What Doesn't Kill You

Шерлок был дома уже семь месяцев, два дня и шесть часов. Последние два часа они провели в Скотланд-Ярде, обсуждая последнее дело, поставившее полицию в тупик. — Должно быть, за то время, что я отсутствовал в Скотланд-Ярде, было совершено неисчислимое количество преступлений. Рай для преступника. — Говори тише, — прошипел Джон. — С чего бы? Я просто констатирую факты. — Ты ведешь себя как всегда напыщенно, и все тебя слышат. — Они должны услышать меня. Они могут что-нибудь узнать. Но, опять же… — Шерлок оглядел комнату, стоя у стойки регистрации и ожидая, когда Лестрейд вернется с копией дела. Головы немедленно опустились, весь отдел притворился, что поглощен своей работой и не подслушивает громкое шерлоковское недовольство относительно способностей офицера раскрывать преступления, или их отсутствие. — Вероятно, нет, — закончил он. Джон оглядел комнату и увидел, что у нескольких офицеров, деловито печатающих на своих компьютерах, загорелись кончики ушей. То ли от злости, то ли от смущения — Джон не мог сказать, но подозревал, что и от того, и от другого. Шерлок явно был тем, кто ставил под сомнение репутацию людей. Неудивительно, что они его терпеть не могут. Это был первый раз, когда Шерлоку позволили покинуть квартиру после нападения. Джон никогда раньше не работал с Шерлоком. Черт, он никогда не работал над делом, и точка, и он чувствовал себя немного неловко, стоя здесь с этим человеком, который был гением — а также большей задницей, чем он предполагал изначально. Эти бедные мужчины и женщины просто выполняли свою работу. Шерлок вошел и без всяких предисловий начал вскользь проходиться по несчастным, подмечая все их изъяны. — Что-то ты какой-то бледный. Надо было взять с собой трость. — Я в порядке, Джон. Перестань кудахтать надо мной как наседка. Это одна из твоих менее привлекательных черт. — Хорошая попытка. Я не собираюсь с тобой пререкаться. Тебе явно больно. Если Лестрейд хочет, чтобы у тебя была эта папка, он, черт возьми, может принести ее к нам сам. Я пойду в туалет, а потом мы уйдем — принесет Лестрейд дело или нет. Ты потерпишь еще пять минут? — Не надо вести себя со мной как с маленьким. Просто идем. — Шерлок небрежно прислонился к столу, а Шерлок никогда не прислонялся. Джон мог сказать, что он испытывал сильную боль, которая неуклонно возрастала. Он почти не отдыхал. Джон понимал, что так не делается, но сказать «нет» такому человеку, как Шерлок Холмс, было нелегко. — Если ты уверен… Шерлок бросил на Джона испепеляющий взгляд. — Хорошо. Что ж. Я мигом. Постарайся не влипнуть в неприятности, пока меня не будет, ладно? — Иди. Джон ушел, волнуясь. Он очень заботился о Шерлоке и не любил надолго оставлять его одного наедине с самим собой. Казалось, ему не нужно было много времени, чтобы попасть в беду. Как только Джон завернул за угол, вошли Андерсон и Донован, увидели Шерлока, изменили курс и направились прямо к нему. Они начали перешептываться и смеяться, как школьники. Они что-то замышляли, и Шерлок признался себе, что в данный момент ему не до словесной перепалки, и прислонился к столу. — Как дела, пидор? Кто-то резко втянул воздух. Все звуки прекратились, только время от времени звонил телефон. Напряжение в комнате было ощутимым. Это могло стать грандиозной сценой. И вообще, где этот чертов Лестрейд? Он что, хранил эти чертовы папки в подвале? Господи! — Не самые мудрые слова в наше время, — мягко заметил Шерлок. Его, казалось, ничуть не смутила эта клевета. — Я слышал, вы двое — теперь пара. Это отвратительно. Альфа спит с альфой, — ядовито