Чародейка. Книга I.

Эскель. Теперь я знала имя ведьмака, которого спасла лишь волей случая. Он показался мне довольно рассудительным и спокойным, пусть и был скуп на эмоции внешне, но не лишён их вовсе. В его мыслях можно было узнать гораздо больше, но специально в его голову я не лезла. Из нашего короткого разговора было совершенно ясно, что он действительно мне благодарен, хоть и моя как он считал искренняя помощь его немного удивила. Знай он истинные причины, продолжал бы считать так же? Посмотреть на себя его глазами было даже забавно — эдакая юная девушка, хрупкая и ранимая. Но этот образ довольно быстро растворился. Он смог почувствовать, что моя внешность обманчива. Я оценила его тактичность и уважение к личным границам. Он не задавал неуместные вопросы лишь для того, чтобы удовлетворить любопытство, и мне это определённо понравилось. Почему-то казалось, что с ним найти общий язык было бы на порядок проще, чем с хмурым и непростым Лето. И нельзя было отрицать тот факт, что отчего-то рядом с ведьмаком было легко, словно мы давно знакомы. Размышляя об этом, я добралась до речушки, чтобы помыть посуду и немного освежиться. Меня до сих пор преследовала вонь трупоедов, поэтому я быстро разделась и вошла в воду, смывая дорожную пыль, кровь ведьмака и прочую грязь. Вернувшись к одежде, надела лишь рубаху, которая была чуть чище, чем всё остальное. — Как я скучаю по бытовым чарам, — проворчала я, принимаюсь за чистку одежды. — Взмахнул палочкой — и всё чистое. Сделав всё на быструю руку, я натянула штаны и вернулась в лагерь, где на ветках деревьев развесила мокрые вещи и села к костру, чтобы просушить одежду. Ведьмак тем временем уже поднялся на ноги, надел штаны, рубаху и рассматривал то, что осталось от его седельных сумок. Хоть он и не обернулся, когда я пришла, но я знала наверняка, что он меня слышал. Подойдя к скатке, я взяла с неё свой запасной плащ, которым укрывала ведьмака и верхнюю подстилку, тем самым разделив надвое и постелила на землю с другой стороны костра, а под головой пристроила седло. Не роскошная постель, но пока придётся довольствоваться этим. Подбросив в костёр побольше дров, я с удовольствием растянулась на земле, укутавшись в свой плащ. — Тебе бы тоже следовало немного отдохнуть, — уже с закрытым глазами тихо произнесла я, зная, что ведьмак услышит. Он мне не ответил, но я уловила в его мыслях смятение от того, что я не оставила его спать на голой земле, пусть ночь и была тёплой. Никаких дурных намерений в его голове не было, лишь досада от потери собственных вещей. — Утром можно поискать твои вещи, — не подумав, сказала я и широко зевнула. — Не думаю, что кто-то другой найдёт их в этой глуши. Ответа снова не последовало, и я быстро провалилась в сон, утомлённая слишком длинным днём.

***

POV Эскель Закончив с осмотром того, что осталось от моих вещей, больше всего я был расстроен, не найдя среди них второго меча и небольшого сундука с инструментами и ингредиентами для приготовления эликсиров. Услышав предложение, что их можно поискать утром я немного успокоился. Возможно, и правда найдутся. Но тот факт, что девочка упомянула об этом, казался странным и приводил лишь к двум выводам — либо она достаточно проницательна, чтобы догадаться, о чём я думаю, либо же она точно знала это. Умение чародеек читать мысли не было секретом, но она утверждала, что имеет с ними мало общего. Насколько много правды было в её словах оставалось загадкой, но всё же мне стоило бы проявить немного осторожности. Такая терпимость, я бы даже сказал проявление доброты, казалось мне подозрительным. А ещё, привыкший, что многие смотрят на мою рожу с омерзением из-за «подарка» Дейдры, я не мог не заметить, что девчонка же глядит на меня совершенно без страха или брезгливости. А мой шрам она как будто и вовсе не замечает, словно его и нет. Не удержавшись, я коснулся щеки, потерев пресловутый шрам, словно он действительно мог волшебным образом