Ласточкины гнезда

— Муми-тролль, осторожно! Поздно. Муми-тролль поднимает голову как раз тогда, когда корзина опрокидывается. Грибы вываливаются, отскакивают от его головы и разлетаются по кухне. Мама печально вздыхает, что свидетельствует о тысяче разочарований, а Малышка Мю взрывается яростным хохотом. — Извини, мама. — Муми-тролль оглядывает беспорядок. — Как они тут вообще оказались? Я думал, здесь хранится кофе. — Кофе теперь в угловом шкафу, — мягко говорит мама, беря гриб со стойки, прежде чем он скатится к своим упавшим друзьям. — А ты наконец-то пристрастился к нему, дорогой? — Это для... — Снусмумрика, верно? — перебивает его Малышка Мю, пиная гриб, словно футбольный мяч. — Он действительно заставил тебя сварить ему кофе? Почему бы просто не посадить тебя к нему в карман? Муми-тролль дергает ушами. — Ты о чем вообще? — Ну, а разве не так поступают с любимыми игрушками? — отвечает Малышка Мю со злобной улыбкой. — Когда наиграешься, их нужно куда-нибудь убрать, но так, чтобы они всегда были под рукой. — Малышка Мю, пожалуйста, — строго говорит мама, собирая грибы. — Это невежливо. — Большинство правдивых вещей невежливые! — Не говори глупости, — нежно упрекает мама, кладя грибы в корзину. Она подходит к угловому шкафу и вынимает кофе. — Иногда самое приятное, что можно сказать, — это правда. Верно, Муми-тролль, дорогой? Муми-тролль не слушает так внимательно, как следовало бы, потому что он был занят тем, что глядел на Малышку Мю сверху вниз, как на паразитку, которой она является. Он с благодарностью берет банку с кофе, которую ему передает мама. — Ага. Да. Спасибо, мама. Сколько я могу взять? — Столько, сколько захочется Снусмумрику, — говорит мама, и Муми-тролль уже собирается уходить, но лапа мамы опускается ему на плечо, останавливая его. — Подожди, милый, не торопись. Я хочу кое-что с тобой обсудить. — Я пообещал передать его Снусмумрику до того, как он уйдет к озеру. Он будет собирать тростник и... — Это займет всего минуту, — терпеливо говорит мама. — Лучше я скажу тебе сейчас, чтобы ты сказал Снусмумрику, когда увидишь его. Я скоро начну готовиться к Белтейну, и мне бы совсем не помешала помощь молодого, крепкого Муми-тролля. — Белтейн? — недоуменно повторяет Муми-тролль. — А мы его разве не у мисс Филифьёнки празднуем? — Верно. Но в этом году она попросила освободить ее от обязанностей, а долина без майских праздников — не долина, — отвечает мама, возвращаясь в шкаф за баночкой. На ее лице появляется легкая хмурость. — Особенно если у нас их может не быть только потому, что чьи-то гиацинты не выросли подходящего оттенка розового. Божечки, было бы из-за чего расстраиваться. — А как же праздник летнего солнцестояния? — Тоже у нас будет. — А может, заодно отпразднуем Кекри и пригласим всю долину в наши кровати на спячку? — грубо говорит Малышка Мю и вопреки себе, Муми-тролль соглашается с этим мнением. Летнее солнцестояние и так уже самая большая вечеринка года, кажется жутко проблематичным добавлять к ней еще и Белтейн. — А вы бы предпочли вообще не устраивать майскую вечеринку? — спрашивает мама, и Малышка Мю выглядит так, будто хочет сказать «да», но мама продолжает говорить с Муми-троллем: — Я не хочу вытаскивать сено слишком рано, поэтому нам, возможно, придется симпровизировать насчет сидений. Можно использовать бревна, но их нужно будет найти. Зимой наверняка бывали бури, хоть какое-нибудь бедное дерево должно было упасть из-за всего этого снега. Ты бы очень помог, если бы пошел и поискал. Лучше взять с собой Снусмумрика, он хорошо разбирается в таких вещах. Мама сует банку Муми-троллю в другую лапу. — А вот и немного хорошего какао, чтобы чуточку его умаслить, — весело говорит она, прежде чем похлопать Муми-тролля по голове. — Хотя это не понадобится, какао ведь будет от тебя. Муми-тролль краснеет, мех на щеках