Продолжение в полутонах

Их задний дворик превратился в истинно волшебное место. На мягком травяном ковре появился деревянный настил, по периметру которого стояли уютные круглые столики. Напротив входа в дом разместилась импровизированная сцена, на которой уже настраивали звук музыканты. Деревья были увешаны мерцающими гирляндами, а в воздухе парили фонарики, источающие мягкий свет. Мановениями палочек официанты в безупречно белых рубашках расставляли стулья, посуду и вазы с цветами. По такому случаю периметр из заднего дворика огородили плотными высокими зачарованными ширмами, чтобы ни один маггл не смог увидеть волшебный праздник. Гермиона остановилась на пороге дома, привалившись плечом к косяку, и наблюдала за тем, как за горизонт опускается солнце. Закат был удивительно красив, окрашивая небо в розовые и огненно-оранжевые цвета. Залюбовавшись пожаром, разгоревшимся в небе, она не услышала, как Драко подошел к ней сзади и уткнулся носом в ее шею. — С Днем Рождения, любимая, — прошептал он, оставляя на ее коже легкие поцелуи. Гермиона на секунду прикрыла глаза, а затем обернулась, кладя ему руки на плечи. — Спасибо. — Твой подарок ждет тебя в спальне. — И ты, конечно, должен лично мне его показать, — лукаво улыбнулась она. — Не угадала, мне нужно за всем проследить. Вечер должен быть идеальным. А ты не думай ни о чем, спокойно прими ванну и собирайся. Сегодня твой день. Малфой поцеловал ее правую руку и направился в сад, а Гермиона озадаченно пошла к спальне. Подарок, ожидавший ее внутри, заставил девушку восторженно ахнуть. Рядом с кроватью парило в воздухе роскошное вечернее платье глубокого синего цвета. Силуэт обнажал плечи, облегал фигуру и спускался вниз струящейся юбкой. Вместо спины у платья был сумасшедший вырез, опускавшийся практически до копчика. К платью прилагались блестящие серебряные лодочки на шпильке. Гермиона не сразу увидела, что на кровати ее также дожидается бархатная коробка, открыв которую, она закусила губу. Это было слишком. Спустя час, она стояла перед зеркалом в своем новом наряде с собранными в небрежный пучок волосами и темно-малиновой помадой на губах. Открытая бархатная коробка лежала на туалетном столике. Взгляд Гермионы был приклеен к ожерелью, покоящемуся на бархатной подложке, от которого отражался мягкий свет бра, рассеивая по комнате мириады искр. Подарок был вызывающе роскошен: длинная цепочка, усеянная бриллиантами, не помещалась в коробку в один оборот и сворачивалась в три кольца. Застежка на цепочке была исполнена в виде кулона с увесистым камнем, а, собственно, сам кулон представлял собою ажурную конструкцию размером с ладонь, так густо инкрустированную бриллиантами всех размеров, что под ними не было видно металла. Такое великолепие Гермиона видела только в музеях, да еще давным-давно в детстве, когда родители подарили любознательной дочери сборник исторических энциклопедий. В одном из томов, посвященных истории России, Гермиона видела фотографии алмазного фонда и представленных в нем украшений. Но я-то уж точно не тяну на русскую императрицу… Девушка, затаив дыхание, протянула руку к ожерелью и медленно подняла его из коробки. Прохладное и тяжелое, оно сверкало, восхищая своим великолепием. Гермиона повесила подарок на шею и озадаченно посмотрела в зеркало. Кулон болтался на уровне пупка и выглядел, мягко говоря, странно, словно ребёнок стащил украшение взрослого. Раздался мягкий стук в дверь. — Заходи, — крикнула Гермиона, не отрывая взгляда от подарка, но, вопреки ее ожиданиям, вошла Дафна, а не Драко. — С Днем Рождения, моя дорогая! Оооооо! — Дафна, держащая в руках коробку с бантом, восторженно уставилась за ожерелье. — Милая, это просто восхитительно! Только вот… — и мисс Гринграсс заливисто расхохоталась. — Тебе тоже кажется, что это не мой размер? — быстро спросила Гермиона, поворачиваясь к подруге и забирая из ее рук протянутый подарок. — Спасибо. — Нет, с размером все в порядке. Фасон не твой. Гермиона вновь повернулась к зеркалу, силясь понять, что она имеет в виду. — Вот так, — Дафна подошла к Гермионе и повернула ожерелье на ее шее