Глава 6. Мистер Совершенство
21 сентября 2020 г., 07:40
Октябрь 1971 года.
Гермионе крупно повезло. До того, как кто-нибудь из друзей её брата или он сам смогли вновь начать допрос по поводу сна гриффиндорки, кошмары прекратились. Это было невероятным облегчением для девочки не только из-за ее недосыпа, но и потому, что она была практически уверена: еще немного напора хоть с чьей либо стороны и Гермиона расколется. Конечно, гриффиндорка не жаловалась. Она наконец-то получила возможность уделять больше внимания в классе и писать все, что только могла вспомнить или найти в библиотеке для очередного эссе, которые им задавали как домашнюю работу регулярно.Так прошел месяц новоявленной гриффиндорке и Хэллоуин был совсем близко. Миона знала, что Сириус точно не сможет обойтись без ее знаний и обязательно попросит о помощи, но пока Джеймс стоически сдерживал друга и напарника, не позволяя уронить его гордость. Тем не менее, похоже что-то пошло не так, потому как ему пришлось отступить и Сириус вновь начал этот разговор за завтраком. — Пожалуйста, Гермиона, ты же согласилась помочь нам, — настаивал он, смотря на сестру щенячьим взглядом и сжимая ее ладошки в своих. Закатив глаза, Блэк быстро достала из сумки пергамент вместе с пером и записала свою идею. И пусть девочка даже гордилась теми зарисовками у себя в воображении, которые можно было бы воплотить в жизнь, но при этом Гермиона разрывалась между желанием веселиться и тем уважением, что она получала от их профессора трансфигурации. Небезызвестного также как декана факультета гриффиндор. Когда она перестала писать, брат выхватил листок у нее из рук и громко рассмеялся. Джеймс с любопытством посмотрел на них и, наконец, смягчился, прочитав письмо, которое буквально выдернул из рук друга. — Это удовлетворяет твою фантазию — спросила Гермиона, скрещивая руки на груди и смотря на мальчиков с легким превосходством. Что, впрочем, не смогло скрыть и искорки веселья в ее глазах. После ужина на гриффиндорку обрушились крепкие объятья и заливистый смех, который был лучшей музыкой для ее ушей. И отпустил ее брат только после того, как немного покружил в воздухе и отметил для себя, что на сегодня лимит благодарностей исчерпан.***
Уже подходя к кабинету зельеварения Гермиона вспомнила о том, что забыла свой учебник по этому предмету на кровати. Схватив сумку и мысленно проклиная свою рассеянность девочка побежала в сторону гриффиндорской башни так быстро, как только ей позволяли не самые удобные туфли школьной формы. Вернулась в подземелье она только после того, как успешно попросила открыть проход у Полной дамы, которая вновь была разбужена и явно не довольна этим. Гриффиндорка знала, что уже опаздывает и раскрыв сумку, быстро пробежалась взглядом по-содержимому. Девочка резко остановилась, натолкнувшись на что-то очень твердое. Ее сумка выпала из рук, а взгляд самой гриффиндорки метнулся в сторону недоброжелателя. Она почти зарычала от негодования, когда увидела, что это тот самый префект из вагона в поезде, в котором она поругалась со Снейпом. — Что ты делаешь вне класса, Блэк? Я думал о вашей семье лучше. Не могу представить, кто из тебя вырастет, если ты не знаешь элементарных правил. Леди не бегают. — бросил эти слова блондин, раздраженно смотря на девочку. — Не понимаю, почему я обязана перед тобой отчитываться, если даже не знаю кто передо мной стоит, — горячо возразила Блэк, хмурясь с каждой секундой все сильнее. — Удивлен, что дочь Ориона Блэка не знает, как выглядит наследник Абраксаса Малфоя — произнося это он с легким удивлением и возмущением смотрел на юную гриффиндору. Гермиона мысленно выругалась и начал прорабатывать план отступления. Из всех студентов этой школы только она могла дважды столкнуться именно с наследником семьи Малфой. Но самое ужасное было именно то, что он знал ее отца лично, а значит ничем