Осколки прошлого

      — Сколько сейчас времени? — произнесла хрипло. Я открыла глаза, но окна были занавешены. На потолке тускло горели светильники, создавая полумрак.       Ответа я не ждала, но Эли ответила.       «Добрый вечер, мисс. Сейчас двадцать часов пятьдесят минут. Состояние здоровья в пределах заданной нормы восстановления. Если хотите позвать медперсонал, скажите».       — Спасибо, — пробормотала тихо, покосившись на засветившийся планшет. Странный все-таки мир.       Я так долго проспала, почти весь день. Голова была тяжелой, но умывание холодной водой помогло. Теперь я чувствовала себя чуть более живой, и снова очень хотела есть. Выглянула в коридор, но куда идти совсем не знала. Поэтому все-таки воспользовалась говорящим прямоугольником. Через пару минут в комнату вошла Джесси.       — Добрый вечер, вы спали, это хорошо. Восстановление идет быстрее во сне. Хоть и пропустили обход врачей, я добавила лекарства в капельницу. Показатели почти в норме. Хотите есть? — Она смотрела на меня чуть по-другому, с неясными эмоциями смятения. Странно… У меня появилось настроение поболтать, и я решила, что ничего страшного от нескольких лишних вопросов не будет.       — Да, очень, — я улыбнулась ей. — А вы… Не хотите поесть со мной? Может, выпить кофе?       — Можно, — она уже более открыто улыбнулась.       И вскоре принесла еду.              Мы расположились за столиком, стоящим здесь же. Какое-то время просто разговаривали об общих вещах, я ответила на ее осторожный вопрос о том, точно ли я не против вот так пообщаться, что буду только рада компании и болтовне. Спросила, всегда ли она здесь работает. Джесси засмеялась в ответ и сказала, что пока просто подменяет коллегу, а так график два через два. Она спросила обо мне, и я рассказала в двух словах заготовленную легенду, которую сказал использовать тот мужчина — Майкл, о том, что я студентка из Америки, здесь живу с парнем.       — О, — Джесси чуть больше расслабилась. — Понятно. А то я думала, ты сама богачка, и даже болтать с тобой не стоит, вдруг что-то не то скажу. Но ты не похожа на большинство пациентов из вип палат. Родители? Или… твой парень? — Она увидела непонимание на моем лице и уточнила. — Оплатили все вип услуги.       — А, — я смущенно улыбнулась. Похоже все эти условия и комната довольно дорогие, не для простых людей. — Да, парень… — Называть так Энтиора язык не поворачивался, но все-таки пришлось.       — Понятно, — она кивнула, прикусив губу. — Он… довольно пугающий. Прости, — она подняла руки и засмеялась. — Но я совсем растерялась от его вопросов, и испугалась. Если не секрет, кем он работает?       — М-м, — я задумчиво отпила кофе. Интересно, есть ли в этом мире профессия палача?       — Видимо, профессия опасная и очень прибыльная.       — Угу. Связана… с властью, — про убийства я все-таки промолчала. — А ты давно здесь работаешь? — хоть и неловко, но я все же перевела тему.       — Ясно, лучше не спрашивать, — девушка весело рассмеялась. Я то и дело обращала внимание на ее черные очень кудрявые волосы, коричневую кожу, очень необычная, но интересная внешность. — Чуть меньше года, до этого проходила практику в пригородной клинике, а после выпуска очень повезло устроиться в одну из лучших больниц. А ты на кого учишься?       — На художника, — произнесла с улыбкой. Этого не было в легенде. Но мне так хотелось, чтобы это было правдой.       — О, необычно. Даже не веб-дизайн, — она отпила кофе.              И мы еще около получаса говорили об ничего не значащих вещах. В основном говорила Джесси, оказывается, поболтать ей хотелось даже больше, чем мне. Она рассказывала про свою жизнь, про семью, бывшего парня, с которым рассталась, не вынеся его характер и «тупейших сексистких требований». Я только очень внимательно слушала, половину из слов, конечно, не понимая, но догадываясь по смыслу. Девушке мое внимание очень нравилось.       — Представляешь, он хотел, чтобы я ему готовила! Всегда! Видите ли, его мама и сестры всегда готовят своим мужчинам, и теперь он ищет в девушке подобную традиционность. П-ф-ф, — она фыркнула, рассмеялась. — Ему бы в двадцатый век, лет на сто назад. Да и в целом достал, пытался командовать, будто бы это нормально!       — А это ненормально? — спросила осторожно. Мои родители были исключением, оба любили готовить, содержа кондитерскую. Но в других небогатых семьях всегда женщины выполняли работу по дому, и, естественно, подчинялись мужчинам, как же иначе?       — Конечно, нет. Боже, — она закатила глаза и рассмеялась. — Я думала таких не осталось, пока с ним не познакомилась. Но теперь вижу, что идиотское движение «возврата к истокам» промывает все больше мозгов.       — А если люди женаты? Тоже ненормально? — Я спросила, и только потом заметила очень странный взгляд девушки. Прикусила язык, внутренне ругаясь на себя последними словами за неосторожность.       — Камилла, ты шутишь? — Она непонимающе усмехнулась. — Или, — она сочувственно нахмурила брови, — у тебя какая-нибудь консервативная семья? Родители строгие и воспитание такое же?       — Да, — я согласно закивала, обрадовавшись, что недоумение из ее глаз исчезло.       — О… Но ты же… Твой парень похоже рад таким твоим взглядам, — она передернула плечами. — Не позволяй ему собой командовать, даже если он богатый. И пугающий… Ха, зато готовят ему наверняка слуги, — она рассмеялась. Мне нравилось, что ее настроение такое легкое, быстро сменяется.       — Точно, — я закивала.              А потом Джесси спросила, смотрела ли я новую часть «Киберпиратов»? Я медленно помотала головой, совсем не поняв, о чем она говорит.       — А вторую? — Новый вопрос, я мотаю головой. — И первую не смотрела? — Я снова отвечаю отрицательно. — Ничего себе, как ты пропустила? Обожаю эти фильмы. Давай, может, посмотрим первую часть? Все равно все пациенты спят, у меня дежурство, а ты уже выспалась.       — Давай, — я улыбаюсь ей. Интересно, что значит посмотрим? Какую-то картину? Из разных частей?       Девушка берет планшет и быстро нажимает какие-то буквы, я хоть и слежу, но не успеваю понять, что она делает.       А потом на экране появляется картинка… Движущаяся картинка. Джесси протягивает мне странную штуку. Похоже на очки, которые носят некоторые люди, не желающие использовать магию для восстановления зрения или просто не в состоянии оплатить подобное, но очень отдаленно.       — Это… надеть?       — Да, — Джесси смеется. — От лекарств голова кругом, да? — Она сочувственно улыбается мне. — Ложись, так будет удобнее, я посижу, — она перетаскивает стул к моей кровати и удобно забирается на него с ногами, оставляя светящийся планшет на тумбочке.       Я залезаю в кровать, полусидя. И, повторяя за девушкой, надеваю очки… Наверное, это все-таки что-то другое, просто надевается так же. Стекол нет, лишь белая полоска перед глазами. Около висков что-то чуть жужжит, потом эта конструкция прислоняется к ушам. А потом перед глазами все мигает, я моргаю, и не сдерживаю удивленного выдоха. Прямо посреди комнаты теперь виднеется иллюзия.       Плоский прямоугольник, и на нем та самая картинка, которая была на планшете. Хочется удивленно воскликнуть, но я только захлопываю рот. Тянусь рукой к прямоугольнику, но рука только хватает воздух. Прямо под пальцами возникает новая иллюзия. Какие-то непонятные картинки.       — Ты хочешь настроить звук? У тебя, наверное, другая версия смарта, он здесь справа.       Я удивленно смотрю на Джесси. Она вызывает еще одну иллюзию картинку. И звук в ушах становится правда громче. А на большом светящемся прямо перед глазами прямоугольнике показывается красивый вид на высоченные дома, какой-то человек куда-то бежит.       Похоже, эта иллюзия наложилась поверх комнаты, дверь и стену не видно. И… Похоже, ее нужно смотреть. Как будто представление в театре. Чем-то напоминает голограмму, которую показывали недавно Темные на военном совете.       — Похоже на магию, — все же пробормотала тихо и удивленно.       — Ага. Но нет, виртуальность. Не представляю до сих пор, как все это работает, хотя недавно ходила с моим придурком бывшим на курс по основам смарт-технологий. Смотри, начинается. — Она довольно рассмеялась, показывая, как в иллюзии человек прибежал в какое-то здание и теперь пытался отдышаться.       Я завороженно уставилась на представление. И в следующие несколько часов вместе с Джесси очень много смеялась с приключений команды пиратов, хоть и не морских, но преступников, удивлялась и, хотя и не понимала половины происходящего, ни на секунду не могла оторваться от этого спектакля для нас двоих.              — Понравилось? — Девушка снимает «очки» с себя, снимает потом и мои.       Я моргаю, удивленно кручу головой. За пару часов я будто бы отвыкла от реального мира…       — Очень, — я ошеломленно ей улыбаюсь. Даже с помощью магии никто не погружался так надолго в иллюзии. Больше всего фильм оказался похож на театр, но живых актеров здесь не было, только волшебные очки. — Его навсегда… посадили в тюрьму? — Закончилось это представление довольно непонятно. Главный из пиратов попался властям, но вроде как попытался сбежать. — Или он сбежал?       — Это во второй части, — Джесси довольно улыбалась. — Смотрим дальше? Или хочешь спать? Уже совсем ночь.       — Давай посмотрим, — я поддалась к ней ближе. — Но… А ты не хочешь спать? Или… ты следишь и за другими больными всю ночь?       — Да, сегодня дежурство. Завтра выходной. Да и все спят, если им что-то понадобятся, я увижу. Давай вторую часть. Только кофе нам еще сделаю, и возьму печенье, — она мне подмигнула.       И я улыбнулась ей в ответ. Настолько интересно мне давно не было.              ***              Мы смотрели эти фильмы до утра! Поверить не могу, но всю ночь я пила кофе, смеялась и обсуждала что-то с почти незнакомой девушкой. Когда закончился третий фильм, Джесси начала показывать мне другие голограммы с рассказами актеров о том, как они себя чувствовали в этой роли. Рассказы и истории были смешные, в какой-то момент мы не переставая хохотали, приближая пальцами картинки с испуганными лицами героев истории.       И в итоге произошло то, чего я подсознательно и опасалась. Эти очки затмевают реальность. Я почти не видела ничего за плавающими перед глазами прямоугольниками. И не замечала вошедшего в комнату Энтиора, пока он выразительно не закашлял. Тогда я увидела его и сквозь очки. Дернулась и стянула их с головы, потерянно моргая. Джесси вовсе вскрикнула от испуга, вскочила с моей кровати.       — Сэр… Вы… не вызвали персонал? Датчик же считывается автоматически! — Она обескураженно смотрела на часы на руке. Видимо, там было видно, не приходил ли кто. — Простите, но… Вам сюда нельзя. Сейчас не приемные часы! — Она в спешке поправляла свой помятый белый халат.       — Угу, — Энтиор проигнорировал ее слова. Он с интересом рассматривал меня, «очки» в моих руках, и мой яркий румянец на щеках. — Оставьте нас, — теперь обратился к Джесси.       — Вы не слышали? Сейчас не приемные часы для всех. Скоро должен быть обход врачей… — Она замолчала под потяжелевшим взглядом принца. Сложила руки на груди, возмущенно закончив. — Даже на вип-клиентов распространяются общие правила. Мне не хотелось бы звать охрану.       — Джесси, — я поспешила обескураживающе улыбнуться ей. — Пожалуйста, можно? — прошептала одними губами.       — Только для тебя, — она фыркнула. И окинула Энтиора презрительным взглядом. Состроила мне смешную рожицу за его спиной, от чего я не сдержала смешок, и все-таки вышла.              Энтиор выдохнул, гася искры Тьмы, проявившиеся от раздражения.       — Этот мир совсем другой, — я, все еще смеясь, подошла к нему. И обняла за шею, уткнувшись в его рубашку. Темный заметно расслабился и обнял меня в ответ.       — С каждым годом становится только хуже, — он усмехнулся. — Женщины здесь совсем не чувствуют рамок дозволенного. Все это равноправие, — он закатил глаза.       — А мне нравится, — я улыбалась все шире. — Так интересно. Но ты даже не разозлился…       — Да. — Он усмехнулся. — Это одно из правил путешествий по другим мирам — более-менее соблюдать правила игры.       — Ого… Правда. Ведь все миры наверняка совсем разные. И традиции, устои везде разные. И под каждый нужно подстраиваться? Это безумно интересно, — Я зажмурилась, вновь подумав, что это совсем другой мир, что здесь может быть масса всего такого, чего я даже представить не могу.       — Чем вы занимались? — Энтиор перевел взгляд на мою кровать, рядом с которой стояли пустые стаканчики из-под кофе, тарелка со сладостями и очки с планшетом.       — Мы смотрели фильмы, — я широко улыбнулась. — Знаешь, что это?       — Видел парочку, — он усмехнулся. — В последние года ведьма Дана часто устраивала вечеринки с фильмами и другими развлечениями из этого мира.       — Принцесса Анастасия? — Я моргнула несколько раз, теперь вспомнив… Она же дала мне лекарства в лазарете! Когда мне было совсем плохо. — Она… из этого мира? — Я удивленно открыла рот.       — Да. Дан нашел ее здесь.       — Это… невероятно… — В голове не укладывалось, что девушка из другого мира могла стать женой принца Темной империи. — И об этом все знают?       — Нет, кончено. Только семья. Как и в целом о существовании иных миров.       — Ничего себе… Она помогла мне, — я растроганно улыбнулась. — Дала лекарства.       — Да. И посоветовала лечение здесь. Как ты себя чувствуешь, кстати?       — Я… вроде бы хорошо, — я не могла оторваться от него, хотелось прижаться еще ближе, дольше.       «Показатели здоровья мисс Камиллы 80%. Завершение лечения ожидается в течении двух дней стационарно и десяти дней амбулаторно. Через двадцать минут ожидается врачебный осмотр. Задайте интересующие вас вопросы по анализам и прогнозам» — планшет внезапно заговорил голосом Эли. Он так делал часто, как я заметила, но привыкнуть все еще не могла…       — Вопросов нет, — Энтиор закатил глаза. И кинул на планшет заклинание купола, не пропускающего звуки.       Я рассмеялась от этого. И вновь его обняла, заглядывая в глаза снизу-вверх. Настроение было на удивление хорошим.       — Может быть, нам принесут завтрак сюда? Я не спала всю ночь и проголодалась.       — Развлекаешься, — Энтиор усмехнулся. — Я рад, что тебе лучше, — он прикоснулся к моему подбородку.       Я приоткрыла губы, смотря ему в глаза и чувствуя, как в груди все переворачивается, будто бы сердце хочет стать бабочкой и улететь из клетки. А потом он наконец накрыл мои губы своими. Зарылся рукой в итак совершенно спутанные волосы, притянул меня ближе, второй рукой забираясь под рубашку. Я застонала, прильнула к нему, просто растворяясь в сладком поцелуе. Я так давно не чувствовала себя настолько живой и счастливой.              ***              Через некоторое время все же пришлось отстраниться. Я позвала Джесси и спросила про завтрак, но она сказала, что сначала нужно подождать осмотра врачей, а потом она, конечно, принесет любую еду и мне, и моему парню. Она косилась на него все так же недовольно. А я, наверное, впервые видела, чтобы кто-то совсем не боялся его, хотя бы, как Темного принца, один ошибочный взгляд на которого мог быть чреват большими проблемами.       Энтиор решил подождать и осмотра врачей и завтрак. Я обрадовалась тому, что он останется. А пока скрылась на несколько минут в уборной, попытавшись хоть немного привести себя в порядок. Для этого здесь было все необходимое, но голову, к примеру, у меня не было сил помыть все это время. Надо бы сегодня этим заняться… Потому что из призрака я превратилась просто в чудище.       Я вздохнула, и зажмурилась, больше не смотря на себя, сбежала от безжалостного зеркала в небольшой комнате.       — Я выгляжу ужасно, — выдохнула удрученно, забираясь на кровать. Энтиор удобно устроился рядом на стуле, закинув ногу на ногу, и что-то читал в планшете.       — Я бы так не сказал, — он рассмеялся, коротко взглянув на меня. — Даже в гробу ты будешь выглядеть красивой.       — Ты тоже, — я возмущенно вернула ему столь сомнительный комплимент.       Темный рассмеялся. А я заинтересованно уставилась в планшет. Через минуту поняла, что он изучает показатели моего здоровья. Как только понимает хоть что-то?       — Ты и в этих странных штуках разбираешься хорошо? Как и во всем? — я вздохнула. Было ли что-то, чего он не умел?       — Точно, — он только очень довольно оскалился, от чего я закатила глаза.              А потом в дверь постучались и вошли несколько врачей. Поздоровались, отдельно рассыпались в вежливых приветствиях перед Энтиором. В отличие от Джесси, они, видимо, все же ценили богатых клиентов. Меня вновь осматривали с помощью каких-то приборов, снова сделали укол, как я успела узнать эта экзекуция так называлась… Измерили какие-то показатели. А потом рассказали, как и какие лекарства нужно будет принимать дома. Я, конечно же, не запомнила, но Энтиор уверенно кивнул.       — Мисс, с вами еще вновь хотела поговорить глава отделения реанимации, мисс Эрика. Она подойдет через пару минут.       — А зачем? — Спросила у врача, но он только пожал плечами и с нами попрощались.       — Эта женщина… Мисс Эрика. Слишком странная, — я передернула плечами, когда врачи ушли. Повернулась к Энтиору, заинтересованно смотревшему на меня.       — В чем именно?       — Она очень заинтересовалась моей кровью. А-на-ли-за-ми, — выговорила непривычное слово.       — Возможно, стоит удалить из ее памяти этот интерес, — принц задумчиво смотрел на дверь. Потом нахмурился.       — И еще…       Энтиор встал. И в этот момент дверь открылась.       — Мисс Камилла, я хотела с вами… Поговори… — Вошедшая женщина задохнулась. Буквально задохнулась, схватившись за горло. И настолько сильно побледнела…              Дверь за ней автоматически закрылась. А знакомая мне врач с таким безумным ужасом и неверием смотрела на Энтиора, что задохнулась уже я. Поток ее эмоций — сильнейшего неверия, шока, ужаса, — буквально сбивал с ног. Хорошо, что я сидела на кровати…       А вот Энтиор чуть покачнулся. И он тоже очень удивленно смотрел на женщину. А на теле резко проявились когти и чешуя…       — Ты…       — Ты…       Они произнесли это одновременно.       — Невозможно… Просто невозможно!! — Женщина была в такой панике. Ее трясло, она покачнулась и схватилась за стену, еле устояв на ногах. И самое невероятное то, что она произнесла эти слова на моем языке! На языке Темной империи… — О Богиня…       Она все-таки почти упала, но поднялась, вцепляясь ногтями в стену.       Энтиор взял себя в руки быстрее. Темный образ исчез, как и шок и неверие из эмоций. Он расхохотался. И в этом смехе было столько ярости, насмешки над судьбой и опасности, что я вздрогнула. Он стал Темным, не меняя облик, но сменив суть.       И шагнул ближе к женщине.       — Не подходи!!! — Она закричала.       Один взмах мужской руки, и полог тишины обволакивает комнату.       А потом я с ужасом смотрю, как в руках женщины образуется плетение заклинания из светлой магии. И разбивается грубой волной Тьмы. Энтиор мгновенно оказывается с ней рядом и жестко перехватывает ее руки, связывая путами Тьмы за спиной. А потом впивается когтистой рукой в горло.       — Не делай глупостей, эльфиечка, — он, растягивая, произносит последнее слово. Откровенно наслаждаясь ужасом в глазах женщины.       