Свой среди чужих

— Какого хрена, Тор?! — возмущённо вопрошали своего предводителя воины, уже вернувшись в замок. — Да что не так-то? — «Что не так»? Тор, ты позвал к нам какого-то первого встречного из бара! Так не делается! — Сиф всё пыталась втолковать ему суть проблемы. — Сиф, ты же видела, он просто превосходно сражается! Во дворце такие люди никогда не будут лишними. — Да, но ты мог порекомендовать его в эйнхерии, а вместо этого пригласил сразу в нашу компанию! Ты сам сказал, мы тут в первую очередь друзья, как бы по-твоему выглядело его появление, если бы он согласился? — Он бы тоже стал нашим другом, разве нет? — А вдруг нет? Тор, мы его не знаем, он может оказаться кем угодно. Обманщиком, маньяком, да просто плохим человеком, всё возможно! — Мне не показался плохим тот, кто из всех присутствующих единственный выступил в защиту девчонки. — Девчонки-омеги! Я не спорю, это благородно, и он явно не трус, но… кто вообще так делает? — Он делает. — Просто признай, что ты на него запал и пытался таким образом подкатить. — Ну… может, да… а может и нет… — тут он почему-то засмущался. В этом мире нравы были более, чем свободные, но всё-таки отношения между двумя мужчинами-альфами были не то, чтобы зазорными или хотя бы удивительными, просто встречались не часто. Обычно, если альфе больше нравились мужчины, он выбирал себе кого-нибудь ушасто-хвостатого, вот это встречается на каждом углу. — Да брось, не отрицай, — похлопал его по плечу Фандрал. — Я тебя очень хорошо понимаю, я бы за ним тоже приударил… — он запнулся на середине фразы, заметив предупреждающий и очень недовольный взгляд Тора, -…если бы ты не увидел его первым, друг. Но знаешь, такие радикальные меры, чтобы затащить кого-то в постель — даже для меня слишком. Одинсон посмотрел на своих друзей, в их встревоженные лица. Возможно, он и вправду поторопился с таким предложением. Но когда тот парень, Локи, уходил, Тор от чего-то чуть ли не запаниковал, что если сейчас позволит ему скрыться, то больше они не встретятся. А от этой мысли становилось страшно тоскливо. Да что с ним такое, в самом деле?! Что он, не найдёт себе кого-нибудь другого, кто с радостью согреет его постель? Да кого угодно! Далеко ходить не надо — в замке любая девушка или парень готовы по первому зову доставить удовольствие своему принцу. Так какого чёрта он тут устраивает? Но всё же… — Пожалуй, вы правы. Простите мне мои поспешные действия, такого больше не повторится, — воины с облегчением вздохнули. Слава небесам, их друг в своём уме. — Но завтра мы идём на конюшню, где он будет работать. — Чего?! — А что? Не беспокойтесь, я не буду звать его во дворец. Просто пообщаемся, узнаем друг друга получше, всего-то. — Тор, он будет объезжать молодого коня, к тому же не мерина, — нахмурился Вольштагг. — Я понимаю, ты сам этим никогда не занимался, но я как-то попробовал, и поверь, это дело нелёгкое, я и минуты не продержался, как меня выкинуло из седла. Ему уж точно будет не до разговоров. — В таком случае, когда он закончит, то точно не откажется от диалога с кем-то, кто может поделиться с ним прохладной водой и перекусом, верно? Тор, вдохновлённый своей очередной блестящей идеей, развернулся и пошёл в свои покои, оставив своих товарищей одних растерянно переглядываться. Да что же это делается?!

