Октябрьские сказки

       — Ты уверена, что это хорошая мысль?        — Ты что, не доверяешь мне?       Обиженно дую губы, хотя Джейк не может этого видеть. На его глазах — плотная повязка-маска из светонепроницаемой чёрной ткани. Созданная — и заказанная — специально для этих целей.        — Доверяю, — с готовностью отвечает Джейк, — просто ощущение странное. В этой дряни реально ничерта не видно.        — Да неужели? Так было задумано, вообще-то.       Он стоит, опираясь на кухонный островок, и в какой-то момент — видимо, машинально, — тянется к повязке. Перехватываю его руку и веду за собой в гостиную. Приходится идти спиной — если он сейчас врежется во что-нибудь, настрой будет безнадёжно испорчен. Впрочем, если врежусь я — тоже.       Но я ухитряюсь даже не задеть дверной косяк.        — Сядь, — кладу руку Джейка на спинку стула. Он придирчиво ощупывает его, видимо, чтобы не промахнуться мимо сидения, а мне забавно за этим наблюдать — ощущение его беспомощности странным образом будоражит кровь.       И когда он садится, я осторожно, чтобы случайно не задеть повязку — хотя знаю, что она прилегает достаточно плотно, — снимаю с него футболку. Захожу за его спину и опускаюсь на корточки, беру Джейка за руку и фиксирую запястье заранее привязанной к ножке стула верёвкой.        — Ты какого… — Прежде, чем он успевает отреагировать, привязываю и вторую руку тоже. — Принцесса, я не уверен, что…        — Месть, — стараюсь говорить холодно. — За трюк с наручниками. Тогда, после твоего возвращения.       Не знаю, зачем напоминаю ему: уверена, он не забыл.       Даже как-то ожидаю, что Джейк сейчас разозлится. Даже готова провоцировать, если это действительно произойдёт. Но он только смеётся.        — Спустя… столько времени? — сквозь смех выговаривает он. — Ты такая злопамятная.       Пожимаю плечами, на мгновение забыв, что он не видит. Объяснять, что к этой авантюре готовилась очень долго и не хотела проворачивать это в «Небожителе», не считаю уместным. К тому же я до конца не была уверена, что действительно собираюсь это сделать, но Джейк сам добил меня своими «уроками распущенности». Видите ли, как это так, что я стесняюсь говорить о своих желаниях? Что предпочитаю не говорить, а делать? Ну что же, спровоцировал — на свою голову. Уж после этого я просто была обязана взять реванш.        — Ну что ж, — Джейк наконец-то прекращает ржать. И хорошо. Иначе ещё немного — и я бы его стукнула. — Ты меня ослепила и обездвижила, Принцесса. Чем… планируешь заняться?        — Даже не знаю, — фыркаю, разглядывая результат своих стараний. — Наверное, для начала разденусь, Арагорн.       И действительно делаю то, что говорю — стаскиваю с себя майку, отбрасываю её в сторону, туда же отправляю шорты. Джейк определённо не может меня видеть, но едва заметно вздрагивает от шелеста ткани и жужжания молнии, чуть наклоняет голову, словно пытается услышать больше.        — Совсем забыла, — протягиваю я, поворачиваясь к зеркалу, — ты же не видел этот комплект. И не увидишь… Пока что. А жаль. Мне нравится это бельё. Тебе тоже понравится. Потом.       Бросаю на Джейка взгляд — он шумно выдыхает, качая головой.        — Какое на этот раз?       Он всегда реагирует на моё новое бельё одинаково — с раздражением. Таким жутко наигранным, что сомнений в том, что на самом деле он одобряет эту статью расходов, не остаётся.        — Чёрный хлопок и фиолетовое кружево, — охотно отвечаю я. — Знаешь, думаю, мне очень идёт. Тут бюстье, — обвожу кончиками пальцев кружевные края, — и танга. Тебе же нравится, когда я ношу танга, да?        — Развяжи меня, и я покажу, как мне это нравится.        — Потом, — отмахиваюсь я, — я пока так посмотрю, если ты позволишь, — смеюсь и сама свой смех не узнаю: что-то есть в интонациях незнакомое, чужое, даже немного злое, но эта игра неожиданно захватывает. Лучше, чем я себе представляла. Опускаюсь на колени и тянусь к брюкам Джейка. Накрываю ладонью его эрекцию и улыбаюсь. — Да, определённо, тебе это нравится.       Медленно глажу его через ткань, поднимаю глаза, чтобы увидеть, как Джейк закусывает губу. И… убираю руку.        — Марикета, — с угрозой шипит Джейк, ну да, конечно, давай, угрожай. Я готова. — Развяжи меня.        — Нет, — расстёгиваю его брюки и стягиваю их вместе с трусами. — Меня и так всё устраивает.        — Тогда хотя бы сними с меня эту клятую херню. Я хочу видеть тебя.       Голос — соблазнительно-спокойный, контрастом к раздражённому шипению минутой ранее. И кого ты тут пытаешься обмануть?        — Нет, Арагорн, — повторяю я. — Я не хочу, чтобы ты меня видел. Используй… воображение.       Уверена, он понял, что это был тот самый булыжник в его огород, из-за которого я всё задумала.        — Ты же не будешь держать меня привязанным вечно, — вкрадчиво произносит Джейк, — и понимаешь, что тебе пиздец.        — Ага, — легкомысленно отмахиваюсь, проводя ногтями по внутренней стороне его бедра. Он вздрагивает именно так, как я ожидала. — Чёрт, ты даже не представляешь себе, как это круто.        — Привязать меня к стулу и нацепить на глаза повязку?        — Нет. Видеть тебя… Таким, — отстраняюсь, садясь на свои скрещённые ноги. — Ты весь в моей власти. — Поднимаю руки к своей груди, сдвигаю вниз кружево на бюстье и касаюсь затвердевших сосков.        — Я всегда в твоей власти, — мягко говорит Джейк, а я, зажав сосок между пальцами слишком сильно, прерывисто выдыхаю. — Блядь, Марикета, что ты делаешь?        — Прямо сейчас? Трогаю свои сиськи. — Джейк давится воздухом. — Что-то… не так? Недостаточно откровенно для тебя?        — Просто напоминаю, что мои руки к твоим услугам. Разве тебе не нужна помощь?        — Не сейчас, — замечаю с таким сожалением, будто не сама привязала его к стулу. Одна моя рука опускается, и я едва-едва касаюсь трусиков. — Чёрт. Знаешь, как на меня это действует? У меня бельё насквозь мокрое.       Честно говоря, сама не ожидала от своего тела такой реакции. Член Джейка дёргается, и я удовлетворённо вздыхаю, сдвигая ткань в сторону.        — Марикета, — зовёт Джейк, когда я тихо стону в такт движениям пальцев, — это нечестно.        — Зна… боже… знаю.       Даже хочется отвязать его и сдаться, позволив отыграться за эту пытку, но я останавливаю себя, убирая руки и ладонью в моей влаге обхватывая его член. Джейк сдавленно стонет, запрокидывая голову назад. Одобрение получено. Я вожу рукой медленно, сжимаю сильнее с каждым новым движением, размазываю большим пальцем по головке выделившуюся смазку.        — Принцесса, ты… издеваешься, — с усилием выговаривает Джейк.        — Именно.       Тянусь к нему и накрываю член губами, наслаждаясь резким свистящим выдохом Джейка. Опускаю голову ниже, насколько могу, и Джейк подаётся бёдрами вперёд, так что едва успеваю расслабить горло. Всасываю сильнее, выпускаю его изо рта с влажным хлопком, снова обхватываю ладонью и двигаю ей быстрее, размазывая слюну по всей его длине.        — Такой горячий, — завороженно шепчу я, — так… хочу тебя.       На этот раз Джейк не просит развязать себя, — из его горла вырывается очередной стон, когда я снова обхватываю головку члена губами. С трудом подавляю желание ещë раз коснуться себя — если потеряю контроль, то поддамся порыву действительно избавиться от чёртовых верёвок.       Обвожу языком каждый дюйм его члена. Придавливаю бёдра Джейка к стулу, чтобы прекратил попытки вдолбиться мне в горло. Его колени чуть дёргаются, и я надавливаю сильнее, принимаю его глубже, двигаюсь быстрее, трусь сосками о его бёдра, сама с трудом понимая, что делаю. Есть только потребность — показать ему, что все его нечестные действия я способна отзеркалить, доказать, что мы действительно можем оба вот так издеваться друг над другом, дать понять, что наслаждаюсь этим издевательством так же, как и он, когда я перед ним такая — беспомощная.       И когда я думаю, что победила, на мой затылок внезапно ложится ладонь. От неожиданности поднимаю голову и выпускаю член изо рта. Джейк держит одной рукой повязку, смотрит на меня мутными глазами и угрожающе щурится.        — Тебе надо потренироваться завязывать узлы.       Нет, я не забыла, что у него в академии был целый предмет, посвящённый узлам. Но мне казалось, что я всё сделала правильно!       И когда он сползает со стула и подталкивает меня на пол, я понимаю, что мне действительно пиздец.