик влюблен в тебя по уши, — проводит пальчиками по моей щеке, запрявляя прядь волос за ухо. — Но Сатана не позволит вам быть вместе. Он сделает с тобой то же, что и с его матерью. Даже если ты примешь нашу сторону. И как бы я не хотела, но я всего лишь гувернантка в их доме. Няня для его сына, — она тяжело вздыхает. — Вики, девочка моя, не позволяй Сатане разбить его сердце ещё раз. Я сделаю всё, что смогу, чтобы остудить пыл Владыки. Но прошу вас, будьте осторожны.       Стеклянная дверь отъезжает в сторону, демоница чуть дёргается.       — Да вы что? — в удивлении вскидываю брови вверх и заливаюсь смехом, переводя взгляд за спину Берты на застывшего в дверях Люцифера.       — Над чем смеются мои девочки? — проводит рукой по плечу Берты, касается губами моей макушки и ставит за моей спиной бутылку на поверхность кухонного острова.       — Берта рассказывала мне о твоих приключениях в детстве, — подмигиваю ей, и женщина свободно выдыхает, одаривая меня благодарной улыбкой.       — Я рассказывала Вики, как ты украл у отца дракона и оправился исследовать свои владения, — улыбается и обходит кухонный остров, напоследок сжимая мою ладонь.       — Это когда я не пролетел и пары метров, потому что Имрис опрокинул меня? — усмехается демон, открывая бутылку вина. — Мне было лет пять, по меркам людей.       Красное вино разливается по бокалам, и Люцифер элегантно протягивает нам.       — Надеюсь, вы голодные? — отзывается Берта, и я утвердительно киваю, делая глоток.       Словно в семейном кругу перед большим праздником мы с демоницей накрываем стол в гостиной, пока мой дьявол выбирает, каким алкоголем скрасить наш вечер.       — Когда вы успели всё это приготовить? — в изумлении спрашиваю я, раскладывая тарелки.       — А я и не готовила, — усмехается демоница, закидывая в рот кусочек сыра, — если бы Люцифер ещё дольше выбирал для тебя наряды, мы бы остались без ужина совсем. А это, — окидывает взглядом стол, — французский ресторан любезно приготовил для нас.       Рийет из сёмги, тосты с баклажанами, стейки в перечном соусе, три вида салатов, несомненно свежий багет и различные нарезки.       — Если бы Уокер дала мне нормально поспать, мы бы не шлялись так долго по магазинам, — подходит демон и звонким хлопком откупоривает новую бутылку вина.       — Что, — в растерянности бормочу я, переводя взгляд с одного демона на другого.       — О, милая, — вздыхает демоница с улыбкой, — Люцифер мне все уши прожужжал о тебе. И мне было крайне нетерпеливо с тобой познакомиться. Я наведалась ближе к полудню, без разрешения, — кидает виноватый взгляд на Люцифера. — Я же не думала, что вы тут вместе, — равнодушно пожимает плечами. — Люцифер и на порог меня не пустил, а потом потащил на землю со словами:«поможешь мне выбрать ей одежду». Какую одежду? Кому выбрать? Я ничего не понимала. Он и слова не говорил о том, для кого всё это, — указывает за мою спину, и я оборачиваюсь, распахивая глаза, замечая на пороге с дюжину больших бумажных пакетов, — пока я не показала ему это платье, — возвращаю свой взгляд на Берту, она в свою очередь указывает на меня. — О, этот огонь в его глазах и быстро проговоренное себе под нос «оно идеально будет смотреться на Непризнанной», — краем глаза замечаю, как Люцифер отворачивается от меня в другую сторону, скулы его выделяются, челюсть сжата, а перья то и дело трепещут, вторя раздражительному дыханию. — Ну, а как ты понимаешь, от матери ничего не утаишь. Будто я не знаю, о какой Непризнанной он может бубнеть себе под нос, — с улыбкой фыркает демоница и берёт в руки приборы.       — Можно я сделаю уточнение? — робко проговариваю я, бегая глазами по двум демонам.       — Судя по твоему взгляду и как напряглись крылья, я осмелюсь предположить — уточнение будет не одно? — усмехается Люцифер, встречаясь со мной взглядом.       — А ты ожидал от меня чего-то другого? — пожимаю плечами, беру в руки приборы.       — Вопрос на вопрос?       — А ты ожидал от меня чего-то другого? — вторю и на миг улыбаюсь. — Так я могу сделать уточнение? — отрезаю маленький кусочек стейка и изящно закидываю в рот, не поднимая взгляда на дьявола, — или ты и дальше будешь меня перебивать?       — Непризнанная, — рявкает Люцифер, а я расплываюсь в довольной улыбке.       — Как мелодично это звучит, — подавляю смех от того, как ловко вывела дьявола из себя. — Позвольте спросить, — перевожу взгляд на изучающую нас дьяволицу, — Вы называете Люцифера сыном, но не являетесь его матерью. И он называет вас Лёля.       — Всё верно, милая, — расплывается в улыбке женщина, — я воспитывала Люцифера почти с его рождения, — кидает короткий взгляд на демона, — к сожалению, а может к счастью, тут решать только ему, я заменила ему мать. Сатана…       — Не в подробностях! — слишком резко отзывается Люцифер, и Берта дёргается, а потом послушно опускает голову в почтении. — Прости, — виновато выдыхает он, запуская пальцы в волосы, — пойду подышу, — поднимается, обходит стол и целует дьяволицу в белые волосы, прося этим жестом прощения. — Не нагружай её излишней информацией, — нежно, совершенно не свойственно ему, просит Люцифер и скрывается на балконе.       — Прости меня, Вики, — начала демоница.       — Вы до сих пор склоняете перед ним голову? — срывается с моих уст, и я поспешно закусываю губу, виновато опуская взгляд.       — Ох, милая, он наследник, я гувернантка.       — Он сказал, что это оскорбление для вас.       Шепфа, Уокер, кто тебя тянет за язык?       — Да, — тепло улыбается женщина, — я никогда не была для него няней, Бертой или даже — тётушка. Он всегда относился ко мне… — она задумалась.       — Как к маме? — в груди что-то кольнуло.       — Да, наверное так, — с печалью в голосе проговорила женщина. — Девочка моя, — поворачивается корпусом ко мне, — в нашем мире всё так сложно и запутанно. Несмотря на то, как я отношусь к нему или как маленький принц относится ко мне — я в его подчинении. Как ни крути.       — Он все ещё для вас ребенок? — тепло улыбаюсь от чувств любви и заботы, разливающихся в груди.       «Никто никогда не полюбит зло»       Мои слова, сказанные в порыве гнева, проносятся в голове.       Она любит зло. Я люблю зло.