Пустые надежды
27 декабря 2020 г., 19:14
Быстро разбивая все камеры расположенные в туалете, Нэйд старался не упустить ни одну. Несмотря на маскировку он, как убийца примерно знал их расположение. Следовало избавиться от них как можно скорее.
- Твою мать... Как же я встрял, - он позволил себе заговорить лишь когда все записывающие устройства оказались уничтожены, в том числе браслеты. В темноте снять изображение нельзя, но вот звук запросто, а по голосу, Нэйда вычислят автоматически и тогда жди отряд к себе домой.
- Поздравляю, - сидя в углу, в толстовке Нэйда, хорошенько укутавшись, Кира уткнулась носиком в рукав, вдыхая приятный запах корицы. От Джоя тоже всегда он исходил, так что приятная пряность создавала иллюзию его присутствия, - Хотя ты убийца, не вижу проблем. Плюс-минус одно тело, какая разница...
- Разница есть! - буквально дрожа от переживаний юноша старался не сорваться и не накричать. На то чтобы успокоить школьницу и так ушло слишком много времени. Следовало как можно скорее разобраться с этим происшествием, - В этом месяце нам одобрили всего три. Три, мать его смерти. Обычно давали "купоны" на рандомную смерть, кого-то, кого можно было не согласовывать. Черт... Наша работа строго узаконена, если кто-то узнает... Мне конец.
Опустив взгляд вниз, Кира в полутьме рассматривала осколки зеркал и световых панелей. Просто так она не собиралась даваться, так что в туалете царил сущий погром. Образ Нэйда вполне сложился, она никак не могла предположить, что он, парень подвергший ее насилию однажды и попытавшийся сделать грязное дело снова, способен защитить. Само собой девушка мысленно благодарила, но сказать вслух ничего не могла, некая гордость и старая обида не позволяла.
Убийца так долго успокаивал и жалел девчонку, что оба потерялись счёт времени, никто не знал сколько прошло, час, два или лишь двадцать минут. Но так или иначе, уже сейчас Кира была полностью спокойна, единственное что осталось так это следы крови насильника на ее мягких, веснушчатых щечках и стойкое желание "отмыть" мерзкие воспоминания, ощущения чужих похотливых рук.
- Значит так. Сейчас я открою портал к себе домой, ты будешь сидеть в комнате, а я скажу ребятам избавиться от тела и все здесь отмыть. Думаю, если поставить новые камеры вместе со светом, убрать кровь и осколки, потом Тошиэки удалит записи, все будет в порядке. Он же у нас, как-никак хакер, - рассуждал вслух Нэйд, на ходу придумывая план, - Но если я вот так исчезну будет слишком подозрительно... Ты закроешь дверь изнутри чтобы никто не зашёл, потом используешь мой переместитель чтобы попасть домой, объяснишь все моим друзьям. Я же заберу Рэя и присоединюсь к вам. Поняла план?
Кире оставалось лишь кивнуть, хоть она не могла выразить благодарность словами, в ее силах помочь избежать убийце строгости закона. Совесть все равно грызть не будет, закон это то, что она ненавидела всей душой. Закон, по которому она вещь, любой может ее использовать, как хотел этот жирный отвратительный тип, грубо, жестоко, против воли и не понести никакого наказания. Ее могли убить, искалечить, сделать множество ужасных вещей и все лишь по одной причине - она вещь, не человек, а лишь подобие, да и свобода не изменит этого, все пункты несправедливого закона сохранятся, разве что кроме убийства, жизнь средних самую малость ценится. Смысл уважать список правил, лишающий тебя даже самого банального - безопасности и чувства защищённости, независимо от места прибывания будь то город, школа или родной дом, опасность может настигнуть везде.