встаёт дыбом, когда кровь приливает к ним. Он кивает, прежде чем выйти, и, выйдя на улицу, подносит банку с кофе к одной щеке, а банку с какао — к другой в надежде, что сможет остыть. Глупыш. Глупый тролль. Его никогда раньше не беспокоили подобные комментарии. — Что это ты делаешь? Муми-тролль взвизгивает и чуть не роняет и кофе, и какао, когда смотрит вниз и видит перед собой Малышку Мю, которая появилась словно по какому-то ужасному волшебству. — Великая хемулева морда! Ты как здесь оказалась? — Все-то тебе и расскажи, — говорит Малышка Мю, протягивая руку. — Хочешь, понесу одну? — Нет, если я хочу, чтобы они добрались до Снусмумрика, — говорит Муми-тролль, обходя ее и продолжая спускаться к ручью. — Эх ты, Хома неверующий. Я пойду с тобой, искать бревна. — Зачем? — искренне удивляется Муми-тролль. — Разве это не слишком практичная и полезная работа для тебя? — Я кое-что ищу, — загадочно отвечает Малышка Мю, не сводя зеленых глаз с палатки Снусмумрика на другой стороне моста. — Думаю, я быстрее это замечу, если ты будешь со мной. — Знаешь, если тебе нужна в чем-то помощь, ты всегда можешь попросить меня, — искренне говорит Муми-тролль, и Малышка Мю смотрит на него искоса. — Что ты ищешь? Малышка Мю улыбается, и Муми-тролль сразу понимает, что, что бы это ни было, оно, скорее всего, это вызовет проблемы. — Ответ на вопрос. Не волнуйся, Муми-тролль, ты — вся помощь, которая мне нужна, просто будь собой. Из уст Малышки Мю эта фраза кажется до странности доброй, но Муми-тролль не имеет возможности задавать вопросы, поскольку к этому времени они достигли конца моста. Муми-тролль слышит звук открывающейся палатки Снусмумрика. Когда он смотрит, выходит Снусмумрик со шляпой в руке. Снусмумрик машет ею над головой, когда они приближаются. — Доброе утро! — Снусмумрик идет навстречу Муми-троллю, который уже на полпути через мост, и глядит вниз, в то время как Малышка Мю смотрит вверх: — И тебе, маленькая мюмла. — Уже доброе? — спрашивает Малышка Мю, и Снусмумрик моргает. Муми-тролль толкает ее ногой. — Я принес тебе кофе, — говорит Муми-тролль, протягивая упомянутый кофе. Снусмумрик принимает его, слегка нахмурившись. — Тут слишком много, твоим родителям не останется ничего. — Пока не слишком впечатляйся щедростью, — говорит Муми-тролль, встряхивая банку с какао. — Это тоже тебе. У моей матери есть для нас работа. — Да ну? Я заинтригован. — Снусмумрик берет вторую банку, и его пальцы скользят по лапе Муми-тролля. Они холодные — они всегда такие, и Муми-тролль чувствует покалывание даже после того, как тот их убрал. Муми-тролль объясняет всю манеру надвигающегося празднования Белтейна, и он сам и Малышка Мю следуют за Снусмумриком, когда тот залезает в палатку, чтобы спрятать кофе и какао. Снусмумрик выходит снова с маленьким клубком красной бечевки. — Мы можем помечать ею бревна, которые сочтем подходящими, — говорит Снусмумрик, снимая комбинезон, чтобы куда-нибудь подцепить бечевку. Малышка Мю пинает попавшийся под ногу камешек. — Ты разве не собирался за тростником? — Тростник подождет. Сначала я помогу Муми-троллю. Муми-тролль смотрит, полностью поглощенный новизной, когда видит тонкую линию талии Снусмумрика. Его рубашка не очень хорошо заправлена, даже зажимы на подтяжках выглядят криво, и Муми-тролль не. Может. Перестать. Смотреть. Как бы они ни были близки, Муми-тролль так мало видит своего друга, и в нем есть что-то привлекательное, как будто горячее масло растекается по тосту. Муми-тролль проглатывает странное чувство в горле. Пытается не обращать внимания на то, как у него в животе ворочается штопор. Снусмумрик всегда такой худой под одеждой? Он так… не похож на троллей. Этот комбинезон настолько обманчив, что благодаря ему Снусмумрик выглядит намного солиднее, чем он на самом деле есть. Муми-тролль думает, что мог бы обернуть руку вокруг