Corrupt

      Снова поцелуй. Быстрый, обжигающий. Габриэль едва успел его распробовать, как вдруг Маринетт отстранилась и сползла вниз.       - Истинный джентльмен всегда уступит леди, не так ли? – игриво поинтересовалась она, уверенно раздвигая его колени и плавно усаживаясь между ног.       - Такой восхитительной Леди нельзя не уступить, - удивленно пролепетал Габриэль, безотрывно глядя на то, как обтянутые алым спандексом пальчики ловко справляются с пряжкой ремня и молнией ширинки. На секунду мелькнула мысль, что под маской вовсе не его помощница. Разве могла Маринетт Дюпен-Чен вот так нагло и уверенно...       - Тогда я с удовольствием… воспользуюсь своим правом, - самодовольно ухмыльнулась Маринетт, запуская ладошку под одежду.       Похоже, что могла. Габриэль хотел ответить ей, но не успел: шероховатая ткань коснулась возбужденной плоти, заставляя вздрогнуть.       - Что-то не так? – спросила лже-ЛедиБаг, поднимая взгляд.       - Все замечательно, - выдавил из себя Габриэль, сжимая левую ладонь в кулак.       Похоже, ему понадобится вся выдержка, чтобы не кончить сразу. Это было бы полнейшим фиаско.       Маринетт недоуменно посмотрела на него, а после нагло осклабилась, будто смогла прочесть на его лице то, что он пытался утаить. Она медленно высвободила член из-под одежды и плавно склонилась, вбирая его в рот.       В этот миг Габриэля будто током ударило. Ощущения были настолько яркими, что он даже не смог прикрыть глаза, вперив взгляд в девушку в маске, что так старательно чередовала губы и язык, даря ему удовольствие. Разум что-то кричал про доминирование, но Габриэль предпочел не слушать его сейчас. Он уже много раз проигрывал ЛедиБаг в битве, поэтому нет ничего страшного в том, чтобы поддаться ей еще раз. Ненадолго. Просто чтобы собраться с мыслями, прежде чем претворить свой план в жизнь.       Маринетт действовала уверенно, но в то же время чутко. Габриэль мог поклясться, что еще ни одна женщина так не деликатничала с ним. Он хрипло выдохнул и потянулся к темной макушке. Пальцы пробежались по гладко собранным волосам, но едва коснувшись перевязанного лентой хвостика, тут же смяли его. Маринетт тихо хихикнула и удвоила напор. Это не оставило Габриэля равнодушным, и с его губ против воли сорвался стон.       - Признайте: вы все же неравнодушны к ЛедиБаг, - отстранившись, сказала Маринетт и, подняв взгляд, улыбнулась еще нахальнее.       - Считайте, что в данный момент я неравнодушен к вам обеим, - тихо ответил Габриэль, плохо понимая, о чем вообще идет разговор.       - Ах вот как! - деланно изумилась Маринетт. - В таком случае мне придется приложить вдвое больше усилий, чтобы изменить этот факт. Уверена, этот костюм поможет мне победить.       «Черта-с-два я покорюсь этой нахальной девчонке», - подумал Габриэль, но не успел озвучить свои мысли: Маринетт вернулась к прежнему занятию, да так усердно, что он разом растерял все слова. Уверенные движения шероховатых пальцев, обжигающе-горячие губы, ловкий язычок – все это сводило его с ума. Вместо того, чтобы доминировать, Габриэль покорно отдался моменту, позволяя своей случайной любовнице несколько больше, нежели другим. А она уверенно взяла бразды правления в свои руки, будто занималась этим всю жизнь…       Его оргазм мог бы быть одним из самых фееричных за последние несколько лет, если бы не два «но»: ему пришлось больно закусить ладонь, чтобы заглушить стон; а Маринетт, будто знала с точностью до секунды, когда он достигнет пика, вовремя отстранилась, из-за чего Габриэль кончил прямо ей в руку.

