Thy Soul, Alight In The Dark

Воздух в пещере стал тяжёлым и душным. Спок выглядел растерянным, не знающим что ему делать с этой новой, меняющей жизнь информацией. Джим сочувствовал ему. Человек провёл большую часть своей взрослой жизни сражаясь, а потом, проснувшись однажды, узнал, что война закончилась два года назад? Сколько времени Спок посвятил ведению той же войны здесь, в своём разуме? — Она действительно закончилась? — напряжённо спросил Спок. — Ну, — начал Джим, — теперь вместо перестрелок ведутся переговоры, а у клингонов появилось консульство во Фриско, так что... — он пожал плечами. — Думаю, это лучшая альтернатива. — Я понимаю, — Спок всё ещё казался оглушённым. Сам факт того, что Джим смог заметить, что вулканец кажется оглушённым, делал это ещё более очевидным. — Андорианцам досталось хуже всего, я думаю, — Джим отрешённо постучал пальцем по челюсти. — Как магниты для клингонов, — его улыбка была больше похожа оскал. — Не знаю почему, но им не нравилось сражаться с человеческими кораблями. Похоже, считали, что мы не являемся, ну, знаете, достойными противниками, или вроде того, — он всплеснул руками. Уголок его рта скривился. — Думаю, в конечном итоге они изменили своё мнение на этот счёт, — сказал Джим задумчиво, и посмотрел на Спока. — Как по мне, у них странное представление о достоинстве. — В самом деле, — вздохнул Спок. — А Вулкан? Вы сказали, что Вулкан... — его голос слегка сорвался, — в порядке? Джим выдержал его взгляд. — Было ещё одно вторжение, — сказал он. — Но оно было отражено, — он видел, как напряжение покинуло плечи Спока при этих словах. — Я вам не лгал. Думаю, Вулкан справился лучше, чем все мы. Спок выдохнул. Он устроился удобней, поправил свой китель, и снова вернулся к Джиму. — Продолжим игру? Честно сказать, Джим этого не ожидал. Он думал, что после разговора о войне Споку понадобится некоторое время чтобы поразмыслить или что там вулканцы делают, когда рушится их картина мира. — Вы уверены? — спросил он осторожно. Во взгляде Спока не было колебаний. — У меня всё ещё много вопросов. — Если вы уверены. — Да. — Хорошо, — Джим немного поёрзал, пытаясь удобней устроиться на каменном полу. — Моя очередь. — Думаю, это так, — склонил голову Спок. — Хорошо, — Джим задумался на мгновение. Он не хотел пугать Спока ещё больше, спрашивая о том, что случилось в тот дерьмовый день, сразу после разговора о таких шокирующих вещах. — Эй, а что случилось с остальными членами вашей команды? Мы не, э-э… — Джим прочистил горло. — Мы нашли не так уж многих из вас. Спок расправил плечи. — Существовал протокол эвакуации, — сказал он. — Мои товарищи по команде должны были ему последовать, — его брови сдвинулись вместе. — Если их не было на корабле, я должен предположить, что они правильно выполнили протокол. — Почему они не отправили кого-то чтобы спасти остальных? — чёрт, подождите. Это уже два вопроса. Джим виновато улыбнулся. — Простите, — сказал он. — Это не имеет значения, — вздохнул Спок. — Я не знаю ответа, — его голос стал тише. Джим подумал, что он звучит даже подавленно. Он сопротивлялся побуждению наклониться вперёд и ободряюще похлопать Спока по плечу. Он помнил, что вулканцы не любят прикосновений. Возможно, Споку сейчас нужно было пространство. — Ещё один вопрос, — решил Джим. — А потом... Может быть нам стоит сделать перерыв, — он задумался стоит ли ему сымитировать зевок. Может ли кто-то спать во время этой... странной... психической связи? Он понятия не имел. — Хорошо, — Спок сложил руки на коленях. Он впился в Джима странно внимательным взглядом. — Насколько я понял, вы и ваша команда чистильщики. Что именно вы хотели сделать с моим кораблём? Этого следовало ожидать, с сожалением подумал Джим. Он помедлил немного, обдумывая свой ответ, заложив руки за голову и откинувшись назад. — Ну, — начал он, — возможно, мне стоит начать с начала. — Да, это представляется логичным. — Я больше не в Звёздном Флоте. — Я осведомлён, — нетерпеливо сказал Спок. — Ага, — Джим улыбнулся ему. — Тем не менее. Человеку нужно есть, даже если его профессия не слишком престижна. — Вы тянете время, — пристальное внимание в глазах Спока не ослабело, но в изгибе бровей появилась раздражительность. Джим фыркнул. — Бросьте, я же говорил вам, что мы чистильщики, — сказал он, легко взмахнув рукой. Когда выражение лица Спока не изменилось, Джим пояснил. — Это значит, что старые корабли, покинутые командой... Там часто остаются разные ценные вещи. Что-то, что мы можем продать. Или, чёрт, — Джим фыркнул, — что-то, что поможет нашему собственному судну оставаться на плаву. — Вы намеревались украсть ценные вещи с моего корабля, — прищурился Спок. — Это не совсем кража, если корабль уже заброшен, — возразил Джим. — Ваша логика ошибочна. — Я уверен, что нет. Раздув ноздри, Спок попробовал другой путь. — Почему вы решили, что мой корабль заброшен? Джим бросил на него скептический взгляд. Спок нахмурился. — Почему? — Ни приветствий, ни передач... — перечислил Джим, загибая пальцы. Он пристально посмотрел на Спока. — Вы были единственным выжившим на том корабле, Спок, — он покачал головой. — И, простите, но у меня есть обязанности перед моей командой. Мы не могли пропустить такую возможность как ваш огромный пустой корабль. — Я понял, — нахмурился Спок. Похоже он тщательно обдумал всё это, прежде чем неохотно вздохнуть и задать следующий вопрос. — Есть ли что-то особенное, что я должен найти неуместным, когда эта ситуация, — он указал на их окружение, — разрешится? Джим сдержал напряжённую ухмылку. — Ну, — сказал он, стараясь оставаться серьёзным, — медицинские запасы возможно придётся, гм, пополнить. Боунс был непреклонен в отношении