Снусмумрика, как пояс, если бы захотел. Не то чтобы он хотел! А может, и хотел… — Муми-тролль? — Он не слушает. Дай я попробую. Муми-тролля очень грубо возвращает на землю облако густого серого пепла, вздымающееся вокруг него. Муми-тролль фыркает и кашляет, отчаянно размахивая лапой, чтобы разогнать густое облако, пока Малышка Мю хохочет. — О, — звучит очень разочарованно Снусмумрик, когда Муми-тролль осматривает себя с ног до головы. Он весь покрылся пеплом, а Малышка Мю выглядит очень довольной, стоя рядом с его коленями. — Я собирался пустить это на щелочной раствор, знаешь ли. — Просто купи мыло, бродяга, — говорит Малышка Мю, ставя ведро, в котором Снусмумрик, видно, хранил пепел из-под костра. — А этот пепел пошел на пользу. Муми-тролль откашливает еще пепел. Он бросает на Мю ненавидящий взгляд. — Ах ты проказливая, непослушная... — А ты меня не пугай! — говорит Малышка Мю, совершенно не раскаиваясь. — Не моя вина, что ты был слишком занят пожиранием кое-кого взглядом, чтобы обращать на нас внимание. Муми-тролль задыхается. В общем-то, нет другого слова для того, чтобы описать сдавленное, задыхающееся фырканье, застрявшего в его горле, когда он с сожалением не может придумать, что ответить. Он не смотрит на Снусмумрика, не смеет даже пробовать. Вместо этого Муми-тролль сосредотачивается на том, чтобы смахнуть с себя пепел, как будто это может внушить хоть каплю достоинства. Все трое двигаются в путь. Снусмумрик идет впереди с большим хладнокровием, а Муми-тролль идет позади, надеясь, что хоть капля этого самого хладнокровия передастся ему. Он тихо и радостно слушает, как Снусмумрик тихо и уверенно рассказывает о группе деревьев, которые, как он уверен, повалило во время зимних штормов выше по течению реки, но Муми-тролль не может не чувствовать, как взгляд Малышки Мю все время сверлит ему спину. Что бы она ни искала, Муми-тролль начинает подозревать, что его участие гораздо менее желательно, чем казалось на первый взгляд. — …Тисовое дерево, думаю, самое плотное из всех, нужно начать с него, — говорит Снусмумрик, пробираясь сквозь густой кустарник ближе к берегу реки, туда, где есть место для ходьбы. Камни уходят далеко вверх, к началу горы, и Муми-тролль с восхищением наблюдает, как Снусмумрик перепрыгивает с одного на другой. — Ура, ура! — кричит он ему вслед, и Муми-тролль чувствует, как радость поднимается внутри, словно прилив. Он громко вздыхает. — Ты хоть представляешь, как позорно выглядишь? — Ну, это же не я виноват, что хожу весь в пепле Снусмумрика, верно? — отвечает Муми-тролль на комментарий Малышки Мю, взбираясь на камень. Оказавшись там, он протягивает ей лапу, чтобы помочь ей подняться. Она использует его локоть как стремянку и садится ему на плечо. — Да ты был бы счастлив быть покрытым чем угодно, лишь бы это было от Снусмумрика, — говорит Малышка Мю, но Муми-тролль изо всех сил пытается сосредоточиться на отдаляющемся Снусмумрике, пока тот прыгает дальше, вверх по течению. Рядом с ними течет река, и здесь она намного быстрее. Муми-тролль не слышит ни слова из того, что говорит Снусмумрик в нескольких камнях впереди. Он знает, что Снусмумрик что-то говорит, потому что он все время оглядывается через плечо, но Муми-тролль едва слышит, как жалуется Малышка Мю, которая рядом с ним. А это уже кое-что. — Надеюсь, он будет осторожен, — говорит Муми-тролль, когда Снусмумрик снова прыгает. Малышка Мю дергает его за ухо, пока Муми-тролль пытается удержаться на гладком краю своего камня. — Эти камни ужасно скользкие. — Я бы сказала, что он знает об этом побольше тебя, — говорит Малышка Мю, но Муми-тролля это не утешает. Ему бы смотреть под ноги, но он слишком занят отслеживанием забежавшего вперёд Снусмумрика. — Да и лучше бы. Все знают, что мумрики не умеют плавать. Муми-тролль останавливается, и в памяти у него всплывает