задом наперед. Кулон коснулся открытой поясницы, а застежка с бриллиантом легла в выемку под горлом. — Идеально. Гермиона в пол оборота повернулась к зеркалу, понимая, наконец, какой элегантный и продуманный подарок она получила. Платье идеально подчеркивало роскошное ожерелье, будучи закрытым спереди и оголяя ее спину. — Спасибо, Даф. Вот был бы конфуз. — И кто после этого скажет, что женской дружбы не существует? — подмигнула ей Дафна. — Идем, гости уже собираются. Гермиона улыбнулась подруге, бросила последний взгляд на свое отражение и направилась вслед за Дафной вниз. На заднем дворе уже действительно собралось много народа. Группа играла зажигательную мелодию, и даже нашлись первые танцующие. Гермиона подходила к гостям, благодарила за поздравления и обнимала каждого. Со всех сторон слышался смех, туда-сюда сновали официанты с подносами. Под раскидистым деревом, украшенным гирляндой из золотистых лампочек, нанятые актеры веселили стайку детей. — Прикрыть вот это, и прием выглядит идеальным, — заявила Дафна, закрывая ладонью веселящихся детей. Гермиона тяжело вздохнула, не в состоянии ответить на остроту подруги, но от развития этой темы ее спас вынырнувший из толпы Гарри Поттер. — Гермиона! Иди-ка сюда! — Гарри крепко прижал ее к себе и прошептал на ухо. — Подарок выбирала Джинни. — Я тоже хочу поздравить именинницу! — Джинни повисла на шее у Гермионы, и та через ее плечо увидела усмехнувшуюся Дафну. — Спасибо, Джинни! — Гермиона широко улыбнулась подруге. — Гермиона, ты выглядишь великолепно! — Спасибо! И ты тоже. На этих словах Дафна отвернулась, и ее плечи мелко затряслись. В этот момент музыканты решили разнообразить музыку и заиграли красивую медленную мелодию. Солистка — хрупкая рыжеволосая девушка в сверкающем платье — запела, окутывая задник двор своим роскошным голосом. Джинни выпустила Гермиону из объятий и, мечтательно прикрыв глаза, закачалась в такт. — Гарри, обожаю эту песню! Идем танцевать! Она схватила мужа за локоть, и тот, подмигнув Гермионе, последовал за ней на танцпол. Стоило им отойти, как Дафна выпалила: — Я знаю, что ты не одобришь, но я просто не могу сдержаться. Скажи Поттеру, что ее надо чаще выпускать из дома, — и Дафна опять прыснула. Гермиона неодобрительно посмотрела на Дафну, но все же невольно вновь взглянула на Джинни. Куда, правда, делась девушка, дарившая мне на день рождения ультра-модные мини-платья? Сегодня Джинни надела длинное платье цвета клубничного мороженого, которое придавало ее бледной коже синевато-серый оттенок. Юбка вся сплошь состояла из рядов оборочек, открытое декольте дополнялось солидным колье, до самых плеч тянулись висячие сережки, руки по локоть были скрыты белыми атласными перчатками. — И особенно впечатляет диадема, — словно прочитав ее мысли, проговорила Дафна снисходительно-саркастичным тоном. Гермиона слегка поморщилась. Увесистая блестящая диадема действительно венчала высокую пышную прическу подруги. — Шампанского, дамы? Гермиона обернулась, отрывая взгляд от танцующей четы Поттер, и расплылась в улыбке. Рядом с ними стоял Драко в простом элегантном черном костюме тройке, дополненном черной же рубашкой. Одна пуговка на воротнике расстегнута, как и сам пиджак. Идеальный. — Ты великолепна, — проговорил он, целуя Гермиону в висок и прижимая к себе. Его рука, будто невзначай, тронула ее обнаженную поясницу на самой границе с копчиком. Другой рукой Малфой мановением палочки подозвал к ним три бокала шампанского. — Спасибо, дорогой. — Дафна, ты тоже прекрасно выглядишь. — Хоть это и банально, но все же мне приятно, — рассмеялась слизеринка, подхватывая свой фужер. Дафна выбрала для вечера ярко-красное блестящее платье на бретелях, сидевшее на ней, словно вторая кожа. Простой крой компенсировал умопомрачительный разрез по правой ноге, доходивший практически до бедра. Атласную кожу Дафна решила сегодня оставить самостоятельным украшением, дополнив наряд только одним кольцом с видным крупным бриллиантом. — А где же Чарльз? — спросил Драко. — В полку разбитых сердец прибыло? — Нет, он пока жизнеспособен. И должен появиться с минуты