***

На следующее утро они все вместе отправились на конюшню в том же районе, что и вчерашняя таверна. Там было два открытых манежа: один перед конюшнями, довольно большой, там тренировались юные наездники, проверяли коней, которых хотели купить для верховой езды, иногда дети резвились вместе с пони; второй — за ними, не такой просторный, но всё равно было, где развернуться, и именно там сейчас скакал пока ещё не осёдланный вороной жеребец. Невероятно красивый и статный конь, высокий, с пышной гривой, сильными ногами и с отливающей синевой на солнце угольно-чёрной шкурой. Даже в царских конюшнях такие рождались не часто и высоко ценились. — Здравствуйте, молодые люди! — к ним подошёл высокий, крепкий альфа. Однако, он сильно хромал, так обычно ходят после перелома ноги, когда шину только-только сняли. Теперь понятно, зачем позвали Локи. — Я Берган Раузен, хозяин этого дурдома. Чем могу помочь? — Здравствуйте, я Дональд Блейк, — ответил Тор, представившись фальшивым именем, чтобы не выдавать своей королевской принадлежности, — мы пришли к Локи. Он ведь здесь, мы ничего не перепутали? — Да, он здесь, но… Я не видел, чтобы вы раньше с ним общались. Вам что-то надо от него? — Нет-нет, просто мы только вчера познакомились, хотели бы продолжить общение. — Хм… — хозяин смерил их подозрительным взглядом, но ничего такого не сказал. — Ладно, он сейчас переодевается, скоро выйдет в манеж. — Спасибо. А можно узнать, как зовут этого коня? Редко встретишь таких красавцев. — О, да, это Слейпнир. Его мать, по-видимому, была дикой кобылой, но заболела и отбилась от табуна, умерла при родах. Локи нашёл в поле жеребёнка рядом с трупом матери и принёс сюда. Сам его выходил, с бутылочки кормил. Так Слейпнир только его к себе и подпускает, на остальных крыситься начинает, кусается, лягнуть может. Дикий, в общем. Я ногу сломал как раз, когда вздумал попробовать его оседлать, плохая была идея. — Да как же такого объезжать? — забеспокоился Тор. Обычно ездовые лошади одомашнены уже далеко не в первом поколении, и то с ними может быть сложно, а тут жеребёнок ещё в дикой природе родился, о каком седле может идти речь? Да ещё если опытный конюх на нём ногу сломал, что же может случиться с Локи?! — Локи себе шею не свернёт? — Да какое там! — задорно засмеялся мужчина, — Этого дьявола ничем не возьмёшь — живучий, зараза. Да и Слейпнир его за своего принимает, так что может получиться. Норов что у одного, что у другого — круче варёного яйца. Это война, ребятки. Тут в манеж, наконец, вышел сам Локи, а у Тора перехватило дыхание, ведь в силу на редкость жаркой погоды майку Лафейсон решил проигнорировать, выйдя только в высоких сапогах без шпор, кожаных штанах, да повязанном на голове белом платке. Благодаря этому Одинсон на секунду забыл, зачем вообще сюда пришёл, разглядывая тонкую, идеально белую кожу, будто высеченную из мрамора. Под ней чётко прочерчивались сухие длинные мускулы рук и спины, кубики пресса и грудные мышцы. Из-под платка выглядывали чёрные как смола волосы, сейчас заплетённые в тугую короткую косичку, только две пряди оставались свободными и закрывали уши. И снова эти зелёные-зелёные глаза, в которые можно смотреть, наверное, всю жизнь. От столь соблазнительного зрелища внизу живота начал завязываться тугой узел, но как же не вовремя! Тем временем, увидав своего друга, Слейпнир с радостным ржанием подбежал к нему и закинул голову человеку на плечо, требуя свои законные обнимашки, в которых, разумеется, не было отказано. Локи похлопал коня по шее: — Ну что, брат, попробуем выйти на новый уровень? Лафейсон прекрасно знал, что Слейпнир — очень умная и хитрая сволочь, так что единственным вариантом запрыгнуть на него было только перехитрить. Поэтому он не стал даже прикасаться к снаряжению типа седла или хотя бы повода, конь был совершенно свободным. И начал Локи с безобидного расчёсывания гривы, как делал это довольно часто. Но на сей раз, как только конь разомлел от ласковых рук, их обладатель неожиданно одним прыжком забрался ему на спину и вцепился в гриву мёртвой хваткой, крепко ногами сжал бока. И пусть даже это единственный человек, которого Слейпнир любит всем своим конским сердцем и так же его уважает, но просто так сидеть у себя на горбу не позволит! Стоило Локи умоститься на спине жеребца, как тот от неожиданности громко заржал, встал на дыбы, и понёсся, как сумасшедший, пытаясь скинуть наглеца. Он начал наматывать круги, развивая просто неимоверную скорость, Тор