***
Тихонько постучав, Иошихира долго ждал ответа, нет, не потому что Дейз не слышал, попросту не хотел открывать. После того поцелуя, случившегося пару месяцев назад, он стал избегать друга. Совсем странно, тот момент был полон страсти, настоящих, сильных чувств, парень не испытывал отвращения, давно принял, успел смириться и все обдумать. Так почему замкнулся, заперся в себе ещё больше - именно это блондин и жаждал узнать, уверенно и твёрдо дождавшись когда ему откроют. Дейз выглядел то-ли сонно, то-ли устало, а быть может все сразу. В последнее время ему очень не хватало отдыха о чем говорили темные круги под яркими голубыми глазами. О, как же Иошихира любил смотреть в них, с настоящим замиранием и трепетом, видя целый океан чувств, что никогда не показывался наружу. Холодный для всех, парень не мог скрыть настоящего себя и блондин раз за разом погружался в его воду, желая наконец-то добиться бушующей, горячей страсти. - Чего тебе? Если что-то не слишком важное, иди к кому-то другому. Оставь меня. - Я тут заходил в оранжерею, из той мёртвой, как ты думал, куколки вылупилась бабочка. Невероятно красивая, уверен, тебе понравится, - зная сильную любовь друга к коллекции Иоши решил, упомянуть радостное событие. Маленький подлиза знал с чего начать разговор чтобы расположить к чему-то более серьёзному и важному для себя. - Жаль. Ей следовало умереть куколкой, - сухо заметил Дейз, наблюдая за тем, как Иошихира прошёл в комнату, складывая его и свой браслеты в пакет из толстых магнитных пластин, защищая разговор от посторонних ушей, - Эта бабочка больна, так она будет мучиться и чахнуть. Жалкое зрелище. - Думаешь, раз она слабее остальных, то не заслуживает шанса? Может она поправится. У тебя много лекарств, попробуй выходить ее. - Не получится. Это лишь надежда. Бессмысленная... - присев на край кровати парень ненадолго замолчал, отстраненно рассматривая металлическую оконную панель, мешающую последним лучам солнца проникать в комнату. Сколько же чудных закатов он пропустил вот так, за закрытыми окнами?.. - Надежда это худшее, что у нас есть, она причиняет лишь боль. - Почему ты так думаешь? - не без удивления Иошихира подметил как много сегодня говорит друг, обычно из него и слова не выбьешь. - Пока буду ухаживать за бабочкой, привяжусь, а в итоге одна лишь смерть. Больно. Лучше вообще не привязываться, - пожалуй последняя фраза была тем редким исключением когда в голосе Дейза можно было услышать эмоции, некое отчаяние, словно тот хотел сказать о чем-то важнее маленькой бабочки, но смысла его слов Иоши пока не понимал. Продолжаясь слишком уж долго, пауза стала неловкой. Смотря пустым взглядом перед собой Дейз выглядел напряжённо, а попытки избежать блондина взглядом стали совсем уж явными, парень делал что угодно лишь бы не смотреть на него. Возможно он боялся, что при встрече с любимыми карими глазами не сдержится. Лёгкая тёплая рука накрыла ладонь Дейза, Иошихира нежно погладил его, мягко, с настоящей заботой, словно забирая тяжёлые мысли, - Знаешь... Я давно хотел сказать тебе... - немного замявшись, юноша взял лицо друга в ладони. Под пальцами сразу ощутились выпирающие кости, только сейчас Иошихира обратил внимание на нездоровую худобу. "Возможно это из-за стрессов, я заставляю его много переживать и нервничать" - пронеслось самое логичное в мыслях. Некоторое время не решаясь, наконец удалось заставить себя сказать, - Я люблю тебя и знаю о твоих чувствах. Напряжённая тишина, повисшая в комнате заставила парня усомниться в собственных словах. Что если он ошибся и ответы на чувства лишь игра воображения? Нет, этого не может быть, та теплота и нежность, тенью мелькающая в любимых глазах, тот поцелуй, полный страсти и желания - все это не могло оказаться одними лишь додумками. В своей проницательности Иошихира ни секунды не сомневался. Чувствуя под пальцами тёплые, чуть загрубевшие щеки, слыша дыхание, рассматривая каждую черту любимого лица, парень начинал ощущать ещё большую близость. Нет, не физическую, более глубокую и осмысленную, нежели простое желание. Резкий удар вернул