далекое воспоминание. Малышка Мю пошатывается и слишком сильно дёргает его за ухо. — Мумрики не умеют плавать… — Я так и сказала... Внезапно ему кажется, что Снусмумрик слишком далеко. — Снусмумрик! — кричит Муми-тролль, теперь двигаясь чуть быстрее. Наверное, слишком быстро, но… — Снусмумрик, подожди! Снусмумрик останавливается в двух-трех камнях впереди, придерживая рукой шляпу, чтобы её не унесло потоком реки. Он с любопытством смотрит на Муми-тролля, его маленький рот приоткрыт, и Муми-троллю кажется, что он что-то говорит, но из-за шума он ничего не слышит. Затем Снусмумрик наклоняется и прыгает обратно к Муми-троллю. Муми-тролль знает, что произойдет, еще до того, как это происходит. Вон у Снусмумрика подгибается колено, когда он балансирует на краю, а Муми-тролль смотрит вниз, туда, где бурно пенится река, а Малышка Мю трещит ему в ухо, как вдруг... Муми-тролль поскальзывается и весь мир уходит у него из-под ног. Ему удается отбросить Малышку Мю в безопасном направлении, и он слышит, как ее пронзительный визг, полный возмущенного шока, проносится над ним, словно свист. Обе лапы хлопают по краю камня, когда ноги Муми-тролля едут вниз после неверного шага по скользкому мху на камне, не давая ему полностью упасть в реку. Но вода до дрожи холодная, и Муми-тролль бросается вверх и на мгновение поднимает лапы, но этого достаточно, чтобы соскользнуть. У его ног очень сильное течение, но Муми-тролль сильнее. Он впивается когтями в камень сквозь мох и начинает тянуться. Он почти у цели, и смотрит вверх как раз вовремя, чтобы увидеть, как Снусмумрик приземляется на камень в диком, некоординированном прыжке. — Снусмумрик! — Муми-тролль! — ответствует Снусмумрик, но он прыгает слишком быстро, приземляется слишком быстро, и все его тело скользит по гладкой поверхности. Муми-тролль с ужасом наблюдает, как Снусмумрик пролетает мимо него ногами в реку. Муми-тролль выбрасывает руку в порыве абсолютной паники, и отчаянно пытается его поймать. Его рука бьет Снусмумрика в живот твёрдой веткой. Снусмумрик громко ахает, от такой силы рука Муми-тролля чуть не сгибается, но он держится. На секунду кажется, что время остановилось, и Муми-тролль чувствует рукой только вздутие грудной клетки Снусмумрика. Затем с огромным усилием, которое разливается аж до пяток Муми-тролля, когда он упирается пальцами ног в камень для ускорения, Муми-тролль притягивает к себе Снусмумрика. Муми-тролль подтягивает их обоих вверх, держа при этом руку так, чтобы та прижимала Снусмумрика к нему. Снусмумрик как будто обмяк, и Муми-тролль беспокоится, что он потерял сознание от всей этой суматохи, но он не может рисковать, пока они оба не окажутся в безопасности. Ему удается поднять обе ноги и изо всех сил оттолкнуться. Он продолжает до тех пор, пока не упирается прямо в берег, где узловатые корни деревьев торчат из земли, словно маленькие спасительные веревки. Муми-тролль стоит прямо, смотрит вверх на фильтрованный солнечный свет сквозь листья и дышит так тяжело, что у него все тело дрожит. Его рука все еще обнимает Снусмумрика за талию, и в движении он притянул его так, что Снусмумрик оказался спиной к груди Муми-тролля. Его шляпа куда-то делась, и Муми-тролль очень надеется, что она не упала в реку, потому что это значит, что ему придется вернуться и забрать эту дрянь. Образ плывущей шляпы Снусмумрика заставляет Муми-тролля похолодеть внутри, когда он думает о том, что могло случиться. Муми-тролль вертит Снусмумрика как юлу, Снусмумрик крутится на цыпочках, пока они не оказываются лицом к лицу. Муми-тролль не убирает руку, а другой, не задумываясь, берет его за подбородок, поворачивая лицо Снусмумрика в ту или иную сторону, когда Снусмумрик издает искаженный, высокий звук, который издает мышь, которой наступили на хвост. — Ты в порядке? Нигде не болит? — спрашивает Муми-тролль, ища