Thy Soul, Alight In The Dark

      — Криогеника, — провозгласил МакКой.       Он вплыл в медотсек словно король, вернувшийся на свой законный трон, ненадолго остановился в другом смотровом кабинете, чтобы объявить мёртвого вулканца мёртвым (что, по личному мнению Джима, было и без того очевидно), и теперь вместе с Джимом разглядывал незнакомца в криокапсуле.       — Криогеника, — осторожно повторил Джим. Он потёр лицо тылом ладони.       МакКой дёрнул плечом, как бы признавая поражение. Он наклонился, вглядываясь в дисплей.       — Чертовски хорошая технология, судя по всему. Если верить трикодеру, бедняга из другой комнаты покойник уже добрых пару лет, а значит, этот, — он легонько хлопнул по корпусу криокапсулы, — должен быть здесь по меньшей мере столько же.       — Последняя запись в журнале датируется примерно тем же временем, — сказала подошедшая к нему Ухура. Её взгляд задержался на капсуле, когда она вставила чип с данными в ПАДД Джима, а потом вернула обратно хозяину.       — Вы перевели записи?       — Это странно, — кивнула Ухура       — Всё это странно, — Джим начал просматривать сведения. Имена, даты и неузнаваемые вулканские персонажи мелькали перед ним. — О чём здесь говорится?       Ухура пожала плечами.       — Ничего до самого полудня, все системы в порядке. Но в 1400 часов поступает рапорт о взрыве в одиннадцатой лаборатории.       — Одиннадцатая лаборатория? — перебил Джим.       — Здесь, — она достала собственный ПАДД и показала ему карту корабля, которая была намного подробней сфотографированного Джимом плана эвакуации. Она, должно быть, скачала её с корабельного компьютера.       — Это недалеко отсюда, — заметил он.       — Да, — сказала Ухура. — На другой стороне от нас и чуть ближе к корме.       Краем глаза он следил за движениями МакКоя.       — Мы должны пойти туда.       — Нет, — возразил МакКой, жужжащий трикодером над криокапсулой. — Мы должны разобраться с этим парнем. Только гляньте, нет никаких признаков ухудшения. Мышцы выглядят хорошо, мозговые функции низкие из-за заморозки, но это не удивительно. Ни намёка на органную недостаточность, никаких нарушений.       — Где ты это взял? — Джим прищурился, глядя на трикодер.       — Передний шкаф с инвентарём, — МакКой собственнически сжал трикодер в руках. — И я его не отдам.       Джим посмотрел на него с сомнением. Потом указал подбородком в сторону криокапсулы.       — Не думал, что трикодер может пробиться сквозь прозрачный алюминий.       МакКой закатил глаза.       — Я считываю показатели с компьютера капсулы, Джим. Господи, ты действительно считаешь, что я достаточно туп, чтобы водить им над стеклом и надеяться на лучшее?       — И ты можешь их прочитать?       — Мисс Ухура поменяла для меня язык, — фыркнул он. — Трикодер настроен на вулканскую норму.       — Логично.       МакКой закатил глаза.       — Будь он настроен на что-то ещё, у меня бы было больше вопросов. И если верить ему, показатели нашего приятеля немного необычны.       — Необычны? — напряжённо спросил Джим. — В каком смысле?       — Они укладываются в рамки того, что трикодер считает нормальным для вулканцев, не дайте мне начать говорить об их показателях кровяного давления, Господь Бог всемогущий… — МакКой всё ещё изучал выводимые на трикодер данные. — Он в порядке, вот что я могу сказать. Просто не совсем обычный, — он положил трикодер на криокапсулу. — Может быть, просто эффект заморозки.       — Джим, — тихо позвала Ухура.       Он повернулся к ней.       — Согласно журналам, после взрыва капитан отправил часть команды мостика вниз для того, чтобы разобраться с последствиями. Следующая запись говорит, что сдерживающее поле оказалось неэффективно. Всё, что находилось рядом с одиннадцатой лабораторией, было запечатано - включая медотсек, я полагаю - и процедура эвакуации должна была начаться немедленно. Очевидно, они также послали сообщение Вулканскому Верховному Совету, но кто знает, дошло ли оно.       Пару лет назад у их карьеры было совершенно другое направление, подумал Джим, но он был уверен, что никогда не слышал ни о чём подобном.       — Звёздный Флот точно никогда ни о чём таком не упоминал.       Ухура развернула ещё одну карту, на ней был выделенный красным участок.       — Вот зона, которая была опечатана.       Джим взглянул на карту.       — Это именно то место, где мы стоим, — сказал он с вынужденным спокойствием, которого не чувствовал.       — Мне не нравится, как звучит «сдерживающее поле оказалось неэффективно», — скривился МакКой.       — Не думаю, что кому-то вообще может нравиться, как это звучит, — Джим посмотрел на них обоих. — Я не встретил никаких явных препятствий, пока сюда шёл. И, хотя мы все воспользовались разными путями, я думаю, тоже самое касается и вас.       — Не встретила, — согласилась Ухура. Она закрыла свой ПАДД. — Это последняя запись, — добавила она. — Но это не объясняет, почему все эвакуировались даже после того, как зона поражения была запечатана.       — Возможно, этого было недостаточно, — предположил Джим. Он задумчиво потёр губы и начал мерить шагами кабинет. — Возможно, это только замедлило процесс. Будь всё настолько плохо, несмотря ни на что я бы так и сделал.       — Процесс? — взвился МакКой. — Какой «процесс»? Почему мы теперь предполагаем, что это какой-то «процесс»?       — Разве это не стандартная процедура? — сухо спросила Ухура.       — Джим, это серьёзно. Что-то заставило вулканцев бежать с этого полностью исправного корабля, как будто тут был пожар...       — Ну, не знаю, если случился взрыв, то здесь и правда мог быть пожар.       — Не будь задницей. Ты знаешь, что я имею в виду. Что бы не заставило их уйти, они были настолько уверены, что ничего не могут с этим сделать, что бросили целый корабль - и этого парня, кем бы он ни был - гнить. Это наводит меня на мысль о болезни. Что-то вирусное, или, чёрт возьми, они же что-что делали с растениями, верно? Здесь могут быть любые известные науке бактерии.       — Ты всегда думаешь, что это болезнь, — сказал Джим. — Это может быть что угодно другое, — он сжал губы. — Трикодер не выявил ничего необычного?       — Трикодер регистрирует только то, что он должен регистрировать, — МакКой обвёл рукой комнату. — Если здесь есть что-то, с чем никто до сих пор не сталкивался, он не узнает, что оно здесь.       — Вулканцы ушли быстро, — сказала Ухура. — А мы пробыли на корабле всего несколько часов. Если здесь было что-то вроде вируса, вам не кажется, что после пары лет в космосе оно уже мертво?       — Оно могло всё это время дремать.       — Может оно даже не действует на людей... Эй, подождите, — Джим скрестил руки. — Мы даже не знаем, что это был вирус. Или бактерии. Или споры. Или что угодно.       — Мы не знаем и обратного, — возразил МакКой.       — Боунс, я не думаю, что это достаточный аргумент.       МакКой тяжело выдохнул через нос.       — Мне нужно взять образцы, — сказал он. Он поднял свои руки ладонями вверх, затем перевернул их, взглянул на тыльную сторону изучая состояние кожи. — Возможно, мы все уже заражены.       — Мы можем просто спросить его.       Уронив руки по бокам, МакКой посмотрел на Джима. Тот пожал плечами.       — Что? Он может точно сказать нам, что произошло.       — Может, он и был проблемой, — сказала Ухура.       МакКой сверкнул глазами.       — Спасибо! Видишь?       — На самом деле, нет. Посмотрите, на нём форма. Может быть, у нас получится найти информацию о нём на корабельном компьютере.       — Джим, если ты думаешь, что я собираюсь будить заражённое зелёное эскимо на корабле-призраке с помощью медицинского оборудования с совершенно другой планеты...       — Почему нет?       — Ты вообще слышишь, что я говорю?       — Ты думаешь, он по какой-либо причине умрёт?       — Разумеется, нет, — огрызнулся МакКой. — Но мы можем.       — Но ты можешь разбудить его, не убив?       — Дело не в этом, Джим! — МакКой теперь стоял прямо перед капсулой, закрывая собой кодовую панель, как будто думал, что Джим собирается перепрыгнуть через него и сорвать крышку. Он скрестил руки. — Этот парень может быть сумасшедшим. У него может быть какое-нибудь ужасное заболевание, он может...       — Он мог оказаться в неправильном месте в неправильное время и думать, что его команда вернётся за ним, — резонно заметил Джим. Он фыркнул. — Ты вообще когда-нибудь видел сумасшедшего вулканца? Я не уверен, что они существуют.       — Конечно они существуют, — высокомерно заявил МакКой. — Ни один вид не застрахован от биохимического сдвига в мозгах. Даже ходячие компьютеры.       — Он не сумасшедший, — сказала Ухура. Она каким-то образом смогла проскользнуть мимо МакКоя к другой стороне криокапсулы и снова что-то печатала на своём ПАДДе. — Во всяком случае, если верить списку команды.       — Где, чёрт возьми, вы достали список команды?       Ухура подняла бровь.       — Джим сказал, что нашёл мертвеца, и я подумала, что было бы неплохо посмотреть, не сможем ли мы идентифицировать его. Я загрузила список, когда просматривала журналы.       — Я знал, что нанял вас не просто так, — улыбаясь сказал Джим.       — Прошу вас, — возразила Ухура, — как будто вы имеете отношение к найму любого из нас.       — Это правда, — вставил МакКой. — Меня заставили.       — Это не так! — возмутился Джим. — Ты был одним из тех, кто пошёл за идею!       — В любом случае, — продолжила Ухура, — нашивка на его форме означает, что он был частью научной команды, так что снятие кого-то с работ... — она снова пролистывала данные, — только мужчины, хм. Как думаете, может этот? — она показала им экран. — Он здорово походит.       — Нет, — сказал Джим, разглядывая изображение, — у него немного другое лицо? Мне кажется скулы.       — Ладно, — Ухура стала листать дальше. — О, — она снова протянула им экран. — Этот.       Одного взгляда было достаточно.       — Определённо он, — согласился Джим. Они все посмотрели на вулканца в криокапсуле, а потом опять на изображение. Мужчина в криокапсуле был бледнее, его глаза закрыты, но сходство было несомненным. Джим снова посмотрел на идентификационные данные. Вся информация была написана на вулканском. Он поднял голову чтобы посмотреть на Ухуру. — Что тут сказано?       Она забрала ПАДД обратно.       — Его имя Спок, — прочитала она. — Родился в ШиКаре, звёздная дата 2230.06. Имеет вулканский эквивалент докторской степени от ВНА и ранг лейтенанта в Вулканском Военном Корпусе.       — Должно быть, вступил во время войны, — пробормотал Джим.       Ухура поморщилась.       — Должно было быть что-то, что заставило его покинуть почётный пост в ВНА и присоединиться к корпусу.       — Я знаю, что многие вулканские солдаты записались после Битвы при Дельта Веге, — вздохнул Джим. — Такая близость к поражению выявляет скрытый патриотизм, знаете ли.       — Боже спаси и сохрани, — фыркнул МакКой.       — Тут сказано, что у него квалификация А7 в области компьютеров.       Джим поднял обе брови вверх, но МакКой не выглядел впечатлённым.       — Это было его специальностью? — спросил он. — Компьютеры?       — Нет, — сказала Ухура. Она нахмурилась. — Здесь сказано, физика и... психология?       — Что, — без выражения произнёс МакКой.       — Нет, — поправилась Ухура. — Извините, — она покачала головой. — Перевод странный. Не как консультирование. Что-то связанное с вулканской телепатией. Её физикой. Не думаю, что в стандарте есть подходящее слово.       — Всё стало ещё непонятней.       Джим изучал внешнюю обшивку криокапсулы, скользя пальцами вдоль гладких боков устройства. Это слишком похоже на гроб, подумал он. Он поднял голову. — Там сказано, какую работу он здесь выполнял?       — Нет, — ответила Ухура. — Но он был приписан к одиннадцатой лаборатории.       Джим хмыкнул.       — Одиннадцатая лаборатория, — повторил он. — Интересно.       МакКой немедленно поджал губы.       — Нет, Джим, — сказал он.       — Просто посмотрим, — предложил Джим. — Всего одним глазком.       — Нет.       — Да ладно, — он обаятельно улыбнулся. — Это может дать нам представление о том, что произошло с этим несчастным до того, как мы попытаемся разбудить его.       — Я не говорил, что собираюсь его будить! — МакКой воинственно потряс сжатым в руке трикодером.       — Ну же, Боунс, — Джим протянул руку и сжал его плечо. — Мы уже в зоне поражения и с таким же успехом можем отправиться в гранд тур. У вас есть карта, — он указал на Ухуру. — Куда идти?       — Похоже, что мы можем пройти прямо здесь, — Ухура указала на переднюю смотровую комнату, —и потом просто продолжать идти вперёд.       — Отлично, — он махнул рукой. — Идём.       — Я жалею, что вообще встретил тебя, — пробормотал МакКой, но всё равно позволил Джиму провести себя сквозь дверной проём.       — У тебя была возможность узнать, что убило беднягу в другой смотровой? — спросил Джим, когда они проходили мимо.       — Нет, — МакКой сжал губы. — Единственное, что я могу сказать, так это то, что трикодер ничего не дал. Если ты хочешь больше, то нужно провести вскрытие или найти томограф.       Джим задумался над этим.       — Думаешь, это поможет?       МакКой остановился. Он взял Джима за локоть, заставив задержаться и его тоже. Он посмотрел на МакКоя в замешательстве.       — Что такое?       — Джим, — тихо сказал МакКой. — Ты должен помнить, что мы больше не Звёздный Флот, — челюсти Джима невольно сжались. МакКой продолжал. — Не наша работа выяснять, что случилось с этими несчастными ублюдками. Мы нашли кого-то, кто нуждается в нашей помощи, и мы, конечно, протянули им руку, но остальное? — Он похлопал Джима по плечу. — Вулканцы наверняка ищут этот корабль. Лучшее, что мы можем сделать, это послать им сообщение и надеяться, что они не пожалеют для нас того оборудования, которое Скотти уже украл.       Джим провёл рукой по своим волосам.       — Я знаю, знаю, — наконец сказал он. Он бросил взгляд на Ухуру, которая шла на несколько шагов впереди них. — Я просто... — он выдохнул, протяжно и низко. — Привычка, я думаю.       — Да, — мягко сказал МакКой. — Я понимаю, — он сжал плечо Джима. — От некоторых привычек трудно избавиться.       Джим кивнул.       — Нам, впрочем, придётся что-то сделать с этим Споком, — сказал он. — Мы не можем просто... — он обвёл рукой корабль вокруг, — даже если мы сообщим вулканским властям, мы не можем просто бросить его дожидаться пока они прилетят и заберут его.       МакКой застонал.       — Так и знал, что ты это скажешь, — он пошёл дальше, шаги отражались лёгким эхом от полированного пола. — Наш медотсек не слишком приспособлен для замороженных пассажиров.       — Мы можем разморозить его.       МакКой сморщил нос. Они шли дальше.       По сравнению с остальными лабораториями, которые Джим видел раньше, с их тщательно маркированными образцами и закрытыми дверями, было совершенно очевидно, что с одиннадцатой лабораторией что-то не в порядке.       — Ну, это выглядит не слишком воодушевляюще, — произнёс МакКой, когда все трое замерли, широко распахнув глаза. Двери в одиннадцатую лабораторию были не столько «разблокированы», сколько «начисто удалены», а на их месте зияла большая квадратная дыра. Дальше по коридору они заметили скрученные, изуродованные, согнутые под странными углами куски металла. Мерцающий свет, струящийся из передней части лаборатории, отбрасывал на их лица причудливые мелькающие тени. За исключением их собственного дыхания, сцена была совершенно беззвучной.       — Леонард, — тихо позвала Ухура. — Пожалуйста, скажите мне, что вы знаете, какой вирус может сорвать стальную дверь с петель и швырнуть через всю комнату.       МакКой сглотнул.       — Ненавижу разочаровывать, — ответил он так же тихо, — но у меня нет ни единой чёртовой идеи.       — Идёмте, — сказал Джим. Он пошёл вперёд.       Кровь.       Это была первая вещь, о которой подумал Джим, войдя в одиннадцатую лабораторию.       Она запятнала, засохла, застыла на полу и стенах, скопилась под телами, разбросанными по всему помещению. На стенах и столешницах были глубокие выбоины и царапины, как будто что-то дикое в ярости пронеслось по этому месту. Он сделал ещё шаг и почувствовал, как под тяжёлым ботинком его скафандра что-то хрустнуло. Он поднял ногу и увидел глиняные осколки.       — Иисус, Мария и Иосиф, — прошептал МакКой.       Джим видел много ужасных вещей будучи офицером Звёздного Флота, особенно во время войны, но ему всё равно понадобилась вся его сила воли, чтобы успокоить взбунтовавшийся желудок. — Проклятье, — произнёс он. — Ёбаный Ад.       Он услышал, как позади него Ухура издала задушенный звук и выругалась даже более грубо.       — Боунс, — позвал он, сам не до конца уверенный, почему шепчет. — Что могло сотворить всё это?       Впереди МакКой уже вытащил трикодер. Его лицо выражало серьёзность, которую Джим редко видел за пределами медотсека. Он опустился рядом с ближайшим телом, водя трикодером над его торсом, руками и затылком.       — Никаких настоящих ран, — пробормотал он. — Царапины, синяки, но ничего, что могло бы убить человека, — он повернулся чтобы посмотреть на Джима, опустившегося на колени рядом с ним.       — Что ты имеешь в виду? — После целого дня издевательств его колено заныло, но он снова это проигнорировал. — Как это возможно? Здесь повсюду кровь.       Но МакКой покачал головой.       — Его нос, — сказал он. — Его уши, — Он потянулся вперёд, однако после секундного размышления запустил руку в сумку на ремне. Он достал пару одноразовых перчаток и натянул их. Затем, схватившись за окровавленное плечо трупа, перевернул его.       Джиму было сложно контролировать своё колотящееся сердце. Лицом к лицу с трупом он почувствовал приступ особенно острого ужаса. Даже с учётом того, что кожа совершенно иссохла в по-вулкански сухих, стерильных условиях лаборатории, всё было очевидно: широко раскрытый рот и ужасные, длинные царапины, прекрасно соответствующие ногтям, избороздившие щёки. Там, где должны были быть глаза, не было ничего кроме пустых глазниц, а окружающую кожу покрывали царапины и пятна засохшей крови.       — Он, должно быть, выбил их, — МакКой встретил взгляд капитана. — Джим, — сказал он, — что бы ни убило этого вулканца, ему было ужасно больно.       — Господи-Иисусе, — выдавил Джим. Он прижал кулак ко рту. — Что могло сотворить подобное?       — Они все такие, — сказала Ухура, прошедшая по лаборатории дальше их. Она остановилась, рассматривая один из лабораторных столиков. Столик был белый как яичная скорлупа, что было бы привлекательно, не будь по краям пятен засохшей крови. — Здесь панель, — Ухура нажала что-то на ней, а затем обернулась к ним с расширившимися глазами.       — Капитан, — сказала она, — Здесь сдерживающее поле.       Квадрат голубого света сиял в центре стола. Ухура испуганно отступила назад. Джим и МакКой быстро поднялись на ноги. Свечение расширялось, покрывая уже приблизительно треть длины стола и всю его ширину. Оно поднялось над столешницей, сливаясь во что-то, что почти могло бы сойти за твёрдое тело, если бы не специфическое голубоватое сияние и слабый электрический треск.       — Да, — прошептал Джим, двигаясь в сторону Ухуры и поля. Они вместе смотрели на него, голубой свет играл на их лицах. — Это определённо оно.       МакКой подошёл ближе, его глаза сузились.       — Что вы имеете в виду под «сдерживающим полем»?       — Ровно то, что она сказала, Боунс. Это силовое поле. Чтобы удерживать вещи, — Джим всё ещё зачарованно глазел.       МакКой раздражённо глянул на него.       — Какого рода «вещи»? — надавил он. Когда Джим не ответил, он задал вопрос снова. — Что за вещи? Джим!       — А? — при звуке своего имени Джим вырвался из транса. — Прости, — он потряс головой, как будто хотел прочистить её. — О чём ты говорил?       Всё лицо МакКоя исказилось недовольством, но он только повторил свой вопрос.       — Сдерживающее поле, Джим.       — О, — Джим наконец посмотрел на него. — Это то, что используют в варп-ядре, — сказал он. — Чтобы разделять материю и антиматерию, — его губы обеспокоено изогнулись. Большим пальцем он задумчиво потёр подбородок. — Это безусловно не самая обычная вещь для лаборатории, не специализирующейся на варп-инженерии. Вот что я могу сказать.       — В этой лаборатории нет вообще ничего обычного. Что бы здесь ни случилось, оно было довольно далеко за пределами «обычного», насколько я могу судить.       — Я не знаю, Боунс, — выдохнул Джим. Он ещё раз посмотрел на сдерживающее поле и снова тряхнул головой. — Я не могу даже предположить, что они здесь делали.       — Удерживали что-то, — осторожно предложила Ухура       МакКой усмехнулся.       — Ясен хрен. Но, похоже, не очень-то преуспели, — он указал на тела, покрывавшие пол. Он посмотрел на Джима. — Говоришь, эта штука используется в варп-ядре?       Джим скрестил руки.       — Они должны были использовать её для чего-то другого. Если бы здесь была свободная антиматерия, плавающая по лаборатории, у нас были бы более неотложные проблемы, я думаю.       МакКой фыркнул. Он принялся сканировать соседа того мёртвого вулканца, которого они изучали раньше.       — Возможно, это просто вопрос мнения, Джим, но для меня всё это выглядит как достаточно неотложная проблема.       Джим наградил его укоряющим взглядом.       — Ты знаешь, что я имею в виду. Для чего бы они не использовали поле, идея была очевидно нетривиальной.       — Мы можем спросить Скотти, — предложила Ухура. Она отошла от стола приютившего сдерживающее поле. — Он имеет дело с такими вещами.       Джим глубоко вздохнул.       — Мы должны выяснить что здесь произошло.       — Ну, не знаю, — возразил МакКой. — Как по мне, лучше сообщить вулканцам и предоставить им самостоятельно разбираться с этим бардаком.       — Боунс, — Джим впился в него взглядом. — Ты сам сказал, что мы можем быть заражены. Мы не можем рисковать занести это на корабль.       МакКой упёр руки в бёдра.       — Говорю тебе. Будить то эскимо плохая идея.       — Нет, — сказал Джим. — То есть, да. Я понимаю. Но я не собираюсь исключать этот вариант полностью, мы оставим его в качестве последнего средства, — он повернулся к Ухуре. — В медотсеке был компьютерный терминал. Если он работает, я наверняка сумею забраться в корабельные банки данных. Давайте посмотрим, не получится ли узнать, что они пытались здесь сделать.       Ухура кивнула.       — Вы не хотите вернуться на мостик?       — Нет, — ответил Джим. — Я свяжусь с Сулу. Дам ему знать, что у нас происходит. Если здесь есть какая-то зараза, я не хочу рисковать разнести её прежде, чем мы сможем выяснить, что это такое, — он оглянулся вокруг и его рот сжался в тонкую линию при виде разрушений, крови и тел. — А теперь, давайте уберёмся к чёрту из этой лаборатории.       Они вернулись в лазарет. Короткое путешествие, даже более осторожное, чем их первоначальный набег на одиннадцатую лабораторию. От общего внимания не ускользнуло, что царапины на стенах и изуродованное оборудование скорее смахивали на дело рук какого-то животного, чем вируса. И если это так, никто из них не был особенно заинтересован во встрече лицом к лицу в пустынном коридоре.       Теперь, после увиденного в одиннадцатой лаборатории, Джим понял, что повреждения медотсека были лишь эхом произошедшего там. Здесь нашёлся один функционирующий компьютерный терминал. Связавшись с Сулу, снова обносившим инженерное под пристальным надзором Скотти, Джим принялся взламывать компьютерную систему корабля с максимальной возможной эффективностью. Когда он закончил, он передал эстафету Ухуре, которая приступила к поиску записей.       Кроме ожидания ничего не осталось, и Джим присоединился к МакКою, стоявшему на коленях среди запасов медотсека. Он реквизировал каталку, и теперь был занят погрузкой на неё коробок.       — Ты уверен, что не хочешь просто взять пару этих био-кроватей?       — Ты думаешь, что пошутил, но будь уверен, если бы я мог приспособить вулканские технологии к нашему ржавому ведру, я бы забрал чёртовы кровати, — он толкнул очередную коробку к Джиму. — Положи это в тележку.       Джим заглянул внутрь.       — Перчатки?       МакКой злобно посмотрел на него.       — Если это полезно, мы это возьмём.       Джим положил коробку на каталку.       — Эй, — сказал он, — как думаешь, есть ли у них... — но был прерван Ухурой, звавшей его через комнату.       — Капитан? — окликнула она немного нервно. — Джим?       — Продолжай разбираться с этим, — сказал он после короткого обмена взглядами с МакКоем.       Отряхнув руки, он подошёл туда, где Ухура стояла, склонившись над компьютерным терминалом.       — В чём дело?       — Взгляните, — сказала она, обернувшись к нему и отодвинувшись от терминала.       Он нахмурил брови.       — Ухура, вы прекрасно знаете, что я не умею читать по-вулкански, — начал он, но остановился, когда увидел, что она имела в виду. Была дата. Был заголовок. Но в остальной части документа было...       — Пусто, — сказала Ухура. — И так везде, — она пролистала ещё несколько записей. — Ничего.       Джим тихо выругался.       — Они все такие?       — Все, что я видела.       Сопротивляясь желанию ударить кулаком по консоли, Джим отвернулся.       — Проклятье, — выдохнул он с чувством.       — Что случилось? — МакКой подошёл к ним.       Джим махнул рукой на компьютер, его челюсти были сжаты.       — Всё исчезло, — сказал он. — Они стёрли записи, — долгий, успокаивающий вдох. — Что бы они здесь не делали, они чертовски не хотели, чтобы об этом узнали.       — Чёрт, — произнёс МакКой. Он покачал головой. — Они в самом деле не теряли времени даром, правда?       Ухура закончила пролистывать документы.       — Не могу поверить, что у них было время стирать всё это.       — Ты не можешь восстановить их? — спросил МакКой у Джима.       — Я не знаю, — вздохнул тот. — Даже если бы я мог, это заняло бы намного больше времени, чем простой вход в систему.       — Хм, — МакКой скрестил руки. — Какие секреты эти ребята так тщательно охраняли?       Подавляя раздражение, Джим постарался подумать.       — Если они делали что-то опасное и заранее планировали эвакуационную процедуру на случай, если что-то пойдёт не так, то у них могло быть что-то… Не знаю, какая-нибудь программа, стирающая всё в случае необходимости.       — Мы не знаем, делали ли они что-то, — Ухура прислонилась к компьютерному терминалу. — Угроза могла быть внешней.       — И это причина для уничтожения данных? — возразил МакКой.       Джим вздохнул. Он посмотрел на МакКоя.       — Есть только один способ узнать, — сказал он.       МакКой мгновенно побледнел.       — Да ладно, Джим!       — Чёрт возьми, Боунс! — раздражённо бросил Джим. — Ты думаешь, я не понимаю, что это опасно? Я понимаю. Мы можем разбудить сумасшедшего или, не знаю, нулевого пациента, — он обвёл жестом медотсек. — Но чем бы оно ни было, я полагаю, есть вероятность, что мы уже заражены. Может быть, что-то прячется на этом корабле и просто выжидает, пока мы ослабим бдительность. Мы просто не знаем. Мы не можем рисковать, — Джим замолк, покачав головой. — Мы не можем рисковать людьми, оставшимися на Баунти.       — Значит, ты хочешь сделать это здесь, — осторожно сказал МакКой после долгой паузы.       Джим кивнул.       — Думаешь, оборудование справится с задачей?       — Дьявол, — вздохнул МакКой. — Честно говоря, они экипированы лучше нас. Особенно со всеми этими вулканскими штуками, — он посмотрел на каталку, которую приспособил под запасы. — Я думаю, что видел ещё одну. Мы можем принести его сюда. Дайте мне посмотреть, не найду ли я какие-нибудь чёртовы успокоительные и что-нибудь, что вулканцы используют в качестве адреналина.       — Успокоительные?       Ноздри МакКой раздулись.       — Если он проснётся разъярённым, ты что, пристрелишь его?       — Эм... — Джим отдёрнул руку от фазера на ремне.       МакКой закатил глаза.       — Да, я вижу, ты всё продумал.       Игнорируя издёвку, Джим обернулся к Ухуре.       — Мне нужно, чтобы вы послали сообщение Вулканскому Верховному Совету, — сказал он. — Используйте свой старый флотский код доступа. Они должны получить сообщение.       — Поняла.       — Если вы можете отправить его прямо отсюда, то я хочу, чтобы вы действовали вместе со Скотти. Проведите сообщение по лучшим реле, чтобы усилить, но его нужно доставить как можно быстрее, — он сжал губы, чувствуя, что что-то забыл.       — Вы должны снова связаться с Сулу.       — Чёрт, — сказал Джим. — Я должен снова связаться с Сулу, — он потянулся за своим коммуникатором.       — Вы думаете, что сможете его разбудить? — Ухура тихо спросила МакКоя, пока Джим информировал Сулу о последних событиях.       — О, я могу его разбудить, — МакКой выложил последний гипоспрей рядом с казавшейся наиболее чистой био-кроватью. Он постучал по нему и тот слегка откатился, демонстрируя стандартные буквы под большим вулканским принтом. — Но я чертовски уверен, что не несу никакой ответственности за то, что произойдёт потом.       — Готово, — сказал Джим, захлопнув коммуникатор. — Я сказал Сулу оставаться в зоне досягаемости, но не приходить сюда. Нам не нужно, чтобы он тоже заразился.       — Весь корабль может быть заражён, — пробурчал МакКой.       Джим сделал вид, что не услышал.       — Ты готов?       — Насколько вообще могу быть.       Джим улыбнулся, но выражение лица было совсем не счастливым.       — Тогда давайте заберём нашего мальчика.       Вместо каталки Ухура нашла огромную двухколёсную тележку и именно её они взяли с собой в другой отсек. МакКой проверил криокапсулу, чтобы убедиться, что она будет работать сама по себе, без энергии корабля. Когда он убедился в надёжности системы, они погрузили капсулу с выжившим на тележку. МакКой и Ухура встали по бокам на всякий случай, а Джим взялся за ручку, наклонил её и потащил тележку, теперь уже нагруженную, обратно в основную часть медотсека.       — Проклятье, эта штука тяжёлая, — выдохнул Джим, остановившись рядом с био-кроватью, которую выбрал МакКой.       — Это была твоя идея, так что прекращай скулить, — МакКой указал на био-кровать. — Ставь сюда.       Джим посмотрел на био-кровать.       — Это отвратительно высоко.       — Используй ноги, — посоветовал МакКой.       — Да, спасибо, доктор, — проворчал Джим, когда они все втроём подняли криокапсулу на био-кровать. Та рухнула с грохотом, и на какое-то мгновение Джим обеспокоился тем, какой вес вообще способна выдержать кровать, но вулканская инженерия оправдала свою славу.       — А теперь, шаг назад.       Джим поспешно отошёл. На всякий случай он держал свои руки за спиной.       — Что ты собираешься делать?       — Такие устройства обычно имеют определённую последовательность для разморозки.       — И ты знаешь, какую?       — У меня есть предположения.       — Предположения?       — Господи, Джим, не то чтобы эти вещи были общими. Что, по-твоему, я должен делать?       — Ну... — Джим почесал затылок с невинным выражением лица.       — Нийота, могу я одолжить вас на секунду? На какой из них сказано «инициировать»?       — О, боже.       — Вот на этой.       — Отлично, спасибо, — вооружённый трикодером в руке и подборкой сомнительным способом приобретённых гипоспреев на подносе сбоку, МакКой втянул воздух сквозь зубы. — Ну, поехали, — пробормотал он. Он начал нажимать последовательность клавиш на командной панели. Пока Джим наблюдал, одна из пяти лампочек перестала мигать зелёным и вместо этого загорелась синим. МакКой ткнул что-то на панели и второй огонёк сменился голубым. Внимание МакКоя было полностью поглощено капсулой, так что Джим украдкой приблизился, чтобы лучше рассмотреть. Уже третья лампочка стала голубой.       