ваших медикаментов. — Боунс, — без выражения повторил Спок. — Корабельный доктор. МакКой. Тоже раньше служил во Флоте, — Джим отмахнулся от вопроса. В любом случае, он не думал, что они действительно до сих пор играют в игру. После того как он рассказал Споку про войну что-то, кажется, изменилось. Как будто в воздухе стало меньше напряжения. Он поморщился, когда вспомнил ещё кое-что. — Возможно, вы так же недосчитаетесь одного или двух кристаллов дилития. И теперь в ход пошли брови. — Или двух, — осторожно повторил Спок. — Это неточно даже для человека, мистер Кирк. — Мой инженер не особо вдаётся в детали. — Странная черта для инженера, — фыркнул Спок. Джим рассмеялся. Спок нахмурил лоб. — Не понимаю, что вас так веселит. — Я не думал, что вулканцы умеют шутить, — покачал головой Джим. — В оскорблениях нет необходимости, мистер Кирк, — чопорно сказал Спок. Джим снова ему улыбнулся, в уголках глаз собрались морщинки. — Ну же, — сказал он, — Мы уже проходили это. Вы в моей голове. Зовите меня Джимом. Спок склонил голову. — Если вы продолжаете настаивать, — сказал он сухо. — Я полагаю, у меня нет особого выбора, Джим. — Так-то лучше, — одобрительно сказал Джим. Он потянулся, но немного переиграл, чтобы увидеть, не сможет ли вызвать у Спока реакцию. — Я устал, — сказал он. — Это странно? — Что вы имеете в виду? — Ну, вы можете спать вот так? Мне кажется, я могу заснуть. — Я нет. Возможно, человек может. Не думаю, что кто-то это проверял. — Подождите, — моргнул Джим. — Притормозите немного. Вы не спите? — Не в этом состоянии, нет. — Но вы сказали, что провели так три года. — Так и есть, — кивнул Спок. Джим почувствовал ужас. — Как? Спок посмотрел на него с удивительно безмятежным выражением лица. — Если я усну, — сказал он, — если ослаблю бдительность хоть на мгновение, тогда я рискую... — он замолчал, его лицо замкнулось. — Безопасность этого места зависит от моей воли. Если я потеряю концентрацию всё рухнет. — Так что, если вы уснёте?.. Спок просто посмотрел на него. Джим сглотнул. — Спок, — спросил он, — что там снаружи? На какое-то мгновение Спок действительно выглядел так, словно собирается ответить. Но, прежде чем он смог это сделать, началось, и Джим не мог подобрать слова лучше, землетрясение. — Что за черт? — воскликнул Джим куда громче чем намеревался. Спок резко вскинул голову. Долю секунды спустя он закрыл глаза, глубоко вздохнул и принял выражение чрезвычайной сосредоточенности. С пола и потолка начали подниматься клубы пыли. Воздух, кажется, стал нагреваться. Это просто ментальная конструкция, пытался напомнить себе Джим. Это всё нереально. Оно в моей голове. Не помогло. — Нет, — произнёс Спок. Теперь он выглядел напряжённым, на шее пульсировала вена, глаза крепко зажмурены. — Спок? — рискнул Джим, обеспокоено наблюдая за тем, как свечение фосфоресцирующих червей стало мерцать, а потом и вовсе сходить на нет. — Что происходит? — Оно ищет, — выдавил Спок сквозь сжатые зубы. — Но я не позволю ему... Я не позволю! Оказавшись здесь, в ситуации о которой он абсолютно ничего не знал, с врагом против которого не имел очевидного способа борьбы, Джим чувствовал себя очень маленьким. Он сжал руки, но в остальном не двигался. Он не знал, что делать. Прикосновение поможет Споку или отвлечёт его? Следует ли ему говорить с ним? Или не обращать внимания? Попытаться сконцентрироваться как Спок? Существовало море возможностей и ни одного однозначного ответа среди них. Пещера продолжала содрогаться. Воздух продолжал нагреваться. С ограниченной точки зрения Джима казалось, что сопротивление забирало у Спока все силы, его челюсти были упрямо сжаты, а костяшки пальцев побелели. Этот вид что-то зажёг в Джиме. Он облизнул губы и решился. — Спок, должно быть что-то, чем я могу вам помочь. Но Спок либо слишком далеко зашёл, либо был слишком сосредоточен чтобы обратить внимание. Он продолжал концентрироваться, скрипя зубами, раскачиваясь взад и вперёд от напряжения. — Пожалуйста, — взмолился Джим. — Скажите, что есть способ! — в отчаянии от того, что пещера снова загрохотала вокруг них, он попытался схватить Спока за плечо. Но когда он протянул руку, там ничего не оказалось. Джим ахнул, но звука не было. Он открыл глаза, но света не было. Пещера исчезла. Спок исчез. *** Он был на мостике. — Капитан, — позвала Ухура. Она сидела за своей консолью, красная форма собралась складками, когда она повернулась к нему. — Клингоны отказываются отвечать на приветствие. Внимание Джима переключилось мгновенно. — Приветствуйте их снова, — приказал он. — Мы обеспечиваем охрану нейтрального госпиталя, даже клингоны должны соблюдать правила ведения войны. Гэри Митчелл, стоявший справа от него, поджал губы. — Я начинаю сомневаться в этом, — пробормотал его первый офицер. Джим послал ему предостерегающий взгляд. — Нам приказано не вступать в бой, — сказал он больше для команды мостика. — Мы должны обеспечить безопасность Флоренс и ничего больше. — А если клингоны нападут первыми? Это снова был Гэри. Джим постарался сдержать раздражение. Он выбрал Гэри в качестве первого офицера потому, что они часто спорили на счёт тактики. Задача первого помощника состоит в том, чтобы уравновесить капитана, заставить его задуматься, сделать его абсолютно уверенным в выборе наилучшего курса. Это не означало, что акты уравновешивания временами не раздражали. — Давайте не будем кликать беду, Гэри, — сказал он. Он старался чтобы слова не звучали как упрёк, хотя это именно он и был. — Они пока не стреляют. — Приближаются ещё две боевые птицы, — это был Сулу. — Сохраняйте курс, — Джим наклонился вперёд. — Где они? — Двести семьдесят восемь градусов, отметка пять, капитан. По