А я наконец-то вспоминаю где ее видела…              ***              Первая ночь во дворце. После всех невероятных потрясений за тот день, мне снится сон… Кошмар. Я списываю его на свое расшатанное состояние и не обращаю внимания. Но девушка в моем сне… Я ее никогда не видела раньше. До этого момента…       … «Теперь в привычные уже кошмарные сны про Аркаим, про ловушки, про монстров и все возможные смерти добавились новые оттенки и тона. Теперь, вместе с этим мне снился давящий дворец Темных, его пугающие пустые коридоры... И кровь, стекающая по стенам в древней башне.       Лесенка с пауками и жуткая комната принца над спальней... Исполосованная спина бедной девушки... Стеклянные взгляды кукол-рабынь. И сам принц, идущий по коридору.       Его черный плащ развивается, он замечает меня, склоняет голову набок в знакомом жесте, а я вроде бы не боюсь его. Шагаю навстречу. Но в следующее мгновение вижу, как его силуэт сменяется на силуэт монстра... Паника душит изнутри. Я срываюсь с места, чтобы убежать, но жуткие коридоры не имеют конца. Только тупики...       Я вскрикиваю... А монстр догоняет меня. Резко прижимает к стене, ударяя меня головой, или... Не меня. Я оказываюсь сторонним наблюдателем. А Темный принц, с оскаленными клыками и горящими тьмой глазами, прижимает к стене в коридоре хрупкую и очень красивую девушку с белыми волосами и острыми ушами, хватает ее шею, впиваясь когтями до крови, намереваясь убить. Приподнимает над полом, причиняя еще больше боли.       Она кричит... И я вместе с ней».              Она была в моих снах. Не единожды. Она была и в его снах… Тот день, когда случайно мы с Энтиором обменялись снами…               «Удар. Резкая пощечина обжигает щеку. Энтиор хватает за плечи. Плечи обжигает ужасающей болью, когда когти прорезают кожу. Я кричу… Но тело, которое совершенно точно не мое, не кричит. Эта девушка только вздрагивает.        — Я спрашиваю последний раз. Зачем?        — Я рассказала все, ваше Высочество, — голос такой звонкий и чистый. Будто перезвон колокольчиков. — Я просто испугалась… Я не контролировала магию…        — Твоя ложь такая честная на вкус, что аж тошнит. — Глаза Энтиора полыхают огнем. И настолько злым я никогда его не видела. Настолько иным. Черты острее, гораздо опаснее.        А когда он вновь наотмашь ударяет, разбивая губы в кровь, я захлебываюсь ужасом, от понимания, насколько же иным я его знаю… Девушка тихо вскрикивает, падает на знакомую кровать в жуткой комнате для пыток.        — Я не вру, господин, — в звонком голосе слышны страх и мольба. Но руки не дрожат, сердце стучит так ровно. Я бы на ее месте умерла бы от ужаса.        — Конечно, это я чувствую, — Энтиор жутко усмехается и подходит, держа в руках плеть. Дергает за руку, поднимая.        А потом руки обматываются веревками. И хоть и не мои, но я чувствую это тело. И если этой девушке почти все равно, мне ужасно страшно. Плеть выглядит слишком пугающе. Энтиор совсем не медлит и не думает, отходит за спину и взмахивает ей. Тело прорезает боль… Девушка лишь вздрагивает, а я захлебываюсь от крика… Реальность стирается…»              По телу проходят мурашки от жутких воспоминаний.       Она была во снах… Она и в его жизни была раньше. Кто она?!       Я в абсолютном шоке и недоумении смотрю на них. А женщина тем временем попыталась вырваться. Не вышло, конечно, нет…       — Я же сказал не дергайся. Разве не рада встрече? — Энтиор теперь смеется. Смех острый, как его клинок, он с такой же легкостью может убить…       Я с горечью осознаю, что вновь почти забыла каким он может быть. Какой он на самом деле…       — Встрече… — Девушка. Эльфийка. Врач из этого мира. Она что-то беззвучно говорит, она в ужасе сморит на него, и в ее глазах будто бы проносится вся жизнь. — Рада?.. Как ты нашел меня? Как?.. И зачем?.. — В ее шепоте столько страха и неверия, что она почти плачет.       Мне и самой плохо от ее эмоций. Но при этом… Я с удивлением понимаю, что чувствую раздражение. Совсем неясное мне раздражение и неприязнь к этой эльфийке… Еще никогда Энтиор ни на кого не реагировал так…       Энтиор смотрит на нее. Так долго и пристально, будто читает мысли.              — Прям заняться мне нечем… Искать тебя, — он почти выплевывает последнее слово. И наконец-то отпускает шею женщины, давая той упасть на пол. Она хрипит, задыхается, но больше не пытается сбежать или сотворить заклинание. Теперь просто смотрит на Энтиора, и я морщусь от ее эмоций, сбивающих с ног.       — Но ты здесь… Как… — Она поднимается медленно, прикрывает шею рукой. На пальцах кровь… Я дергаюсь, чтобы помочь, но замираю под взглядом Энтиора, полным Тьмы.       — Очередная чертова насмешка Судьбы, — он коротко смеется. А потом подходит ко мне. И я хоть и не хочу, дергаюсь в ужасе от его пальцев с окровавленным ногтями.       Богиня… Почему все так?       Энтиор только закрывает глаза, скрывая вспыхнувшую Тьму, отстраняется от меня. Я улавливаю его горечь. Он вновь поворачивается к девушке.       — Я даже не предполагал тогда. Девятнадцать лет назад. Что тебя выкинет именно в этом мире. И что ты выживешь, тиа Эристаниэль. — Произносит медленно.       Она дергается от своего имени, болезненно жмурится будто бы это больнее, чем кровь на ее шее… А я только сейчас замечаю, что ее уши человеческой формы, лишь с не очень ровными краями. Она отрезала эльфийские уши?! От подобного вероломства меня передергивает. Для эльфов уши — самая важная и оберегаемая часть тела. Их отрезают лишь преступникам при особо тяжких казнях, в знак отречения от расы. Мне теперь хочется еще больше узнать ее историю. Но пока она продолжает диалог.       — Это… просто невозможно, — она медленно отрицательно качает головой, закрывая глаза. Руки загораются светлой магией, она касается шеи, раны и кровь исчезают. Только в ее эмоциях остается ужас, смешанный с неверием. — Я ненавидела тебя… Долгое время, — она говорит совсем тихо. Всматривается в Энтиора. А я замечаю легкий мерцающий щит. Не думаю, что он поможет, если Темный вновь захочет навредить ей. — Первые года жизни в этом мире. Но понимала, что все могло быть гораздо хуже. Этот мир…       — Да, я надеялся, что ты попадешь в мир с полным отсутствием магической энергии и тебя убьют первые же встречные, — Энтиор закатил глаза.       — Спасибо, — она выдохнула слово. И закрыла глаза. Будто бы заперла эмоции, больше не показывая их нам. Только вновь посмотрела на Энтиора, делая сильнее свою защиту. — Я не сказала тогда. Ты сохранил жизнь. Спасибо, — повторила вновь.              Энтиор только закатил глаза и ничего не ответил. Минуты прошли в тишине. Я вернулась на постель, почувствовав головокружение. Энтиор отошел к окну, а доктор, оказавшаяся эльфийкой, просто стояла у двери, кажется, не в силах даже сделать шаг. Она скрыла эмоции, но по ее лицу я видела, что буквально весь ее мир пошатнулся. Я бы на ее месте тоже была в шоке.       — И почему именно эта больница? Именно твоя смена. Чертовы нити судьбы, — принц усмехается, но веселья нет ни капли. Как и обрадовавшей меня недавно расслабленности, человечности. Он вновь Темный принц в полном своем проявлении. Я чувствую, что не могу даже заговорить с ним.       — Вы хотели бы… пообщаться? — Спрашивает, как можно отстраненнее эльфийка. Она решила перейти на «вы». В целом, я ее понимала.       — Хотел бы, — Энтиор усмехается. — Никогда тебя не встречать, — он поворачивается. — И, надеюсь, больше не увижу.       Он недвусмысленно указывает на дверь. Женщина чуть медлит, еще около минуты смотрит на него, кидает взгляды и на меня. Я чувствую, что она хочет что-то сказать, многое… Но она молча уходит. Видимо, решает, что Темный принц ничего ей больше не скажет, раз не хочет говорить.                     Еще около десяти минут проходит в молчании. Я просто жду, пока Энтиор заговорит со мной. Но он стоит у окна, смотря далеко в глубины своей души. Он будто забывает, где вообще находится. А я не могу понять, что чувствую… Чувства и эмоции ужасно разрознены. С одной стороны, я понимаю, что это прошлое, что эта внезапная встреча призраков из прошлого, от которых всегда становится плохо… Сколько всего было в его жизни я боюсь даже представить. А с другой стороны эмоции более непонятные для меня. Вновь неясное раздражение… Они встречались, и их чувства не похожи на те, которые я видела у Энтиора к другим женщинам, с которыми он был вместе… Мне любопытно узнать историю этой девушки, довольно трагичную, судя по прозвучавшим словам. И еще я с досадой понимаю, что чувствую страх… Неприятные мысли заползают в голову, от них становится физически плохо…       Кем она была для него? Почему они так ярко отреагировали? О чем говорили? Что было между ними? Может быть, что-то между ними еще может быть? Если в последнем предположении есть доля правды…       Я выдохнула, скривившись. Ни разу в жизни я еще не чувствовала ревность… Даже бы не подумала ревновать Энтиора к любой рабыне, ко всяким придворным леди… Да и в целом, что за ужасная идея — ревновать к кому-то его?! Разве я имею на это право? Разве должна чувствовать к нему нечто, стоящее рядом с ревностью? Богиня…       — Твои чувства такие занимательные, — маг усмехается. Поворачивается ко мне, чуть тряхнув головой. Видимо, окончательно отгоняя мысли.       — Это… — Я вспыхиваю и не знаю, как объяснить. — Кто эта женщина? Ты чуть не убил ее… — Я не уверена, что могу спрашивать. Это его история, его прошлое. Зачем ему делиться со мной?       — Я расскажу тебе, любопытная, — он усмехается. — Но сначала давай все-таки позавтракаем. — Подходит ближе. И останавливается, не прикасаясь к моей руке, когда я застываю, чуть дергаюсь назад. Ужасные картинки с кровью из реальности и снов до сих пор стоят перед глазами.       — Боишься, Камилла? — его глаза сверкают Тьмой. Он резко обхватывает меня за руку, поднимая с кровати. Вжимает в себя, обхватывая за талию одной рукой, а второй жестко сжимает скулы. Хоть он и не причиняет боли, я смотрю на него с ужасом. В его глазах пульсирует Тьма, заполняя радужку. — Чего ты ожидала, а? Когда смеешься, сидишь рядом, обнимаешь, отвечаешь на поцелуи, — каждое его слово впивается в сердце острой иглой. — Ты думаешь, что обнимаешь не монстра? Кого-то другого? Не того, кто каждый день казнит и пытает людей? Может быть, взять тебя с собой в пыточную, чтобы разрушить все твои иллюзии. — Он говорит почти спокойно, холодно. Но я ощущаю в его сердце такой ураган чувств, какой не видела, кажется ни разу. Слишком сильно повлияла встреча из прошлого. И почему все эти чувства теперь направлены на меня?       — Нет… — Произношу тихо, сглатывая. Мне страшно… Но при этом, кроме страха, я чувствую, что хочу открыться ему. Хочу показать, что на самом деле я, кажется, давно смирилась с тем, что он монстр... Что я, кажется, влюбилась в монстра… Я отгоняю последнюю мысль в панике. Вот что действительно может меня напугать. Улыбаюсь ему. — Я никогда не ожидала, что ты другой. — Я тянусь рукой к его лицу, прикасаюсь к щеке. — Вдруг возьмешь и перестанешь быть Темным монстром. — Я медленно глажу чуть колючую щеку. А Темный принц закрывает глаза, и Тьма исчезает.       Он отпускает мою шею. А я скольжу рукой ниже, по шее, к груди. Теперь под моей ладонью рвано и быстро бьется сердце. Он может скрывать эмоции, говорить холодно, но это рваное биение сердца он не скроет даже от себя.       — Я не хочу смотреть на пытки, — произношу, фыркая. — Ты и так не даешь забыть…       Теперь он тоже усмехается. Отстраняется и нажимает что-то на планшете. Вскоре приходит Джесси. Чуть внимательнее смотрит на меня, неодобрительно хмурясь.       — Восстановление пока не завершилось. И… тебе лучше не нервничать так сильно. Показатели подскочили, — она смотрит в свой планшет. А я перевожу взгляд на странную штуку, прикрепленную к руке рядом с иглой, впивающейся в вену. Все же, лечение в этом мире такое странное. Все только с помощью разных устройств, ни капли магии и связи с аурой.       — Да? Хорошо. А что на счет завтрака? — я улыбаюсь ей.       Она укоризненно смотрит на Энтиора, но ничего не говорит. А он и не думает покидать палату, удобно устроившись на стуле у столика. Джесси уходит за завтраком для двоих.              А потом минуты теряются в тусклом солнечном свете, пробивающимся сквозь занавешенные белыми пластинками, окна. Свет мелькает в чашках чая. Здесь этот напиток совсем иной на вкус, но называется для меня так же. Я медленно отпиваю глоток чуть горьковатого травяного чая, наблюдая, как свет чужого солнца меняет цвет глаз Энтиора, делая его более теплым. Мы съедаем вкусную непривычную еду, ни о чем не говоря. И только разлив по чашкам чай, я все-таки решаю вернуться к разговорам.       — Что теперь будет с моей магией?.. С резервом? — Я боялась заглянуть внутрь себя все это время. Свой свет я чувствовала, но понять насколько полно, не могла… Боялась.       — Твой собственный резерв восстанавливается, — Энтиор расфокусировал взгляд, осматривая ауру. Он перебирал нити магии, создавая какие-то плетения. Я только моргала, ничего не понимая. — Медленно из-за болезни и иной энергии этого мира. В башне он истощился полностью. У многих более слабых магов после подобного вовсе бы не восстановился, но не у тебя.       — Я все еще не чувствую крыльев. Но это пройдет? — Я облегченно вдохнула.       — Да, — Энтиор кивнул. — Но вот причину, почему на тебя не действует чужая магия, понять сложно. Она точно есть в ауре, но нужно более полное раскрытие. Позже, — он тряхнул головой, возвращая себе обычное зрение, — когда вылечишься до конца.       — Спасибо, — я благодарно улыбнулась ему. — Ты спас меня. В очередной раз, — я вновь прокручивала в голове события последних дней, не веря, что все это происходит со мной и наяву.       — Это мое хобби, — Энтиор усмехается, а я не могу сдержать смех.       Мы допиваем чай. И я вижу, что он хочет уйти, а самой мне вновь хочется спать. Наверное, из-за лекарств… Но я все равно задаю один тихий вопрос, не смотря на него. Теперь снова сижу на постели. Энтиор удобно устраивается рядом на стуле.       — Расскажешь? — слово заглушается звуками каких-то приборов по другую сторону кровати. Он медлит, но все-таки отвечает спустя минуты.       — Хорошо. Это долгая история, но время пока есть. — Он закрывает глаза. — Все произошло девятнадцать лет назад. Дан как раз познакомился в этом мире со своей будущей женой. И в это же время я случайно встретил младшую принцессу эльфийского двора. Не узнал сразу, кто она… И по какой-то нелепой случайности, она стала моей рабыней…       — Как?.. — Я не сдерживаю удивления и любопытства.       А Энтиор рассказывает обо всем подробнее. Показывает несколько иллюзий…              Я узнаю историю его брата. Как наяву вижу и чувствую, как Энтиор живет в то время с затуманенным сознанием. Проникаюсь его колючими, резкими эмоциями. Каким другим он был в то время. И как раз тогда моя мама была его рабыней… История становится все интереснее и запутаннее с каждым предложением. Заговорщики, желающие убить его брата. Вновь хитросплетения политики, эльфы, с которыми у Темных испокон веков очень холодные отношения. И эта странная девушка, эльфийка… Я вспоминаю все свои сны, теперь вижу иллюзии. И наконец-то в голове складывается почти полная картина. Не могу понять, что чувствовал Энтиор по отношению к этой девушке… И это раздражает… Он постоянно думал о ней. В итоге она оказывается предательницей… Я с замиранием сердца слушаю, как они с братьями пытались успеть спасти принцессу Анастасию, как распутывали заговор. В моих глазах стоят слезы, когда Энтиор рассказывает, что его брат почти умер… А принцесса Анастасия буквально готова была умереть вместе с ним, и согласилась провести какой-то жуткий обряд…              — То есть, она бы не выжила, если бы принц не очнулся? — голос хриплый, я сглатываю слезы.       Энтиор качает головой. Я вижу в его глазах скрываемые эмоции. Он действительно любит свою семью…       — Все это невероятно… Я даже подумать не могла, — я зарываюсь руками в волосы. Теперь я понимаю, что за каждым из членов его семьи стоит множество подобных жутких историй. То есть всю бесконечно долгую жизнь им приходится выживать. В этом самое большое сходство Темных с людьми. Ни одна даже самая сильная магия не защитит от потерь и смерти… Смерть всегда будет сильнее…       — И ты не убил тию Эристаниэль после всего? Она оказалась предательницей, одной из заговорщиков…       — Нет, — Энтиор достает странный портсигар из картона и затягивается сигарой. Необычной, тонкой и белой. Я вдыхаю непривычный дым, от него першит в горле. — Это было очень глупо. И надо было бы оставить шестнадцатилетнюю дуру в тюрьме, или казнить. Но… Как называется этот бесполезный поступок?       — Ты проявил милосердие, — я улыбаюсь. И вновь думаю, что он далеко не монстр. Наверное, он им правда часто был. Но также с каждым разом я убеждалась, что в отличие от настоящих монстров, Темный принц способен на милосердие.       Он только усмехается, выдыхает новую порцию дыма.              А потом внезапно что-то начинает очень громко и неприятно пищать.       — Что-то не так? — я испуганно оглядываю приборы. Вроде не они… И чувствую я себя не хуже.       Через несколько десятков секунд в комнату вбегает Джесси. Она нажимает какие-то кнопки на стене и очень недовольно смотрит на Энтиора.       — Сэр, — она складывает руки на груди. И хоть и старается говорить вежливо, я чувствую ее сильнейшее недовольство. — Здесь нельзя курить! Это помещение! К тому же больница. Штрафы гигантские... Хотя да, — она закатывает глаза. — Будьте добры, покиньте помещение. Еще даже не приемные часы.       — Как тебя еще не уволили за столь профессиональное умение общаться с клиентами? — Энтиор говорит саркастичным тоном. И не убирает сигару… Я вижу, что Джесси не выдерживает. И хочу остановить ее, но совсем не успеваю.       — Потому что никто не может уволить человека из-за желания эгоистичных богачей!.. — Она теперь вовсе не сдерживает раздражения.       А Энтиор щелкает пальцами. И девушка со стоном боли застывает… Ее глаза стекленеют. Я вскакиваю с кровати, подбегая к ней.       — Нет!.. Что ты сделал? — поворачиваюсь к Темному, сжимая руки.       — Пока ничего, — он подходит ближе, закатывает глаза. — Хотел бы ее убить. Но ты ведь расстроишься, — он смеется.       — Нельзя просто так убить человека. — А я жмурюсь. Обхватываю похолодевшую руку Джесси, и вновь смотрю на Энтиора. Я понимаю его… В Темной империи за подобное обращение он убил бы любого. Да и подобных самоубийц не было. Кроме меня… Я вновь закрываю глаза на миг. — Она же из другого мира. Ты сам говорил про правила подчинения этой игре.       — Да. — Он кивает. Подходит ближе, берет другую ее руку. И к моему ужасу у него во рту появляются клыки…              — Нет, Энтиор! Зачем?.. — Я сквозь слезы слежу, как он жестко сжимает ее руку.       Клыки протыкают кожу запястья, я сглатываю, а он впивается в руку девушки, выпивая кровь… Джесси морщится, ей больно, но глаза широко открыты и все такие же стеклянные. Она этого не запомнит… О Богиня! Отвращение смешивается с обреченностью и пониманием. Я вновь не могу на него злиться. Хотя он буквально рядом со мной причиняет боль невиновному человеку.       Энтиор отстраняется. На губах остается кровь. Кровь стекает по ладони девушки, но останавливается. Пара капель падает на пол. А Энтиор говорит совершенно безумную вещь.       — Попробуй кровь, Камилла.       — Что?! — Я вскидываю голову, подумав, что ослышалась. С ужасом смотрю на Энтиора. — Ты что? Я? Зачем?!..       — Кровь — это универсальный источник энергии для Высших. В отличие от вампиров, которым она необходима для жизни, для Темных она лишь приятный бонус быстрого восполнения энергии. Высшими всегда считались только Темные. До недавнего времени.       Я в панике мотаю головой… Не могу сдержать истеричный смех.       — Ты предлагаешь теперь пить кровь и мне?! Мне?! — Я смеюсь. Зарываюсь в волосы руками, желая просто расплакаться. И потеряно мотаю головой. — Это же безумие, Энтиор! Светлые маги ведь не пьют кровь! Я не хочу ничего подобного… Я не хочу становиться монстром...       А Энтиор подходит ко мне ближе, в его глазах клубится Тьма, он приподнимает мой подбородок когтистой рукой, и я заворожено смотрю на него.       — Энхелии, как и Древние предки Темных — все потомки расы драконов. Драконы появились в нашем мире изначально. Древнейшие существа, живущие до сих пор. Но теперь их разум спит, либо совершенно не понятен нам, и мы считаем их чуть ли не животными. Их раса медленно угасает, вскоре вовсе исчезнет. Давно уже их потомки канули в небытие после локального конца света. Сменились эпохи, прошли тысячелетия. Драконов считают сказками.       Я слушаю завороженно. Каждое слово Энтиора безумно ценное, вплетается в мой мозг, будто бы необходимый источник жизни… Мне не хватало этих слов. Этих знаний. Я сама не понимала, но мне не хватало их. Энтиор обхватывает мою руку, притягивает меня к себе.       — Ты ведь не думаешь, что драконы были невинными травоядными существами? Они олицетворяли смерть, впрочем, как и сейчас. Энхелии — не те же эльфы. Энхелии никогда не жили в деревьях, сливаясь с природой и медитируя по пол жизни. Они были воинами Света. А война всегда стоит рядом с болью, кровью и хаосом. Для тебя этот способ восстановления энергии будет такой же действенный, как для Темных. Я уверен в этом.       — Нет… — Я мотаю головой. Слезы стекают по щекам… И я понимаю, что не смогу возразить. Я чувствую, как в душе плещется Свет от его слов. Яркий, беспощадный.       Ярчайшей картинкой приходит воспоминание пустыни… Как совсем иная я уничтожаю песчанников, не оставляя и пепла. И получаю от этого удовольствие…       — Я не хочу причинять никому боли… Не хочу случайно убить человека… — Ужас застилает сознание. Но твердый голос принца обрывает панику.       — Ты не убьешь. Если не захочешь. И не станешь зависимой, — Темный усмехается. — Только если самой не понравится, в чем я сомневаюсь. Пей. Восстановление пойдет быстрее. — И он протягивает мне руку девушки, все так же не отпуская мою.              К горлу подкатывает тошнота. Я понимаю, что если промедлю еще немного, просто вырвусь и сбегу, расплачусь… А я не хочу… Я вновь доверяю его словам. И перебарывая отвращение, склоняюсь к руке Джесси… Слизываю несколько капель крови. А потом рана открывается, рот наполняется соленой жидкостью. И я делаю глоток…       Перед глазами ярчайшим солнцем вспыхивает Свет. Я почти теряюсь в нем, буквально сгораю. И чувствую, как чужая кровь с каждым глотком вплетается в обжигающие нити Света. В душе будто бы натянуты струны, звенят. И я уже снова совсем не я…       Кто-то с силой отстраняет меня от горячей жидкости, связанной с оглушающим биением сердца. Я протестующе вскидываю голову, глядя на Темного. Дергаюсь, а в плечо впиваются когти, протыкая кожу…       — Я хочу еще!       — В первый раз очень легко потерять контроль, что с тобой и произошло. Больше нельзя. Передоз опасен, свет может тебя сжечь изнутри. Да и твоя новая подруга умрет.       — Плевать! — слова принадлежат яркому Свету. Я теряюсь в нем, не могу уловить ускользающее сознание. А оно затапливается картинками…       То, что я видела в пустыне… То, что сделала. Древняя башня. И зов моего медальона. Вновь неясные видения о прошлой жизни… Не моей. Яркого обжигающего света. Крылатые существа с закаленными в огне мечами. Их белоснежные крылья, стремящиеся в синее небо… Эти же крылья, сгорающие в огне…       — Хочется еще! — Я вновь пытаюсь дернуться, отгоняя от себя видения. Смотрю, прищурившись на Темного. Почему он вообще запрещает мне что-то? В глазах чернильная мгла, ничто по сравнению со Светом. — Как ты смеешь мне приказывать?!       — Вот так, маленькая Энхелия, — монстр смеется. Глаза затянуты Тьмой, а когти впиваются в мою шею, раня до крови. Я почти задыхаюсь. — Так будет всегда. — Он другой рукой нежно прикасается к щеке. И это прикосновение я чувствую в сотни раз более отчетливо, чем впивающиеся в кожу когти. Его нежность чувствую именно я…              Я со стоном моргаю… И свет уходит. Энтиор отпускает меня… И сильная боль в шее теперь тоже чувствуется… И соленый привкус во рту…       — Что? Что это было?.. — Я хриплю. Хватаюсь за шею, чувствуя горячую влагу под пальцами.       — Тише. Отпусти, — Энтиор подходит и медленно убирает мои руки. — Свет регенерирует раны, они больше от другого облика. Ты потеряла контроль.       — Я заметила, — я всхлипнула. Вскинула голову. — А ты причиняешь боль!       — Так было нужно. Внутренние сути говорят на языке силы, — он смеется. И склоняется к моим губам. Я замираю, с дрожью чувствую еле ощутимое касание. И вновь привкус крови… — Твоя внутренняя сущность, эрлия, смеет сомневаться в моей власти над тобой, — он обхватывает меня за талию.       Я не могу сдержать улыбку. И закрываю глаза.       — Правильно делает…       Он прерывает меня поцелуем. Раскрывает губы, вторгаясь в рот языком. Грубо, напористо. Я с жадностью и стоном возбуждения отвечаю ему. И действительно чувствую сбивающее с ног желание… В душе столь много разрозненных эмоций. Больше всего хочется не останавливаться… Но я все-таки отстраняюсь. Не здесь, и не сейчас.       — Крылья теперь тоже вернулись? — Я представляю их за спиной. И с восторженным писком поворачиваю голову, утыкаясь в мягкие белоснежные перья. — Я соскучилась, — выдыхаю и глажу их руками. Прикосновения к ним безумно приятны, вызывают дрожь по всему телу.       Поэтому я отхожу на шаг, когда Энтиор тоже к ним прикасается. Но он молниеносно оказывается рядом, прижимая к себе вместе с крыльями. Смеется, видя мое говорящее выражение лица. Я скрываю крылья усилием воли, потому что прикосновения становятся слишком приятными.       — Не показывай их в этом мире.       — Хорошо, — я улыбаюсь Темному магу. А потом замечаю Джесси.              Взгляд девушки все также затуманен. А на щеках слезы. Она ничего не понимает, но все равно чувствует боль…       — Вылечи ее. Пожалуйста, — я сжимаю ее ладонь, чувствуя, как заходится в рваном ритме сердце. Я не хотела… Все запястье одна сплошная рана, хорошо, что, хотя бы кровь не течет.       Энтиор направляет тонкий поток магии, выплетая заклинание.       — Добавь свет. Так, как делала уже.       Я киваю. И к нитям Тьмы добавляются нити Света, идя параллельно с ними.       — Мне жаль… Я причинила ей боль… И чуть не убила ее, — в глазах стоят слезы. Я чувствую себя ужасно виноватой.       Никогда бы я даже подумать не могла, что буду пить кровь живого существа. Что стану совсем не человеком. Монстром. Таким же, как и жуткие Темные, являющиеся кошмаром для простых людей.       — Я не смогу так… — Я стираю слезы, но горечь разъедает душу. — Я не хочу быть чудовищем.       — Любая сила влечет за собой ответственность, — произносит Энтиор. Отпускает руку медсестры и поворачивается ко мне. — Ты не сможешь остаться привычной собой, когда изменилась вся твоя суть. Придется принять новые правила и новую себя. — Он поднимает мой подбородок, вглядываясь в глаза. И каждое его слово впивается в сердце острой иглой. Но я не отвожу взгляд. — Когда-нибудь ты убьешь. Не останется выбора. И тебе придется отнять жизнь другого. Рано или поздно это произойдет. Ставки быть единственной древней Светлой слишком высоки. Когда-нибудь ты прикажешь убить. Например, того, кто покусится на твою жизнь. Покушений будет много. И избежать этого можно только со смертью… — Он усмехается. — Но умирать тебе нельзя.       Я хотела спросить: «Почему?», но промолчала. Только выдохнула и качнулась ближе к нему. Все это слишком… Я прикасаюсь к груди Темного принца, и понимаю, что ищу у него защиты. Это так глупо. Он обнимает меня в ответ… Слов больше не требуется…       Я думала, он скажет по-другому. О том, что он убьет кого-то из-за меня, как уже было. Что он убьет за меня… Но он не сказал. И я была благодарна за это. Это действительно моя жизнь. Моя. За нее отвечаю я. И умирать мне нельзя, потому что этого не хочу я. Энтиор, может быть, будет рядом… А может и нет… Почему кто-то должен быть рядом?       Даже если и будет… Я сама теперь отвечаю за свою сложную новую жизнь. И он прав, я когда-нибудь убью, если придется защищать свою жизнь… И, наверное, придется перебороть себя еще сотни тысяч раз в моментах более прозаичных чем, убийства. Но я верю, что смогу.              — Джесси ничего не запомнит? — Я вновь подхожу к девушке, молчаливо прося прощение. Но теперь понимаю, что взяла то, что было правда нужно. Свет вернулся. Полностью. С того выплеска всех сил в башни Аркаима я не чувствовала так ярко этот свет.       — Нет. И теперь понятно, что твой Свет похож на магию Темных. Две стороны одной монеты.       Я в унисон ему думаю, что оказывается мы похожи гораздо больше, чем могло бы показаться на первый, да и на сотый, взгляд. Мы похожи с ним… Как две стороны одной монеты.       — Я совсем устало себя чувствую, хоть Свет и вернулся, — смущенно улыбаюсь Энтиору. Он понимающе кивает.       — Из-за лекарств. Отдыхай. Я вернусь завтра. Тебя как раз можно будет забрать.       