юношу с небес на землю. Отбив руки от себя Дейз поднялся с кровати, - Нет никаких чувств, - испугавшись внезапной грубости Иошихира даже не обратил внимание на страх вперемешку с болью, даже на мгновение выступившие слезы, с головой выдающие ложь и вину за столь жестокую неправду. К тому моменту как он опомнился, Дейз успел взять эмоции под контроль, хоть в этот раз задача оказалась сложной даже для него, - Я не люблю тебя. Никогда не любил. Хватит врать хотя бы себе, - схватив за руку он резко потащил друга к двери и вытолкнул в коридор, - Пошёл вон. Выкинь всю дурь из головы. Не приходи пока не сделаешь это. Провернув ключ, голубоглазый обессиленно опустился на пол. Пустым, безжизненным взглядом смотря вперёд, чувствуя себя слишком паршиво, знал, что поступает подобно последнему подонку, причиняя боль любимому человеку, а вместе с тем и самому себе. Знал, но не мог ничего поделать, понимая, что другого выбора нет, а это единственный правильный путь, наименее болезненный для Иошихиры. Конечно, отвергая да ещё и в очень грубой форме, Дейз обрекал себя на угрызения совести, ужасные мучения вины, но он был готов перенести это, надеясь лишь на одно - чтобы друг поскорее переварил твёрдый отказ, а лучше и вовсе возненавидел его, отыскав замену, но только достойную. Парень не хотел чтобы его единственная настоящая любовь страдала под чужим характером, желая лишь чтобы этот расплывчатый некто подарил блондину столько чувств, сколько бы мог дать сам Дейз если бы не жестокое веление судьбы, решившей иначе, не подарившей их любви даже шанса.***
Тёмную комнату осветила лёгкая вспышка приятного золотистого света, заставив Озэму замереть. Хоть он и лежал спиной к источнику освещения, по спине пробежала волна мурашек, раз кто-то открыл портал, значит теперь он в комнате не один. Впрочем, страх быстро прошёл. Обойти систему защиты мог лишь один человек и его Озэму совсем не боялся. Раздались тихие, почти бесшумные шаги и тихая возня, аккуратно сложив и оставив всю свою одежду на полу, кто-то юркнул под одеяло, сразу подавшись поближе к теплому мужскому телу, но не касаясь его. - Эвелин... - тихо и сонно прошептал шатен, перевернувшись на другой бок и отодвинув незванного гостя на край кровати, чётко дав понять, что тот все ещё в немилости, - Я сказал, что не желаю тебя видеть. Проваливай и дай мне наконец поспать. - Прости... - послышалось совсем тихое, а сам парнишка спрятался под одеяло с головой, сразу обняв подушку. Немного помолчав он продолжил тихо оправдываться, - Я думал что не разбужу тебя... Мне тяжело заснуть, можно полежать рядышком? Хотя бы час, я не сплю больше. - Нет. Уходи. Давай, одевайся и иди домой. Я тебе чётко сказал, чтобы ты убирался, - приняв сидячее положение Озэму хмуро глянул на небольшой бугорок одеяла, где лежал ночной гость. На самом деле, несмотря на эти слова он сам несколько соскучился по нему, да и понимал, что долго злиться попросту глупо, но раздражение и бессонница давали о себе знать, - Я тебя сейчас за дверь выставлю, а там сам разбирайся, когда тебя здесь увидят посреди ночи. - Х-хватит... - одеяло приглушило тихий и дрожащий голос, а после из под него и вовсе послышались тихие всхлипы. Хоть Эвелин и отрицал множество раз, но их связь была основана не только на сексе, паренёк был сильно привязан и поделать с этим уже ничего не мог. Замерев, Озэму был немного дезориентирован таким поведением, все же хоть он и знал юношу лучше всех остальных, редко видел как тот проявляет слабость, даже переломы и глубокие раны он переносил без слез и эмоций, а сейчас попросту плакал словно маленький провинившийся ребёнок. Это стало последней каплей, убийца был не из людей любящих проявлять эмоциональное насилие, а это, по всей видимости было именно оно. Стянув одеяло и взяв милое заплаканное личико в руки, Озэму начал стирать слезы с щек, - Ладно... Я прощаю тебя. Но ты должен пообещать, что больше подобного к моим друзьям не повторится. В следующий раз я не прощу тебя, так что начни наконец контролировать то, что ты делаешь. Согласно закивав брюнет прижался к