Вопрос времени

С самого утра меня не покидало плохое предчувствие. Стоило мне проснуться, я знала, что должно произойти что-то, что так или иначе повлияет на мою жизнь. Последний раз, когда я испытывала нечто подобное, я умерла. Это было в том мире, меня готовили к операции, но я будто уже знала, что ничем хорошим это не закончится. И тогда я оказалась права. Сейчас я старалась об этом не думать. Заставляла себя думать о чем угодно, кроме своего плохого предчувствия, но ничего хорошего из этого не выходило. Отвлечься на документы у меня не получилось, поэтому я решила посвятить себя Хине – маленькому черному котенку, подарку Мадары на мой последний день рождения. За это время Хина уже успела окрепнуть и сама исследовала дом и даже пыталась попасть во двор, чего Тобирама ей категорически не позволял, явно недооценивая семейство кошачьих. Честно признаться, я не ожидала от Сенджу такой любви к кошкам. Почему-то я думала, что Тобирама очень скептически отнесется к бесполезному котенку в доме (всё же должно быть полезным). Но всё получилось совсем наоборот. Уже потом я поняла, что его призыв – белая рысь, а это своего рода тоже кошка. Он знал, как выхаживать и тренировать рысят, потому использовал все эти навыки на маленькой Хине, которая быстро нашла в моем муже себе нового хозяина. Как же меня это бесило. В тот мой день рождения я была, скажем так, выбита из колеи нападением Хьюг. По пути к месту боя я отдала котенка первой попавшейся девочке из клана Сенджу. Через 3 дня, когда я попросила Тобираму найти девочку Аминаку, я не надеялась, что он найдет. Думала, что сделает вид, будто девчонка потеряла котенка, и избавится от лишнего зверька. Но он не просто нашел ее, но еще и выхаживал тогда еще слепую Хину, проводившую у меня может и большую часть времени, но любившую Тобираму больше. По крайней мере, мне всегда так казалось. Именно поэтому я решила отвлечься на кошку, надеясь сразу убить при этом двух зайцев – позабыть о чувстве повышенной тревожности и сблизиться с питомцем, о котором всегда мечтала. Вид играющей с ленточкой Хины меня успокаивал, но тревоги не убирал. Я только сейчас заметила, что постепенно шерсть Хины темнеет, становясь совсем черной, хотя тогда в феврале мне она казалось тёмно-коричневой, а два крохотных желтых глаза всё больше приобретали зеленый оттенок. В моем мире такое сочетание было довольно редким. Либо Мадара очень сильно заморочился с таким, казалось бы, простым подарком, либо в этом мире всё немного по-другому. По-другому. За эту мысль я уцепилась как за спасательный круг. Вдруг чувство тревожности вызвано лишь очередной волной воспоминаний о прошлой Изуне, которые, кстати, давно не настигали меня. Я, конечно, радовалась тому, что мигрень на какое-то время отменяется, но это не отменяла того факта, что, когда воспоминания придут, их будет много, и они неплохо так ударят по моей нервной системе. Опять. Хина вдруг перестала играть с ленточкой и бросилась к входу, передними лапами стараясь открыть сёдзи. Я посчитала это странным и уже собиралась встать и выпустить кошку на улицу, как седзи резко распахнулись, впустив Тобираму. - Снова встречаешь меня, кроха? – услышала я голос Тобирамы, по-особому мягкий тон, которого удостаивалась только наша питомица. – Твоя хозяйка опять забыла тебя покормить? - Эй, ничего я не забыла! Мы вообще-то решили подождать тебя к ужину, но похоже зря! – вспылила я. Тобирама так и не реагировал на меня, так что я не удивилась, когда не услышала ответа. Я продолжала готовить еду на двоих и даже уже немного привыкла к нашим молчаливым приемам пищи, хотя иногда всё же хотелось услышать «спасибо». Ужинали мы в тишине, нарушаемой лишь резвящейся рядом Хиной. Приготовленная мной сегодня рыба, его любимое блюдо, кстати (не то, чтобы таким способом я хотела вывести его на эмоции), была недосолена. В прошлый раз, когда я забыла посолить мясо, он едва ли не весь вечер мне об этом говорил, а после еще и пару дней припоминал, но сегодня даже не сделал скромной ремарки о том, что про соль я благополучно забыла. Интересно, так рушатся еще не начавшиеся отношения? - Передай мне соль, пожалуйста, - попросила я. Ответа, как и ожидалось, не последовало. - Фэнкью. - Фэнкью? Что это? – заинтересованно спросил Тобирама. И только сейчас я поняла, как сильно облажалась. Уже второй раз, между прочим. Тогда с Мито у нас тоже возникло, скажем так, недопонимание. Английские слова стали вылезать всё чаще, и это начинало меня беспокоить, а сегодняшнее плохое предчувствие никак не способствовало успокоению или хотя бы проведению медитации. Ну что за жизнь! - Это значит «спасибо», - попыталась хоть как-то объясниться я, - такое слово для обозначения благодарности. Ну, знаешь, некоторые люди часто благодарят друг друга за … - Я прекрасно знаю, что некоторые люди благодарят друг друга! Просто такого никогда не слышал, - перебил мою издевку он. - Ну, это… это слово используют не все… только…. некоторые, - браво, Изуна. Прекрасное объяснение. - Некоторые? Это какой-то кодовый язык клана Учиха? - Нет, это никак не связано с Учиха, какой язык, о чем ты вообще, - затараторила я и неловко рассмеялась. Да, вот так совсем не подозрительно, я всё еще молодец, - это у Нара так говорят, да-да. - Ну что ж, ладно, - Тобирама вряд ли мне поверил, но настаивать на дальнейших объяснениях не стал. Обычно он пытал меня, когда я выкидывала такие странности, но сейчас как-то слишком легко отпустил эту ситуацию. Что ж, ладно. Но мне почему-то показалось, что мне не влетит за такую маленькую ложь.

