Чародейка. Книга I.

POV Эскель Эта зима была для меня самой странной. Но, безусловно, приятной. Время рядом с черноволосой ведьмочкой летело с умопомрачительной скоростью. И, если раньше я не мог бы себе представить оседлый образ жизни, то теперь отчётливо видел, что мог бы жить другой жизнью. Не забывая про своё ремесло, но в то же время возвращаться в место, где меня бы ждали. Или же отправляться выполнять заказы с Венерой. Тревога и беспокойство постепенно утихли, но я всё же старался не доводить её до встречи с действительно опасными тварями. Но зима закончилась слишком быстро, и наступление весны стало неприятной неожиданностью, как и мысль, что мне скоро нужно было покинуть этот уютный дом. И его хозяйку. Повинуясь странному порыву, я попросил её узнать дорогу до Каэр Морхена. Спонтанное решение, но я о нём не жалел. Зная её тягу к приключениям и опасностям, было бы неплохо, имей она место, где можно спрятаться. Но всё же мне бы не хотелось, чтобы её привела туда беда. Дав себе обещание, что обязательно вернусь в Боклер, я старался заглушить в сердце тоску и погрузился в работу. Мне словно казалось, что с каждым новым убитым монстром я смогу ослабить это странное чувство, но как выяснилось толку от этого было мало. Каждое утро просыпался с мыслями о ней, жалея, что у нас было так мало времени. Но я бы ни за что не просил её отправиться со мной. Лето был прав, устроив её при королевском дворе — большак для неё не место. По крайней мере, не те дороги, по которым хожу я сам. Не стоило ей махать мечом и бросаться на чудовищ, это дело наше — ведьмачье. Как и обещал, я обошел стороной Цинтру, а слухи, которые нагнали меня позже, убедили в верности такого решения. Эмгыр действительно развязал войну с Севером. Несколько крупных битв, сотрясли континент. Нападение на Цинтру и смерть их короля и королевы ещё долго обсуждали почти в каждом трактире, даже самом захудалом. И едва молва начала стихать, как нильфы двинулись к Яруге, где их встретили объединенные силы Соддена, Бругге и Темерии. Это побоище нарекли Битвой под Содденом. Нильфгаард разгромил противника. Поговаривали, что кровь там лилась рекой. Возвращение в Каэр Морхен было поздним, снег уже укрыл всё кругом белым полотном. Заказов в этот год я много не брал, больше бесцельно слоняясь по континенту. Даже была мысль вернуться в Туссент, но я решил, что стоит наведаться в крепость, раз не появлялся там в прошлую зиму. Узнать новости о жизни братьев, выпить с ними, вспомнить павших товарищей и потравить байки из жизни. И в нескольких днях пути от Каэр Морхена в одном из последних постоялых дворов до меня донеслась весть и о Второй Битве под Содденом. И это сражение было ещё масштабнее. Был создан союз Четырех Королевств, во главе которого встал Визимир — король Редании. Я не мог не порадоваться, что Венера больше не у него на службе. Не трудно догадаться, что он нашел бы её способностям применение в этой войне. Плечом к плечу с армией людей стояли и чародеи. Общими силами им удалось дать отпор Нильфгаарду. Потери были колоссальными. Меня огорчила весть, что имя Трисс Меригольд было среди павших. На подступах к Каэр Морхену, я гадал о том, окажется ли Венера права и в этот раз. Но, радушно встретивший меня Весемир, сказал, что Геральт нынче не вернулся на зимовку. С одной стороны, это меня успокоило, но с другой… Мне хотелось бы думать, что его задержка не связана с княжной Цириллой. К тому же, если верить слухам, то вся королевская семья погибла в Цинтре. Зимовали этот год вчетвером. Помимо меня и Весемира в крепости был Ламберт и Койон. — Теперь твоя очередь, брат, — хлопнув меня по плечу, сказал изрядно захмелевший Ламберт. — Расскажи, где ты застрял прошлой зимой? Дело было вечером, спустя несколько дней после моего возвращения. Едва я переступил порог крепости, как Весемир нашёл, чем меня занять. Сегодня выпал первый более-менее свободный вечер — мы с Койоном весь день громили гнезда гарпий. — К югу от гор Амелл, — вяло ответил я, вглядываясь в дно глиняный кружки, где плескались остатки забористого самогона Ламберта. — Я сплоховал, наткнулся на гулей и Грайвера. Думал, уже не жилец, а меня спасла одна, хм, чародейка. Ведьмаки присвистнули. — Стареешь, дружище, — хохотнул Ламберт. — Я думал ты покрепче будешь, а тебя сраные трупоеды чуть не задрали! Я равнодушно пожал плечами, мол, бывает в жизни всякое. — И что по-потом? — спросил Койон, пьяно икая. Тайной это, конечно, уже не было, но почему-то много рассказывать не хотелось. — Она попросила помочь ей в поисках одной женщины. И до глубокой осени мы исходили едва ли не весь Юг. Искали