***

      Маринетт вовсе не переживала по поводу испорченного костюма. Все недочеты можно было легко исправить влажной салфеткой. Так она и поступила, поднявшись с колен и направившись к своему столу. Главное не выдать, что в данный момент сердце колотится как бешеное, а ноги подгибаются. И не столько от возбуждения, сколько от осознания собственной смелости. Она вот так просто подошла к своему начальнику, самому обожаемому и потрясающему мужчине в мире, и воплотила в жизнь одну из самых тайных своих фантазий. Сама! И при этом умудрилась не покраснеть и даже вжиться в роль роковой соблазнительницы. Если бы она знала, что фальшивая маска ЛедиБаг может даровать ей такие способности, то уже давно заявилась бы в кабинет начальника в таком виде. Справившись с волнением и оттерев сперму со спандекса, Маринетт вновь спустилась в нишу и устремила взгляд на Габриэля.       Вот он, главная мечта большинства парижанок: взъерошенный, томный, расслабленно развалившийся на мягком сидении и прикрывший от удовольствия глаза. На его щеках алел румянец, а приоткрытые губы судорожно ловили воздух. Бери - не хочу! И Маринетт твердо решила взять. Пусть это всего лишь порыв, но она не собиралась упускать столь счастливый случай. Роль нужно отыгрывать до конца!       - Вы повержены, Габриэль. Готовы сдаться на милость Леди-Удачи? – ехидно, чуть надменно поинтересовалась она, присаживаясь рядом.       - Проиграть битву не означает проиграть бой, - отозвался Агрест, открыв глаза. – Дай только собраться с силами, и я еще устрою ей реванш.       - И вы готовы сражаться до конца? – поинтересовалась Маринетт, однако стоило ему повернуться к ней, как все слова тотчас иссякли.       - До последнего вздоха, - подтвердил Габриэль, поправляя белье и вновь застегивая брюки.       Он, еще несколько минут назад безвольно стонавший под ней и двигающийся навстречу, теперь излучал собой такую ауру превосходства, что Маринетт невольно сглотнула. Глаза Габриэля ярко блестели, а на лице читалась решимость. Будто он собирался не в очередной раз заняться сексом, а как минимум в одиночку штурмовать Париж.       Воспользовавшись ее замешательством, Габриэль решительно притянул Маринетт к себе.       - И где теперь твоя уверенность, Леди? – поинтересовался он, и от низкого звука его голоса Маринетт едва не растаяла лужицей.       Его «Леди» прозвучало так проникновенно, властно и так соблазнительно… Черт, ну как тут можно устоять?!       - Вернуть ее не составит труда, - начала она, проводя ладошкой по груди мужчины, однако он быстро пресек ее действия.       - Нет-нет, - сказал Габриэль, перехватывая запястье Маринетт и отводя его в сторону. – Я уже был покорным. Теперь твоя очередь, Леди.       Она едва успела осмыслить его слова: Габриэль ловким движением снял очки, отложил их в сторону и жадно впился в ее губы поцелуем. Справившись с внезапно накатившей от столь бурного проявления чувств дрожью, она принялась отвечать и вскоре была вознаграждена хриплым стоном.       - Кажется я поторопился с выводами, - ответил он, отрываясь от ее губ, а после подхватил на руки и усадил себе на колени.       - Ваша хваленая выдержка дает сбой? – лукаво поинтересовалась Маринетт и нарочно потерлась промежностью о его член.       Возбужденная плоть тут же отреагировала, а Габриэль будто поперхнулся воздухом.       - Учти, маленькая нахалка, я этого так не оставлю, - пригрозил он, поднявшись вместе с ней, сделал несколько шагов вперед и вжал свою ношу в стенку подиума.       - Я готова к любому наказанию, - томно прошептала Маринетт, обхватывая его ногами за талию и руками за шею.       Габриэль в очередной раз застонал и вновь поцеловал ее. Мужские ладони заскользили по ткани, сминая грудь и бедра. Маринетт старалась не отставать. Наполовину расстегнув рубашку, она разорвала поцелуй и потянулась к ключицам Габриэля, чтобы начать дразнить его самой. Реакция оказалась неожиданной: он судорожно застонал, разжал хватку и уперся рукой в стену. Если бы в этот момент она не держалась за него всеми конечностями, то непременно рухнула бы вниз. Однако это было еще не все. Через пару секунд послышался глухой щелчок и их внезапно повело. В этот раз от падения их спасло то, что Габриэль сумел вовремя сориентироваться и устоял на ногах.       - Прости, совсем забыл, что тут фальш-панель, - сказал он, вновь обнимая Маринетт и возобновляя поцелуи.       Она бы уже через минуту забыла об этом досадном недоразумении, вот только Габриэль решил, что только губ ему недостаточно, и переключился сначала на щеки, а затем на открытый участок шеи. Это заставило Маринетт чуть склонить голову и невольно зацепиться взглядом за содержимое ниши.       - Оружие?! – удивилась она так сильно, что разом растеряла весь романтический флер.       - Да, - хрипло подтвердил Агрест, нехотя отрываясь от нее и устремляя взгляд в ту же сторону. – Коллекционирую с тех пор, как увлекался фехтованием в юности.       Но его слова прошли мимо нее, поскольку среди инкрустированных шпаг и рапир она случайно обнаружила предмет, которому там быть явно не полагалось.       - Но… это же… - начала Маринетт, но тут же запнулась, не зная, как правильно выразить свои мысли.       - Что? – недоуменно переспросил Габриэль, а когда понял, куда она смотрела, лишь мягко улыбнулся. – А, трость Хищной Моли. Подарок одного из наших поставщиков, у которых мы заказывали в свое время костюмы героев. Занятный экземпляр.       Он убрал одну руку и потянулся к трости. Осторожно сняв ее с постамента, Габриэль поднес ее поближе к лицу Маринетт и поддел набалдашник пальцем.       - Я решил, что из нее получится неплохой футляр для рапиры, - сказал он, демонстрируя тоненькое лезвие. – Правда эфес не очень удобен, поскольку рукоять спрятана в сфере, но не страшно, это лишь бутафория.       Вернув набалдашник на место, Габриэль взглянул в лицо Маринетт и вдруг как-то странно улыбнулся.       - Раз уж ты прячешься за маской героини Парижа… может мне стоит примерить на себя роль злодея?       Небрежно подбросив трость, он взялся за металлическую основу и прижал набалдашник к шее Маринетт.       - Или Леди против таких игр? – ехидно спросил Габриэль, надавливая на подбородок, тем самым заставляя ее вскинуть голову. - Маринетт Дюпен-Чен, я - Хищная Моль. Подчинись мне, и я обещаю исполнить твои самые тайные желания.       Услышав его вкрадчивый шепот, Маринетт судорожно сглотнула. Если все это лишь игра, то в Габриэле умер первоклассный актер. Он так умело отыгрывал роль злодея, что ей на секунду подумалось, что перед ней и есть Хищная Моль. Но эта мысль сразу покинула ее голову, стоило ему пошевелиться.       - Соглашайся, - хрипло прошептал Габриэль. – Уверяю, мы оба получим удовольствие.       От слова «удовольствие» и уверенного движения трости по ее телу, разум тут же подкинул парочку весьма жарких примеров того, как Габриэль мог бы использовать этот предмет. Маринетт смутилась, заерзала, но поняла, что отступать смысла уже нет.       - Хорошо, - согласилась она. – Только при условии, что эта трость не превратится в… заменитель мужчины.       - О нет, - протянул Габриэль. – Я собираюсь разделять и властвовать, поэтому такой игре здесь не место. Но я учту твои пожелания в следующий раз.       «В следующий раз». Фраза набатом звучала в ушах, заставляя Маринетт одновременно смущаться и умирать от нетерпения. Габриэль Агрест воспринимал их спонтанное решение заняться сексом не как единичный случай, а как начало чего-то более продолжительного? Неужели он уже сейчас обдумывал, когда, где и при каких условиях случится этот «следующий раз»?! На ЕГО условиях?!       В груди у нее затрепетало, а яростное желание отыгрывать роль дерзкой героини уступило место самой обычной женской покорности. Столь резкая перемена в настроении не укрылась от Габриэля. Его глаза жадно блеснули, а затем он вдруг отстранился и бережно опустил Маринетт на пол.       - Итак… - задумчиво протянул Габриэль, небрежно поигрывая тростью. – Раз уж мы играем в героиню и злодея… Готова стать моей пленницей, ЛедиБаг, или всё ещё намерена сопротивляться? Спешу заверить, что в плане терпения я буду куда более… опытным.       Маринетт следила за его движениями как загипнотизированная и не сразу поняла, что Габриэль ждал от нее ответа.       - Тебе ни разу не удавалось сломить ЛедиБаг, злодей - сипло выдала она, облизнув пересохшие губы.       