левому борту от нас, — теперь это был офицер по науке. — Спасибо, мистер... — Джим замер. Сцена на мостике застыла и пошла рябью, как экран старого лампового телевизора. Корабль качнулся, снова заставив Джима сосредоточиться. — Спасибо, мистер Спок, — закончил Джим. — Клингоны открыли огонь, — сообщил Спок, возможно без особой необходимости. — Щиты! — скомандовал Джим. — Держатся на семидесяти девяти процентах. Ещё одно попадание. — Проклятье, — выругался Джим. — Семьдесят процентов, — Спок оглянулся от своего экрана. — Капитан, если мы не откроем огонь, они пробьют наши щиты в течение следующих трёх с половиной минут. — Мы должны им ответить, — снова Гэри. Джим покачал головой. — Лейтенант Ухура, откройте канал, — приказал он. — Я хочу знать какой тупой сукин сын решил нарушить законы войны. Мистер Спок... — Капитан, они до сих пор не стреляли по Флоренс, — Спок посмотрел на него. — Она не попала под огонь, — повторил он. — Хах, — Джим откинулся обратно в своём кресле. — Клингоны ходят по чертовски тонкому льду, — тихо сказал он и задумчиво потёр подбородок. — Чего они хотят? — Капитан, я вызвала корабль, но они по-прежнему отказываются отвечать. — Понятно. Продолжайте пытаться... Джим замер. Что-то было не так, подумал он. Клингоны ответили. Они ответили на первый же вызов, они посмеялись над ним, а потом открыли огонь по Флоренс. — Лейтенант Ухура? — тихо позвал он. Она повернулась на своём месте. — Да, капитан? — с улыбкой отозвалась она. Её радужки были золотыми, а зрачки горели. Джим втянул воздух. Это, чем бы ни был этот двойник… — Вы не лейтенант Ухура, — хрипло сказал он. Вся сцена на мостике застыла. Джим оглянулся вокруг. Сулу, вцепившийся в переключатели до побелевших костяшек. Гэри, без сомнения, открывший рот чтобы поспорить. Его офицер по науке мистер Спок... Подождите, нет. У него не было офицера по науке по имени Спок, внезапно вспомнил Джим. Его офицер по науке был человеком по имени Ларсон, определённо не вулканцем... — Проницательно, капитан, — сказала не-Ухура. Это существо забросило ногу на ногу, удобно откинувшись в кресле. — Мне прежде не приходилось сталкиваться с человеческим разумом, — сказало оно небрежно, как будто они просто беседовали за обедом, а не томились в застывшем прологе к последней битве Энтерпрайз. — Твой защитник ограждает тебя от меня. — Мой... — Я могу признать, что его разум сильнее чем у большинства, — оно усмехнулось. Джим вздрогнул. — Он был достойным противником, но теперь, после всего этого времени, его разум ослаб, — не-Ухура плавно поднялась на ноги. Оно даже двигается не как Ухура, подумал Джим и поразился как он мог не замечать разницу раньше. — Вот и ты, — сказало оно. — Что ты такое? — Джим обрёл голос. Огненные глаза впились в него, и Джиму показалось, что его кожа горит. — Кто я, маленький человеческий капитан? — спросило оно недоверчиво, а потом засмеялось, откинув назад голову Ухуры. Отвратительный звук, эхом разносившийся по застывшему мостику. Он вызывал у Джима желание съежиться, вздрогнуть, спрятаться. Но он не мог. Он стоял на своём. — Ты слышала меня, — настоял Джим, и если его ноги слегка подкашивались, то, по крайней мере, голос оставался твёрдым. — Кто ты? Что ты такое? Оно продолжало смеяться. И пока оно смеялось, оно протянуло руку Ухуры к нему... она больше не была похожа на руку Ухуры, понял Джим с нарастающим ужасом. Пальцы были длинными, костлявыми, слишком бледными. Он попытался отступить, но вместо этого упал, потому что его больное колено вдруг пронзило внезапной болью. Забыв о чести и достоинстве он попытался отползти в отчаянной попытке избежать прикосновения. Кто-то ободряюще сжал его плечо. — Не смотрите, Джим, — прошептал глубокий голос ему на ухо. Он не был уверен, узнал ли этот голос, но тот был сильным и не содержал злобы. Джим подчинился. Когда он отвернулся он услышал тихий, но твёрдый шёпот на вулканском, но не смог разобрать ни слова. А затем, даже за безопасно закрытыми веками, уткнувшись лицом в изгиб руки, он почувствовал ослепительный белый свет. Джим с осторожностью приоткрыл глаза. Они были нигде. Они были больше и меньше чем нигде. Глазам Джима предстало белое поле и белые небеса и бесконечная белизна, позади которой вздымались кристаллы, позади которых были фракталы, позади... Его голова взорвалась болью от того, что мозг пытался осмыслить зрелище, которое не должен был видеть ни один человек. Мозг предлагал интерпретацию за интерпретацией, все неправильные, все причудливые. Спок был здесь, вместе с ним, посреди ничто. Он стоял в нескольких метрах впереди (позади) Джима. Он стоял спиной к Джиму, но, когда Джим посмотрел, он покачнулся и повернулся к нему лицом. Он поднял усталые, усталые глаза чтобы посмотреть на Джима. Джим был очень рад тому, что те по-прежнему карие. Прежде чем Джим попытался выяснить может ли он ходить, бегать или вообще двигаться в этом странном пространстве, Спок поднял дрожащую руку в вулканском салюте. — Добро пожаловать, мистер Кирк, — сказал он тяжело. — Я рад, что вы не пострадали от встречи. Джим уставился на него. — Не пострадал, — начал он, но слова застряли в горле, когда Спок рухнул на землю. — Спок! — закричал он и бросился к нему, упал рядом с ним на колени, затряс за плечи (вулканцы не любят, когда их трогают, прости, Спок, прости). Его рука нашла руку Спока, потому что, несмотря на то, что они были незнакомцами, этот странный человек, вероятно, спас ему жизнь... Джим моргнул и они оказались где-то ещё. — Что? — глупо спросил он. — Каков натуральный логарифм из пятнадцати? — произнёс компьютер. — Э... — Две целых, семьдесят восемь сотых, — произнёс высокий и ясный голос позади