отозвалась Салли. — Мы не первый случай сцепки альф. В наши дни это считается нормой для большинства людей. Конечно, всегда есть отбросы, которые не могут измениться со временем. Я думаю, мы знаем, в какую группу вы двое попадаете, не так ли? — Но ты ненормальный, не так ли, фрик? Не смог найти никого из противоположного пола, кто бы захотел тебя, поэтому обманом заставил бедного доктора Ватсона сблизиться с тобой. Какая низость. — Доктор Ватсон не был обманут, и все это не ваше дело. — Шерлок быстро угасал. Где же, черт возьми, Джон? — Ты выглядишь довольно хорошо для того, кто предположительно был на пороге смерти. Взял восьмимесячный отпуск, не так ли? Мы все знали, что ты притворяешься, — улыбнулась Донован. — Мне плевать на то, что ты думаешь, если ты вообще думаешь, — сказал Шерлок, который теперь слегка дрожал. Он был уверен, что ни одно из ее оскорблений не попало в цель. Все было именно так, как сказал Джон; он сделал достаточно в свой первый день и должен был вернуться домой… сейчас. — Слышал, что твой насильник даже не смог встать достаточно долго, чтобы трахнуть тебя. Вот как! Даже насильник не захотел тебя. Как ты заполучили доктора Ватсона — загадка. — Донован оскорбительно внимательно оглядела Шерлока с головы до ног. И тут появился Джон. Он понял, что, судя по самодовольному выражению лица Салли, она торчит здесь больше пяти минут. Джон бросил взгляд на бледное лицо Шерлока и самодовольную улыбку Донован и понял, что некоторые из их колкостей, должно быть, задели его. Шерлок выглядел… расстроенным и почти готовым упасть в обморок. — А, доктор Ватсон. Мы, — Донован кивнула своему молчаливому напарнику Андерсону, — просто пытались понять, как такой неудачник, как Шерлок Холмс, ухитрился поймать такую хорошую добычу, как вы. Как ему удалось обманом втянуть вас в это? Был ли секс настолько хорош? — Донован… — процедил Джон, делая шаг вперед и сжав кулаки так сильно, что костяшки пальцев побелели. — Нет, Джон, — сказал Шерлок, выставив руку перед Джоном, чтобы остановить его. — Именно этого они и хотят. Чтобы один из нас потерял здесь самообладание. Может, нас выгонят, Донован? — А с чего бы мне хотеть пойти и сделать что-то подобное нашему самому полезному консультанту? Ой, извините. Я хотела сказать «детективу». Оговорка по Фрейду и все такое. — Ты идиотка, Донован, — громко воскликнул Джон. Салли оглядела Джона с головы до ног и медленно улыбнулась. — Мне было интересно, кто был «нижним» в этих отношениях. Похоже, это ты, Холмс. Это ведь тебе засунули огромный член в задницу, не так ли? Посмотри на своего большого злого альфу, пытающегося защитить тебя. Теперь Джон совершенно вышел из себя. — Пошла ты, Салли! — Эй! Ты не можешь так с ней разговаривать! Она — офицер закона, и ты должен проявить к ней уважение, подобающее ее положению, — вставил свои пять копеек Андерсон. — Право же, Андерсон, миссионерская должность вряд ли заслуживает уважения. Большинство людей делают это регулярно, — сказал Шерлок. Лицо Андерсона покраснело, и он зашипел, пытаясь придумать резкий ответ, но ему удалось только брызнуть слюной. Чтобы спасти положение, он обратился к своей героине, Салли Донован. — Слышал, что кто-то попал в больницу и в конце концов избил тебя так, как ты этого добивался все эти годы. Жаль только, что я этого не видела, — счастливо размышляла Салли. — Этот человек был тяжело ранен, а ты просто показываешь свое истинное лицо, Донован. Так ты обращаешься со всеми жертвами, которые приходят сюда? — рявкнул Джон, покраснев. — Жертва? Он? — Она указала в сторону Шерлока. — Если