Габриэль усмехнулся и одним властным движением прижал Маринетт к стене.       - Ни разу, - согласился он, мягко касаясь набалдашником трости ее щеки. – Но я не намерен отступать.       Гладкая сфера заскользила по телу, даря такие ощущения, что Маринетт едва не забыла – для жизни необходимо дышать…       Шея. Плечо. Овал груди. Лёгкое нажатие на твёрдый сосок. Живот. Бедро. Его внутренняя часть. Каждое прикосновение посылало по телу импульс, сосредотачивающийся внизу живота, но Маринетт стоически сносила эту сладкую пытку. И молчала.       - Прелестно… - протянул новоявленный злодей. – А если попробовать так?       Он вновь подбросил трость выше и теперь медленно вел основанием от щиколотки вверх по бедру. Маринетт едва могла удержать себя в руках. Видя, как тяжело ей это дается, Габриэль улыбнулся еще нахальнее.       - Кажется у Леди совсем плохо с выдержкой? Придется научить её быть терпеливой.       Маринетт вздрогнула. Она, конечно, уже довольно давно избавилась от своих подозрений, но… Если бы Габриэль Агрест действительно оказался Хищной Молью… Такому злодею она не то что сама принесла бы свой талисман, но еще и собственноручно отобрала кольцо у Нуара.       Ощущение холодного металла, скользящего по голени, и осознание того, что этой тростью управлял Габриэль, сводили Маринетт с ума. А он с легкостью находил все новые чувствительные места и, не отрывая взгляда от ее сосредоточенного лица, отслеживал каждую реакцию. Мягкие касания и поглаживания ствола трости сменялись давящими прикосновениями наконечника. Габриэль поднимался всё выше и выше, приближаясь туда, где внимание требовалось сильнее всего.       Уже предвкушая ласку, Маринетт нетерпеливо переступила с ноги на ногу и чуть подалась вперед. И подскочила от неожиданности, словно ужаленная лёгким шлепком по бедру. Она с возмущением посмотрела на любовника, но наткнулась на укоризненный взгляд.       - Я настолько хорош в роли злодея? – нагловато ухмыльнулся Габриэль. - Или Леди уже не может владеть собой?       Вопрос не требовал ответа, но Маринетт собралась с силами и хрипло произнесла:       - И то и другое.       - Ай-яй-яй, какая нехорошая девочка! – покачал головой Агрест и провёл свободной ладонью по телу Маринетт, поднимаясь от живота к груди.       От наслаждения она тяжело выдохнула и откинула голову назад, упираясь макушкой в стену. И в этот миг любовник склонился к ее уху.        - Нехороших девочек нужно воспитывать, - жарко зашептал он, на мгновение сжимая пальцами ее грудь.       Маринетт застонала и прикрыла глаза, чем Габриэль тут же воспользовался. Он отстранился, властно схватил ее за плечо и резко развернул лицом к стене.       - Что?!.. – возмутилась Маринетт, и вновь ощутила легкий шлепок. Теперь уже по ягодицам.       - Будь умницей, и сразу поймешь, что я хочу сделать, - томно прошептал Габриэль и сделал шаг назад.       Она попыталась повернуться в его сторону, но он тут же пресек эту попытку и для верности нажал набалдашником аккурат на затылок.       - Нет-нет-нет, Леди, так не пойдет.       Он повёл набалдашником по плечам и предплечьям, невольно заставляя ее поднять руки и упереться ладонями в стену. Затем точно также – по спине, нарочно задерживаясь на чувствительных участках и уделяя им повышенное внимание. Маринетт вздрогнула, когда сфера очертила ягодицы, и нервно закусила губу.       Она ощущала себя запутавшейся в паутине бабочкой. И ей это даже… нравилось? Излучающий собой абсолютную власть, Габриэль явно знал, что хотел получить, а Маринетт была готова отдать ему всё, что тот потребует. Однако он молчал, лишь медленно водя по внутренней стороне бедра набалдашником трости, вызывая у Маринетт настойчивое желание свести ноги, чтобы хоть немного облегчить возбуждение.       Наконец Габриэль убрал трость и игриво стукнул основанием по ее голеням, будто требуя раздвинуть ноги шире. Маринетт тут же подчинилась.       - Ну, что теперь скажешь, Леди-Удача? - насмешливо поинтересовался мужчина, медленно ведя сферой по внутренней стороне ее бедер. - Или тебе нечего сказать?       