него. — Верно. Джим повернулся. — Какое уравнение описывает поток воды в макро-масштабной, пористой среде, с учётом гравитационной постоянной планеты? — Поток равен гидравлической постоянной, умноженной на изменение гидравлического напора, делённое на изменение расстояния, - сказал Спок. — Верно. По крайней мере, подумал Джим, это был Спок. Парнишка был молод, но волосы были такие же. Джим подумал, что будь он человеком, ему было бы восемь, самое большее девять лет. Он подумал, что вулканский возраст, в общем-то, сопоставим с человеческим, но без особой уверенности. Ребёнок был одет во что-то похожее на коричневый халат, по-видимому, школьная форма. Он стоял перед экраном компьютера и Джимом, его спина была выпрямлена, а руки сцеплены сзади. — Что является первым ключом к ментальным дисциплинам? — Логика. — Верно. Джим потёр пальцем гладкую, изогнутую стену и посмотрел наверх странной, похожей на тарелку ямы, в которой они стояли. — Хм, — произнёс он вслух. Он попытался помахать рукой перед лицом Спока, но мальчик даже не моргнул глазом. — Ну, это не может быть хорошим знаком, — пробормотал он себе под нос. — Что является вторым ключом к ментальным дисциплинам? — Медитации. — Верно. — Спок, — позвал Джим. Никакой реакции. — Спок! — повторил он громче. — Эй! — Кто принёс мир на Вулкан? — Сурак, — ответил Спок. Джим нахмурился. Слишком просто для ребёнка в таком возрасте. Он точно знал, что вулканским детям рассказывают о Сураке с колыбели. — Верно. А до Сурака? В этот раз Спок помедлил. Джим прекратил бессмысленно тыкать руками в оборудование капсулы, чтобы внимательней понаблюдать за происходящим. — До Сурака здесь не было мира, — в итоге сказал Спок, но крепко сжатые губы и беспокойство в глазах выдавали его. И тем не менее... — Верно, — произнёс компьютер. Спок выдохнул, его плечи опустились. Однако, когда компьютер заговорил вновь, он снова был наготове. — Перечислите полководцев. — Я... — горло Спока дёрнулось. Джим наклонился вперёд. — Пожалуйста, уточните. — Перечислите полководцев противостоявших Сураку. Бровь Спока дёрнулась. Тем не менее, через мгновение он открыл рот и начал перечислять имена. Много имён. К тому времени, когда Спок дошёл до одиннадцатого военачальника Джим уже отключился. Его внимание вернулось только когда снова заговорил компьютер. — Кем был Яй-Энек? В этот раз не было «верно», заметил Джим. Спок тоже заметил, судя по стиснутым кулакам. Тем не менее, он сказал... — Уточните. — Где находились владения Яй-Энека? Спок прикусил нижнюю губу. — Яй-Энек правил недалеко от места, называемого теперь Раалом, на краю Моря Ворота. — Верно. Спок вздохнул с облегчением. — Что сделал Яй-Энек? Молчание. Спок напряжённо уставился на компьютер. — Уточните. — Что сделал Яй-Энек? — Яй-Энек потерпел поражение от рук Судока. — Что сделал Яй-Энек? — Я не понимаю вопроса, — голос Спока теперь звучал так, словно он балансировал на грани раздражения. — Что сделал Яй-Энек? — Я не понимаю... Вся система отключилась. Спок смотрел на пустой экран широко раскрытыми глазами, явно сбитый с толку. В свою очередь, Джим тихо пробормотал, что за нахрен? Свет погас, оставив их в темноте. Джим почувствовал начинающее расти беспокойство. Он услышал частое, панически прерывающееся дыхание рядом с собой. — Спок? — позвал Джим и, конечно, ему никто не ответил. Он не знал сделает ли попытка схватить паникующего в темноте ребёнка ситуацию лучше или хуже, особенно учитывая, что не было никакой гарантии того, что Джим вообще сможет чего-то коснуться. Раздался шёпот. — Темнота это всего лишь отсутствие света воспринимаемого глазами и мозгом, — Спок втянул воздух. — Не существует логических причин бояться темноты. Я в моём учебном учреждении. Не существует логических причин... Свет зажегся. — Как на Федеративный Стандарт переводится слово e’shua? — почти любезно спросил компьютер. Спок не ответил. Он выглядел пойманным в ловушку, загнанным, не знающим что происходит и что с этим делать. — Как на Федеративный Стандарт переводится слово e’shua? — повторил компьютер, на этот раз более настойчиво. Джим осторожно наблюдал как Спок склонил голову. — E’shua? — сказал он и ударение на конце означало, что это вопрос. Как будто он не видел ни одной логической причины, по которой компьютер мог спросить такую вещь. Кажется, в тысячный раз за день, Джим пожалел, что не приложил необходимых стараний чтобы хоть немного овладеть вулканским, когда у него была такая возможность. — Как на Федеративный Стандарт переводится слово e’shua? Свет замигал. Взгляд Спока метнулся от экрана компьютера туда, где прислонившись к стене стоял Джим, хотя по его лицу не было заметно ни одного признака того, что он хотя бы видел Джима. — Как на Федеративный Стандарт переводится слово e’shua? Джим видел как дёрнулось горло Спока, когда тот сглотнул. — E’shua, — сказал он, закрыв глаза. — Демон. *** Огни снова исчезли, окутав их тьмой. Джим не мог вздохнуть, как будто бы его проглотила ночь и теперь давила на его горло, его глаза и его рот... — Это не из Ковчега Катры, — заметил Спок, и Джим поднял глаза. Он задыхался, его сердце бешено колотилось в груди, а глаза изучали новое окружение в попытке понять, где он, чёрт побери, теперь находится. Судя по всему, они были в каком-то конференц-зале. Посредине стоял длинный белый стол, вокруг которого сидели семеро вулканцев в мантиях. За овальным окном Джим видел что-то похожее на высокие, возвышающиеся вдали шпили. Его озарила вспышка узнавания - он был бы болваном, если бы не узнал выдающиеся формы Столпов Т’Класс. Если бы существовали открытки с Пиком Сурака, это, как пить дать, был бы самый популярный пейзаж Гола. Что означало... — Я так