***

В какое-то время эти сны казались мне странными. Хотя ничего странного в том, что я вижу свою прошлую жизнь, наверное, нет. В конце концов, я ещё не успела её забыть. Но этот сон почему-то обернулся для меня настоящим кошмаром. В этот раз я увидела свой университет, просторную лекционную аудиторию, в которой я когда-то училась. Я училась на педиатра и мне нужно было заканчивать обучение, ну, на тот момент, когда я умерла. Оставался всего год-два (как бы я там решила) и допустили бы до практики. Сама ужаснулась, насколько чётко помнила эту аудиторию и снующих рядом однокурсников, лица которых, я была уверена, давно позабыла. Я оказалась здесь. Аудитория и мой нелюбимый преподаватель – старик, который слишком много о себе возомнил. Я была очень зла на него (не в первый раз, так что меня это не удивило), поэтому старалась быстрее собрать свои конспекты в сумку и уже была готова уйти, как вдруг ко мне подошел он. Парень моей мечты. Немного стыдно признаться, но я была влюблена. Безумно. Настолько, насколько вообще можно было быть влюблённой. Прям до какого-то фанатизма. От того и стыдно. Так бывает только с сопливыми девчонками (а я такой не была) или в романах для сопливых девчонок. Не знала, что эта беда меня настигнет, но первый курс кардинально изменил мое отношение к любви в этом плане. Одержимость одним парнем, который учился вместе со мной, длилась все пять лет обучения. Нам оставалось ещё два года, и я надеялась, что за этих двух лет мне хватит, чтобы набраться смелости, подойти к нему и сказать, что он мне небезразличен. Ну или хотя бы как-то ему намекнуть. Как это часто бывает, всякий раз, когда мы думаем, что у нас ещё полно времени, времени у нас, собственно, нет. Так у меня времени не оказалось. Странно, я очень часто видела во снах родителей, сестёр, друзей, университет, парк рядом с домом, в котором часто гуляла, детский сад, в который я ходила когда-то, и в школу, но ни разу не видела его. И даже не вспоминала. В этом суетном и жестоком мире шиноби, вдали от парня мечты, я была будто неподвластна его чарам, а оттого и думать про него забыла с удивительной легкостью. Идеал вдруг перестал быть идеалом. Находить его недостатки, сравнивая с моим старшим братом, было до смешного легко, так что свою первую любовь я оставила в том мире уже через пару месяцев пребывания здесь. Ни слез, ни сожалений, даже рассказывать не о чем. Наверное, этим этот сон и был необычен. С каждым проведенным днём в мире шиноби я всё реже и реже вспоминала свой родной мир, а тут эти воспоминания проникли в мое сознание вместе с ничем не объяснимой паникой. Нет, это было не воспоминание, просто потому, что такого никогда не было. Просто сон. Ко мне подходит тот самый парень моей мечты. Темные волосы, как и мои в этом мире, хитрые зеленые глаза. Было в его взгляде что-то кошачье, что особенно меня привлекало. Почему-то вспомнилась моя Хина, но я отогнала это чувство, чтобы не ассоциировать их. Я была готова визжать от восторга потому что всякий раз, когда он ко мне подходил (а такое было нечасто), во мне просыпалась какая-то десятилетняя девчонка, к который подошел парень, о котором она пишет в своем дневнике. - Прости, можно с тобой поговорить? - спросил он. - Да, конечно, - уверенно ответила я. Уверенно. Мне это было никогда не свойственно. Мы мало с ним общались, но всякий раз я не могла перестать глупо улыбаться только от одного факта, что он мне что-то говорил. Кивала и улыбалась, разве что не заикалась и на том спасибо. - Понимаешь, ты мне очень нравишься. Как ты смотришь на то, чтобы погулять вместе после следующей пары? Может быть, выпить чашечку кофе? Этот сон начинал мне нравиться всё больше и больше. - Нет, - также уверенно ответила я, хотя в глубине души я была готова визжать от восторга. В смысле «нет»?! Внутреннее негодование наряду с радостным предвкушением и волнением мешали дышать. Как я могу сказать «нет», если ждала этого пять лет?! Я прекрасно понимала, что это сон, но не могла контролировать свои действия. - Но почему? Знаешь, ты так