Чародейка. Книга I.

— Чёртовы проклятия, — проворчал Лето, когда мы ему поведали про Дейдру, Проклятие Чёрного Солнца и связи между этими двумя женщинами. — Вот поэтому я беру награду только звонкой монетой, не связываясь пресловутыми Предназначениями. Эскель вопросительно вздернул бровь. — Не ожидал такое от тебя услышать. Насколько мне известно, Школа Змеи дольше остальных не оставляли попытки пополнять свои ряды, — произнес Эскель и с вызовом взглянул на Лето. Лето не выглядел задетым, он равнодушно пожал плечами. — Ведьмаков можно пытаться сделать из любых мальчишек. Для этого не обязательно прибегать к Праву Неожиданности, — сказал он. — У нас был свой путь, но главный враг пополнял свои ряды слишком быстро и был слишком силён. Мы долгое время пытались хоть как-то создать баланс. Но, как по мне, бороться с Дикой Охотой — занятие уж слишком хлопотное и бесполезное. К тому же, совершенно не оплачиваемое. Лето при мне упоминал Дикую Охоту лишь однажды — в крепости, когда мы застали их призрачную кавалькаду в небе. И я всегда считала, что он никогда не сталкивался с ней… Лето, избегая новых вопросов об охоте перевел тему, возвращая нас к двум сестрам. Оба ведьмака с сомнением отнеслись к тому, чтобы дальше придерживаться планов и тащить княжну в Туссент. — Ты ведь видела в мыслях Фаро, что она хочет смерти княгини, — неодобрительно покачал головой Лето, когда пришлось немного дополнить наш рассказ о последних событиях. — И ты хочешь облегчить ей задачу? Пока княжна была в отключке, мы успели разбить лагерь недалеко от деревни разбойников, и сейчас пытались определить, что нам делать дальше. Сианну напоили сонным отваром. Магия, как и предположил Эскель, на неё не действовала. — У нас был уговор, что я найду её и верну в Боклер, — устало проговорила я, грея озябшие пальцы возле костра. — Пусть сами устраивают семейные разборки. Я немного лукавила и понимала, что буду постоянно присматривать за Анной-Генриеттой, пока её сестра будет где-то поблизости. — И, если до них дойдёт дело, думаешь, твоя княгиня сможет выжить? — хмуро бросил Лето. В наш спор вмешался Эскель: — Я бы согласился с тобой, Венера. Если бы речь шла не о княгине и её мстительной сестре, которая вполне могла бы оспорить право Анны-Генриетты на престол. Всё же Сианна — старшая сестра. Реши она устроить переворот… История могла бы повториться. Переспорить двух упрямых ведьмаков было выше моих сил. Всплеснув руками, я тихо вздохнула. День, клонившийся к закату, принёс много мыслей для размышлений. Где-то поблизости вспорхнула с громкой трелью птица, а тихие потрескивания костра могли бы действовать успокаивающе, будь разговоры у костра непринуждёнными. — И что вы тогда предлагаете? — устало потерев переносицу, спросила я. — Убить её? Эскель от моих слов нахмурился и перевёл взгляд на огонь. Лето, не отрываясь от чистки оружия, равнодушно пожал плечами. — А почему бы и нет? Как по мне, сучка вполне заслужила. От досады хотелось запустить чем-нибудь тяжёлым в ведьмака, но под рукой не оказалось даже мелкого камня. Прихватив с земли шишку, я метко швырнула её в Лето, целясь в его лысую голову, что могла выдать как гениальные идеи, так и абсолютно идиотские. Ведьмак слегка наклонился, отчего снаряд пролетела мимо. — Серьёзно, Лето? — послав в него самый осуждающий взгляд, на которые я была способна, произнесла я. — Ты убьёшь женщину лишь за то, что она тебе соврала? Ведьмак равнодушно встретил мой красноречивый взгляд, явно не впечатлённый его выразительностью и вполне серьёзно ответил: — Я и за меньшее убивал. — Да уж нет, ты в основном убиваешь, когда тебе за это платят. В чём жажда расправы сейчас, мне остаётся лишь гадать. Если не хочешь говорить об этом, то будь добр, сними свою побрякушку с шеи и я сама найду ответы в твоей голове. Разговор снова грозил свернуть в сторону споров, но Эскель вмешался. — Да уймитесь уже, — хмуро бросил он. — В данном случае, я всё же согласен с Лето. — Что? — я была удивлена, что в споре Эскель встал на сторону своего собрата. — Ты ведь всегда против бесполезного кровопролития, или что-то изменилось? Эскель тяжело вздохнул, всё ещё не отрывая глаз от горящих веток, но не промолчал. — А что, если это будет не бесполезное кровопролитие? Мне сложно не сравнивать её с Дейдрой. И ты не можешь отрицать, что эти две истории имеют слишком много общего. Они обе слеплены из одного и того же