какие-либо признаки повреждений, но Снусмумрик, кажется, только весь покраснел от волнения. С каштановыми волосами цвета вопиюще не сочетаются и это на мгновение отвлекает Муми-тролля. Снусмумрик смотрит в ответ, судорожно вдыхая. — Н-нет, — бормочет Снусмумрик, положив руки на грудь Муми-тролля, и смотрит вниз, как будто только что осознавая. Он делает шаг назад, но Муми-тролль хватается крепче, не совсем удовлетворенный отсутствием опасности. — Не болит. — Хорошо, хорошо, — говорит Муми-тролль с таким тяжелым облегчением, что оно его чуть не раздавливает. — Я уж думал… Муми-тролль замолкает, не желая даже думать об этом, и руки Снусмумрика дергаются. Муми-тролль чувствует их сквозь шерсть, и он никогда не был так рад видеть Снусмумрика так близко. Снусмумрик тревожно улыбается: — Не волнуйся. Теперь все в порядке. Муми-тролль не знает, откуда взялся гнев, но он приходит быстро и обжигает. — Ты что там делал?! — Спасал тебя? — безучастно отвечает Снусмумрик, и Муми-троллю почти хочется задушить его вязанным шарфом. — Спасал меня? Меня? Я в порядке! — рявкает Муми-тролль, крепче сжимая талию Снусмумрика и прижимая его, если это возможно, еще ближе к себе. — Я падаю в реку, и знаешь, что делаю? Выплываю, потому что тролли умеют плавать. Причем чертовски хорошо. А что бы сделал ты, Снусмумрик? — Ну… — говорит Снусмумрик, глядя в сторону, и его щеки становятся ярко-красными. — Ты мог утонуть! — говорит Муми-тролль, от одной только мысли он говорит слишком громко, так, что Снусмумрик вздрагивает. — Это было безрассудно! — Ну что ж, — говорит Снусмумрик, встречаясь взглядом с Муми-троллем и надувая грудь. Они так близко, что Муми-тролль чувствует его своей грудью. — В следующий раз я вообще не стану утруждаться и дам тебе упасть в реку, чтобы тебя унесло невесть куда. Так тебе подойдет? — Да! Если это значит, что ты будешь в безопасности! — возражает Муми-тролль, и раздражительный хмурый взгляд Снусмумрика внезапно тает. Муми-тролль сжимает лапы и нащупывает ткань комбинезона Снусмумрика между пальцами. — Что, если бы я потерял тебя? Снусмумрик застывает, как доска, в руках Муми-тролля, маленький кулачок вцепляется в шерсть на груди Муми-тролля. Они запутались в конечностях, и сердце Муми-тролля внезапно бьется в полную силу. Муми-тролль почти боится, что оно у него выскочит из груди. Он сказал слишком много. — Я… — Снусмумрику, кажется, нечего сказать, но Муми-тролль хотел бы, чтобы он сказал, потому что Муми-тролль не может прочитать ни единого выражения на лице Снусмумрика. Его карие глаза широко раскрыты и выглядят дико, нервно пробегают по лицу Муми-тролля, а его маленький рот (действительно очень маленький) открывается и закрывается, как у рыбы. — Просто... — начинает Муми-тролль, немного заикаясь. Он слишком крепко держит Снусмумрика и он это знает, но Муми-тролль не отпускает. — Просто больше так не делай, хорошо? Снусмумрик по-прежнему ничего не говорит, но то, как он сейчас смотрит на Муми-тролля, очень странно. Муми-троллю, кажется, приснился такой взгляд пару раз. Печальный, обиженный взгляд, и Муми-тролль хочет вспомнить, почему он ему раньше приснился, почему он оседает где-то в тепле внутри него, несмотря на то, как грустно выглядит Снусмумрик, когда... — Эй! Вы двое в порядке или как?! — кричит Малышка Мю с бугристого корня, на котором она каким-то образом уселась. Снусмумрик возвращается к жизни в объятиях Муми-тролля, и Муми-тролль кое-что решает. — Так, — говорит Муми-тролль, наконец отпуская Снусмумрика. Снусмумрик немного шатается, очевидно, опираясь на Муми-тролля больше, чем предполагалось вначале, но встать на ноги у него не получается, поскольку Муми-тролль уже лапает его. Снусмумрик вопит, обе руки сжимаются, как тиски, когда Муми-тролль пытается стянуть с него комбинезон. — Что ты делаешь? — шипит Снусмумрик, его