куда-то исчезнуть. Но пальцы привычно коснулись грубых рубцов. Среди вещей отыскалась чистая рубаха. Со стороны костра раздавалось тихое сопение. Подойдя к своему каэдвенскому жеребцу, я похлопал его по мускулистой шее. Всё-таки Весемир хорошо его объездил и откормил. — А я-то думал, что ты от меня просто сбежал, испугавшись, — произнёс я, поглаживая его по морде. — А ты, оказывается, помощи искал. Спасибо, дружище. Венера не только обработала ему царапины, но и распрягла и накормила. Чуть поодаль стоя спала и её лошадь, которая проснулась, стоило мне заговорить. Посмотрев в нашу сторону, она тряхнула хвостом и, развернувшись, отошла на несколько шагов. Осмотрев своего скакуна, я заметил несколько царапин на крупе. Пара мелких, возможно, были от веток, а вот крупные явно от когтей гулей. Но укусов не было, как и заражения — раны не были воспалёнными. Мазь, нанесённая девушкой, приятно пахла разнотравьем и, похоже, действительно помогала. Вернувшись к костру, я прихватил свои грязные вещи и направился к воде. Берег был сплошь усыпан высокой травой и обломками поваленных деревьев, отчего приходилось смотреть под ноги, чтобы ненароком не свалиться. Организм, хоть и начавший восстанавливаться, всё равно был слаб — сказывалось действие трупного яда и не выпитый вовремя антидот. Но следы девушки, оставленные ранее вели к берегу, обходя серьёзные препятствия. Пройдя по этой тропинке до конца, я нашёл место, где было удобно спуститься к воде. Только сейчас я понял, что для человеческого глаза ночь была довольно тёмной, поэтому был удивлён, что Венера спокойно пришла сюда и так же тихо вернулась, ни разу не споткнувшись о корни. Магией она не пользовалась — я прислушивался, когда она направилась сюда, да и медальон не дрожал. Сделав себе в памяти заметку присмотреться к девушке, я освежился и мало-мальски привёл одежду в норму. Доспехи требовали починки, и, как назло, сейчас мне нечем было это сделать. Натянув потрёпанные гулями штаны, я вскоре вернулся к костру, чувствуя себя посвежевшим, пусть вонь от гулей всё ещё ощущалась. Ещё бы побриться… Венера крепко спала. Укрыв её сверху её же плащом, которым она меня укрывала ранее, я решил, что отдых мне всё же не помешает и лёг на скатку, любезно предоставленную мне девчонкой. Впрочем, я уже понимал, что называть её так не уместно. Что-то подсказывало мне, что она старше, чем кажется на первый взгляд. Через пару часов я проснулся и чувствовал, что пришёл в относительную норму. Небо уже посветлело, обещая скорый рассвет. Девушка всё также спала, свернувшись калачиком. Подбросив остатки дров в почти потухший костёр, я сходил к воде, умылся и наполнил котелок водой. Вернувшись, водрузил его на костёр и, помня о том, что вчера моя спасительница разделила со мной ужин, решил отплатить ей тем же. Позволив себе проявить наглость, порылся в её сумках в поисках припасов. Среди припасов затерялась даже бутылка вина. Найдя всё необходимое, принялся готовить скромный завтрак. Вспомнив, что возле берега видел заросли ежевики, вернулся туда и стал собирать ягоды. Собирать и гадать, на хрена я вообще это делаю? Возможно, я понимал, что скоро эта странная девушка отправиться своей дорогой, и вряд ли наши пути снова пересекутся. И мне хотелось как-то отблагодарить её за помощь. Вернувшись, я проверил наш завтрак и чтобы как-то скоротать время решил заняться своими вещами, пытаясь хоть как-то привести их в порядок. Пришлось позаимствовать у неё моток ниток и иголку, которые заметил, пока рылся в вещах. Оставалось надеяться, что моя бестактность её не заденет. Сидя боком к спящей девушке, я прислушивался к ней, пока руки были заняты работой, поэтому довольно скоро заметил, как поменялось её дыхание. Хоть она и проснулась, но открывать глаза не спешила. Рука, лежавшая под свёрнутой курткой, которую она использовала в качестве подушки слегка дрогнула и только потом девушка медленно раскрыла глаза, едва ли не сразу