теста. И я опасаюсь, что случившееся в Каингорне может повториться вновь. Она явно притворяется, и была напугана, когда поняла, что ты узнаешь её мысли. Вероятнее всего, она что-то задумала. Ты уверена, что сможешь её остановить, если она, как и Дейдра, будет жестоко проливать кровь? Способность ведьмака рассматривать ситуацию под другим углом уже мне не казалась привлекательной. Но мне нужно было убедить их в своей правоте. Ведь по возвращению меня определенно ждали новые споры и уговоры. — Это не нам решать, Эскель, — поджала губы я. — Я постараюсь объяснить всё Анариетте, чтобы она лучше понимала, что представляет из себя её сестра. Лето ухмыльнулся и помотал головой. — Она всё равно сделает так, как захочет, — посоветовал он. — Так что, Эскель, тебе бы стоило начать привыкать. Вышеупомянутый ведьмак, наконец-то, отлип от костра и, поднявшись, направился прочь от лагеря. — Значит, направляемся в Туссент, как и планировали, — бросил он напоследок, исчезая в начавших сгущаться сумерках. С тоской смотря ему вслед, я понимала, что он сейчас чувствовал, сравнивая Сианну и своё Дитя Неожиданность и находя между ними сходство. Его терзали мысли, что он снова мог бы совершить ту же ошибку. Но, если что-то пойдет не так, то это будет моя ошибка. Не делать ничего — тоже выбор. Что в данном случае было бы Меньшим Злом — всё это зависело лишь от точки зрения. И, к сожалению, сейчас у нас они были разные. Но на то мы и люди, мы все разные, и у каждого имелось своё мнение. — А он у тебя молчун, — хмыкнул Лето, задумчиво рассматривая моё лицо. — И я завидую его терпению — ты иногда можешь быть весьма… — Безумной? — подсказала я, когда нарочно сделанная пауза слегка затянулась. — Импульсивной, — усмехнулся ведьмак, убирая приведённое в идеальное состояние оружие в ножны. — У Эскеля много хороших качеств, — уклончиво ответила я и сняла с костра котёл с нашим ужином, который за время бурных разговоров едва не сгорел. — Надо бы проверить нашу княжну. Надеюсь, ты не сильно повредил ей голову. Уходить от неудобного разговора я решила в самом прямом смысле. Проверив Сианну, я убедилась, что она до сих пор спала, а не подслушивала наши разговоры. С трудом разбудив её, я немного ослабила верёвки, чтобы она могла сама ходить и немного двигать руками. — Значит, я теперь пленница? — разминая кожу на запястьях, спросила Сианна, когда я усадила её перед костром. Разговаривать с ней мне не слишком хотелось, я не понимала, что у неё на уме и это мне не нравилось. Она испытующе смотрела на меня, заставляя все же обмолвиться парой слов. — Можешь и так считать. Мне нужно вернуть тебя в Боклер и что-то мне подсказывает, что ты не слишком желаешь там оказаться. Снова гоняться за тобой по всему континенту нет ни малейшей желания. Сианна открыла было рот, чтобы что-то сказать, но я, находясь в довольно скверном настроении, её грубо перебила. — И можешь не стараться, я не поверю ни единому твоему слову. Взгляд серо-голубых очей тут же стал колючим, а образ, созданный этой женщиной в деревне разбойников так и таял на глазах. Сквозь наспех натянутую маску проступали настоящие её черты. Расчётливость и некое удовлетворение были легко заметны. Поджав губы, она отвернулась, а я вернулась к котлу и принялась наполнять наши миски едой. Одну подвинула к Сианне. — Ешь. Голодные обмороки не входят в мои планы. И если ты не сможешь сама сидеть в седле, то я с удовольствием привяжу тебя к лошади и волоком потащу к сестре, — мило улыбаясь, почти пропела я, уже представляя эту ситуацию. Ответом мне были поджатые губы и сощуренные глаза, в которых полыхнуло раздражение. Если не получается прочитать её мысли, то придётся наблюдать за тем, что написано на её лице, а для этого нужно было ее разозлить. Позволив ей в тишине поесть, я продолжила своё небольшое развлечение. — Всё-таки мне не совсем понятны твои мотивы, Сиятельство, — задумчиво постучав пальцем по подбородку, я ждала пока она оторвётся от еды и поднимет свой взгляд. Краем глаза видела, как Лето усмехнулся, явно понимая, чего я добиваюсь. — Зачем было посылать по наши души убийцу, а когда он по понятным причинам не довёл дело до конца, равнодушно смотреть, как твоих людей режут, словно скот. Столько мужчин и женщин погибло из-за твоей ошибки. Стоило лишь встретиться и поговорить. И всё сразу встало бы на свои места. Сианна тяжело вздохнула, и некоторое время размышляла