голос приобретает ту скрипучую нотку, как и всякий раз, когда он очень возбужден. Муми-тролль безжалостен — этот безрассудный поганец заслуживает хотя бы этого. Муми-тролль оттягивает комбинезон ровно настолько, чтобы обнаружить бечевку, которая свисает с зажима для подтяжек Снусмумрика. Муми-тролль хватает ее и отходит, а Снусмумрик яростно отмахивается от него. Снусмумрик начинает пытаться привести себя в порядок, пока Малышка Мю звучит так, словно она на грани припадка гнева и истерики. Муми-тролль игнорирует обоих, чтобы развязать бечевку. — Т-так! Серьёзно! Муми-тролль! — Снусмумрик, похоже, в шоке. — Это было совершенно ни к чему! Только Снусмумрик стал бы расстраиваться из-за своего хрупкого самообладания, а не из-за возможного утопления. Привязанность и разочарование натыкаются на этот факт, и Муми-тролль чувствует, что его внутренности делают кувырки. Он ничего не говорит, не совсем доверяя себе говорить, пока не успокоится, и вместо этого сосредотачивается на создании петельки. Снусмумрик все еще что-то там лопочет, упершись руками в бедра в весьма растерянной манере. Муми-тролль опускает морду, пытаясь скрыть улыбку от того, насколько серьезно Снусмумрик смотрит. Муми-тролль подходит, поскольку Снусмумрик продолжает болтать, но, несмотря на это, не останавливается и не замечает, как Муми-тролль убирает одну из своих рук с его талии. Фактически, Снусмумрик вообще не умолкает до тех пор, пока Муми-тролль не натягивает бечевку, и петля не оборачивается вокруг узкого запястья Снусмумрика. — И если думаешь... что это ты сделал? — спрашивает Снусмумрик, прерывая самого себя. Муми-тролль гордо отступает. Снусмумрик следует за бечевкой, наблюдая, как Муми-тролль разматывает ее, а затем перекусывает её зубами. — Муми-тролль? — Вот так, — говорит Муми-тролль, привязывая другой конец перекусанной веревки к своему запястью. Он поднимает запястье вверх, и Снусмумрик смотрит на запястье Муми-тролля и на собственное с недоуменным выражением лица. — Теперь никто из нас не забредет слишком далеко. Мы сможем снять её, когда поднимемся выше, но, по крайней мере, так можно не беспокоиться о том, что другой упадет в реку. — Клянусь большим, замороженным носом Морры, — говорит Малышка Мю, ее смех стихает так внезапно, что она похожа на лопнувший воздушный шарик. — Ты действительно привязал его к себе. Красивой красной ленточкой... — Это бечевка, — поправляет её Муми-тролль, но она не слышит. — ...это же практически церемония связывания рук! — продолжает Малышка Мю, и Муми-тролль теплеет так быстро, что у него весь мех встает дыбом, что только еще больше радует Малышку Мю, когда она тыкает в него пальцем с диким кудахтающим хохотом. — Знаешь, обычно сначала об этом спрашивают! А ты настолько нетерпелив, что решил пропустить помолвку? — Завались-ка! — рявкает Муми-тролль, бледнея от мгновенного сожаления. Малышка Мю продолжает смеяться, а Снусмумрик смотрит на бечевку со странным выражением лица. — Поздравляю! Очень счастлива за вас обоих, — говорит Малышка Мю, и Муми-тролль приближается с полным намерением швырнуть мюмлу в ближайшую крапиву. Это самое меньшее, что она заслуживает, но тут ему на плечо опускается рука. — Она убежит от тебя, ты даже приблизиться не успеешь, — говорит Снусмумрик, и Муми-тролль уже не в первый раз задается вопросом, умеет ли Снусмумрик читать его мысли. Неутешительная мысль, и Муми-тролль отчаянно пытается разгладить мех. Снусмумрик касается бечевки на своем запястье: — Замечательная идея, Муми-тролль. — Правда? — удивляется Муми-тролль. Снусмумрик тихо кивает, глядя на реку. — Я действительно забежал вперед. Я должен был тебя дождаться, мы могли бы помочь друг другу. — Мы можем сделать это сейчас, — говорит Муми-тролль, уже чувствуя себя лучше. Снусмумрик улыбается ему, поправляя шляпу, которой нет. Муми-тролль собирается