Слезы Феникса

Сентябрь 1971 года.

Гермиона услышала отчетливый звук приближающихся шагов. Она остановилась в пустом коридоре, надеясь, что тишина поглотит все, что она сейчас чувствовала. Мать часто делала ей выговор, но Гермиона никогда не слышала, чтобы мать отказывалась от нее, как от своей дочери. Пусть это и принесло ей некоторое смущение, она заставила себя закрыть его глубоко в подвалах своего сердца. Почему она должна стыдиться того, что ее распределили в Гриффиндор? Вся эта сортировка не имела для нее никакого смысла. Это должен был быть просто чертов факультет. Он не должно было заставить мать кричать на своих детей! Гермиона знала, что ей не следует ожидать любви и ласки от Вальбурги Блэк, но каждый раз холодность матери задевала девочку одинаково сильно. Это всегда была та промозглая дыра в груди, которая заставляла ее надеяться, что в конце концов Гермиона сможет чувствовать себя в безопасности в объятиях матери. Вместо этого Блэк была вынуждена смотреть на эти руки, ожидая, что ей вновь сделают выговор. — Гермиона? Брат положил руку ей на плечи и крепко обнял, как только гриффиндорка повернулась к нему лицом. — Не позволяй ее словам задеть тебя. Я видел, как ты счастлива здесь, и ты видела, как счастлив здесь я. Почему мы должны позволить матери все испортить? Гермиона уткнулась лицом в грудь своего близнеца, стараясь не вздрагивать при воспоминании о матери. — Сириус, — наконец произнесла гриффиндорка, и ей очень не понравилось, как надломлено звучал ее голос. — Не знаю, что бы я сделала, если бы ты тоже услышал свой громовещатель. — Все в порядке, Гермиона. Ты ведь знаешь: мне плевать, что мать обо мне думает. — он тут же отстранился, чтобы одарить сестру ленивой, ободряющей улыбкой. Она покачала головой, стараясь не думать о том, что их мать могла сказать Сириусу. Внезапная волна ярости пробежала по ее телу, и гриффиндорка поняла, что Сириус был прав. Она не позволит этой женщине, которой даже не было рядом, все испортить! Затем Блэк с энтузиазмом кивнула в ответ на его слова, в то время как улыбка Сириуса быстро исчезла, после слов, сказанных Гермионой уже с легкой улыбкой: — Давай найдем библиотеку до нашего первого урока.