сестру княгини Туссента, а когда нашли, то вернулись в Боклер и я остался там — поздно было возвращаться. Братья обменялись многозначительными взглядами. — Так-так-так, — назидательно выставив вперед палец, произнес Ламберт. — Неужто ты по стопам Геральта пошел и яшка… яшак… Да блядь! Якшаться с чародейками стал? Попытавшись воссоздать на своей пьяной морде грозный взгляд, Ламберт выглядел как никогда по-идиотски. Но я не удержавшись, всё же рассмеялся. — Иди в задницу! Тебя я забыл спросить, — отмахнулся от него я и пригубил ещё самогона. Ух, забористая вещь! — Эх, всё с тобой ясно! — фыркнул Ламберт, но советом не воспользовался. — Ну и как это, а? Ламберт расплылся в идиотской улыбке, а моя же сползла с лица. Иногда он совершенно не знал, когда стоило остановиться. — Что именно? — прищурившись, спросил я. Ламберт всплеснул руками, едва не выбив кружку из рук Койона, который уже боролся со сном и едва нас слушал. Пора было признаться, что мы уже были сильно пьяны. — Трахать чародейку! — воскликнул Ламберт и заржал. — Хоть ты поделись, а то из Геральта и слова не вытянешь. Разговор свернул явно не на ту дорожку. И будь я трезв, то не допустил бы такого. — Да пошел ты, — теперь настала моя очередь грозить ему пальцем. — Ты о даме говоришь. Выбирай выражения, ик, а-то так можно и в морду получить. Ламберт, пьяно шатаясь, поднялся на ноги и поднял кулаки. — А давай проверим! Готов поспорить, что ты сейчас и мальчишку не уделаешь. Я махнул на него рукой и снова приложился к кружке, но брат не собирался успокаиваться. — Ну же, Эскель! Поднимай свою жопу! Я постарался усадить его обратно на скамью, но Ламберт замахнулся кулаком и… промазал. С грохотом рухнув обратно за стол, он потянулся к кружке. — Да ну вас! — обиженно протянул он. — Вечно охраняете свои секреты, как, мать вашу, монашки свою пизду и титьки в храме Мелитэли! И от знакомой картины даже как-то на душе стало легче. Снова зима, братья рядом и вусмерть пьяный Ламберт, которому в таком состоянии только и нужно, чтобы кому-нибудь дать в рожу. — Ну всё! Хватит тебе уже, Ламберт, — я отобрал у него пойло и поднял его на ноги. — Пошли отсыпаться, а то Весемир снова брюзжать утром будет. Отволочив почти бессознательного ведьмака в его комнату, я ушел к себе. В голове была удивительная лёгкость, но я знал, что утром ей на смену придет головная боль. Мысли привычно потянулись к Венере, и с ними я заснул. Эта зима была для меня скучной, но время шло, и я желал поскорее отправится на большак, чтобы осенью очутиться в Боклере, надеясь, что меня там всё ещё ждут… Но все планы были нарушены. Снег едва начал таять, как в крепость пришли двое путников. И я все же убедился, что и на этот раз Венера оказалась права. Геральт нашел свое Дитя Предназначения в раздираемой войной стране и привел её в Каэр Морхен… И что делать с девчонкой не знал никто из пяти ведьмаков. Ожидаемо, Геральт сразу же решил её обучать орудовать мечом. Были ещё и общие тренировки, которые направлены на укрепление её тела. А Весемир заставлял корпеть над своими пыльными книгами. Не обошлось и без наших грибов, которые давали всем мальчикам, чтобы укрепить их тело перед тем, как давать мутагены. На мой намек, что нужно бы позвать кого-то, кто хоть немного понимает, как нужно воспитывать юных дев. Геральт только отмахнулся… В этот год на большак отправился только Койон. Остальные помогали Геральту обучать Цири. Девчонка оказалась строптивой, энергичной и до ужаса упрямой. И чем-то неуловимо напоминала мне Венеру, вызывая редкую, едва уловимую улыбку. Казалось бы наша жизнь, слегка встряхнувшаяся после появления Цири, вошла в более-менее привычное русло, как двери крепости снова распахнулись, являя нашему взору очередную девушку. Услышав шаги ещё в коридоре, мы с Геральтом переглянулись. Все, кроме Весемира, сейчас были в этом зале, поэтому я удивился, когда понял, что у нас гость. — Венера? — удивился я, увидев знакомую черноволосую фигуру, когда они вошли. Она едва стояла на ногах от усталости, а синяки под глазами заставили меня встревожиться. — Эскель! — воскликнула она и стремглав бросилась ко мне. — Что случилось? — я обхватил её за плечи и бегло окинул её взглядом, пытаясь понять, ранена ли она. Вид у неё и впрямь был болезненный. — Я ошиблась, — она прикусила губу и покачала головой. — Я устроила такой переполох в Туссенте. И, похоже, Его Императорская Задница Эмгыр вар Эмрейс, будет меня искать. После её слов в зале воцарилась тишина, пока её не нарушил Весемир. — И всё вам, чародейкам, неймётся, — протянул он. — Чем же ты, девочка, умудрилась насолить императору Нильфгаарда?