идти: — Погоди, я, кажется, видел твою шляпу меж камней. Я её принесу, подожди здесь! Муми-тролль направляется к камням на краю, бечевки, которую он себе позволил, более чем достаточно. Пока он наклоняется, Малышка Мю приближается к Снусмумрику, который наблюдает за Муми-троллем, как всегда, когда знает, что Муми-тролль его не видит. — Что ж, вот и ответ на вопрос, — говорит она, а Снусмумрик касается бечевки на запястье. — Какой вопрос? — Не выгляди таким сконфуженным, — отвечает Малышка Мю, толкая локтем Снусмумрика в ногу настолько высоко, насколько может дотянуться. Она указывает на бечевку. — Тебе все равно не понравилось бы по-настоящему. Слишком перманентно для кого-то вроде тебя, верно? Снусмумрик не отвечает. Муми-тролль, из-за воды и шума о камни, ни слова не слышит. * / Им удается выбрать шесть подходящих бревен из коллекции деревьев, которые им показал Снусмумрик. Муми-тролль вернется завтра с папой и топором, и, возможно, их ближайший сосед Хемуль одолжит им своего мула и повозку, чтобы они могли их перевезти. Большая часть бечевки, которая связывает его и Снусмумрика, теперь заткнута в карман комбинезона Снусмумрика, чтобы она не тащилась по земле, когда они идут близко друг к другу на обратном пути. Они так и не развязали её наверху дорожки. Муми-дом вырисовывается между деревьями, и Малышка Мю радостно вздыхает, и говорит, что ей скорее нужно в ванную, после того, как весь день каталась в горной грязи. Она бежит вперед, ее маленький хвостик покачивается, распустившись после рабочего дня. Муми-тролль останавливается, чтобы посмотреть, как она уходит, задерживаясь там, где лес редеет перед ручьем. Бечевка цепляется за карман Снусмумрика, и он поворачивается, глядя на Муми-тролля из-под шляпы. — Муми-тролль? — Надо бы развязать, — говорит Муми-тролль, поднимая запястье. Снусмумрик подходит ближе обычного, и Муми-тролль тут же переносится в тот день. Они сейчас не так уж близко, но Муми-тролль так ясно помнит, каково было, когда он обнимал Снусмумрика за талию, и внезапно это все, о чем он может думать. — Думаю, да. Ты же меня повсюду таскать не сможешь. Что-то всплывает в мыслях Муми-тролля, но он выталкивает это так же быстро, как оно и появилось. Негоже зацикливаться на таких вещах. Особенно с лучшим другом. Некоторые могут сказать, что есть определенная уверенность в том, что этого нельзя делать. — Тебе тоже не нужно, чтобы я за тобой таскался, — говорит Муми-тролль, но получается гораздо более жалко, чем та шутка, которую он задумал. Он морщится, когда Снусмумрик по-совиному моргает. — Я сначала сниму свою, подожди... Муми-тролль поднимает запястье и отгрызает бечевку, позволяя ей безвольно упасть на лесную подстилку. Он протягивает лапу Снусмумрику, который смотрит на нее очень долго и медленно. Затем он вытягивает запястье вверх. Муми-тролль берет его обеими лапами, дыша слишком быстро, и чувствуя легкость внутри. — Ты ведь знаешь, что мне очень жаль, — тихо говорит Муми-тролль, а его большой палец начинает бродить. Он движется по изгибу запястья Снусмумрика и приземляется на маленькую ямочку в руке Снусмумрика, где Муми-тролль может почувствовать его пульс. Муми-тролль задается вопросом, сильно ли сердце мумрика отличается от сердца тролля. А может быть, они бьются наоборот, и поэтому Снусмумрик всегда такой... — За что ты извиняешься? — За то, что накричал на тебя. За то, что рассердился. Это было невежливо с моей стороны. — Я напугал тебя, — мягко говорит Снусмумрик, по-видимому, счастливый позволить Муми-троллю делать то, что ему хочется. Муми-тролль прощупывает неизвестную почву, двигая большой палец вверх. Он скользит под манжет рукава Снусмумрика. — Я тоже нехорошо поступил. — Значит, мы оба хороши. — Думаю, да, но, по крайней мере, из нас хорошая компания. Муми-тролль каждый день замечает запах Снусмумрика. Сегодня