Ты портишь мне настроение

      — Лифчик надень, — недовольное бурчание, — вырядилась она!       Застегиваю черный пиджак на одну единственную пуговицу и поднимаю взгляд, встречаясь с пылающим в раздражении кровавым взглядом Люцифера       — Ты мог купить мне джинсы и майку, — перекидываю волны волос на один бок, — на худой конец — безразмерное худи или паранджу, — пожимаю плечами, безразлично отвожу взгляд и поправляю манжеты. — Сам ведь купил мне PRADA.       Раздражённо выдохнул, свёл брови на переносице, нервно поправил волосы и отошёл к шкафу.       — В школу тебя проводит Намар, — безразлично отзывается демон. Подхожу к нему и принимаюсь застёгивать его рубашку, — он ждёт у входа, — отвёл глаза в сторону, сжал челюсть.       — Что с тобой? — не понимая, на что так раздражённо реагирует демон, спрашиваю я.       — Уокер, — втягивает воздух сквозь зубы, — на тебе высокий каблук, облегающие брюки и приталенный пиджак, — тяжело выдыхает, закусывая губу, — ты хоть бельё надела?       — Бельё? — удивлённо переспрашиваю, подавляя улыбку.       — Я не шучу, блять, — пальцы на моём горле, дыхание обжигает губы, а алые радужки топят в похоти.       — Я тоже, — шепчу ему в губы, прикрывая веки.       — У тебя тридцать секунд унести свой зад, пока я не разорвал на тебе этот блядский костюм и не трахнул, — шипит сквозь зубы, вдыхая мой запах, — двадцать секунд!       Шумно сглатываю, сжимая бедра от накатившего возбуждения, расстегиваю пуговицу на его рубашке, что только что застегнула.       — Непризнанная, десять секунд, — кусает мочку уха, и я тихо стону, — напрягла крылья и унесла свою задницу к чертям подальше, — властно сжимает ягодицу, продолжительно целует в шею. — Время вышло!       Дёргает полы пиджака в стороны, отрывая пуговицу, подхватывает под ягодицы и припечатывает к стене.       Жадный поцелуй смешивается с укусами, горячим дыханием и вкусом крови, проступившей с губ.       Черная рубашка летит в сторону, руки гуляют по разгоряченным телам, изучая друг друга.       Мгновение — и я на ногах, спиной к демону, щекой прижата к стене. Тянет за волосы, целует и кусает плечо. Упираюсь руками в серую поверхность, прогибаю спину и трусь ягодицами о пах дьявола.       — Люцифер, — зажимает в пальцах соски, — за дверью ждут. Ах, — опрокидываю голову ему на плечо.       — Подождёт, — растегивает пуговицу на штанах, запускает пальцы, —блять, Уокер, ты реально без белья?       Закусываю губу и улыбаюсь, сильнее трусь о пах, чувствуя, как упирается член.       — Пиздец тебе, — разворачивает, накрывает губы в жадном поцелуе, перекрывая дыхание.       Сдергивает брюки к полу, переступаю через ткань, оставаясь в черных лаковых лодочках, веду ладонью по члену, сжимая через ткань.       Рука дьявола ложится на шею, чуть сжимая её. Другая разводит ноги в сторону; пальцы касаются клитора, скользят между складок.       — И ты такая мокрая собралась учиться?       — Я не виновата, что с тобой я всегда мокрая.       Усмехается, глядя в глаза, медленно вводит два пальца, и я теряю дыхание.       Расстегиваю ремень, спускаю брюки с бельем, принимаюсь ласкать его член рукой.       Большим пальцем растираю по головке проступившую смазку, и, сжимая ствол в руке, медленно веду до основания.       Демон играет с клитором, попеременно вводит пальцы в лоно, то замедляясь, то ускоряясь. Вторю его движениям, лаская член.       Приглушенные стоны переходят на надрывные хрипы. Точечная пульсация собирается районе живота, готовая в любой момент вырваться наружу ядерным взрывом от того, как дьявол двигает рукой.       Граница вожделения, а за ней наслаждение. Сжатое горло, звонкий шлепок и Люцифер разворачивает меня лицом к стене, уводя от границы оргазма, когда я готова шагнуть и рассыпаться на мелкие частицы.       — Ты не кончишь, пока я тебе не разрешу, — член скользит между ягодиц, дьявол сжимает пальцы на моей шее, целуя плечо.       — По-жалуйста, — судорожный вдох. Головка касается клитора.       Нестерпимое, жгучее, затмевающее весь разум желание концентрируется на возбужденных половых органах.       — Твою мать, — упираюсь лбом в стену, — Люцифер! — подаюсь бедрами навстречу, но дьявол лишь проводит членом, чуть задевая вход. — Трахни меня уже! Пожалуйста.       Резко входит, и я теряю себя. Грубые толчки, потеря дыхания, звонкие шлепки горячих тел, от стен отражаются гортанные стоны.       Наматывает волосы, оттягивая назад, другой рукой сминает грудь. Толкается в меня так неистово, дико, рвано, похабно и пошло.       Рычит и стонет на самое ухо. Срывает крышу, отправляя в космос.       Накрывает ладонью пах, очерчивает по кругу клитор, входит на всю длину, сильнее сжимая волосы.       — О боже! Люцифер! Да! — выкрикиваю через каждый грубый толчок, закатывая глаза от наслаждения.       Входит до основания, прижимая к стене; тело пульсирует, отдавая в виски, в глазах темно, голова кругом. Обжигающие ощущения разливаются внутри, и я обмякаю в руках дьявола.       Люцифер прижимает меня к себе, упирается рукой в стену, рвано дышит на ухо.       — Если сейчас звёзды в глазах только у меня, — целует за ухом, — я буду трахать тебя до тех пор, пока ты не почувствуешь того, что чувствую я, — выходит из меня, не разжимая объятий.       — А если я скажу, что тоже вижу звёзды, — поворачиваю голову и целую в основание шеи, — ты перестанешь меня трахать?       — Не дождешься, — улыбается, глубоко вдыхает и отстраняется.