Он щелкает пальцами. Вся кровь с пола и с руки Джесси исчезает… Надеюсь, и с моих губ тоже. Девушка приходит в себя. Моргает и чуть не падает, пошатнувшись. Хватается за стул. И непонимающе смотрит вокруг.       — Мне как-то… нехорошо, — тихо шепчет, тянется к горлу, оттягивает ворот одежды.       — Ты побледнела. — Я подхожу к ней. Чувствую себя виноватой, но стараюсь не показывать этого. — Может нужен свежий воздух? Вода?       — Да, похоже, — она кидает еще один раздраженный взгляд на Энтиора, видимо связав плохое самочувствие с курением.       — До завтра, — я подхожу к Энтиору быстрее, чем он успевает что-то сказать. Обнимаю его, вглядываясь в глаза. И буквально тону в теплых карих радужках. Сейчас нет Тьмы, и чувства такие, что я боюсь даже попытаться их различить.       Он уверенно склоняется к моим губам. И я слышу, как Джесси тихо пробормотав извинения, покидает палату. Я плавлюсь в его руках. Этот поцелуй — самое желанное действие на свете. Это пугает меня до безумия. Но я все равно не отрываюсь от него, только прижимаюсь ближе.       — Тебе правда пока лучше отдыхать, — он первым отпускает меня. Усмехается, видимо замечая сильнейшее смущение. И больше не прощаясь, покидает палату.       А я падаю на подушки, застонав от всего произошедшего. Понимаю, что еще пара минут, и просто провалюсь в сон, и заставляю себя сначала доползти до уборной. Хочется умыться, чтобы прийти в себя. Но, кажется, это не поможет.              ***              Pov Энтиор.              Спортивная модель бмв разогналась до сотни километров за несколько секунд, изредка обгоняя сигналящие вслед машины. Я выжимаю газ сильнее, а на экране высвечивается предупреждение: «Скорость превышена! Сбавьте скорость!»; «Вы находитесь в черте города. Извините, но дальнейший набор скорости опасен для вашей жизни и жизни окружающих, скорость будет снижена». Раздраженно выдыхаю, и четким импульсом магии, смешанным с электричеством, вырубаю этот слишком много на себя берущий компьютер. Теперь просто пищат какие-то датчики, но их можно игнорировать, заглушив звук. А скорость приближается к двумстам. Трасса становится пустыннее.       «Чертова эльфийка. Именно в этот мир. Именно в эту страну из сотен других. Именно в этой больнице. Чертовы хитросплетения Судьбы.»       Усмехаюсь. Выжимаю газ еще больше, с раздражением выключая и звонящий телефон. Ухожу от столкновения, резко выкручивая руль на встречную полосу. Перестаиваюсь. И разгоняюсь еще сильнее, обгоняя теперь всех по трем полосам. Это развлечение очень успокаивает. И вызывает приятное забытое чувство опасности. Единственное, в чем я понимаю привязанность Дана к этому миру, так это в наличии машин. Даже в более урбанизированных мирах гонки на летающих траках не настолько на грани смерти, как на этом переходном моменте между технологиями и механикой, олицетворенном автомобилями.              Сложно сказать, что я чувствовал. Скорость заглушала мысли. И поэтому я прибавлял газ, наконец-то чувствуя почти забытый адреналин, и забывая о совершенно непривычном, но при этом подавляюще знакомом глубинном страхе за жизнь близкого... И когда только она успела таковой стать?       Телефон вновь раздражает звонком. Я с недовольством отвечаю помощнику Дана. Голос человека испуганный, но при этом тщательно скрывающий недовольство.       — Прошу прощения, Ваше Высочество, я совсем не подумал. Совсем забыл, что у Даниила есть подобная привычка. Давно не было напоминаний, ведь у них с женой свои машины... Но...       — Что, Майкл? — усмехаюсь.       — Это машина компании, и на нее уже наложен арест за принудительное отключение датчиков. Послушайте... — Как раз слушать я не собираюсь, откидывая телефон. — ... Хотя такая скорость смертельна... Просто пересесть на другую машину. Желательно, не связанную с компанией...       Телефон тоже прекрасно отключается импульсом магии. Я выжимаю газ сильнее, под рычание двигателя, вылетая на встречную, обгоняя машины на грани смерти. Встраиваюсь в опустевший левый ряд своей полосы, впереди едущие автомобили его предупредительно покидают. И выжимаю скорость до конца спидометра. Захотелось рассмеяться, и я не стал сдерживаться.              Подумать обо всем произошедшем времени так и не появилось. Дорога на грани смерти хорошо убивала возможность задуматься о чувствах... Трасса вела в другой город, центр которого оказался насыщен огнями и людьми. Весельем. Бары призывали светящимися вывесками, смехом людей, криками, дурманом алкоголя и дыма. А если сейчас подумать о том, что ураган в душе вызвали вовсе не встреча с раздражающим призраком прошлого, а чувства Энхелии... Думать не хотелось. Да и крови от наглой медсестры совсем не хватило...       Розовый закат расстилался за окном автомобиля и был встречен в одном из десятка манящих баров. Пока еще не хотелось показывать Тьму, всего лишь выпить несколько коктейлей с кровью.       Несколько коктейлей сменились парочкой девушек, чья кровь была перенасыщена легкими дурманящими веществами. Помимо подчинения гипнозу Тьмы, они сами и по доброй воли предлагали себя, смеясь, призывно выгибались. А я только сделал новый глоток виски, покачал головой и отодвинул почти падающую на меня блондинку, понимая, что не хочу... Что безумно хочу одну только Энхелию.       Перед глазами встал образ эльфийки. Юной принцессы, сейчас так не похожей на себя шестнадцатилетнюю. Последний раз, когда мне хотелось только одну конкретную девушку, был с ней... Ее получалось заменять похожими.       А с Камиллой так не получается, с ней все иначе. Все совсем по-другому. Я никогда не думал о любви. Даже не рассматривал себя и любовь в одном предложении. Какая может быть любовь у того, кто каждый день соприкасается с болью и смертью? Только с кем-то, похожим на Морану. Кровавую королеву, которая была по-женски изощрена, жестока. Если женщины и становятся убийцами, то всегда более изощренными и безжалостными. В основном таких женщин я и рассматривал в качестве долговременных партнерш. Пока не встретил буквально полную противоположность.       Две стороны одной монеты… Чем дальше заходили отношения с Энхелией и больше раскрывался ее свет, тем яснее становилось, что похожи мы гораздо сильнее, чем казалось на первый взгляд. Идеальная добрая Светлая, в душе ни капли зла и тьмы, и при этом в ней раскрывается древний опаляющий Свет. Он наверняка постепенно выжжет наивность и мягкость, оставив яркий и прочный алмаз души. Этот алмаз хотелось присвоить полностью себе. Впервые в жизни…       Философские размышления прерывались новыми бокалами алкоголя, кальянами и чем-то поинтереснее. Ближе к середине ночи я нашел среди баров отель, планировал поспать пару часов, но в итоге проснулся почти днем. Странно. Несвойственно Темным. Но, похоже, организм расслабился, так как наконец-то отступил страх потерять внезапно обретенное самое ценное сокровище.       Я еще долго искал, где вчера бросил машину. И наконец-то, только в обед поехал обратно в Берлин. Камилла не прикасалась к Ларону, местоположение определялось плохо, но вроде бы, она все еще была в больнице. Поэтому волноваться было не о чем, и я просто отдался дороге, вновь думая только о том, как разогнаться еще быстрее. Все-таки лучшее в этом мире определенно автомобили.              

***

             Я в растерянности смотрела на открытые двери в конце коридора стационара. Двери вели на улицу. А Джесси протягивала мне легкий пакет с моими вещами. Из вещей была лишь рубашка из лазарета дворца. Даже сейчас я была одета в одежду, которую мне дала Джесси.       — Ты уверена, что больше никаких вещей не было? — Она смотрела слишком удивленно. — Разве твой парень не передавал тебе ничего? А как же смартфон?       — Нет, — я только в растерянности покачала головой. Один единственный вопрос не давал покоя: «Что мне делать одной в совершенно чужом мире?!»       — Как такое вообще возможно? — Она передернула плечами. — Я бы и на смертном одре не выпустила телефон из рук. А тут тебе парень даже не привез его.       — Забыл, — я улыбнулась ей. И прикусила губу. — Теперь не знаю, как с ним связаться. Я плохо знаю город.       — То есть у тебя даже денег с собой нет! Ужас! И он даже не заехал… Давай позвоню ему, скажешь номер?       Я в растерянности покачала головой. Эта девушка была очень добра, и я, все больше общаясь с ней, чувствовала стыд. Сегодня с утра узнала, что она все еще очень плохо себя чувствует. Стыдно стало вдвойне.       — Не знаю его… — Я вновь прикусила губу. — Наверное, я просто подожду в саду, — я указала на деревья через дорогу.       — Капец, Камилла. Я бы на твоем месте уже паниковала и звонила хоть кому-нибудь. — Она рассмеялась. — Ты прям постигла дзен. — Улыбнулась и задумчиво нажала что-то в своем телефоне. — А может, погуляем пока вместе недолго? Я все равно уже закончила и домой не тороплюсь. Сходим в кафе в парке. Там продают потрясающие бургеры.       — О… Если ты хочешь. Я согласна.       — Прекрасно. Подождешь меня пять минут?       Я кивнула, и она ушла обратно в больницу.              А я поняла, что впервые осталась одна на улице этого незнакомого мира. Мимо проносились пугающие машины. Гораздо быстрее любой повозки, жуть. Проходили люди… Я засмотрелась на одежду — парни и девушки одеты почти одинаково, почти все в штанах, только одна девушка прошла в коротком платье на высоких каблуках. Прически тоже иные, одежда в целом кажется небрежной, да и люди совсем непривычные. Никаких других рас, только люди, но при этом цвет кожи у многих сильно отличается. В Темной империи у всех людей белая кожа, максимум загорелая, в других человеческих государствах чуть темнее или еще светлее. Но людей с таким шоколадным оттенком кожи, как у Джесси, я в своем мире не встречала.       