же не узнаю эти конкретные надписи, — говорил Спок. Теперь он был старше, определённо взрослый, и был одет в такую же коричневую с серым мантию, как и остальные собравшиеся за столом. Протянув сложенные руки, он положил что-то похожее на маленький глиняный сосуд обратно на стол. Он был в перчатках, заметил Джим, как будто то, чего он касался, требовало предельной осторожности. — Они не слишком похожи на ковчеги извлечённые из П’Жема, — он посмотрел на одну из женщин, сидящих за столом. — Где вы их обнаружили? — Мы извлекли их во время наших раскопок в Раале, — сказала она и толкнула к нему ПАДД. — Считается, что место этих раскопок - могила полководца Яй-Энека, однако кое-что из наших данных противоречит другим источникам о месте его последнего упокоения. — Яй-Энек? — одна из бровей Спока взметнулась вверх. Выражение настолько напомнило то, что Джим видел раньше, что у него почти защемило сердце. — Это действительно была бы находка. Уже одни слухи о псионических способностях его семьи сделают исследование ковчега катры крайне интересным. Женщина покачала головой, но конструкция из её кос осталась неподвижной. — Хотя мы верим, что нашли останки Яй-Энека... — Насколько вы уверены, что найденные вами останки действительно принадлежат ему? — спросил другой вулканец. У него была длинная жидковатая бородка и любопытные серые глаза под густыми бровями. — Невозможно узнать наверняка, — она повернулась к нему. — Мы начали проводить исследования ДНК среди окружающих поселений, однако, по очевидным причинам, большинство не желает признавать своё родство с Яй-Энеком. — Понимаю, — сказал другой вулканец, и Джиму показалось, что он выглядел очень по-стоически разочарованным. Он указал на глиняные сосуды. — Вы также верите, что сможете найти его катру? Она нахмурила брови и сложила руки на столе. — Таким было наше изначальное предположение, однако... — она пододвинула второй ПАДД в его сторону, и со своей удобной позиции Джим разглядел на экране серию диаграмм с данными. — Однако, — повторила она, — радиогенное датирование выявило, что возраст этих ковчегов намного больше двух тысяч лет. Спок наклонился вперёд. — Вы проверили кости? — Разумеется. Вулканец, который говорил до этого, поднял глаза от ПАДДа. — Судя по вашим данным, кости датируются периодом как раз предшествующим Времени Пробуждения, — сказал он, — таким образом, они могут принадлежать Яй-Энеку. Она кивнула. — Кости, да. Но катра... — её взгляд скользнул по глиняным сосудам, особенно задержавшись на том, который прежде изучал Спок. Он был выщербленным и выцветшим после тысяч лет погребения в пустыне, но ощеренная морда ле-матьи, вырезанная на крышке, всё ещё была хорошо различима. — Почти наверняка нет. — Поразительно, — пробормотал Спок. Он снова взял сосуд и повертел его в руках. Его большой палец прошёлся по краю надписей, вырезанных по бокам сосуда. — Если они не имеют отношения ни к Яй-Энеку, ни к его последователям, то кому же, по вашему мнению, они принадлежат? — Джим. Испугавшись, Джим резко обернулся. Его глаза расширились, когда он увидел Спока, или по крайней мере того Спока, которого знал совсем недавно. Тот был снова одет в зелёный китель вместо мантии. — Спок? — спросил он осторожно. Позади него вулканцы продолжали говорить между собой. — Это вы? — В той же мере, в которой вы сами являетесь собой находясь здесь, — ответил Спок. Он сдвинулся, встав совсем рядом с Джимом. В их близости не было тепла тел, но Джим чувствовал лёгкое покалывание электричества там, где их руки свисали бок о бок. — Что это? Это... Оно как-то связано с тем, что произошло? — У вулканцев отличная память, — Спок кивнул на фигуры, сидящие за столом. — Это очень близко. Джим нахмурился. — Я не думаю, что понимаю, что здесь происходит, — клочок облака заслонил свет вулканского солнца и в комнате едва заметно потемнело. Достаточно, впрочем, чтобы Джим обратил на это внимание. — Спок, — спросил он, вдруг почувствовав крайнюю в этом необходимость, — что значит e’shua? Спок резко повернулся к нему. — Не произносите это имя, — сказал он. — Но... — Джим, — Спок положил руку ему на плечо. Джим моргнул от удивления. — Я всё вам объясню, — сказав это, он оглядел комнату. — Но не здесь. У этого воспоминания мало стен и совсем нет границ. Даже вы смогли получить к нему доступ, когда мои силы истощились. Это не... — он прервался, но выражение его лица осталось умоляющим. — Не здесь, — повторил Джим, а затем понял. — Это небезопасно. Спок склонил голову. Когда он снова поднял глаза, их взгляды встретились и между ними прошёл трепет понимания. Он отпустил плечо Джима и протянул руку к его лицу. — Сделайте это, — сказал Джим. — Мой разум к твоему разуму, — произнёс Спок. — Мои мысли к твоим мыслям. В растворении цвета гораздо более постепенном, чем его предыдущие перемещения сквозь это непостижимое пространство разума, зал совещаний исчез, забрав с собой вулканцев в мантиях, Спока-воспоминание и отдалённый вид на Шпиль. Джим предположил, что ему не следовало сильно удивляться, когда мир изменился и они вернулись в уже знакомую пещеру. Спок отпустил его, издав неясный звук, и буквально споткнулся, сделав пару шагов назад. Джим схватил его за руку прежде, чем он упал, поддержал его. Теперь он казался более устойчивым, но Джим не знал было ли это из-за его собственной проекции, или из-за способностей Спока. — Благодарю, — прохрипел Спок. Он выглядел нехорошо, заметил Джим. Он выглядел липким, усталым, тёмные круги залегли под глазами. — Вы в порядке? — Это конкретное земное выражение удивительно мало для меня значит, — Спок опустился на землю с тяжёлым стуком, полная противоположность тому, как он двигался