В этот момент он сделал пас рукой, и набалдашник уткнулся в промежность Маринетт, идеально попав по возбужденному клитору. У нее перед глазами словно искры рассыпались, а с губ сорвался стон. Габриэль сделал шаг вперед и почти навалился на Маринетт, одной рукой сжимая грудь, а второй смещая набалдашник чуть вперед.       - Я тебя не слышу, - надменно произнес он, надавливая на возбужденный клитор, а затем медленно заскользил по нему сферой. Маринетт протяжно застонала и прогнулась в спине, отчаянно желая продлить это удовольствие, граничащее с болью.       - ЛедиБаг... не... сдается... – прохрипела она, прикрывая глаза и всеми силами удерживая себя на краю сознания.       - Вот как? – удивился Габриэль, а затем склонился к ее уху и прошептал: - Значит, я могу играть в полную силу.       В подтверждение своих слов, он сильнее надавил на промежность и интенсивно задвигал тростью. Маринетт не сдержалась и застонала.       - Сдавайся, ЛедиБаг! - потребовал Габриэль, и его голос на мгновение дрогнул, будто он сам оказался во власти момента и мечтал произнести эту фразу очень и очень давно.       - Сдаюсь, - тихо ответила она и задвигалась в ответ.       Эти ощущения были за гранью ее понимания. Да что там, ни в одном ранее прочитанном любовном романе даже частично не могло передаться то, что она чувствовала сейчас.       - Умница, - довольно прошептал он и, чуть склонившись, сжал губами ее ухо.       Маринетт вновь изогнулась и застонала, а Габриэль начал настойчиво сминать ее грудь, не прерывая начатого. «Если я выживу, то обязательно опишу этот момент в своей автобиографии», - мелькнуло у нее в мыслях, но они почти тут же улетучились, стоило ей вновь сорваться на стон…       О том, что она не одна находится на грани, ей подсказала странная вибрация. Оказалось, что у Габриэля затряслись руки, не то от напряжения, не то от возбуждения, но Маринетт понимала: стоит ему сейчас отстраниться, и весь момент будет испорчен. Единственное, что она могла сделать – перенести вес с двух ног на одну, тем самым выпятив одно бедро. Габриэль тут же потерся о него.       - Несносная Леди, - хрипло застонал он и продолжил терзать губами мочку уха. – Придется тебя наказать.       Маринетт даже не успела ничего осмыслить: ладонь отпустила грудь, скользнула вниз по животу и, сдвинув набалдашник трости, уверенно коснулась клитора. От нахлынувших чувств она едва не закричала. А Габриэль уже активно водил пальцами по чувствительному месту, заставляя ее изгибаться.       - Значит, вот, что тебе было нужно, - сказал он, отбрасывая трость куда-то в сторону и вновь сминая грудь свободной рукой. – Тогда получай сполна!       С этого момента Маринетт и вовсе перестала адекватно соображать. Руки Габриэля умело делали то, о чем она втайне мечтала – и не один раз! – заставляя забыть обо всем на свете. Она стонала и выгибалась, призывно терлась о его бедра и в ответ получала еще большее удовольствие. И если так выглядело истинное счастье, то она хотела бы испытывать его вечно. Пусть даже с угрозой умереть от переизбытка ласки…       Ее оргазм был подобен удару током: Маринетт задрожала, с силой сжала бедрами ладонь Габриэля и громко вскрикнула. Но ему будто было мало этого, и он задвигал рукой еще интенсивнее. Не в силах больше терпеть, она выгнулась, громко выкрикнула: «Габриэль» и провалилась в беспамятство…       Маринетт пришла в себя стоя на четвереньках, упираясь коленями в мягкое сидение, а локтями – в пол кабинета. С трудом разлепив глаза она собиралась окликнуть Габриэля, как вдруг ощутила руки на своей спине, а затем по ней пробежал легкий холодок. Ей понадобилось время, чтобы осознать: любовник расстегнул молнию на ее костюме.       - Это был весьма фееричный проигрыш, - послышался за спиной игривый голос. – Но боюсь, его будет недостаточно.       - Недостаточно? – вяло повторила Маринетт и вздрогнула, ощутив мужские пальцы на обнаженной коже.       - Разумеется. Злодей уже много раз проигрывал ЛедиБаг, а значит, его устроит только полная капитуляция.       Ответить она не успела: Габриэль уверенно взял ее за бедра и рывком притянул к себе.       - Мне нужна безоговорочная победа, - сказал он, потершись пахом о ее ягодицы. – И ради нее я готов пойти до конца.