нему, уткнувшись носиком в грудь и продолжая чуть подрагивать в порыве своей мимолетной истерики, однако теперь всхлипы стали тише, слова Озэму явно позволили испытать облегчение. - Хоть и извиняешься, но я абсолютно уверен что тебе нисколько не жаль, - убийца тяжело вздохнул и начал нежно гладить его по спинке, стараясь скорее успокоить. Это был один из тех моментов когда ощущалась их некая связь. - Ты прав. Мне ни чуточку не жаль, - отрицательно замахал головой паренёк. Положив голову Озэму на плечо он тихо вздохнул и закрыл глаза, его истерика явно подходила к концу. Находясь рядом с кем-то дорогим, брюнет всегда успокаивался крайне быстро, ведь так ему было хорошо и спокойно, - Я чувствую что-то невыносимое когда знаю, что ты злишься. Это... Тяжело. Пожалуй ты единственный кто заставляет меня чувствовать подобное, - ненадолго затихнув он приподнял голову, взяв лицо Озэму в руки и чуть погладив по щекам. Уже сейчас Эвелин выглядел спокойным, а его недавнюю истерику выдавали лишь слегка покрасневшие глаза, - Внизу все окна закрыты? Пойдём на кухню, я приготовлю твои любимые панкейки, знаю же, что ты со своей бессонницей теперь все равно не уснёшь. - Я не говорил тебе что люблю их... - шатен положил руки пареньку на талию и осторожно спихнул с себя на кровать. Потянувшись к одежде, он немного подумал и кинул одну из своих тёплых и очень уютных кофт Эвелин, все же тот не мог надеть форму в которой пришёл, ткань очень легко пропитается нежным запахом выпечки, что повлечёт за собой множество вопросов, - Всё-то ты про меня знаешь, поди следишь постоянно, - повернувшись, Озэму увидел, как юноша нежно обнял его толстовку, уткнувшись носиком в мягкую ткань, выглядел он крайне мило и спокойно, совсем не как обычно. В состоянии полного умиротворения его удавалось видеть лишь наедине, в такие моменты он казался совсем другим, особенно в ночное время, когда Эвелин приходил на пару часов чтобы поспать, обычно он делал все очень тихо, но тёмные волосы, что иной раз оставались на постели выдавали эти маленькие шалости. - Слежу, - надев толстовку, брюнет чуть усмехнулся и подошёл к зеркалу, немного повертевшись перед ним. Одежда Озэму была слишком велика и смотрелась на нем словно короткое платье, что совсем неудивительно, разница в росте значительная, чуть больше двадцати сантиметров. Запустив руку в волосы он чуть взъерошил их, затем провел по щеке, шее, а после и вовсе обнял себя за талию, его довольная мордашка выдавала некую самовлюбленность, Эвелин явно наслаждался собой, - Я знаю, ты будешь не в восторге узнав, но я постоянно "на связи", хоть ты меня и не слышишь. Да и вцелом, прослушкой вас занимаюсь именно я, согласись так лучше чем если бы это делал кто-то другой. Вы очень часто совершаете ошибки, говорите плохие вещи. Остаётся только незаметно избавляться от этих материалов. Вы, парни, совсем неблагонадежные... Совсем. - Как мило с твоей стороны, - на губах Озэму заиграла усмешка, он подозревал что что-то подобное происходит, но отвратительный характер заставлял серьёзно сомневаться, что он в принципе способен на хорошие поступки. Наблюдая, убийца с некой тоской подумал, что почти ничего не знает о нем, лишь самую малость. Все их отношения строились на физической и ментальной близости, а главное ощущениях, чем-то сложном и подсознательном, не поддающимся объяснению. Астрологи наверняка сказали бы, что так сошлись звезды, химики и биологи списали все на сложные реакции организма и банальные гормоны, но должно быть все куда прозаичнее. Неприязнь, даже ненависть переросла во что-то понятное многим, совершенно противоположное и возможно, даже не имеющее особых причин, это случилось само собой. Спустившись в столовую, Эвелин по хозяйски достал необходимое из продуктового блока, представляющего собой камеру с особыми условиями: холодная пища оставалась холодной, а тёплая, требующая особой температуры - горячей, все имело тот же вкус что и свежее, даже если было приготовленно неделю назад или больше. Удивительно, но парнишка знал все, начиная от того где что лежит и заканчивая одной