хорошим эти споры с Люциусом не закончатся. Гриффиндорка лишь надеялась, что он не побежит жаловаться на нее родителям сию же минуту. А значит есть еще шанс на то, что мать ничего не узнает. Но при этом, девочка подозревала, что у Вальбурги есть свои люди в Хогвартсе, которые докладывают ей все происходящее с близнецами. — Мне жаль, но я нашла более интересное чтиво. Понимаешь, семейное древо Малфоев стало за последние пару сотен лет достаточно скучным, — объяснила Гермиона будничным тоном, словно не она только что оскорбила наследника одно из самых влиятельных родов. — Держи язык за зубами, пока не пожалела о своих словах. Сейчас я отпускаю тебя, но в следующий раз твоему брату, возможно, придется заплатить за твои ошибки. И еще… Десять баллов с Гриффиндора. Не в силах контролировать злость, которая затуманивала разум, Гермиона вскинула палочку, направляя ее на слизеринца. Она не могла позволить такому напыщенному индюку, как Малфой, угрожать ей и ее брату. — Нет, это ты послушай! В следующий раз, когда тебе придет в голову хотя бы подумать о том, чтобы причинить боль моему брату, я окажусь рядом и заставлю пожалеть об этом. А теперь, прежде чем я передумаю, тебе лучше уйти с моей дороги. Не дожидаясь ответа и проигнорировав те проклятья, которыми он высказывал свое возмущение, гриффиндорка бросилась в подземелье.***
Гермиона сидела в гостиной, помогая Сириусу и Джеймсу с их эссе по чарам, пока Ремус пытался объяснить то же самое Питеру. Лили все еще отказывалась общаться с мальчиками, и Гермиона не хотела ее переубеждать. После конфликта с Малфоем, последнее о чем думала девочка это повторение элементарных слов заклятий. Она стала порядком уставать, а это злило почти всегда уравновешенную в учебе гриффиндорку. Гермиона наморщила нос, глядя на брата. — Сириус, перестань совать палочку в ухо! Джеймс, пожалуйста, сосредоточься. Это Винг-Гар-диум Леви-О-са. Сделайте " Гар " красивым и длинным, а ударение на «о», но никак не на последнюю «а» — поправила она раздраженно, уже не задумываясь что с соседних диванчиков на них странно смотрят. После того, как они наконец закончили, а мальчики кажется что-то запомнили, внимание Гермионы привлек Ремус. Он внимательно на нее посмотрел и спросил, как все прошло. И Блэк нисколько не устыдилась тому, что отозвалась о своих учениках как о безнадежных. Добавив, что была готова вырвать себе волосы на голове в приступе отчаяния. — Поверь мне, я не думаю, что кто нибудь бы расстроился. Это скорее было бы одолжением для всех нас, включая ее саму. Девочка медленно встала и спокойным, уверенным шагом направилась в сторону, где сидели ее брат и Джеймс. Сириус, понимая, что сейчас произойдет, взглянул на своего друга, мысленно давая ему подзатыльник. Сразу после того, как гриффиндорец истолковал взгляд друга и представил, чем это может закончиться для него он вскочил с ковра около камина. Мальчик побежал, огибая помещение под одобрительное улюлюканье всей гостиной, а Гермиона тем временем спокойно шла вслед, понемногу ускоряясь. Джеймс, сделав крутой вираж направился к лестнице, ведущую в спальню мальчиков, мечтая сейчас только о том, чтобы благополучно добраться до своей комнаты. В то время как гриффиндорка уже бежала вслед за ним, готовая показать на что способны «лохматые» ведьмы. Наконец он вскочил на диван, подняв руки в знак капитуляции. Тяжело дыша и понимая, что до комнат ему не добраться, Джеймс решился на отчаянный шаг. — Прости меня, Гермиона. Я когда-нибудь говорил, как сильно люблю твои волосы? — Когда-нибудь ты станешь милым и действительно будешь любить мои волосы. — рассмеялась Блэк и театрально отсалютовав направилась к лестнице, ведущей в комнаты девочек. Джеймс тяжело дышал, глядя на другого близнеца — Блэка, который все еще смеялся, указывая пальцем на друга, пока он стоял на одном из диванов. —Черт возьми…