кто-то и напрашивался на побои, так это Шерлок Холмс. Боже, должно быть, преступнику это доставляло удовольствие. Слышал, он и тебя пытался трахнуть. Ты, наверное, хотел этого. Может быть, вывести его на чистую воду? Весь офис заключал пари на то, был ли ты, так сказать, инициатором или нет. Он потом разозлился, когда не смог засунуть свой член в твою тугую задницу. Разве не так? — спросила Салли, одарив Шерлока самой широкой акульей улыбкой. Тот просто уставился на Донован, казалось, не в силах ничего сказать в ответ. Джон был так зол, что не удивился бы, если бы из ушей повалил пар. — Ты так сострадательна ко всем жертвам, которые приходят сюда в поисках помощи? — Я не жертва, Джон, — тихо вставил Шерлок, все еще бледный и едва стоящий на ногах. Это был его первый день после выздоровления, и он пришел слишком рано. Он слишком долго был в отключке и очень устал; Донован только ухудшала положение. — Видишь? Что я тебе говорил? Даже Холмс признает, что он не жертва. Напрашивался на это, вот что он делал. Наверное, задрал эту свою задницу прямо вверх, а потом решил сыграть в труднодоступного девственника. Неудивительно, что он смог соблазнить тебя. Разве не так все произошло, Холмс? — Салли, довольно! — Лестрейд подошел незаметно, держа папку под мышкой. Он был так зол, что едва мог говорить. — Это всего лишь фрик, сэр. Такие разговоры его не волнуют. Он эксгибиционист. Он получает от этого удовольствие. Не так ли, фрик? — Я сказал, хватит! Следующие два дня ты свободна, зарплаты не будет. — Но… — пробормотала Донован. — Тебя предупреждали дважды. Может быть, тебе нужно немного отдохнуть, чтобы подумать о том, как ты относишься к жертвам преступления. — Я не жертва, — повторил Шерлок так тихо, что на этот раз его никто не услышал. — Давай… давай… какого хрена ты уставился, Андерсон? Возвращайся к работе! Андерсон и Донован разошлись в разные стороны. Андерсон — поджав хвост, а Донован — преисполненная праведного гнева. Она этого не заслужила и скажет об этом Лестрейду, как только встретится с ним. Он всегда защищал Шерлока Холмса — человека, который явно не нуждался в защите. Она искренне верила, что Шерлок сам во всем виноват, и не испытывала к нему ни малейшего сочувствия. Он этого не заслужил.

***

Они услышали, как в конце коридора хлопнула дверь. — Похоже, Салли последовала твоим инструкциям и сейчас сидит в твоем кабинете, — заметил Шерлок. — Да. Отлично. Не могу дождаться, когда разберусь с ней. — Не делай этого из-за меня. Я не жертва. Я привык вступать в разногласия с некомпетентными людьми. Она просто умнее многих и понимает, что работает не на той работе. Правда, Лестрейд. Разве нет хорошего офиса в стране, где ты можете использовать ее отсутствие навыков? — снисходительно спросил Шерлок. Джон посмотрел на Шерлока. Он действительно выглядел не очень хорошо. Слегка бледный, он явно страдал от боли, но, как ни старался отрицать это, Джон знал, что Шерлока беспокоили слова Донован. Это было заметно по тому, как он сжал челюсти и напряг шею. Джону нужно было отвезти его домой и уложить в постель, пока он не потерял сознание. Доктор определенно не хотел бы терпеть такое унижение перед всем отделом. — Досье, Лестрейд? — попросил Шерлок, протягивая руку. — Что? А, да. Вот, держи. Дай мне знать, что ты думаешь. Шерлок закатил глаза. — Договорились. Разве когда-нибудь я не говорил, что думаю? — Давай. Пойдем, Шерлок. — То, что Шерлок сразу же согласился, свидетельствовало о том, как ему плохо. Как только они повернулись, чтобы уйти, Джон заметил нервного молодого человека — наркомана, как он быстро определил — и понял, что тот смотрит на Шерлока с выражением, похожим на крайний ужас. Джон мог сказать, что этот наркоман не видел никого, кроме Шерлока, он был зациклен на нем. — Шерлок, — позвал Джон. Не получив ответа, он попробовал еще раз. — Шерлок! — Что? — отозвался тот, явно сбитый с толку. — На тебя кто-то смотрит. Шерлок повернулся и заметил человека с подергивающимся глазом, который почему-то занервничал еще сильнее, когда понял, что Шерлок поймал его взгляд. Он поспешно и бесцеремонно опустил глаза на свои ноги, все еще украдкой поглядывая на Шерлока из-под опущенных век. — Есть идеи, кто это? — Понятия не имею. Хотя он выглядит знакомо… — Шерлок замолчал, задумавшись. — Он похож на торговца, который принимает собственный товар, — предположил Джон, с жалостью качая головой. — Может быть… — рассеянно произнес Шерлок и отвернулся, явно думая о чем-то другом. — Хорошо, теперь тебя ждут парацетамол и постель. Никаких споров и возражений я не приму. — Как скажешь, Джон. — Ты, должно быть, действительно плохо себя чувствуешь, раз так любезен и покладист. — Мммхмхмм, — согласился Шерлок и вдруг споткнулся, издав тихий писк боли. Взявшись Шерлока, который не издал ни звука протеста, за руки, Джон вышел с ним на яркий свет, где их ждал очень дорогой, отполированный черный автомобиль. Задняя дверь была приглашающе открыта. — Иногда мне почти нравится Майкрофт, — сообщил Джон, помогая Шерлоку залезть в машину. — Что ты сказал? — Не важно. Поедем домой, ладно? — Джон не ожидал ответа и не получил его. Сев рядом с Шерлоком, он захлопнул дверцу и стал ждать, пока водитель отвезет их туда, куда им нужно было ехать, — без единого слова. Шерлок наклонился к Джону и положил голову ему на плечо, закрыв глаза. Джон поднял руку и обнял Шерлока, притянув его ближе; тот сразу же заснул. — Я позабочусь о Салли, не волнуйся, любовь моя. Откинув со лба Шерлока выбившийся локон, Джон наклонился и нежно поцеловал его в лоб. Оставшуюся часть пути они ехали молча, Шерлок расслабился во сне, пока Джон строил планы мести. Да, Джон позаботится об этом. Ему не разрешалось ничего делать против борделя, но он все устроит так, чтобы Салли больше никогда не сказала Шерлоку ни одного плохого слова. «Месть подают холодной», — было последней мыслью Джона, прежде чем он закрыл глаза и заснул под успокаивающее покачивание машины.

***

— Крис! — отчаянно закричал Томми в мобильник. Он едва успел выйти за дверь, как позвонил брату. — Томми? Что это? Успокойся, — спросил Крис, глядя на таблицу на своем экране. — Это тот самый Холмс. Крис сел, все внимание сосредоточив на брате. — А что с ним? — спросил Крис, сохраняя мнимое спокойствие. — Он был в полицейском участке и рассказывал о прошлогоднем деле. Это было до того, как он поссорился с этими двумя копами. Во всяком случае, похоже, он снова взялся за это дело! Томми ничего такого не слышал; он не был достаточно близко, чтобы слушать, но видел, как детектив-инспектор вручил Шерлоку папку с документами, и этого было достаточно. Сладкая ложь еще никому не повредила. — Вы уверены? Он упомянул название борделя? — Да. Сказал, что приедет и покончит с тобой, — солгал Томми. — Мне страшно, Крис. — А вот это было правдой. — Не волнуйся. Я позабочусь об этом. Очевидно, в прошлый раз я не произвел на мистера Холмса особого впечатления. Поторопись, возвращайся домой и, ради всего святого, прекрати попадать под арест! — велел Крис брату, закончив разговор. «Да. Пора вычеркнуть Холмса из генофонда», — подумал Крис, мерзко улыбаясь. Он не мог ждать.