Криокапсула издала тихий писк.       — Что, — начал Джим.       МакКой поднял свой трикодер.       — Частота сердечных сокращений растёт, — сказал он.       — Это плохо?       — Не сейчас, Джим, — кратко ответил МакКой. Он нажал что-то ещё на панели, раздался ощутимый щелчок и крышка из прозрачного алюминия заскользила назад, открывая лицо вулканца.       Джим почувствовал холодное давление криогенного воздуха, исходящего изнутри. Глаза вулканца всё ещё были закрыты, но, когда сухой рециркулированный воздух коснулся его кожи, всё его тело содрогнулось и он раскрыл рот, хватая воздух. Он подавился им, закашлялся, а потом всё его тело сотрясла сильная дрожь.       — Он вырвется! — закричал МакКой. — Джим, держи его! — он потянулся за гипоспреем.       Джим немедленно наклонился, навалился всем своим весом на плечи вулканца. Для того, кто был заморожен больше года, тот был удивительно силён. Его тело содрогнулось, и Джим едва уклонился от руки, летевшей прямо в лицо.       — Держи его, чёрт возьми!       — Я пытаюсь!       Ругаясь, МакКой вдавил гипоспрей в шею вулканца. Конвульсии медленно стихли. МакКой выдохнул.       — Вот...       Глаза вулканца распахнулись. Он уставился прямо на Джима, его грудь вздымалась. Это был такой взгляд, который пронизывает человека, каталогизирует сотни вещей одновременно. Джим подавил дрожь.       — Он может быть не в себе, — тихо сказал МакКой где-то над локтем Джима. Он повысил голос, обращаясь к вулканцу. — Моё имя доктор Леонард МакКой. Мы нашли вас на борту вашего судна. Вы понимаете меня?       Глаза вулканца затрепетали, потом задвигались в поисках МакКоя.       — Нет, — произнёс он.       Ну, это точно не звучит многообещающе, подумал Джим, прежде чем лицо вулканца, и без того бледное, стало мертвенно белым. Его черты ожесточились, тело выгнуло дугой над кроватью, а рот раскрылся в пронзительном крике.       — Господи Боже, — рявкнул МакКой. — Держи его, держи! — он воткнул новый гипоспрей.       Пока Джим наваливался на вулканские плечи изо всех сил, Ухура пришла на помощь с другой стороны. Вместе они удерживали вулканца, пока он бился и кричал.       — Боунс, что с ним не так?       — Да если б я знал! — МакКой схватил трикодер с подноса с использованными гипоспреями, на котором бросил его. — Его мозговые функции за пределами нормы...       — Вы должны вернуть меня обратно, — выдохнул вулканец. — Вы должны, должны.       — Вы вообще в своём уме? — огрызнулся МакКой и выругался, когда всё тело его пациента одеревенело и затряслось. — Дерьмо.       Вулканец схватил руку Джима в месте, где тот всё ещё держал его. Хватка была подобна тискам. Вздрогнув, Джим попытался вырваться.       — Вы должны вернуть меня обратно... это небезопасно... — просипел он хриплым от крика и неиспользования голосом. Его глаза были совершенно дикими.       Пересилив себя, Джим наклонился.       — Что небезопасно? Что вы имеете в виду?       — Это не... — он запрокинул голову в очередном вопле, но не отпустил запястье Джима. Хватка была такой сильной, что Джим чувствовал, как кости его запястья трутся друг о друга.       — Эй, — сказал он, слабо усмехнувшись, — полегче, — чёрт, его запястье казалось объято пламенем. — Ох, — прошептал Джим. — Проклятье, — его язык ощущался странно тяжёлым.       Огонь распространялся, полз по его руке. В висках начало пульсировать.       Глаза вулканца расширились в чём-то смахивающем на панику.       — Нет, — прошептал он.       — Джим, вы в порядке? — Ухура уставилась на него.       — Моя рука... — произнёс Джим. — Моя... рука... — вулканец отпустил. Он попытался поднять её, но почувствовал, что не может. Он попытался отступить, но его ноги онемели. Он попытался поднять голову, чтобы посмотреть на МакКоя, но голова не поднималась.       Вулканец, теперь совершенно точно в панике, рванулся вверх, и затащил Джима в капсулу. Его голос был совершенно ясным, когда он спешно заговорил — Доктор, необходимо, чтобы вы усыпили нас. Нас обоих.       — Подожди минутку. Что ты с ним сделал?       — Сейчас, доктор! — рявкнул вулканец. Джим почувствовал, что ему тяжело дышать, как будто на горле была рука, выдавливающая из него жизнь. Вулканец поймал его взгляд.       — Простите меня, — сказал он и прижал пальцы к лицу Джима.       И             Джим                   Упал.