над моими словами или же придумывала, что ответить. — Да, я послала Лето. Признаю, это было ошибкой. Но я так привыкла, что обычно меня ищут, чтобы убить, поэтому решила действовать наперёд. Осторожные слова и непроницаемое выражение лица скорее убеждали меня, что в них мало правды. — Зачем твоей сестре так поступать? Насколько мне известно, она давно ищет тебя, чтобы вернуть домой. Ведь не она отослала тебя прочь. Зачем бы ей желать твоей смерти? — вопрос был задан самым легкомысленным тоном. Пальца, держащие ложку, сжались ещё крепче. — Мне всегда казалось, что она боится, что я могу претендовать на её место. Ведь у меня больше прав на престол, чем у неё — я ведь старшая дочь. Не убедись я в том, что княжна крепко спала могла бы подумать, что она подслушала наш разговор. Либо же озвучила самую очевидную причину, по которой Сианну действительно можно было бы принять за угрозу для княгини. Опасное, однако, сочетание — брошенная и обиженная женщина, которая жаждет мести. Опять же, если ничего за прошедшие годы не поменялось. Она вполне могла бы смириться со своей участью и не рваться в Туссент. Возможно, я бы поверила в это, если бы она не сплотила вокруг себя шайку разбойников. Не слишком было похоже на смирение и принятие… — Но если я верно понимаю, то сейчас вся власть в руках супруга Анариетты, — я откровенно блефовала, ведь знала, что у этого идиота нет абсолютно никакой власти в Туссенте. Он был князем лишь формально. — В любом случае, если бы возник вопрос о передачи титула кому-то другому, то последнее слово явно будет за Императором Нильфгаарда, ведь княжество хоть и не в составе Империи, но его преданный вассал. А Эмгыр такой занятой человек, что ему некогда участвовать в междоусобицах. При упоминании Нильфгаарда Лето крепко стиснул кулаки. «Да, дорогой мой друг, у меня эта рана всегда свежа», — мысленно обратилась я к нему, хоть и знала, что он этого не услышит. Но он был не единственным, кто отреагировал. Сианна бросила на меня быстрый взгляд, в котором я отчётливо уловила испуг и что-то ещё. Но эти эмоции исчезли с её лица так же быстро, как и появились. «Интересно». — Чего ты хочешь от меня? — воскликнула она, отбросив еду в сторону. — Каждый грёбаный день, что я провела вдали от дома, был наполнен страхом. Когда я сбежала от ублюдков, которым были даны недвусмысленные указания, а они ими пренебрегали, я боялась. Того, что меня найдут и закончат начатое. Я просто хотела жить, желательно вдали от своих гнусных родственников, которые поверили в то дерьмо про проклятие и затмение! Родители всегда любили сестру больше, чем меня! Когда она родилась, я словно исчезла из их жизни! А потом они с удовольствием вцепились в ту ересь и использовали как предлог, чтобы избавиться от меня! Ты не знаешь, каково это — когда от тебя отворачиваются все близкие! Поэтому и не тебе судить меня! И я не намерена слушать нравоучения и подначки от сопливой девчонки, возомнившей о себе невесть что! Я слушала её гневную тираду с довольной улыбкой на лице. Чувственно, но немного всё-таки фальшиво. И ведь верно сказано, что лучшая защита — это нападение. Раздались вялые аплодисменты со стороны Лето. Ведьмак медленно хлопал в ладоши и исподлобья наблюдал за всей этой сценой. — Неплохо, но не впечатлило. Попробуешь ещё разок? Сианна резко побледнела и крепко сжала губы в тонкую линию. Её крылья носа затрепетали от гнева, а сама она стремительно подскочила на ноги, взирая на нас свысока, явно пытаясь испепелить взглядом. — Да как ты смеешь разговаривать со мной в подобном тоне? Ты, мерзкий мутант! Выродок! Впрочем, вы все тут такие! Лето хрипло рассмеялся, а я с удовольствием предоставила ему возможность немного подразнить княжну. — А почему бы и нет? Заметь, выродок и мерзкий мутант хотя бы не связан и волен делать всё, что ему вздумается. Есть в этом своя прелесть. Сианна, похоже, забыв, что её ноги связаны, попыталась куда-то уйти, но, сделав шаг, споткнулась из-за пут и рухнула на землю, вызвав у Лето очередной ехидный смешок, который ещё больше её разозлил. Окинув его взглядом, полным презрения, она поднялась на ноги, стараясь сохранить хоть крупицу достоинства, и мелкими шажками вернулась на лежанку, где её расположили, пока она была без сознания. Отвернувшись от нас, накрылась с головой стёганым одеялом. — Всё, не спать тебе теперь спокойно. Я бы на твоём месте опасалась быть задушенным или