Я вздохнула, нащупав под одеждой ставший привычным медальон. Пока использовать его не хотелось. Мало ли чем был занят Энтиор. Он ведь обещал приехать, не мог же он забыть обо мне. Пусть тогда сам вспоминает. Напоминать совсем не хочется. Да и к тому же, слишком радовала эта неожиданная свобода. Совершенно одна и уже не в больнице, а в городе нового мира…       Совсем скоро вернулась Джесси. Теперь и она была одета в штаны, как большинство девушек здесь. Полосатая кофточка, красивый красный берет на волосах, обтягивающие штаны и необычные ботинки. Я с нескрываемым интересом рассматривала ее образ, теперь чувствуя себя не очень уместно в простых белых штанах и рубашке. Но да ладно, насколько я успела заметить, в этом мире и правда не обращали внимания на одежду.        — О тебе почему-то вновь поинтересовалась мисс Эрика. Я сказала, что тебя уже выписали, и она, похоже, расстроилась. Странно… Может, тебе вернуться и поговорить с ней?       Я резко замотала головой. Нет уж. Ни за что. Разговоров с этой женщиной мне хватило… Хотелось бы с ней больше никогда не встречаться. И хотелось, чтобы Энтиор тоже о ней забыл… Я поморщилась, вновь ругаясь на себя за глупые чувства и эмоции. Как я вообще могу ревновать его? Богиня…       — Нет, не хочу. Идем? — Я кивнула в сторону парка через дорогу.              Джесси кивнула, радостно обхватила мою руку и повела куда-то в сторону. Я недоуменно смотрела на дорожку, которая вела в сад и оставалась слева от нас. А мы шли вдоль дороги.       — Разве нам не туда? — Я указала на ворота. Мы только удалялись от них.       — Да, в парк. Но пешеходный переход там. — Она махнула рукой.       — А здесь… Разве нельзя?       — Машин много, сейчас еще не вечер, — она пожала плечами.       Я непонимающе моргнула, но решила просто последовать за ней. И потом поняла, что оказывается мы не можем просто пойти через дорогу. Машины не остановятся! Мы дошли до специального места, разлинованного полосами, и смогли перейти эту дорогу только там. А потом уже вернулись к воротам парка. Как все сложно.       — Как неудобно! — Я недоуменно потрясла головой. Девушка рассмеялась.       — Разве в Америке не так?       — Мм… — Я замялась. — Не всегда. — Вздохнула. Нужно бы говорить поменьше. Совсем не хотелось подвергать ее опасности, которую несет ментальное вторжение. Ведь если я скажу что-то не так, Энтиор захочет стереть ей память…              Мы свернули в парк. Я с интересом рассматривала деревья, траву, людей. Все слишком непривычное… Хотя и довольно похожее. По крайней мере, трава зеленая, а люди похожи на людей. А ведь могло бы быть все совсем иным. Наверное, и такие миры, совсем не похожие на мой, тоже существуют.       — Думаешь, твой парень сможет тебя найти без телефона? Наверное, стоило сказать кому-нибудь в больнице, куда мы пойдем.       — Сможет, — я беззаботно махнула рукой. — Мы договорились заранее, если он опоздает, я прогуляюсь. — Ага, заранее договорился он следить за всеми моими передвижениями, даже меня не спросив.       — Понятно. Здесь кафе, — она кивнула в сторону небольшого здания с красивыми столиками и цветами в кадках. — Зайдем?       — Давай…              А через некоторое время Джесси смотрела на меня огромными глазами и недоуменно моргала. Мы сидели на этой красивой веранде, изучали меню. И кто только тянул меня за язык…       — В смысле ты никогда не ела бургеры? — Она непонимающе поддалась вперед.       — Эм… — Надо было что-то придумать, но мозг отказывался работать. — Может… Просто они иначе называются…       — Бургеры?! — Она в еще большем шоке захлопала глазами.       — Ну… Нет… то есть…       — Камилла. — Джесси тряхнула головой. — Ты слишком странная. Прости, не хочу обидеть, это не оскорбление. Но это слишком странно! — Она рассмеялась. — Ты живешь в Америке и не ела бургеры. Не может быть!       Я только обезоруживающе улыбнулась ей, уже мечтая сбежать. Возможно, совместная прогулка была и не такой хорошей идеей.       — Так получилось. Давай попробуем сейчас. Я бы хотела, — я с интересом рассматриваю аппетитное блюдо на картинке.       — Оке-ей, — девушка вновь трясет головой, отчего ее кудрявые волосы пружинят. — Может позже расскажешь свои тайны, — она смеется. Поднимает руку, зовя официанта.       — Только у меня нет денег… Я верну тебе, когда встречусь с Энтиором, хорошо?       — Конечно. Какое странное имя у твоего парня, первый раз слышу. Нам два чиз-кинга, и две колы, — она делает заказ.              Мы болтаем о каких-то мелочах. Я стараюсь говорить еще меньше и скрывать все эмоции удивления. Расспрашиваю Джесси о ее жизни, а она не против поболтать. В процессе ее рассказа я понимаю, что на самом деле наши миры похожи. Дети так же ходят в школу, потом поступают в разные училища, только в моем мире это доступно лишь обеспеченным семьям, а здесь почти всем. И еще здесь нет рабства… Даже близко чего-то подобного нет. Я аккуратно уточняю некоторые детали, но все равно зарабатываю очередные удивленные взгляды от девушки.       — Правитель? Одного конкретного нет. Канцлера таковым сложно называть, правительство решает все сообща. В Америке слишком значимые фигуры президентов, по моему мнению, — она закатывает глаза, — это так старомодно. Каждые четыре года все эти выборы, дебаты. Зачем все это, если сенат удобнее?       — Да уж, — я согласно киваю, понимая, что вопросы вообще лучше не задавать. Все равно я не понимаю больше половины, а вот на встречные удивленные вопросы девушки, у меня ответов нет.       Нам приносят нашу еду. И Джесси, глядя как я с интересом осматриваю этот бургер, все более удивленно качает головой.       — А как? — Я осматриваю стол, ища вилку или что-то подобное.       — Так… У меня все больше вопросов, — она смеется. Берет бургер руками и откусывает.       Я, смущенно улыбаясь, повторяю за ней.       — Это очень вкусно! Вау, — откусываю еще большой кусок. В больнице еда не была и на десятую долю такой вкусной.       — Ты правда, что ли их никогда не пробовала? Капец… — Она задумчиво жует. Потом делает предположение. — Из-за семьи? Консервативные и строгие родители, при этом повернутые на правильном питании? А в универе как же?       Я обреченно киваю. Пусть вина будет на родителях.       — Не знаю даже, никогда не задумывалась об этом. Привыкла к другой еде.       — Значит, я открыла тебе новый мир, — она смеется и протягивает мне бутылку с пузырящимся напитком.       — Да, это точно, — я впервые говорю правду, улыбаюсь ей и с благодарным кивком принимаю напиток. Он тоже оказывает очень необычным и вкусным, сладким.              Так проходит почти час, в хорошем настроении, со вкусной едой и болтовней обо всяких мелочах, в основном о парнях и танцах, называемых здесь вечеринками, — темы, актуальные для девушек в любом мире. На моменте, когда Джесси рассказывала очередную смешную историю с очередной вечеринки, где она была совершенно пьяной, я чувствую знакомое покалывание Темной магии. Резко обрываю смех и оборачиваюсь.       Энтиор подходит ближе. Возможно, он слышал какую-то часть разговора. Я поднимаюсь и радостно делаю шаг к нему. Застываю на мгновение в неуверенности. Но потом он обнимает меня первый. И я выдыхаю, наконец-то чувствуя себя совершенно счастливой. Оказывается, так хотелось оказаться в его объятиях.       — Привет, — я улыбаюсь, хочется почему-то закружиться и рассмеяться от радости. Темный принц легко улыбается в ответ, не отпускает меня, но я все-таки выпутываюсь из его рук. — Мы здесь ели бургеры. Я теперь должна Джесси деньги.       Энтиор приветственно кивает девушке, садится на стул, рядом с моим. Джесси начинает собираться, но я, с молчаливого одобрения Энтиора, прошу ее задержаться еще чуть-чуть.       — Можем тебя подвезти, если хочешь? — произносит неожиданно Темный. У него тоже на удивление хорошее настроение сегодня.       — Это было бы очень кстати, спасибо, — она кивает. Видно, что присутствие Темного ее немного смущает, но она старается этого не показывать.       Энтиор тоже делает себе заказ, такой же бургер и еще что-то мясное. И мы снова продолжаем болтать, только теперь моя рука лежит в руке Энтиора, и от этого настроение становится совсем хорошим. Не верится, что я больше не болею, не чувствую себя плохо, в том числе и благодаря Джесси. А благодаря принцу я вообще смогла выжить. Он снова спас мне жизнь.       — Ты говорила, что выиграла соревнование по прыжкам в бассейн? — Я решаю вернуться к теме, на которой мы остановились.       — Да, — Джесси смеется. — Все были совершенно пьяные. И это было так глупо. Но я все равно победила… — Она рассказывает и дальше смешные истории из жизни во время своей учебы, и я смеюсь вместе с ней. Понимаю, что тоже очень хочу испытать подобное беззаботное время, побыть студентом. Может быть, я смогу осуществить эту мечту?       — Кстати, завтра будет вечеринка в клубе «Хоуп», как раз с бассейном и классной кэжуал группой. Если хочешь, может придешь? Придете? — Она переводит взгляд на Энтиора.       А он, усмехаясь, смотрит на меня.       «Интересны развлечения другого мира?» — его голос в моей голове.       «Да! Очень интересны! Пожалуйста, давай пойдем?»       — Возможно, придем. Скажешь адрес? — Энтиор достает телефон. Джесси прикасается штукой, которая вроде как часы, к его телефону.       — Отправила приглашения. Приходите. — Она довольно улыбается нам. Все-таки это все очень похоже на магию.       Время проходит незаметно. Вскоре Энтиор просит принести счет. И оплачивает его сам. Джесси застывает с протянутой рукой со своим телефоном.       — Это… очень приятно. Спасибо, — она удивленно и смущенно убирает руку. Я улавливаю ее эмоции, в них слишком много смущения. — Я хотела бы извиниться… Кажется, на работе я была довольно грубой.       