раньше. Он потёр виски, будто страдая от мигрени. — Ага, — скептически заметил Джим. — Видок у вас просто дрянь, — он подумал, что однодневный тур по чужим воспоминаниям даёт ему право отказаться от излишней формальности. Спок сердито посмотрел на него. — Просто наблюдение, — пожал плечами Джим. — В самом деле, — сухо ответил Спок. Он вздохнул. Джим приземлился рядом. — Спок, — мягко позвал он. — Хм? — Расскажите мне что произошло. Его спутник поудобнее откинулся на каменные стены. — Я прошу прощения, — устало сказал он. — За что? Он повернулся чтобы посмотреть на Джима, в тёмных глазах плескалась грусть. — Я верил, что смогу вас защитить. Джим вздохнул, криво улыбнувшись. — Я ценю это, — честно сказал он, — но Спок, — он указал на стены, на потолок над ними. — Что бы это ни было... Чем бы ни было то, с чем вы сражаетесь. Теперь я его видел, — он невольно вздрогнул. — Я видел его лицо. — Я знаю. Джим осмелился коснуться руки Спока. — Тот факт, что вы сражаетесь с этой… этой тварью, всё это время. И вы всё ещё... — он покачал головой. — Это потрясающе, Спок. На самом деле. Видит бог, я просто не в силах представить через что вам пришлось пройти. Спок посмотрел на него. — Я бы не хотел, чтобы кто-то постиг то же, что пришлось постичь мне. Уголок рта Джима дёрнулся. — Вы очень благородны, не так ли, — сказал он. Спок не ответил, но и не убрал руку. Джим сжал её. Спок вздохнул. — Позвольте мне помочь, — попросил Джим. Он наклонился ближе, пристально глядя на Спока. — У меня не так много умений или навыков. Но я здесь недавно. Я не устал. У меня есть силы, Спок. И, чёрт возьми, спросите любого из моих бывших преподавателей в Академии, я упрям как осёл. — Я был в вашем разуме. — Тем более, — Джим улыбнулся. Он подсел ближе, тёплая рука Спока всё ещё в его руке. Вулканец откинул голову на каменную стену позади них, но Джим, не чуждый военного братства, закатил глаза и, протянув руку, устроил голову Спока на собственном плече. Какое-то время они сидели в тишине. Спок привалился к нему, но Джим понимал, что, хоть он и мог казаться спокойным, его разум был постоянно активен, защищая их обоих от любой злой силы, поджидавшей за пределами безопасного ментального убежища. Наконец, Джим нарушил молчание. — Расскажите, что произошло, — попросил он снова. — Позвольте мне помочь. Спок глубоко вздохнул, но не сдвинулся с места. Джим был готов признать, что не так много знает о вулканцах, но он полагал, что любой, кто три года провёл запертым в своём собственном сознании, будет нуждаться в утешении, вулканец он или нет. И он не мог поскупиться на утешение для Спока, уже по крайней мере дважды вытащившего задницу Джима из огня. Он отпустил руку вулканца и обнял его за плечи. Спок не отстранился, и Джим расслабился. — Спок? — позвал он мягко. — Яй-Энек был амбициозным человеком, — начал он. — Воин, завоеватель из эпохи до Пробуждения. — Это когда Сурак?.. — Да, — в такой близи голос Спока казался глубоким рокотом. Джим чувствовал вибрацию сквозь собственную грудную клетку. — Сурак вывел мою планету из тьмы, но прежде Сурака здесь была только война, — он вздохнул. — Хаос. Конфликты ради ресурсов, ради партнёров, ради чести, — он немного подвинулся, и Джим ослабил объятия на случай, если теперь Споку понадобилось пространство, но тот не отстранился. — Яй-Энек был завоевателем, — повторил Спок, — но по сравнению с другими представителями его рода, история не назвала бы его особенно успешным. — Хм, — брови Джима заинтересованно приподнялись. — Значит, воитель-неудачник, но с кучей амбиций? — он фыркнул. — Звучит как рецепт катастрофы, я бы сказал. — Это логичное заключение, — согласился Спок. Он остановился чтобы перевести дух, будто обдумывая как лучше объяснить остальное. — Официальный список его завоеваний очень короткий, — сказал он. — Судя по тому, что мы знаем о его правлении, Яй-Энек провёл большую часть времени отбиваясь от армий Судока, — заметив непонимающий взгляд Джима, Спок пояснил, — Судок был одним из самых страшных тиранов. Многие запомнили его как соперника Сурака. — Ага, — сказал Джим. — Ладно. — В короткие сроки Судоку удалось разбить силы Яй-Энека и забрать его владения. Разумеется, Судок убил Яй-Энека собственной рукой. — Естественно, — у Джима всё ещё плохо получалось представить вулканцев в качестве кровожадных тиранов, убивающих своих соперников в схватке, но эй. Как будто история Земли была более цивилизованной. — И это был конец Яй-Энека? Спок помедлил. — Есть легенда, — сказал он. — Прежде чем... прежде чем я начал работать здесь, я не воспринимал её как нечто серьёзное. Не было никаких доказательств, никаких надёжных источников, ничего в поддержку сделанных заявлений... — Спок, — прервал Джим. — Какая легенда? С явной неохотой Спок заговорил. — Согласно истории, несмотря на то что поражение от армий Судока было неизбежно, Яй-Энек отказывался это принять. Он знал, что краеугольным камнем силы Судока в битве является его мастерство в ментальных искусствах, и потому решил, что если он сможет создать оружие, способное дезорганизовать психические способности его войск, у его собственных может появиться шанс. — Так что, он создал оружие? — предположил Джим. — Нет, — ответил Спок. — Но он его нашёл, — теперь он отодвинулся от Джима, но только для того, чтобы они могли оказаться лицом к лицу. — Вы знаете, что такое катра? — с напряжённым вниманием спросил Спок. Джим покачал головой. — Ближайшим переводом на стандарт будет «душа», но катра это нечто большее. Это сама суть существа, его разум, его дух. Вся его энергия, — он сцепил пальцы вместе. — Прежде чем катра Сурака была вновь обнаружена вместе с Kir-Shara даже вулканцы