Слезы Феникса

Октябрь 1971 года.

На следующий день Джеймс проснулся от разговоров о первом матче по квиддичу этого года: Равенкло против Слизерина. Он, как и все в их комнате, был уверен, что стоит прийти немного раньше, чтобы занять лучшие места, пока трибуны не стали полностью заполнены возбужденными студентами со всего Хогвартса. Гриффиндорец был уверен в этом, до того момента пока не нашел одну ученицу, которая не горела желанием бежать одной из первых на матч. Да и смотреть его она тоже не имела большого желания Поттер посмотрел на брюнетку, локоны которой мягко спадали каскадом на плечи, пока она пила кофе. — Как ты можешь не любить квиддич? — Думаю, мне нравился бы квиддич, если бы я любила летать, но это не так. — ответила она, соизволил оторваться от книги и закатив глаза. — Тем более Сириус никогда не нуждался в поддержке. Для этого у него был Регулус и со временем мне надоело просто смотреть за их ребячеством. Джеймс задумчиво кивнул, пытаясь найти способ убедить ее пойти со всеми. Почему с Блэк всегда сложнее, чем с другими? В нем проснулось ненормальное любопытство посмотреть на то, как Гермиона летает вне уроков мадам Трюк. Но почти сразу мечты разбились о реальность. Поттер был уверен, что гриффиндорка ни за что не сделает этого. — Если ты придешь, то увидишь, как Рейвенкло раздавят слизеринцев, — предпринял он попытку, выхватывая книгу из ее рук и вставая из-за стола. — Надеюсь, ты понимаешь: это означает, что моя кузина тоже будет… Как ты выразился? Раздавлена. — Гермиона прищурилась и встала на цыпочки, пытаясь дотянуться до его роста и вернуть свою книгу. Она была права, как и всегда. Джеймс совершенно забыл об Андромеде Блэк. Близнецы — Блэк стали неотъемлемой частью гриффиндора настолько, что он и многие другие из их факультета удивлялись, вспоминая о других членах этого рода на Слизерине. Прежде чем он смог найти другой предлог, чтобы затащить подругу на матч, Сириус громко фыркнул. — Миона, я думаю, она уже забыла, что мы ее кузены. Тебе не кажется, что если она за нас действительно волновалась бы, Андромеда бы нашла способ встретиться и расспросить о том, как мы устроились в Хогвартсе? Гермиона повернулась к нему с грустью на лице и что-то пробормотала себе под нос. — О чем ты? — Сириус похоже издевался над сестрой — Я сказала, что она, скорее всего, не хочет подставлять саму себя еще больше… Андромеда… Она уже встречается с одним парнем. — когда гриффиндорка взглянула на друзей, то поняла, что они ожидают подробностей. — Маглорожденным волшебником. После нескольких секунд молчания Сириус почесал затылок, щеки его слегка покраснели и он пробормотал что-то вроде извинения. — Хм, Гермиона, ты покажешь нам заклинание, которое должно помочь нам выполнить все в Хэллоуин? — Спросил Джеймс, понимая, что стоит перевести тему, пока, итак, неловкое молчание не переросло в обиды и непонимания. — Я покажу тебе движения палочки позже, с правильным произношением и всем остальным. Думаю, ты справишься с этим заклинанием за день, — сказала она, с легкой благодарной улыбкой после того, как пробормотала себе под нос так, что никто не расслышал. Губы Джеймса дрогнули в улыбке от того, что он смог отвлечь подругу. Схватив ее за руку гриффиндорец быстро сориентировался и отправился вместе с Блэк на поле, пока она не сопротивлялась. Гермиона же, смирившись со своей участью, перехватила поудобнее книгу и покорно последовала за Поттером. Все остальные за столом встали и последовали их примеру. Джеймс даже не потрудился отпустить ее руку, когда они покидали замок. Тепло, которое гриффиндорец чувствовал, распространилось от ладони до самой груди, грея что-то глубоко внутри. И мальчик не хотел, чтобы промозглый осенний ветер забирал у него это ощущение. Но как только Гермиона села между ним и Ремусом, она отпустила его запястье, лишая тем самым тепла. Он заставил себя похоронить чувство разочарования глубоко внутри. Возможно, чтобы холод, который вновь стал проникать в разум, отступил, ему нужно было мельком увидеть огненно-рыжую ведьму. Или просто посмотреть игру, которая начиналась через пару секунд. Наблюдая за игроками Джеймс представлял себе, каково это быть на поле. К сожалению первокурсникам не разрешали брать с собой метла и тем более пробиваться в сборную, но это не помешает мальчику привезти свою скоростную метлу через несколько лет. Ведь она понадобится Джеймсу, когда он будет пробоваться в команду Гриффиндора.