на минуту. Работа отнимает у него массу сил. Гермиона бросила на Драко короткий взгляд, прекрасно понимая, что он удивлен не меньше, чем она сама. Чарльз уже побил предыдущий рекорд в десять дней. Медленная композиция последними аккордами прорезала воздух, и Драко магически усиленным голосом привлек внимание гостей. — Дамы и господа. Позвольте открыть официальную часть празднования первым тостом. Я хочу поднять этот бокал за удивительную девушку, благодаря которой мы сегодня собрались здесь. Она умудряется сочетать в себе способность любить и дружить, быть начальником и быть поддержкой, быть прекрасной, быть умной и по-детски непосредственной. Верить в чудеса, видев самые черные проявления человеческой души. Она умеет прощать и надеяться, она уникальна. Я горд называть ее своей возлюбленной и бесконечно буду повторять ей, как много она для меня значит. Гермиона, я люблю тебя! С днем рождения! — С днем рождения! — грянули гости. — Спасибо! — прокричала Гермиона в ответ, лучась счастьем. Над танцполом закружились в воздухе золотые блестки, и барабанщик начал отбивать палочками ритм, задавая темп остальным. Музыканты грянули зажигательную мелодию. — С днем рождения, детка! — Дафна обняла подругу за плечи и пригубила шампанское. — Чарльз, — крикнула она в следующую секунду, уносясь навстречу появившемуся в дверях молодому человеку. Гермиона рассмеялась. — Мама обещала быть немного позже. И даже привести с собой Джеймса, — проговорил Драко, возвращаясь к ней. Джеймс появился в жизни Нарциссы пару месяцев назад, но так и не был представлен Драко по причине постоянных международных разъездов. С Нарциссой они познакомились в небольшом магазинчике на окраине Парижа, где оба нацелились на чудесный кофейный столик ручной работы. Гермиона знала, что тот факт, что он до сих пор не знаком с Джеймсом, задевает и немного беспокоит Драко, но при этом, оба они видели, как умиротворена и расслаблена миссис Малфой, и это было самым главным. — Ну раз так, — лукаво улыбнулась Гермиона, — значит, пока у нас есть время для танцев. Последние гости расходились уже далеко за полночь. Из-за того, что Гермиона и Драко жили в маггловском, а не магическом районе, они вызывали себе такси, вместо того, чтобы аппарировать домой. Многих это забавляло, но Гермиона была уверена, что есть и те, кто считает это жутким неудобством, а их решение жить в таком районе — эксцентричной придурью. Но ей было все равно. Она не судила людей за их неумение оценить особенность этого дома. Закрывая дверь за последними гостями, она подумала, что нужно не забыть сказать спасибо Дафне за то, что та настояла на торжественном вечере. Он действительно удался! Голова Гермионы была удивительно легкой и пустой от выпитого шампанского. Мир вокруг был прекрасен. Она размяла шею, наклоняя голову вправо и влево, и заулыбалась, почувствовав, что Драко подошел к ней со спины. — Наш с тобой вечер еще далеко не закончен, — проговорил он, притягивая ее к себе за талию и слегка прикусывая мочку левого уха Гермионы. — Идем. Он потянул ее наверх к спальне, сверкая в полутьме холла стальными глазами, и Гермиона охотно последовала за ним. Весь этот долгий день она предвкушала момент, когда сможет остаться с Драко наедине. Затуманенный шампанским мозг ждал сексуальной разрядки, посылая томные волны к паху. Вот уже за поворотом коридора показалась дверь их спальни, как вдруг, Драко потянулся к ручке кладовой. Гермиона вопросительно изогнула бровь, и он проговорил: — А это — мой сюрприз, — и толкнул дверь. Удивленная Гермиона наконец поняла, где он пропадал с утра. На кладовую было наложено мощное и изощренное заклинание, превратившее тесную комнатку для хранения сезонных вещей в просторную и уютную комнату, погруженную в полумрак. Гермиона не могла разглядеть ни стен, ни потолка, но стоило им ступить за порог, как по периметру зажглась полоска огня, очерчивая помещение и распространяя вокруг теплый и мягкий свет, комната была пуста. Драко заговорщицки улыбнулся и взмахнул волшебной палочкой. — Я надеюсь, ты позволишь мне быть у руля? — Конечно, — выдохнула Гермиона. В