***

Остаток дня прошел довольно приятно. Гермиона была в восторге от каждого урока, который у них проходил и перед самым началом ужина девочка немедленно отправилась в библиотеку, чтобы получше ее рассмотреть. Мальчики и ее соседки по комнате явно отказывались провести свой первый день в библиотеке, поэтому Гермиона просто пожала плечами и пошла вниз одна. Как только Блэк почувствовала свежий запах пергамента и чернил, она позволила своим ногам вести ее самостоятельно. Гриффиндорка не могла представить, с чего начать! От магических зверей до различных видов зелий. Гермиона собрала все книги, которые привлекли ее внимание. Наличие библиотеки Блэков дома очень помогло ей подготовиться не только к первому, но и ко второму году обучения. Поэтому, несмотря на то, что некоторые тексты были довольно продвинутыми, она старалась впитывать всю новую информацию, как это было бы дома. Теперь Хогвартс был ее дом. Краем глаза Гермиона заметила, что кто-то подошел к ее столику, и, подняв глаза, увидела как Снейп пристально смотрит на нее. — Странно видеть тебя здесь, — ровным голосом произнесла гриффиндорка, внутренне скривившись от его присутствия. — Сегодня утром ты устроила настоящий спектакль, — выпалил он с язвительной ноткой в голосе. Ах, да, не все потрудились забыть об этом событии, к большому неудовольствию Блэк. Она недоверчиво посмотрела на него. — Я его устроила? Мне показалась, ты говоришь о громовещатели, который прислала моя мать. — Нет, — усмехнулся он и закатил глаза, как будто разговаривал с маленьким ребенком. — Я с ней согласен. Ты устраиваешь шоу, когда попала на Гриффиндор, а потом плакала из-за этого. Гермиона мрачно посмотрела на мальчика. Её грудь поднималась и опускалась от раздражения, которое Блэк изо всех сил пыталась сдержать. — Не то чтобы я ни чувствовала себя польщенной, но мне казалось, что ты достаточно ненавидишь меня, чтобы тратить свое время на разговоры с гриффиндоркой. — Слушай сюда, Блэк, — Снейп хотел что-то сказать, но его остановил голос за спиной девчонки. — Нюниюс… Гермиона тут же съежилась. Она не собиралась снова застрять между ними, а потом остаться той, кто будет виновата. Гриффиндорка посмотрела за спину слизеринца и мгновенно встала, положив в успокаивающем жесте ладонь на руку Джеймса, когда он оказался рядом с ними. — Джеймс. Э-э-э, что ты здесь делаешь? Неважно, пойдем, — настойчиво сказала она и подтолкнула его локтем. Джеймс проигнорировал ее и с вызовом взглянул на слизеринца, который теперь свирепо смотрел на него. — Как ты относишься к своей подружке теперь, когда она попала на Гриффиндор, Нюниус? — Перестань его так называть! И что ты здесь делаешь? — Гермиона сунула свои вещи в сумку и сердито посмотрела на друга. — Я пришел за тобой, чтобы ты не пропустила ужин, — объяснил он, настороженно следя за Снейпом. — Потом я увидел, что он разговаривает с тобой, и подумал, что нужна моя помощь. Гермиона снова попыталась прервать его, но Снейп прорычал: — Осторожнее, Поттер. — затем он в ярости покинул библиотеку, и Блэк испустила сокрушенный вздох. — Джеймс, пожалуйста, перестань с ним так разговаривать. И я могла справиться сама. — Он вообще не должен был с тобой разговаривать, — яростно возразил гриффиндорец, недоумевая, почему она не соглашается с ним. Но Гермиона выросла научившись обходиться без чьей либо помощи и не требуя никого другого в свою защиту. Она не могла изменить это в одночасье. Вместо этого девочка проигнорировала замечание и обвиняя ткнула в него пальцем. — Ты не должен его обзывать! Джеймс не собирался отступать. Гермиона понимала это. Все, на что она могла надеяться, так это на то, что возникшее соперничество исчезнет через несколько дней. — Давай просто уйдем, — настойчиво произнесла она, когда Джеймс продолжал смотреть на пустое место, где раньше был Снейп. В конце концов они добрались до гриффиндорского стола в уютном молчании, опустившись на свои места. — Почему вы так долго? — спросил Питер. И когда Гермиона рассказала ему о том, что произошло в библиотеке, Сириус громко фыркнул. Не обращая внимания на их явное веселье по этому поводу, она начала есть. Когда ее мысли вернулись к кошмару прошлой ночи, она задалась вопросом, увидит ли она его сново во сне снова. Это был даже не совсем кошмар, как таковой. Мелькали образы: мужчина со змееподобным лицом, глядящий на нее сверху вниз, и истеричный женский смех, наполняющий комнату. Это звучало странно знакомо, каждый раз, когда её мысли вновь возвращались к ним. Она содрогнулась при этом воспоминании и постаралась убедить себя, что это всего лишь ночной кошмар. Просто кошмарный сон.

***

Гермиона заснула в надежде, что ее не разбудят в ближайшие несколько часов. Однако вскоре реальность настигла её. — Чаша должна быть спрятана. Сейчас же! Иди, — мужчина поднял палочку на пожилую женщину, позволив ей истечь кровью. Повсюду была кровь. А потом наступила темнота. Послышались шаги. Вокруг нее раздавались крики. — Они идут! — кто-то закричал. Гермиона села, пытаясь выровнять дыхание. Капли пота выступили на ее лице, и она чувствовала себя слишком опустошенной и даже не могла подумать о том, чтобы снова заснуть. Блэк в последний раз глубоко вздохнула и снова легла. На этот раз Гермиона не спала, остро ощущая боль в голове.