изменилась за последнее время, что стала мне очень-очень нравится, - попытался брюнет еще раз, слегка растерявшись от моего отказа. Внутри зародился червячок сомнения. Уж не знал ли этот гад о моей влюбленности в него? - Нет, - решительно и даже холодно ответила я. Таким тоном брат отказывает старейшинам в их навязчивой идее женить главу. Это «нет» означает «беги, пока жив». Моему любимому брюнету этого было знать неоткуда. - Я не изменилась, я всегда была такой. Просто ты был слишком близорук, чтобы заметить меня. Извини, но ты мне не очень интересен. - Но почему? Я потянулась к нему рукой. Провела по щеке, слишком явно почувствовав легкую щетину, и сказала: - Ты слишком похож на Тобираму, а для меня это слишком. - На кого? - Ошарашено спросил он. Ну да, откуда ему знать, кто мой муж в этом мире. И тут меня охватила паника, негодование, внутри меня зародился какой-то страх, что мне придётся выбирать между ними, что Тобирама узнает об этом, что я навсегда останусь с Сенджу без шанса быть с тем, кого люблю. Стоп, но я же не люблю его, я это точно знаю. И всё это начало душить меня. С криком я проснулась. Я делала максимально глубокие вдохи, стараясь успокоиться и не переставая ощупывать шею. Так мне было спокойнее, но ничего не помогало. Что это вообще такое было? Не скажу, что сон был страшным, но он будто разбудил давно забытые чувства, которые сегодня уже ничего для меня не значат. - Всё в порядке, Изуна? - А! - снова закричала я. Я повернула голову в сторону источника звука и увидела Тобираму. Это были первые его слова мне за всё время таинственного молчания, ну, не считая разговора про Эдо Тенсей вчера и разговора при братьях, чтобы убедить их, что всё хорошо и мы не поссорились. Но мы же оба делаем вид, что этих разговоров никогда не было? - Да, всё в порядке. Не переживай, - я старалась как можно беззаботнее это сказать, почему-то мне очень не хотелось, чтобы он видел меня такой разбитой. - Я все же так не думаю, - ответил он, - что произошло? Он аккуратно прикрыл сёдзи и прошел в мою комнату. Впервые за все это время с момента своего дня рождения. Я не смотрела на него, но заметила, что он приблизился к моему футону, а после и вовсе сел рядом. - Со мной всё в порядке, говорю же. -Тогда почему ты выглядишь так, будто тебя застали врасплох и пытались убить? - возможно, я недооценила свой внешний вид. - Мне приснился кошмар, это просто кошмар, - только сейчас заметила, что потихоньку начала успокаивать дыхание. Кажется, я даже немного заикалась. - Что за кошмар? - Какая тебе разница? Тебе нет до меня дела! – попыталась прикрикнуть я, но закашлялась. Боюсь представить, как жалко и затравленно выгляжу. - Мне есть до тебя дело, - его голос звучал тихо и вкрадчиво. Я вдруг поняла, что он говорил со мной, как с неразумным ребёнком. В любое другое время меня бы это так не взбесило, но сейчас я чувствовала этот снисходительный тон и раздражалась. Раздражение – это естественная реакция после паники и страха. Уж мне ли не знать, но знание этого мне совсем не помогло сдержать эмоции. Я всё равно сорвалась на него. - Потому что ты игнорируешь меня больше месяца. Потому что я поняла, что неприятна тебе, но можно было удостоить меня хоть каким-то ответом, а не просто игнорировать и воспринимать как пустое место. Потому что я скучаю по тебе, а тебе просто плевать. Я знаю, что я Учиха, и ты ненавидишь нас, я ваших тоже не очень жалую, чтоб ты знал! Но я стараюсь ради Конохи, будущего, ради тебя, в конце концов! Я знала, что ты никогда не сделаешь первый шаг, и сделала его сама, но неужели я заслуживаю игнорирования? Я не заслуживаю даже простого «нет»? - Ты не заслуживаешь «нет». Я опешила. Вся моя гневная тирада вдруг потеряла всякий смысл. Его слова словно тяжелый мешок рисовой муки, прилетевший в голову, выбил все мысли, чувства пропали, а в душе вдруг образовалось то, чего я больше всего боялась после своей смерти. Пустота. Я даже не смогла заставить себя разрыдаться. Да что там, просто вздохнуть. Я просто смотрела на него, отчаянно хватая ртом