отыскав меня взглядом. — С добрым утром, — пробормотала она и потянулась. — Как самочувствие? Медленно сев, она отложила на землю кинжал и потянулась. Привычка спать с оружием под подушкой не была редкостью, особенно в дороге. Но хвататься за кинжал, прежде чем открыть глаза… Такие привычки не пустом месте не появляются. Девушка чему-то усмехнулась, а я нашёл ещё одно подтверждение своих догадок. — С добрым, — кивнул я. — Чувствую себя сносно. Возможно, мне стоило бы ещё раз поблагодарить Венеру, ведь её стараниями я вообще выкарабкался, но слова благодарности всегда мне плохо давались. — Я рада, — коротко ответила она с лёгкой улыбкой. — И я смотрю, ты даже подумал о завтраке. Я кивнул, не зная, что ещё добавить и перевёл тему: — Я не хотел тебя будить, поэтому сам отыскал всё нужное у тебя в сумках. Надеюсь, ты не против этой вольности. Я не трогал ничего личного. Одолжил только нитки и иголку. Приподняв руки, показал, чем я был занят, при этом чувствуя себя так, словно я снова зелёный юнец и оправдываюсь перед Весемиром за очередную шалость. — Не переживай на этот счёт, — отмахнулась она и направилась к зарослям в сторону берега. Пока она отсутствовала, я почти закончил чинить свои вещи. Благо, что штаны я подлатал, пока девушка спала. Вернувшись, она достала к завтраку хлеб и немного вяленого мяса и, прихватив котёл, подсела поближе ко мне. Разложила хлеб между нами и нарезала мясо. После чего взяла в руки миску с ложкой, но покрутив в руке миску, отложила её в сторону и зачерпнула еду прямо с котла. Наблюдая за этим, я ощущал странное чувство, хотелось усмехнуться, но упорно держал серьёзный вид. Я закончил с курткой и взял в руки кусок хлеба и мясо. Венера протянула мне единственную ложку. Жевали молча, поочерёдно зачерпывая еду прямо из котла. Повар был из меня ужасный, похлёбка на вид и вкус получилась, откровенно говоря, паршивой. Но, к удивлению, Венера не жаловалась и не воротила нос. Почему-то мне вспомнился Ламберт. Он терпеть не мог, когда в Каэр Морхена была моя очередь готовить. Каждый раз причитал, что моя еда похожа на лошадиное дерьмо. И Весемиру частенько приходилось отвешивать ему подзатыльники. Усмехнувшись, я отпил немного воды из фляги и протянул её Венере. Всё так же невозмутимо и, явно не испытывая брезгливости, она сделала несколько глотков. Я передал ей собранную ранее ежевику, но она разделила её на две горсти и протянула мне. Пришлось подставить свою ладонь. Высыпая ягоды, она слегка коснулась меня рукой, но тут же вздрогнула и одёрнула её. Несколько ягод упали между нами. — Прости, забыла об этом, — извиняюще улыбнувшись, произнесла она и закинула в рот ягоду. Вполне естественная реакция нормальных людей на меня, я уже давно к этому привык. Но в данном случае крылось что-то другое. Я тоже почувствовал эту странную вибрацию от касания. — Мы называем это эманациями, — сказал я, словно извиняясь. — И это не поддаётся контролю. — Я знаю. Я ведь жила среди ведьмаков, — напомнила она. — Но ты эманируешь гораздо сильнее, и это странно. В ответ я лишь пожал плечами. Мне не доводилось углубляться в природу этого явления, да и поводов, чтобы экспериментировать, было не так уж много. Обычный люди сторонятся меня, а чародейки так вообще посмотрели бы как на грязь у дороги. Когда с завтраком было покончено мы так же молча прибрали место ночёвки, помыли в реке посуду и наполнили фляги чистой водой. После Венера попросила меня дать ей осмотреть мои раны. Пусть я и не считал, что в этом была необходимость, но отказываться не стал. — У тебя хорошая регенерация, — сказала она, доставая баночку с уже знакомой мазью и обновив повязки. — Думаю, завтра их уже можно будет снять. В этот раз, втирая лекарство, она не вздрогнула, мягко касаясь моей кожи. Я ощущал себя довольным котом, которому в кои-то веки перепало немного ласки. — На Испытании Травами тебя подвергли дополнительным мутациям, верно? — догадалась Венера, а я уже начал