зарезанным мстительной женщиной, — нарочно громко произнесла я и, не удержавшись, фыркнула. Лето выдал короткий смешок. — Мне бы очень хотелось посмотреть на эти бесполезные попытки, — добавил он и, подбросив в костёр ещё дров, вернулся к своей еде. Довольная собой, я оставила ведьмака и обиженную княжну в лагере, шепнула ведьмаку, чтобы присматривал за ней и не пытался прикончить. А сама отправилась на поиски Эскеля. Благо, что хоть его мысли я была ещё в состоянии услышать, поэтому далеко идти не пришлось. Ведьмак сидел возле небольшого озера, гладь которого покрылась тонким слоем льда. Наше путешествие сильно затянулось, а я уже мечтала оказаться в Боклере, передать Сианну сестре и отдохнуть в тёплых стенах собственного дома. Прижавшись к тёплому боку ведьмака, я взяла его широкую ладонь в свою, грея таким образом свои озябшие пальцы. — Общество Лето дурно на тебя влияет, — с улыбкой произнесла я, стараясь немного снять напряжение от недавнего разговора. Эскель внешне казался спокойным, но лёгкая морщинка между бровей намекала на какие-то тревожные мысли. — Просто в этот раз его вариант кажется мне правильным, — просто ответил он, скользя взглядом по озеру. — Не хочу снова сталкиваться с этим чувством. Будто бы я мог что-то изменить, спасти десятки или сотни людей, забрав всего одну жизнь. Я знала, что такое решение было для него непростым и не в праве была осуждать, зная его прошлое и те последствия, вину от которых он взвалил на себя. — Я обещаю, что буду присматривать за Сианной и Анариеттой. И постараюсь донести до княгини, что её сестра изменилась, что с ней стоит быть осторожнее и не доверять словам, — это было единственное, что я могла бы предложить, чтобы немного успокоить ведьмачью совесть. Эдакий компромисс. Эскель слегка улыбнулся и коротко прижался к моей ладони губами. — Я уже понял, что в эту просьбу княгини ты вцепилась мёртвой хваткой, — произнёс Эскель. — Не понимаю только, откуда такое рвение? Этот вопрос звучал уже не первый раз, но я умудрялась уходить от ответа. Возможно, объясни я причину и Эскель бы не стал подвергать сомнениям изначальный план. Тяжело вздохнув, я постаралась подобрать нужные слова, чтобы объяснить. И почему мне так сложно порой открывать кому-то душу? — Не знаю, я просто… Видела, что Анариетта действительно скучает по сестре. Для неё было важным отыскать её, узнать, что стало с единственным близким родным человеком, который у неё остался, — сказав это, я прикусила губу и ненадолго замолчала. — Наверное, мне бы хотелось, чтобы у моего отца было такое же сильное стремление найти и вернуть меня домой. Просто помогая ей в этом поиске, мне хотелось верить, что найдётся кто-то в моём мире, кто мог бы помочь и отцу… Говорить об этом было даже тяжелее, чем думать. Чувствуя неимоверную тоску, я подняла глаза к небу, рассматривая первые звёзды на небосводе. Невольно возникал вопрос, смогу ли я когда-нибудь увидеть на небосводе знакомые с детства ночные светила? Ведьмак молча приобнял меня за плечо и прижал к себе, выражая безмолвную поддержку. Чувство благодарности к этому мужчине вновь затопило меня с головой. Я была рада, что эти месяцы он был рядом. Возможно, я бы смогла справиться в одиночку, но путешествовать с ним было приятно. Он словно бы возрождал во мне забытое чувство, когда можно на кого-то положиться. Довериться, пусть над этим я всё ещё трудилась. — Просто хочу, чтобы хоть у кого-то поиски увенчались успехом, — вымученно улыбнувшись, подытожила я. — Ну, и конечно же, княгиня обещала хорошо заплатить. А вино, знаешь ли, само себя не купит, поэтому мне приходится работать. Шутка прозвучала неловко, но нужного результата я добилась. Ведьмак усмехнулся и принял моё нежелание развивать этот разговор. — Конечно же, всё ради вина, — с важным видом покивал он. Мы немного посидели на берегу, тихо переговариваясь. В основном, говорил Эскель, явно стараясь немного взбодрить меня. Это были воспоминания о Каэр Морхене и его братьях-ведьмаках. Я невольно сравнивала две известные мне ведьмачьи крепости, быт в них, и не находила много отличий. Казалось, что жизнь ведьмаков везде была примерно одинаковой. Весна — снова в путь. Лето — риск, работа. Осень — обратная дорога. Зима — крепость. И так из года в год, когда очередной заказ окажется не по зубам. Охотники на монстров, кочевая жизнь, полная опасностей, в которой нет места спокойной старости.