считали эту идею чем-то... — он замолк, криво сжав губы, — фантастическим. — Катра может быть сохранена в разуме добровольного носителя, или, — здесь его голос стал резким, — в сосуде. Мы зовём их ковчегами катры. Глаза Джима расширились от понимания. Он видел их в воспоминаниях Спока и на корабле. — Глиняные кувшины. — Кувшины не совсем... — Всё равно, — отмахнулся Джим. — Вы говорите, что это были, эм, ковчеги катры? — Это так. — Ага, — Джим откинулся назад, чтобы переварить это. — Но в воспоминании, — медленно произнёс он, — женщина сказала, что они не принадлежали Яй-Энеку. — Они не принадлежали, — взгляд Спока скользнул в сторону. Джим почувствовал, что это ключевой вопрос. — Так кому они принадлежали? Рот Спока скривился. — У вас на Земле тоже есть легенда. Джинны. Вы с ней знакомы? — Тысяча и одна ночь, — вспомнил Джим, который вообще-то был владельцем аннотированной и иллюстрированной копии, находившейся где-то в хранилище. Он невольно улыбнулся. — Волшебная лампа, три желания. — Да, — сказал Спок. Его лоб нахмурился. — Но вулканская версия не включает желаний. — Вот как. Желания в любом случае оборачивались скорбью, — нахмурился Джим. — Но джинны не злые, — добавил он осторожно. — Некоторые добрые, некоторые плохие. Так же как люди, — Джим снисходительно повёл плечом — Во всяком случае, согласно легендам. — Да, — сказал Спок. — Согласно легендам, — он упёрся локтями в колени, что-то противоречивое было в его выступающем подбородке и напряжённом взгляде. — Вулканская легенда, — продолжил он, — вращается вокруг катры. Некоторые из этих катр, по крайней мере, согласно нашим легендам, очень старые. Настолько старые, что они возможно даже не были по-настоящему... — он замолк. Джим ждал. — Вулканскими, — отрезал Спок и быстро отвёл глаза, как будто стыдясь самой идеи. Мысли Джима метались. У него было очень плохое предчувствие на счёт того, куда это всё ведёт. — Ага, — сказал он. — Не вулканские? — Как ваши джинны, — кажется, признание далось Споку с болью. — Что-то вроде... полубогов. Духов. — Такое предположение, разумеется, абсурдно, — заявил Спок с, как показалось Джиму, убеждённостью учёного. — Гораздо более вероятно, что эти катры просто... очень старые души, — выражение его лица стало задумчивым. — Как и все души некоторые из них хорошие, а некоторые... нет. Некоторые сгинули в своих хранилищах, а некоторые, за неимением лучшего слова, стали сильнее. Джим скривил губы. Он слышал достаточно легенд и предостерегающих сказок, чтобы догадаться к чему всё идёт. — Дайте угадаю, — сказал он язвительно, — Яй-Энек нашёл паршивую овцу. Спок моргнул. — Нет, — сказал он медленно, — он нашёл ковчег катры. Джим закатил глаза. — Это то, что я… хотя знаете, забудьте, — он жестом предложил Споку продолжать. — Давайте, расскажите историю. — Вне зависимости от природы явления, — Спок последовал предложению. — Очень старый ковчег содержал очень плохую душу. Наполненную ненавистью, злостью и жаждой власти. Амбиции Яй-Энека привели его к поиску такого существа, в надежде на то, что оно может стать ключом к разгрому сил Судока, — он раздул ноздри. — Его гордыня привела к попытке торговаться с ним. — Сделка с Дьяволом. — Выражение уместно, — согласился Спок. — В действительности, существо одолело его, поработило разум, контролировало тело, овладело им во всех смыслах этого слова. Абсолютное поглощение, — Спок вздрогнул, движение настолько лёгкое, что не соприкасайся их колени Джим, вероятно, пропустил бы его. — Понадобились объединённые ментальные силы Судока и его лучших воинов чтобы совладать с существом и заключить его обратно в ковчег катры, — Спок тяжело вздохнул. — Как гласит легенда, именно это сражение стало решающим побудительным мотивом для того, чтобы Судок заключил соглашение с Сураком. Судок говорил, что ничего не боится, но я подозреваю, что встреча лицом к лицу с древней чудовищной сущностью, и необходимость считаться с последствиями того, что произойдёт, если её снова освободят во время войны... Что ж. Возможно это поменяло его точку зрения. — Знаете, — сказал Джим, — я на самом деле не могу его винить, — он вздохнул. Спок смотрел на него выжидательно, как учитель, ожидающий вопросов по только что объяснённому уроку. Честно говоря, Джим не был уверен, хочет ли он спрашивать. Но он всё равно это сделал. — Так, — сказал он, — позвольте мне убедиться, что я всё правильно понял. Яй-Энек освободил что-то, что суеверный человек назвал бы демоном (он заметил как Спок поморщился при слове демон, но не поправил себя), и это привело к одержимости, как в фильмах ужасов двадцатого века? — Я не уверен, что эта конкретная отсылка... — А чуть менее злой тиран загнал его обратно в бутылку, — закончил Джим. Он поморщился. — А вы, ребята, рискну предположить, снова его отпустили. Спок застыл. — Я этого не говорил. — А вам и не надо было! — огрызнулся Джим, и немедленно пожалел об этом, потому что лицо Спока исполнилось стыдом. — Простите, — сказал Джим тише. — Я не хотел кричать, — он надул щёки, а потом медленно выпустил воздух. — Это просто немного слишком, знаете. Я думал, что подписываюсь на миссию по утилизации, а не на экзорцизм. — Вы не ошиблись в своих предположениях, — сказал Спок голосом таким тихим, что Джиму пришлось прислушиваться к нему. — Да, но всё же. — Мы освободили его. Я... — Спок коротко и зло вздохнул. Он закрыл глаза, потом открыл. — Шла война, — сказал он. — Клингоны... — он сжал виски пальцами, обращаясь к своим коленям. — Нам нужно было оружие, — сказал он. — Нам нужно было оружие, которое могло бы сравниться с яростью клингонов, которое не остановилось бы ни перед чем, чтобы защитить то, что считало