Энтиор только усмехается. А я поддаюсь к ней ближе, беря за руку.       — Я тоже извиняюсь… Вдруг, что-то не так, — я смущенно отвожу взгляд. То, что я выпила ее кровь, до сих пор ужасает. И прямо попросить прощения нельзя. Может быть, подарить ей что-нибудь позже?       Джесси растроганно улыбается мне, говорит, что все в порядке и мне точно не за что извиняться. А я слышу смеющийся голос Энтиора в голове: «Ты была бы очень вежливым вампиром». В ответ хочется застонать, но эмоции показывать нельзя.              Мы возвращаемся через парк обратно к дороге. И я с удивлением и опаской смотрю на черную машину, к которой мы подошли. Энтиор призывно распахивает заднюю дверь сначала перед Джесси, а потом и переднюю передо мной. Я со страхом смотрю на него, чуть медлю.       — Не бойся, тебе понравится, — произносит тихо. Я сглатываю и забираюсь в это пугающее приспособление.       Это даже близко не похоже на кареты. Все слишком необычно выглядит. Энтиор тянется куда-то и меня прислоняет к креслу плоская веревка, так просто не выберешься. Я моргаю, а потом от жужжания и резкого старта вперед хочется завизжать. Но я только сжимаю руки и чуть приоткрываю рот от удивления. Это слишком быстро… Это почти как полет, только над уровнем земли.       Хорошо, что я уже летала, и сама и много раз с Энтиором, иначе бы точно не сдержала восторженного визга. Мы то замедляемся, пропуская людей, то вновь резко разгоняемся, иногда объезжая другие, более медленные машины.       Через несколько минут Джесси говорит, что ее дом совсем недалеко, показывает, куда повернуть. И мы вскоре останавливаемся. Я прощаюсь с новой знакомой, обещая завтра прийти на эту вечеринку.       И мы наконец-то остаемся одни. Я облегченно выдыхаю, и теперь не скрывая эмоций, поворачиваюсь к Энтиору. Он усмехается, глядя в мои широко распахнутые глаза.              — Все это просто невероятно! — Я прикасаюсь к гладкой поверхности этой машины передо мной. Здесь много каких-то кнопок. — У меня просто миллион вопросов!       — На все точно не отвечу, — он смеется. Вновь тянется к этой веревке и пристегивает меня к креслу, сам так не делает. Я пробую выбраться, но не получается. — Это чтобы не упасть? — Темный кивает. Я с интересом рассматриваю всякие мигающие экраны. Прикасаюсь к крутящейся штуке. — А это?       — Руль. Для управления вправо, влево. Внизу педали, которые заставляют машину ехать. Если захочешь, можешь потом попробовать.       — Правда? — Я с неверием и страхом рассматриваю машину. — Это кажется очень опасным… Так быстро, будто полет.       — Зато интересно, — Энтиор довольно улыбается.       Машина вновь трогается, теперь я не сдерживаю восторженный смех. А Темный, наверняка специально, разгоняется гораздо быстрее, чем все остальные машины. Слышатся резкие звуки, я понимаю, что это недовольные сигналы нам… Но Энтиор только резко поворачивает руль в разные стороны, обгоняя чужие машины. Это страшно… Я вцепляюсь в ручку на двери.       — Мы слишком быстро едем! — От испуга хочется визжать. Или от восторга…       — Ага, — принц доволен. Я давно не видела его таким. Долгие мгновения я просто смотрю на него, на резкий профиль, растрепавшиеся волосы и довольную улыбку, и понимаю, что таких чувств я не испытывала никогда и ни к кому.       Сердце стучит о ребра, то ли от страха быстрой езды, то ли от этих новых, сводящих с ума чувств.              — А куда мы едем? — Я решаю отвлечься. Собственные мысли слишком пугают. Больше всего я боюсь узнать, что чувствует принц по отношению ко мне. Ведь если чувства не взаимны… Нет. Не стоит об этом думать.       — Можем заехать купить одежду тебе. Хоть мы здесь и ненадолго, ты не можешь ходить в больничных вещах, — он осматривает мой белый костюм.       — А, по-моему, я похожа на других людей, у них почти такая же одежда.       — Да, мода здесь почти не имеет границ между парадной и домашней одеждой.       — Мне нравится этот мир… — Я искренне улыбаюсь ему. — И я не могу передать, как благодарна тебе. За спасение. Это так невероятно. В нашем мире я бы умерла? — По телу проходит дрожь, я обнимаю себя за плечи.       — Забудь, — Энтиор хмурится, беззаботное веселье исчезает. — Я бы не дал тебе умереть.       — Спасибо. — Мне хочется его обнять. Я опускаю руки и жмурюсь. Глупая. Нельзя так сильно… влюбляться. Нельзя.       Какое-то время мы едем в тишине. Я с любопытством рассматриваю проносящиеся за окном здания, улицы и широкие дороги с сотнями машин. Некоторые люди едут на странных двухколесных приспособлениях, то с маленькими колесами, то с большими. Людей тоже невероятно много.       — Здесь так много людей… И все слишком масштабное, здания в разы больше дворцов…       — Да, десять миллиардов людей.       — Миллиардов? — Я расширяю глаза. В школе говорили, что в Темной империи население несколько миллионов душ, и это самая большая страна на континенте. А число в миллиард даже представить сложно. — Этот мир правда огромный…              Мы останавливаемся около огромного здания, по масштабу похожего на дворец Темных. Заезжаем на машине внутрь, под землю… Я с легким испугом смотрю по сторонам. Целые этажи для хранения машин!       — И это просто магазин? — неверяще поворачиваюсь к Энтиору.       Он усмехается и кивает. Потом тянется развязать меня, но застывает около моего лица. Я замираю, понимая, что связана в прямом и переносном смысле. Отсюда никуда не деться… Но никуда исчезать и не хочется, больше всего на свете хочется его поцеловать.       — Я слишком соскучился по тебе, — он выдыхает почти в самые губы. Сердце от этих слов дергается и, кажется, превращается в тающее мороженое.       — Я тоже… — тихо выдыхаю, чуть прикрывая глаза.       Долгожданный поцелуй выбивает почву из-под ног, если бы я не сидела, то точно бы упала. А так я только тянусь к нему ближе, зарываюсь руками в волосы. Энтиор все-таки отвязывает меня, а потом тянет на себя. И я сажусь к нему на колени, разведя ноги в стороны. Его кресло отъезжает назад, места хоть и мало, но я ни за что бы сейчас не хотела оторваться от желанных поцелуев.       — Камилла, — он выдыхает. Забирается рукой мне под рубашку, сжимает ягодицы, прижимая еще ближе к себе. Я чувствую его твердое желание. Жмурюсь и буквально схожу с ума от хриплого шепота. — Ты сводишь с ума, — он словно повторяет мои мысли… — Твои вздохи, твой запах, тело.       Я только не сдерживаю очередной стон, когда его руки скользят везде, жестко сжимают грудь, опускаются ниже, где уже все мокрое… Мне так безумно не хватало его касаний…       В машине жарко, нечем дышать. Я боюсь осознавать, что стекла совсем прозрачные, и кто угодно может нас увидеть… Сейчас на это плевать. Мы продолжаем целоваться, Энтиор расстегивает брюки, стаскивает и мою одежду, белье… Я в последний момент все-таки останавливаю его, не давая полностью стянуть с меня рубашку. И мы вновь целуемся, я могу только пытаться сдерживать стоны, но не получается. Особенно, когда он наконец-то входит в меня. Когда резко заполняет меня внизу, стискивает ягодицы. Я выдыхаю, смотрю в его затуманенные желанием глаза, и понимаю, что безумно счастлива, безумно его хочу, как и он меня. Он помогает мне поймать нужный ритм, направляет, а я упираюсь в его плечи руками. Не сдерживаю стонов, когда ритм ускоряется. Так невероятно необычно и приятно, что я сверху, на нем. Но он все равно все контролирует, я плавлюсь в его руках, впиваюсь ногтями в плечи. А еще понимаю, что чувствую не только свои эмоции. Жар, страсть, восхищение, счастье, желание и волнами накатывающее удовольствие не только мои, но и его… Он не скрывает от меня эмоции… От этого все становится в разы ярче. Я не сдерживаю крика, когда достигаю оргазма. Мы кончаем одновременно, потому что эмоции звучат в унисон.       Обессиленно падаю на него и еще долго не могу отдышаться. А потом с ужасом замечаю на кончиках пальцев кровь… Я… Я вцепилась в его плечи до крови?       — Энтиор… — Я в панике пытаюсь с него слезть. Отодвигаю его рубашку, но следов на плечах уже не осталось.       — Что? — Он смеется. Поддается ближе. — Маленькая вампирша, — кусает мою нижнюю губу. Я тихо вскрикиваю. Мне безумно стыдно. Хочу слезть, но он не пускает, только улыбается, глядя на слезы в моих глазах. — Не переживай. Ты пока плохо контролируешь свою суть. В ином облике ты сильнее, поэтому можешь проткнуть кожу.       — И тебе не больно? — Я жмурюсь, кажется, что сгорю со стыда. — Прости…       Он только смеется, прижимает ближе.       — Сможешь потом отдать свою кровь, я буду очень даже не против, — жаркий шепот на ухо.       Я только жмурюсь, утыкаясь в его плечо. Думать обо всем произошедшем стыдно и жарко. Нужно одеться…       — Мам! А что… — Звонкий голос раздается со стороны окна.       — Марк! А ну идем, — какая-то женщина отцепляет ребенка, который почти прилип к окну нашей машины. Что-то выговаривает ему, возмущается.       Я не могу сдержать стона. Вот теперь становится совсем стыдно. Но, естественно, мне одной. Все-таки сползаю с мага, пытаюсь хоть немного привести себя в порядок. Энтиор тоже возвращает одежду на место и выходит из машины, открывает мне дверь.       — Очень удобное средство передвижения, гораздо удобнее карет. — Он протягивает мне руку, я вылезаю, и он захлопывает дверь.       — Даже думать не хочу про твой опыт в каретах, — я закатываю глаза. Щеки горят. И кажется, что абсолютно все вокруг понимают, чем я только что занималась. Принц смеется в ответ.       Я замираю на миг. Вновь страшно что делаю шаг в новый незнакомый мир. Но руку крепко держит Темный принц, и рядом с ним спокойно. Рядом с ним мне хочется находиться всегда…