никогда не видел, чтобы конь бежал так быстро! Будто у него не четыре ноги, а все восемь! Но этого оказалось мало, чтобы скинуть Локи. Он тесно прижался к шее коня, не позволяя себя сбросить, и тогда Слейпнир, не сбавляя ошеломляющей скорости, стал бегать зигзагами, так внезапно и резко меняя направления, что у наблюдающих начало рябить в глазах. Когда и это не сработало, к безумному бегу добавились очень опасные манёвры: жеребец резко тормозил, надеясь, что ездок улетит вперёд, брыкался и козлил, стараясь подкинуть его в воздух, в какой-то момент от отчаяния даже стал с разбега биться боками о перекладины манежа, забыв, что может так сломать своему другу ноги. Казалось, уж после такого Локи точно вылетит, как птичка из гнезда с динамитной шашкой, но всё тщетно! Всадника ничто не брало, он сжимал коня, будто тисками — не выкинешь, не собьёшь! Проскакав бог знает сколько времени в таком бешеном темпе, Слейпнир остановился, чтобы перевести дух и с новыми силами попытаться сбросить седока, но вдруг человек сам спешился и снова одобрительно похлопал его по шее. — На сегодня, пожалуй, хватит, — констатировал Локи. — Эй, Локи, ты там как? — осведомился Берган, глядя на то, как парень продолжает хвататься за конскую гриву, чтобы не рухнуть наземь. — Да нормально, только голова… немно-о-ожко так кружится. А вообще всё в ажуре, чесслово. — Ничья, мальчики, — довольно заухмылялся в усы хозяин. — Вы друг друга стоите. — А я так не считаю! — воскликнул Локи, авторитетно вскинув палец и чуть не упав из-за этого. — Первый шаг сделан, через месяц он у меня будет ходить рысью, да с прискоком. И не смотри на меня так! — погрозил он тем же пальцем Слейпниру, у которого во взгляде читалось: «Да щас, спешу, аж подковы отлетают!» — Два упрямых барана, — засмеялся Берган. — Дональд, будь другом, помоги Локи дойти до скамьи, а то ему придётся до неё ползком добираться. — Конечно, — довольно заулыбался Тор, только этого он и ждал. Приближаясь к Локи, последнее, на что Тор рассчитывал — что Слейпнир встрепенётся, заставляя Локи выпустить гриву из рук и всё-таки упасть, и заслонит его, преграждая Тору путь. На попытки Одинсона обойти живую преграду и добраться-таки до Локи, преграда угрожающе фыркала и лязгала зубами. Защищает? Но от чего? Будто прочитав мысли принца, Локи, когда смог хотя бы сесть, сказал: — Он не любит чужаков. И считает, что ты враг, а раз я в таком состоянии, то не могу защитить себя. Слейпнир, свой! После этой команды конь нехотя, но отошёл, позволяя Тору пройти, однако говоря одним взглядом: «Я слежу за тобой, подозрительный сукин сын». Да как у лошади может быть такой выразительный взгляд?! Все мысли об ограничениях и возможностях копытных выражать свои мысли и эмоции путём зрительного контакта покинули голову Тора в ту же секунду, когда его взгляд упал на Локи, что имел сейчас такой беззащитный вид: с расфокусированными зрачками, ватными ногами и кожей, влажной от пота и блестящей под лучами солнца. И снова возбуждение накатило так не вовремя, да что ж такое! Взяв себя в руки, Тор закинул руку Локи себе на плечи, второй рукой обхватил за талию, — что совсем не улучшило его душевное равновесие, — и помог подняться на ноги. Так они медленно побрели к ближайшей лавочке. — Погоди-ка, это же ты! — воскликнул Лафейсон, только сейчас рассмотрев лицо своего помощника. — Вчерашний принц! Ты что здесь делаешь? — Да так, решил коня себе присмотреть… — оправдался Тор. Чёрт, вот этот момент он не продумал. — Не гони, у тебя по-любому есть свой, королевский, как и положено монархам, пусть и будущим. — Пусть так, но твой Слейпнир ничуть не хуже. — А то! — гордо заулыбался парень. — За сколько отдашь его? — Не продаётся! — Так категорично? — Абсолютно! Торг неуместен, нет — и всё. — Хорошо, я не настаиваю. Присев на лавочку, Локи тут же схватился за голову, будто пытаясь остановить её непроизвольное вращение, а Тор как можно незаметнее облегчённо выдохнул: ощущение гладкой горячей кожи под пальцами совсем не добавляло самоконтроля. — Думаю, у меня тут есть кое-что, что тебе понравится, — заулыбался принц, выудив из-под тёмно-серого плаща флягу с прохладной водой и свёрток с добротным куском мясного пирога, стащенного с королевской кухни. С трудом сфокусировав взгляд на протянутой ему фляге, Локи благодарно кивнул Одинсону и знатно к ней приложился, жадно глотая живительную воду. А Тор в который раз за сегодня откровенно залип: на длинные, трепещущие от удовольствия ресницы