единственной скрипучей части пола, что он обошёл, дабы не создать лишнего шума. Если кто-то обнаружит его здесь, проблем точно станет слишком много, да и лишние вопросы ни к чему. Разложив все необходимые продукты на столе, Эвелин немного задумался, вспоминая рецепт, что казался совсем не сложным, однако для того, кто никогда в жизни не готовил это было не так то просто, однако парнишка очень старался. Наблюдая за тем как на сковороде шипит тесто, образуя пышный, толстенький блинчик, он не очень громко спросил, безразлично, словно о чем-то не важном, - В самом начале отношений ты постоянно думал, что было бы неплохо свернуть мне шею, в те моменты когда я расслаблен, потерял бдительность и нахожусь в самом уязвимом состоянии - после секса. Почему ты так ничего и не сделал? Смирился или что-то другое? Эвелин стоял спиной к Озэму, так что тот не видел с каким выражением лица был задан этот вопрос, сложно точно узнать, к чему это было, для поддержания разговора или действительно что-то значило. Всё же этот парень любил поставить убийцу в тупик, обычно специально, но иной раз как сейчас, не намеренно. То, что он знал о скрытых ото всех мыслях уже даже не удивляло, Эвелин был в курсе почти всего, а тотальная слежка помогала ему не упускать ни малейшей детали. Раньше, Озэму не думал над этим делом, мысли об убийстве, в определенные момент ставшие буквально навязчивым, исчезли сами собой, вместе с отвращением к "грязной" и незаконной связи, теперь отношение ко всему стало куда мягче и лояльнее. Это был момент, который парень чётко помнил, но причина так и осталась неизвестна, возможно личные ощущения. Проблема никуда не исчезла, Эвелин так и остался злобным, проблемным с невыносимым характером, достающим его друзей, иной раз пугая их своими маникальными наклонностями, изменилось лишь отношение самого Озэму, он начал замечать в своём, на тот момент, вынужденном партнёре, некие положительные качества, так что постепенно рядом с ним начало становиться уютно и приятно. Должно быть не все проблемы требуют непосредственного решения, иной раз достаточно изменить ход наших собственных мыслей и они решатся сами собой. - Я много думал об этом и знаешь, если это сделаешь именно ты... Я не буду сопротивляться, - тихим и непривычно спокойным голосом сказал брюнет, приподняв блинчик кончиками пальцев и быстро перевернув, стараясь не обжечься. Сказано было так, словно слова не имели никакого значения, а вот Озэму от неожиданности даже подавился чаем, согнувшись и начав кашлять. Не сразу придя в себя, он поднял на паренька немного шокированный взгляд. Убийца не совсем понимал зачем Эвелин сказал подобное, причём на полном серьёзе. Подойдя ближе парень ненадолго отвел свои необычные, фиолетовые глаза в сторону, застыв в некой нерешительности, но после все же положил руки на талию, притягивая ближе. - Лин, я не собираюсь делать ничего подобного... Сильно вздрогнув, юноша замер на месте, оставив руку в опасной близости к раскаленной сковороде, даже дыхание сбилось, став тяжёлым, он явно впал в стрессовое состояние, - Как... Как ты меня назвал? Чуть отстранившись, Озэму развернул юношу лицом к себе, встретившись с его шокированным взглядом, выражавшим странные эмоции, нечто на подобии скорби с чем-то еще, - Что я сказал не так? Я не буду так называть тебя, только спокойное, ладно? Отрицательно мотнув головой и сделав пару глубоких вдохов, стараясь успокоиться, Эвелин быстро вернулся в норму, хоть его взгляд все ещё передавал некое беспокойство. Подавшись назад он попыталась отвернуться, но Озэму проигнорировал эту попытку. Потянувшись, он сам ловко перевернул блинчик, а после серьёзно и выжидающе посмотрели в нежные бирюзовые глаза, в этот раз твёрдо решив добиться ответа, парнишка почти не говорил о себе и даже маленькие крохи информации казались бесценными. - Нет, я не буду против, называй так, это звучит довольно мило. Просто меня давно так никто не звал, - пожав плечами брюнет опустил взгляд куда-то вниз, на некоторое время затихнув, - Так делал только один человек... Это навеяло воспоминания, ничего