правым. — Вулкан, — сказал Джим и Спок кивнул. — Мы считали, что приняли все необходимые меры предосторожности, — сказал он. — Проект создавался в условиях жесточайшей секретности. Приказ об эвакуации был первостепенным, в случае если что-то пойдёт не так. Я был одним из немногих привлечённых экспертов. Первые несколько ковчегов, извлечённых из гробницы Яй-Энека, оказались неактивны, и я посчитал, что мы расслабились, что легенда была просто легендой. Историей. И когда мы нашли ковчег, содержавший существо, и выпустили его... — он сглотнул. — Оно пронзило разумы моих коллег словно песок. Оно играло с теми, кто пытался сопротивляться. Стравливало друг с другом. Сводило с ума. Делало их... — его голос сорвался. С содроганием ужаса Джим вспомнил сцены в одиннадцатой лаборатории и медотсеке. Разрушение. Кровь. — Мне жаль, — прошептал Джим. Слова казались ничем, даже меньше, чем ничем. В лучшем случае бесполезные сантименты. — Когда оно добралось до меня, — сказал Спок, — я остался последним имевшим опыт в ментальных практиках. Я должен был, — его голос стал жёстче. — Я остановил его. — Вы задержали его, — понял Джим. — Вы задержали его, чтобы остальные члены вашей команды могли спастись. Спок опустил голову. — Дело не только в моей команде, — сказал он. — Оно было вполне способно рассуждать. Оно могло проникнуть с корабля на шаттл с любым из нас, — он сжал губы. — Выпустить такое существо в галактику... Этого нельзя было допустить. — Так что вы заморозили себя. Так что, что бы ни случилось... — внутренний ужас Джима рос в геометрической прогрессии. Одно дело умереть. Другое, обречь себя на потенциально бесконечные мучения без возможности сбежать, без сладкого облегчения смерти. У Спока не было гарантии, что существо перейдёт в стазис, что его собственный разум перейдёт в стазис. — Вы осудили себя, — произнёс он, всё ещё не в силах осознать всю чудовищность произошедшего. Того, что это должно было значить для разума Спока, для его рассудка. — Нужды многих, — сказал Спок, — важнее нужд меньшинства, — его лицо выглядело измождённым, усталым, но в глазах всё ещё светился их первоначальный пламень. — Или одного. Джим провёл рукой по глазам. — Боже, — прошептал он. Он убрал руку. — Вот почему, когда Боунс разбудил вас, вы, ну, знаете, — Джим изобразил слияние. — Мне очень жаль, — сказал Спок. — Я бы вернулся в стазис, если бы это было возможно, но вы, — он поколебался, — когда вы меня коснулись, это позволило существу закрепиться в вашем разуме. — Так что вы сделали это, — Джим указал на свой лоб. Спок кивнул. — И что потом? — Потом я отправился искать вас. — Но вы меня даже не знали, — нахмурился он. Спок приподнял подбородок. — Это существо питается страхом, — сказал он. — Болью, страданиями. Оно приносит кошмары всюду, где появляется. Вспомнив сцену на кухне фермерского домика, Джим смог только кивнуть. — Я не мог позволить ему пытать невиновного. — Может не такого уж и невиновного, — напомнил ему Джим. Спок сузил глаза. — Джим. Джим легонько толкнул его локтем. Спок терпеливо вздохнул. — Спасибо, — сказал Джим. Спок посмотрел на него с сильным удивлением. — Что? — пожал плечами Джим. — У вас не было никаких обязательств передо мной. Вы могли... просто позволить мне, понимаете? Остаться в безопасности внутри вашего ментального кокона, пока Боунс не приведёт вулканскую кавалерию. — Вулканскую кавалерию, — с сомнением повторил Спок. — Конечно, — Джим широко развёл руками. — Целая армия телепатов, если Боунс добьётся своего, — он опустил руки. — Между нами говоря, Боунс немного нелюдимый малый, но я думаю благодаря этому он стал настолько напористым, что всегда добивается своего. — Боунс это ваш доктор МакКой, — уточнил Спок. — Да. — Вы верите, что он свяжется с моими людьми, и они пришлют помощь. Джим потёр подбородок. — Ну, да, — сказал он. — Вы так говорите, будто сами в это не верите. Спок просто посмотрел на него. Джим нахмурился. — Бросьте, — возразил он. — Они же не могут хотеть, не знаю, выпустить это существо в галактику, как вы сказали. Похоже, что просто оставить вас болтаться в космосе гораздо больший риск. Я имею в виду, посмотрите, что случилось! — он указал на себя. — Возможно, что-то произошло с моей командой до того, как они успели связаться с верховным советом, — сказал Спок. — Однако, — он посмотрел на свои руки, — мне доставляет мало удовольствия сообщать, что на своей планете я считаюсь своего рода отклонением от нормы. — Почему? Из-за телепатии? — В том числе. Джим нахмурился. — Знаете, вы не можете просто оставить это так, — сообщил он. Спок пожал плечами. — По правде говоря, я... — он прочистил горло. — Возможно они решили, что логичней оставить меня... как есть, так сказать. — Что? — Джим едва мог вымолвить слово от возмущения. — Вы серьёзно? Это бред. Наверное, они просто ещё вас не нашли. — Прошло три года, — напомнил Спок. Он сглотнул. — Это логичное заключение, учитывая текущую дату. — Чушь собачья, — возмутился Джим. Он выдохнул, провёл рукой по своим волосам. — Ладно, — сказал он. — Если, и это очень большое если, мы не можем рассчитывать, что ваши люди вытащат нас отсюда, — он пожевал нижнюю губу, — как мы будем выбираться? — Выбираться? — Ну, знаете, — он пошевелил пальцами. — Выбираться из страны Оз. Просыпаться. Засовывать злого духа обратно в коробку для злого духа. Что угодно. — Я… — начал Спок, — Я не знаю. Я не знаю, возможно ли это. Все ковчеги катры на моём корабле уничтожены. Джим фыркнул. Он поднялся на ноги, слегка склонившись над Споком, и положил руку ему на плечо. Вторую руку он сжал в кулак и стукнул костяшками пальцев по стене пещеры. — Да, — протянул он, — это определенно мне не подходит.