даже привыкать к тому, что она осведомлена о нас чуть больше, чем обычные люди. — Да, — не стал темнить я. — Как мне потом сказали, организм достаточно неплохо перенёс начало Испытаний и меня решили ещё немного «доработать». Правда, я чуть не помер, но всё обошлось. — Вы платите непомерно высокую цену, — грустно вздохнула девушка. — Я закончила. Она убрала лекарство, а я снова задумался о том, откуда в ней это понимание. У меня оставалось столько вопросов, и было даже жаль, что времени на них не было. Чтобы задавать некоторые из них, а самое главное — получить правдивые ответы, нужно иметь определённый уровень доверия. А причин доверять мне у неё не было. — Твой конь немного хромает, — сказала она, подходя к лошадям. — Я не знаток, но мне кажется, что ему стоило бы сменить подковы. И дать день-два отдыха. Новость была хорошая. Поэтому мне стоило бы вернуться в логово гулей, чтобы прихватить трофеи, а после отправится за наградой и, возможно, действительно дать коню немного отдыха. Но перспектива торчать на месте без дела не слишком радовала. Да и для начала следовало попытаться найти свои вещи. И меч. — Куда ты направлялся? — спросила она, обрабатывая раны моему коню. — Да куда приведёт дорога, — ответил я, придерживая коня за шею. Скакуну, похоже, не слишком нравилось внимание постороннего человека, и он пытался отойти в сторону, тем самым мешая Венере. — Времени впереди ещё много. Хотел поискать заказы в Темерии. А осенью возвращаться на зимовку. — Хорошо, когда есть место, куда можно вернуться, — с непонятной тоской произнесла девушка и тут же перевела тему. — А как его зовут? Потянувшись к шраму, я почесал его, размышляя, как признаться, что даже не думал о том, чтобы дать коню кличку, а потом вспомнил, что услышал ночью, когда пришёл в себя. — Василёк, — с трудом скрывая улыбку, сказал я. — Его зовут Василёк. Венера звонко рассмеялась, и я всё же не сдержал улыбку и даже не думал о том, как уродски она выглядит из-за шрама. Но девушка даже не взглянула на него, вместо этого поймала мой смеющийся взгляд. — Ты только сейчас придумал ему имя, верно? Я признал поражение и развёл руками, мол, ничего не поделаешь. — Да я просто не думал об этом, а ты вчера подала мне хорошую идею. К нам подошёл второй конь и требовательно ткнулся носом в щёку хозяйки. — Познакомься, Люцифер, — обратилась она к своему скакуну и нежно погладила его по широкому носу. — Это Василёк, и я надеюсь, что вы поладите. Кони на это лишь фыркнули. Получилось даже синхронно. — Знаешь, у меня есть одно хлопотное дело, и мне бы пригодился ведьмак, — задумчиво покусав губу, сказала Венера, а от былой весёлости не осталось и следа. Предложение было неожиданным, но для того, чтобы дать хоть какой-нибудь ответ, нужно было знать чуть больше. — Я заплачу… Сжав губы, я серьёзно взглянул на девушку. Эти слова из её уст были даже немного оскорбительными. — Ну, если быть точнее, заплачу не я, а мой, хм, наниматель, если мы выполним работу. Рука снова потянулась к шраму. — Если я и соглашусь, то уж точно не ради вознаграждения, — твёрдо ответил я. — Не забывай, что ты мне жизнь спасла и теперь я перед тобой в долгу. На несколько ударов сердца мы схлестнулись взглядами. Одинаковым, мать его, взглядами. Привыкнуть к её глазам, которые были почти идентичны ведьмачьим, я пока не мог. — Скажи хоть, кого и где ты ищешь? — тяжело вздохнул я. — А потом я уже решу, смогу ли чем-то помочь. Да и стоит ли в это ввязываться. Девушка приняла правила игры и не стала развивать тему долгов жизни. Вместо этого усмехнулась. — Ох, уж этот ведьмачий нейтралитет. Не стоит волноваться — к политике это никакого отношения не имеет. Ну, почти. Разве что мой наниматель относится к ней в той, или иной степени. Но не сам заказ… Вопросительно вскинув бровь, я ждал дальнейшего объяснения, но Венера молчала. — Выкладывай уже начистоту. Венера обречённо вздохнула. — Я работаю на княгиню Туссента и ищу её сестру.