центре комнаты закружился ворох золотистых блесток, оседая, он очерчивал силуэт огромной кровати с шелковым бельем и небольшого столика рядом, на котором оказалась бутылка вина и пара бокалов. Гермиона смотрела во все глаза. Конечно, она давно убедилась в незаурядности магических способностей своего избранника, но эта магия была просто ошеломительно красива. Еще один взмах палочки и из-под потолка послышались негромкие звуки оркестра, играющего медленный вальс. — Прости за штампы, но я надеюсь удивить тебя в дальнейшем, — на это ей нечего было даже сказать, поэтому она просто молча кивнула. Он взял ее за руку и медленно потянул к кровати. Сделав первый шаг, Гермиона уловила едва ощутимый холодок по всему телу. Еще шаг, и она увидела, как ее платье тает в воздухе, растворяются шпильки в волосах, рассыпая по плечам объемные кудряшки. Еще шаг, и вслед за платьем начал растворяться корсет. Гермиона ощутила, как не чувствует под стопой опоры шпилек, потому что и туфли таяли на глазах. Дойдя до кровати, она оказалась босой в одних простых белых хлопковых трусиках, какие не надевала со времен памятного вечера в задымленном пабе. Сам Драко, силами магии остался в одним черных облегающих боксерах. Гермиона проскользила взглядом по его подтянутому прессу и ощутила волну желания. — Вина? — спросил Драко, усаживая ее на кровать. — Конечно. Отблески пламени плясали на гранях хрустальных бокалов, по которым разливалась густая темная жидкость. Пригубив вино, Гермиона прикрыла глаза и улыбнулась. Вино было терпким и насыщенным, не требующим никакого сопровождения. Ее рот наполнился вкусом спелых фруктов, вызревших под жарким солнцем Тосканы, и Гермиона с удовольствием допила все из своего бокала. Драко тоже осушил свой и потянулся за бутылкой. Бокалы растаяли в воздухе, а Малфой навис над Гермионой встав на кровати на колени. — Ложись, — тихо велел он. — Наши кухонные игры с мороженым навели меня на одну мысль. Снедаемая любопытством, она поспешила повиноваться и вытянула ему навстречу руки. Но Малфой усмехнулся, отводя их в сторону, и проговорил: — Закинь их наверх. По ее разгоряченному телу побежали мурашки. Такие игры у них никогда не были в ходу, но сейчас на границе очередного года своей жизни, Гермиона словно чувствовала себя смелее и раскрепощенной к чему-то новому. Она всегда знала, что Малфою не нужно объяснять, как и что делать, но и вслух они никогда не обсуждали свои фантазии, нет нет да и пробегающие у Гермионы в голове. Вот и сейчас она просто послушно подняла наверх руки, молча ожидая продолжения. И тут Драко наклонил над ней бутылку с вином, и несколько капель упали на хлопковую ткань трусиков, закрывающую ее лобок. Гермиона вздрогнула, когда прохладная жидкость коснулась разгоряченной кожи, и во все глаза смотрела на темное пятно, расползающееся по девственно белой ткани. Драко еще раз наклонил бутылку, и вино, щедро плеснувшись, потекло по ее нижним губам. Он нырнул вниз, ложась между ее ног и припадая к ткани губами. Слегка втянул в себя воздух, всасывая ткань вместе с алкоголем, и шумно выдохнул. Гермиона натянулась как струна. Она не чувствовала его кожа к коже и это было так по-новому, так необычно. Драко принялся всасывать вино, бегая губами по всей поверхности ее белья, то усиливая, то ослабляя нажим, отстраняясь и подливая еще, снова ныряя вниз. Руками он как сумасшедший впился в ее бедра, с силой удерживая их и всасывая вино, словно вампир, изголодавшийся по крови. У Гермионы в глазах потемнело от возбуждения, она прикусила фалангу указательного пальца, ожидая подступающий оргазм, но вместо него, ее захлестывали волны нарастающего возбуждения. Оторвавшись от ее влагалища, Малфой поднял голову и сделал быстрый взмах палочкой. Испачканное белье лоскутами отлетело на кровать, и Драко поднес к ее губам бутылку с вином. Она в удовольствием сделала большой глоток. — Умница, — прошептал он, хищно улыбаясь, — в вине зелье, которое поможет тебе открыть новые грани чувственности. Сегодня быстро ты не кончишь. Гермиона округлила глаза, но он взмахнул палочкой, и это было последнее, что она увидела — на ее глазах материализовалась плотная повязка, не пропускающая свет. Гермиона вздрогнула, закусывая губу. Быстро не кончу… — Зато, надеюсь, кончишь так, как никогда в жизни, — проговорил Драко и, схватив Гермиону за бедра, одним резким движением перевернул ее, ставя на четвереньки. Запустив руки между ее ног, Драко погладил клитор Гермионы, наслаждаясь ее влажностью, огладил внутреннюю поверхность бедер, вынуждая шире расставить ноги, и вдруг его руки пропали. Гермиона замерла, лишенная зрения. Тишину комнаты нарушали лишь звуки чудесной мелодии, за которой она не слышала даже его дыхания. Секунды текли, подогревая ее нетерпение, как вдруг она почувствовала легкое прикосновение к клитору. Что-то маленькое и безупречно гладкое медленно начало массировать ее. Это не мог быть палец, ведь предмет был холодным. Нажим чуть усилился, и Гермиона немного прогнулась в спине. К предмету прибавился еще один точно такой же, теперь Гермиона ощущала, что это маленькие шарики, которые принялись с разных сторон оглаживать ее клитор, доставляя ей наслаждение своим хаотичным движением. Спустя несколько секунд, Гермиона вдруг ощутила еще один, бегающий по самому краю входа в ее влагалище. Втроем они то сильнее, то легче дразнили ее, нажимая на самые потаенные точки. Шарик около влагалища пропал, и она почувствовала краешек гораздо большего по размеру шарика, он завис у входа в ее влагалище и принялся балансировать, то заходя на несколько миллиметров, то отстраняясь. Гермиона застонала в голос. Шарики у ее клитора росли, сжимая его и холодя разгоряченную кожу, и вдруг все выстроились в ряд. Сколько их теперь там было, Гермиона не смогла сосчитать. Натянутые в единую нитку, они двигались по всей ее промежности взад и вперед сумасшедше возбуждая и задевая впадинку между ее ягодицами. Гермиона пригнулась к шелку простыни и стонала в полный голос. Участившееся дыхание Малфоя уже не перекрывалось звуками музыки, она чувствовала его мандраж. Шарики полетели в сторону и с громким стуком ударились об пол. Он вошел в нее сзади резко и мощно, и она обхватила его, в голос закричав «Да!». Сдавливая ее попу, он тянул ее себе навстречу, вбиваясь до самого основания. Чуть снизив темп, он левой рукой сжал ее грудь, а большим пальцем правой, прочертил выемку ее позвоночника, спускаясь к ягодицам, на секунду замерев, и легонько очертил тугую дырочку ануса. В ту же секунду палец пропал, и его рука принялась массировать клитор. Но Гермиона уже поняла, чего хочет она. — Я хочу, — отрывисто прошептала она, убирая его руку от влагалища и подводя к анусу. Драко замер, и она сжала его член внутри, словно разрешая идти дальше. Он накрыл ее анус пальцем, помассировал по кругу, оставаясь членом внутри влагалища и чуть надавил. Гермиона почувствовала странно-приятное растяжение, сама медленно подалась навстречу, привыкая к новому ощущению. Его член дернулся внутри нее, и она сжала его, расслабляя попу. Его палец медленно задвигался. Она застонала. — Иди… внутрь… И вот влажная головка члена уперлась в ее попу. Подкрутив ее наверх, Гермиона ждала. Сердце бешено колотилось. — Черт, — прошептал Малфой, — я не могу больше. Она ощутила сильное давление и постаралась расслабиться, не сжимать мышцы, не выталкивать его из себя. Ему было узко внутри, и каждый миллиметр давался с трудом. Закусив губу, она попыталась превозмочь это ощущение. И тут он резко вышел, Гермиона дернулась, не имея возможности видеть его, но он быстро вернулся. На головке члена она почувствовала прохладную смазку, и он вновь начал растягивать ее. Дело пошло гораздо легче. Она застонала, ощутив, каково это, капля пота пробежала по ее спине. — Ты… так сжимаешь меня, — хриплый выдох. Он начал двигаться в ней, вызывая новую волну возбуждения, подогреваемую тем, что они только что переступили черту. Его руки растягивали ее ягодицы, уткнувшись лицом в кровать, она кричала, ощущая, что оргазм будет и правда сумасшедшим. Почувствовав ее скорый пик, он принялся массировать ее клитор, кончая внутрь, ощущая, как забилась в конвульсиях она, кончая, действительно, как никогда в жизни.