воздух, но забывая при этом работать легкими. -Ты не заслуживаешь «нет», Изуна, потому что ты заслуживаешь «да». Он положил свою руку мне на шею и, притянув к себе, поцеловал. Рефлексы, которые присущи были мне, как шиноби, молчали, что не помогло мне скинуть оцепенение. Почувствовав его губы на своих, я сделала резкий вдох, то ли от шока и удивления, то ли от ужаса. Потому что одно дело ждать, что тебе ответят взаимностью и совсем другое получить этот ответ. Снова вспомнился тот парень мечта, оставшийся в другом мире. Невольно я начала думать о том, что он действительно сильно похож на Тобираму. Повадки, привычки черты характера. Конечно, они разные. Очень даже разные, но если приглядеться, то суть одна. За размышлениями я не заметила, как он прервал поцелуй и немного отдалился. -Почему мне кажется, что ты сейчас думаешь не о том же, о чем и я? – шепотом спросил он, впервые за всё время нашего брака так уверенно посмотрев мне в глаза. - А о чем ты думаешь? - спросила я едва слышно. То, что я выдала, даже на шёпот было не похоже, уж слишком тихо. Я всё ещё не могла вернуть себе дар речи, а недостаток кислорода после поцелуя (да и до) явно этому не способствовал. Но он всё понял. Конечно, шиноби же читают по губам. - Поверь мне, тебе понравится то, о чем я думаю, - Тобирама улыбнулся. И мне вдруг показалось, что это самая красивая улыбка из всех, что я когда-либо видела. - Удиви меня. Он снова поцеловал меня, но уже более решительно. Внутри зародилось новое чувство, которое заставляло меня трепетно откликаться на каждый его поцелуй. Шея, ключицы, грудь. Я даже не заметила, когда он успел распахнуть мое хаори, но, когда заметила, попыталась стянуть с него его хаори. - Учиха-химе торопится, - усмехнулся он -Ты всегда был слишком медленным, - я что, простонала последнее слово? - Иначе зачем ты изобрёл ту ужасную технику Летящего Бога… - закончить фразу мне так и не удалось. Я почувствовала его руки на своих бедрах, подозревая, что эту ночь он всё-таки проведет в моей комнате. -Медленный? – с затаенной обидой произнес он, чем вызвал искреннюю улыбку на моем лице, - поверь, моя медлительность тебе сейчас даже на руку. Я густо покраснела от его ужасно пошлых намеков, но думать уже не могла. Руки не слушались, а все чувства были обострены до предела. Кажется, он устал терпеть мою возню с его одеждой, так что сам скинул ее с себя. Тогда я отчего-то засмущалась. Сколько раз я видела обнаженных мужчин, но ни один почему-то не смог меня вогнать в краску. Я же в прошлом вообще врач, для нас обнажёнка - дело привычное. Но сейчас всё казалось впервые. Этот Тобирама, кажется, плохо влияет на мою способность мыслить. Он, к сожалению, заметил мое замешательство. -Только не говори, что у тебя всё это впервые. Я возмутилась его словам, что явно отобразилось на моем лице. - Ты прекрасно знаешь, что я была хорошей девочкой, когда вышла за тебя! – возмущенно произнесла я, на что он чуть хрипло рассмеялся. - Вот как только не говори, что ждала меня всё это время. - А ты что, изменял мне после нашей свадьбы? - Наваждение постепенно проходило, а зрение возвращало свою четкость. Я попыталась приподняться на локтях, но Сенджу властно надавил на плечи и снова уложил меня на лопатки, заткнув поцелуем. Что ж, ладно, я устрою ему разбор полетов завтра, возможно даже утром, а сегодня мы оба сделаем эту ночь нашей. Разбор полетов не задался, потому что всё это было уже на следующий день совсем не важно. Честно признаться, позже я даже не жалела, что разбора полетов не было. Я жалела только о том, что, услышав на улице подозрительный шум, я быстро накинула легкую юкату и выбежала во двор, не прихватив с собой даже куная. Я жалела о том, что это утро я не встречу с Тобирамой, а в этом я была почему-то уверена. Последнее, что я помнила, это холодную росу под ногами, пронизывающий и еще по-весеннему холодный ветер, два больших желтых глаза, пугающий холод у шеи и мерзкий шепот, заставивший моё сердце пропустить пару ударов. - Ты слишком многое успела испортить. А потом темнота.