зажмуренных век, на мерно двигающийся с каждым глотком кадык под тонкой кожей, на каплю, случайно сорвавшуюся с губ и прочертившую влажную дорожку до груди. Как же захотелось снять эту каплю губами, пройтись по изящной шее, поцеловать высокие скулы… — …ор? Тор? Хе-ей, ты здесь? — от сладостных мечтаний его оторвал настойчивый голос того, о ком были эти мечты. — Да-да, прости, я просто задумался. — Спасибо, говорю, — он протягивал фляжку назад. — Это пришлось весьма кстати. — У меня ещё пирог есть. Бери, если хочешь. Тут Локи, уже приведя в порядок свой ошалевший от таких приключений вестибулярный аппарат, посмотрел на него с нескрываемым подозрением, пирог брать не стал. — Спасибо, конечно. Но ответь, пожалуйста, зачем ты всё-таки сюда пришёл? Врать Тор не умел, да и не видел особого смысла, так что решил сказать начистоту: — Знаешь, вчера ты привлёк моё внимание. Ты повёл себя очень странно, — хоть и назвал странным меня, — но вместе с этим и очень храбро. И, скажу честно, ты мне понравился. Сегодня ты занят, но наверняка у тебя найдётся свободный день. Моё предложение встретиться всё ещё в силе, и я буду рад, если ты согласишься. Внимательно выслушав Тора, Локи нахмурился, покивал. — Прости, конечно, но я не заинтересован, так что откажусь. Тор впал в ступор. Этот Локи уже в третий раз ему отказывает! Нет, раньше ему встречались особы, которые ломались для виду и не соглашались с первого раза, но тут совсем другая ситуация! Ни единым взглядом или жестом Лафейсон не показывал хоть какого-то намёка на интерес. Ни малейшего призыва, чтобы Тор продолжал свои попытки, лишь твёрдый отказ! Как же так?! — Но почему? — Ха! А ты, небось, привык, что каждый, на кого ты посмотришь, сразу готов прыгнуть к тебе в койку. В крайнем случае, можешь сказать, что ты принц, и тогда даже самый крепкий орешек станет безотказным. Понимаю, но со мной это не прокатит. Будь ты хоть десять раз принцем, не хочу — и всё тут. Слейпнир, пошли! Мне надо отвести его в стойло. В тот же миг к ним подскочил радостный, набегавшийся Слейпнир, готовый пить и есть за троих. Локи, уже твёрдо стоявший на ногах, мягко обхватил рукой коня за мордаху и повёл в крытое помещение, в котором в это время кроме лошадей никого не было. Тор тут же вскочил и последовал за ним. — Я же не предлагаю тебе прыгать с места в карьер! То бишь, в постель. Давай хотя бы познакомимся, узнаем друг друга поближе. То есть, получше! Кто знает, вдруг ты изменишь своё мнение? — Я совершенно точно знаю, что не изменю. Тебе что, так сложно принять отказ? — Просто я не привык отступать. И не будь так уверен, я не так прост. — Слушай, — закрыв Слейпнира в деннике, Локи развернулся к собеседнику. — Давай я скажу, что дело не в тебе, а во мне, ты хороший парень, но я ещё не готов и бла-бла-бла… и ты отстанешь. Окей? — Нет, не окей! — Пф-ф-ф… — устало вздохнул Локи и обошёл мужчину, направившись за порцией свежего овса для своего подопечного. — Ты, может, и упрямый, но я тебе в этом уж точно не уступаю! — воскликнул Одинсон и, воспользовавшись тем, что Локи повернулся к нему спиной, для привлечения внимания сдёрнул с его головы платок. Тот мгновенно обхватил голову руками и шокировано уставился на Тора, буравя его взглядом со смесью панического испуга и ярости. — Верни немедленно! — злобно зарычал он. Тора тут же посетило ощущение, что он где-то перегнул палку, но объективных причин на то не видел и продолжил стоять на своём: — Верну, если согласишься на встречу со мной. — Теперь уж точно максимум, на что ты можешь рассчитывать — это нож под ребро. Отдай сейчас же! Бах!!! От резкого грохота, раздавшегося из стойла взбунтовавшегося Слейпнира, рвавшегося на помощь своему человеку, Тор вздрогнул и отвлёкся, чем тут же воспользовался Локи и сделал резкий рывок в попытке отнять свой платок, но в последний момент Одинсон уловил движение и рефлекторно с силой отпихнул нападающего. Локи под ноги попалась брошенная кем-то безалаберным на пол верёвка, и он не устоял, грохнувшись на спину, только и успел поставить руки для страховки. — Извини! — забеспокоился Тор. — Я случайно! Давай помо… гу… Голову Локи больше ничто не закрывало и теперь можно было рассмотреть причину, почему он так разозлился из-за платка. На макушке красовалась пара чернющих кошачьих ушей с длинными острыми кисточками на кончиках, как у рыси. Да это даже не уши — это целые локаторы! Даже на глаз они были больше Торовой ладони! Но как?! Этого просто не может быть! — Ты что, омега?!