***

Через два часа после начала игры счет сравнялся, оба ловца были напряжены, стараясь не пропустить заветный мяч и вывести свою команду к победе. Сразу после того, как кто-то крикнул «снитч», Поттер увидел, как Люциус Малфой облетел переполненные трибуны в поисках победных очков. Краем глаза Джеймс заметил, как блеск снитча промелькнул прямо перед Гермионой, которая была полностью погружена в книгу, лежавшую у нее на коленях. Прежде чем он успел хоть что-то сказать, слизеринский ловец пролетел прямо перед ней с медленной расплывающейся ухмылкой на лице. Джеймс осторожно посмотрел на девочку, наблюдая, как она оторвала взгляд от книги и удивленно моргнула. Игрок в квиддич протянул ладонь, и прежде чем Гермиона успела усомниться в его здравомыслии, он поймал снитч около нее и сжал заветную победу в ладони. — Неужели, Блэк? Если ты хотела поддержать меня, тебе стоило лишь надеть зеленое, — высокомерно усмехнулся Люциус. Ведьма в отчаянии стиснула зубы и посмотрела на парня, зависшего в воздухе прямо перед ней. Ее волосы стали чуть искрится на кончиках, выдавая негодование. Джеймс сразу же распознал ее неприязнь, но не стал предупреждать Малфоя. Его раздражало то, что Гермиона до сих пор не заколдовала надоедливого слизеринца. Вместо этого она послала парню уничтожающий взгляд. — Отвали, Малфой. Малфой открыл было рот, чтобы что-то сказать, но передумал. Он покачал головой с дерзкой улыбкой и полетел к остальным членам своей команды, празднуя победу. — Черт возьми, чтобы я еще хоть раз согласилась посмотреть матч, — мрачно пробормотала она и захлопнув книгу отошла, пряча пылающее лицо за волосами.

***

Подчеркнуто игнорируя шепот вокруг, Гермиона подошла к Андромеде. Глаза ведьмы расширились от удивления, и она бросилась к Блэк, крепко обнимая и прижимая ту к себе. — Я так рада, что ты пришла навестить меня, — прошептала Андромеда, глубоко вздохнув. — У меня такое чувство, что мы не скоро увидимся. — О чем ты говоришь? — с растерянным видом Гермиона отстранилась, чтобы посмотреть на затуманенные слезами глаза кузины. — Отец узнал о Теде. Дедушка собирается отречься от меня. — после этих слов Андромеда сглотнула и прикусила нижнюю губу. — А они могут это сделать? Ведь это любовь! Это то, что ты не можешь контролировать! Как теперь быть? — губы Гермионы приоткрылись в судорожном вздохе, и на мгновение она засомневалась, правильно ли расслышал кузину. Гриффиндорка понимала, что продолжала бормотать какую то чушь, в объятьях сестры. Слезы наворачивались на глазах Гермионы от понимания собственного бессилия. Девочка буквально вслух произносила проклятья в сторону собственной семьи, которые могли отречься от крови ради глупых убеждений. — Не волнуйся, дорогая. Тедди сказал, что поддержит меня. Мы планируем жить вместе после окончания учебы. — Андромеда отстранилась и обхватила лицо сестренки мягкими руками Гермиона почувствовала себя бесполезной при мысли о том, что не сможет помочь кузине, не будучи отвергнутой семьей. Какой смысл обладать таким богатством, если оно не может быть использовано для помощи тем, кто так близок всем им? С самого своего рождения Гермиона восхищалась только Андромедой. Никто другой из рода Блэк не могли всколыхнуть эти же чувства у юной гриффиндорки. Если не считать ее братьев и дяди Альфарда, трудно было испытывать к кому-то большую нежность, кроме кузины. Теперь, когда Андромеда собиралась покинуть семью, у Гермионы возник вопрос, а разрешат ли ей вообще встречаться с кузиной на людях. Блэк прекрасно представила себе и то, что теперь придется выбираться к магглам не только в магазины.

***

Как только миновала полночь, Гермиона очнулась от кошмара, которого со страхом ждала больше месяца. Гриффиндорка вздрогнула, увидев красные глаза, принадлежавшие темной фигуры. Холодную, бессердечную улыбку на его лице, когда он направил на нее свою палочку. Когда девочка огляделась, деревня была полна студентов, но никто не обращал внимания на нее и этого человека. Не в силах контролировать свой страх и снова попробовать заснуть, Гермиона спустила ноги на мягкий ковер и побрела в общую гостиную. Однако, подойдя к дивану, она резко остановилась при виде Джеймса. Поттер слегка похрапывал, подтянув колени к подбородку. Нежная улыбка появилась на ее губах и гриффиндорка тихо присоединилась к мальчику с книгой в руках. Через некоторое время он пошевелился во сне, и голова Джеймса наконец оказалась на плече Гермионы. Оставшуюся ночь девочка тихо думала, положив голову мальчика с волосами цвета воронова крыла себе на колени и зарывшись пальцами в его растрепанные локоны.