он пахнет сильнее, и Муми-тролль удивляется, как он и не заметил. Он не может оторвать взгляда от его белого пальца, резко контрастирующего с загорелой кожей Снусмумрика. Он чувствует запах табака и несвежего брезента, пот после долгого дня. Этот запах настолько пьянящий, что Муми-троллю кажется, что он почти может его почувствовать на вкус. — Муми-тролль? — спрашивает Снусмумрик, и Муми-тролль поднимает голову, понимая, что его поймали. У Снусмумрика снова это странное выражение лица. Печальное, но не совсем. Близко, но недостаточно близко. — Я свободен? Муми-троллю нужно слишком много времени, что понять, что он имел в виду: — Ой! Да, конечно. Прости. Момент, каким бы он ни был, прошел. Муми-тролль поднимает запястье Снусмумрика, маневрирует изо всех сил, чтобы не прикасаться к его коже, и ему удается зажать бечевку между зубами. Он чувствует запах кожи Снусмумрика, и ему кажется, как будто мюмла ударила его со всей дури в живот. Бечевка вяло свисает из кармана Снусмумрика, и они оба смотрят на неё, определенно слишком долго. — Было бы жаль потратить её впустую, — говорит Муми-тролль, и Снусмумрик пожимает плечами, начиная наматывать её. — Не думаю. Она просто послужила своей цели, — говорит Снусмумрик, и Муми-тролль не может не думать, что это тоже звучит довольно грустно. Снусмумрик замечает, он всегда замечает, и ох, как же Муми-троллю хочется видеть что-то в Снусмумрике так же ясно, как Снусмумрик когда-нибудь увидит в нем. — Но я могу найти ей применение, если хочешь. — Например? — Её можно превратить в приманку, — говорит Снусмумрик, тыкая в край бечевки, который откусил Муми-тролль. Он напоминает рыбий плавник. — Или, может быть, в украшение. Или я мог бы поплотнее стянуть свой спальный мешок. — Так и сделай, — твердо решает Муми-тролль. Снусмумрик наклоняет голову, его глаза закрыты, но он улыбается. Муми-тролль может видит так много, и все, что казалось таким неопределенным минуту назад, снова кажется совершенно определенным. — Если хочешь. На обратном пути к дому Муми-тролль велит себе не оглядываться. «Не делай этого», — продолжает он думать, словно мантру. Не смотри, не смотри, не смотри. Когда он достигает входной двери, Муми-тролль останавливается и борется с желанием повернуть голову. Что он вообще увидит? Снусмумрик будет в своей палатке, без сомнения, готовить кофе. Но Муми-тролль хочет взглянуть на случай, если он еще раз увидит Снусмумрика до конца дня. Муми-тролль смотрит. Он не видит Снусмумрика, он, должно быть, в своей палатке, и разочарование настолько велико, что Муми-тролль вбегает внутрь, как будто его кто-то укусил. Муми-тролль уже на лестничной площадке, когда открывается дверь в ванную. Пар вырывается наружу, и изнутри выходит маленькая Мюмла, уже в ночной рубашке и с мокрыми волосами, завернутыми в небольшое полотенце. — Где мама и папа? — Ты что, записки на столе не видел? — спрашивает Малышка Мю, ковыряясь пальцем в ухе. — Они застряли у миссис Филифьёнки. Обсуждают Белтейн и, наверное, как лучше все испортить с закидонами этой женщины. Как Снусмумрик? В конце концов, вытерпел тебя? — Это что еще значит? — напрягается Муми-тролль, почему-то побаиваясь говорить о Снусмумрике. Малышка Мю смотрит на него с чем-то вроде сочувствия. — Глупый тролль. Ты действительно ничегошеньки не знаешь? — Я много чего знаю! — Только не то, что важно, — вздыхает Малышка Мю, направляясь к своей комнате. Муми-тролль кое-что вспоминает, глядя ей вслед: — Эй! Малышка Мю! Ты нашла ответ на свой вопрос или тебе все еще нужна помощь? — О, не волнуйся! Ты мне очень помог! — отзывается Малышка Мю, поднимаясь по лестнице, прежде чем на мгновение спрыгнуть на ступеньку вниз. Она лукаво улыбается: — Кстати, у нас горячая вода закончилась. Лучше потрись как следует и смой всю грязь, иначе никто не захочет связываться с тобой.