серьёзного, можешь даже не обращать внимания. - Джек? - сразу предположил Озэму, все же с характером, поведением и работой у Эвелин не могло быть никого кто был даже давно ему дорог. Да, сейчас он занимался поимкой брата, но как и между всеми родственниками, должен был быть, пусть и недолгий момент, когда связь имела весьма выраженный характер. - Он любил мило коверкать моё имя, особенно в детстве, - губ парнишки коснулась лёгкая усмешка ему показалось интересным что шатен вот так легко угадал. Встав на носочки он быстро поцеловал Озэму и развернувшись занялся панкейками, переложив на тарелку чуть подгоревший блинчик и вылив на горячий металл немного теста, что с шумом растеклось, недовольно шипя, - Я отвык от этого... - Если ты что-то хочешь, просто скажи об этом, в конце концов ты же приходишь ко мне не только из-за секса, почему бы не сделать что-то хорошее для наших отношений, - вздохнув, Озэму легко забрал у парня чашку с тестом и сам взялся за панкейки, было даже несколько больно видеть как неловко Эвелин делает это, видно что впервые и с непривычки, так что помощь явно не помешала, - Кстати, насчёт твоего брата... У него наверняка ещё более трудный характер, судя по тому, что о нем говорят. Опять пришёл заказ на него. Уже не первый раз и мы никак не можем его выполнить. - Неа, ошибаешься, Джек совсем не такой как я, он настоящая душка. Уверен никого с более милым и добрым характером ты не найдёшь. Всё то, что вы о нем знаете - не правда, очень наглая ложь, - сидя на удобном стуле из мягкого светлого материала, отдалённо напоминавшим кожу, Эвелин чуть покачивал босой ножкой, рассматривая плавные изгибы своего худенького тела. Иной раз Озэму недоумевал откуда столь хрупкое создание берет силы для всех своих злодеяний, но быстро вспоминая откуда он, все вставало на свои места. - Вас же забрали в кадеты ещё в раннем детстве, но ты помнишь... Что нибудь о жизни там? - ненадолго задумавшись, убийца решил, что ему действительно интересно. Да, он вместе с друзьями знал чуть больше остальных, по крайней мере они не верили в то, что за дальней стеной находятся лишь горы мусора и ничего больше. То, от чего и понадобились эти самые стены, что-то чрезвычайно опасное и ужасное, - Много там было тех, кто вроде вас, смешался с другими расами? Этот вопрос заставил юношу чуть усмехнулся. Переведя взгляд на окно, плотно закрытое светлой панелью он немного задумался, явно вспоминая что-то из прошлого, - Все, кто живёт там, смешанные. Из-за этого не все выглядят как люди, да и детишки частенько помирают. Видел бы какие уродцы рождаются иной раз, например без лёгких, так забавно, едва родились, а уже бьются в смертельной агонии. Это выглядит крайне забавно. Ну а за самыми здоровыми и интересными приходят и забирают, однако мало кто попадает в среду застенного мира, большинство кадетов умирают в стенах школы, так и не выйдя из нее. Знал бы ты как мне приходилось защищать Джека, там условия суровы, приходилось убивать чтобы выживать, - Эвелин немного помрачнел и поставив ножку на пол он задумчиво посмотрел на Озэму. Сейчас в глазах легко читалась боль, - Это очень плохо сказалось на нем... Он очень тяжело переживал любое убийство о котором узнавал, легко привязывался ко всем, а потом страдал. Глупый мальчишка. Отставив сковородку в сторону, шатен достал из просторной полочки баночку меда, поставив на стол перед Эвелин. Хотелось узнать побольше о их отношениях с братом, но вспоминая, что юноша занимается его поимкой, пришлось передумать. Вряд-ли между близнецами не произошло ничего трагичного, что теперь у парня нет даже желания помочь брату. Озэму не хотел поднимать болезненные темы. Только парень опустился на стул, как Эвелин перебрался на его колени и довольно усмехнулся, ему явно нравилось быть близко к объекту своего обожания, чувствовать тепло его тела и слышать дыхание. Прижавшись, Эвелин откусил кусочек панкейка, совсем затихнув, наслаждаясь редким, но таким приятным спокойствием. В такие моменты, испытывая нежность ему даже удавалось почувствовать себя любимым и по-настоящему нужным.
