Тепло твоих рук

— Где я? — слабым голоском произнёс юноша на кровати.       Голова сильно кружилась, болела. Он предпринял попытки подняться на локти, однако безуспешно, парень упал обратно на свою кровать. Кокичи немного осмотрелся. Это была его комната, но она казалась такой ненастоящей, странной, будто вовсе и не его родной дом. Некоторые вещи лежали не на своих местах, хоть это и было привычным делом в этом помещении, всё-таки Ома мог запоминать, куда он кладёт вещи. Какой-то голубой шарф небрежно лежал на спинке стула напротив кровати, на полу рядом с ними валялись два рюкзака, один из которых был Кокичи, а другой…       Послышался скрип открывающейся двери. В комнату вошёл парень среднего роста со светлыми волосами, которые у Омы ассоциировались с облаками на небе. — Ой, ты уже проснулся? — немного удивлённо произнёс юноша, направляясь к рабочему столу, держа в руках поднос с какими-то приборами.       Кокичи попытался немного поднять голову, чтобы посмотреть, что же он ему принёс. А ещё его мучил один важный вопрос, который нужно было обязательно задать, несмотря на доброжелательность этого парня. — А ты кто? — словно лезвие, что перерезало воздух, прозвучали эти резкие слова.       Киибо так и замер, расставляя кружки и какие-то тарелки на стол, рядом лежали упаковки от таблеток и мокрое полотенце. Он в ужасе повернулся к своему другу и какое-то время, пытаясь понять его слова, смотрел на него. Неужели болезнь настолько серьёзная, что парень забыл о своём спутнике? Сейчас Иидабаши даже не знал, стоит ли этому радоваться или, наоборот, грустить. С одной стороны, его, наконец, никто не будет обижать, а с другой… Ему было комфортно общаться с этим официантом. Они же друзья, так? А друзья не бросают. — Ома-кун, ты…? — Киибо сделал несколько шагов в сторону парня, что лежал на кровати, немного протянув руки вперёд.       Тот лишь постарался приподняться с кровати и отодвинуться назад, к стене, чтобы этот незнакомый парень его не тронул. В его глазах можно было увидеть проблески ужаса, может, даже гнева. Как бы вы себя чувствовали, если проснулись в одной комнате с незнакомцем? Вдруг он хочет вас убить? — Кто ты, я спрашиваю, чёрт побери! Почему ты знаешь, как меня зовут? — слабо вскрикнул парень.       К сожалению, в нём совсем не было сил. Видимо простуда забрала так много энергии, что он даже говорить не мог. Очень хотелось спать.       Иидабаши остановился после вскрика Омы. Он уже немного знал, что нужно делать в подобных ситуациях — ни в коем случае его не пугать. Иначе по щекам Кокичи вновь пойдут слёзы. Он до сих пор помнит тот день и до сих пор винит себя. Однако сейчас не самое лучшее время, чтобы вспоминать то, что уже нельзя исправить. — Ома-кун, я твой друг, Иидабаши-кун, помнишь? — впервые он сказал свою фамилию своему другу, хоть и понимал, что из-за этого тот может и не узнать его. — Мы вместе гуляли днём, но ты себя плохо почувствовал. И вот, мы дома, я тебя сюда принёс…       Кокичи немного изменился в выражении, когда светловолосый сказал свою настоящую фамилию. К сожалению, ничего и вовсе не приходило на ум. Какой-то Иидабаши? Но таких, наверное, очень много в мире.       Шум дороги, крики людей и всхлипы светловолосого юноши. Он кое-что помнил. От воспоминаний Ома ещё больше раскрыл глаза, показывая страх. Эти воспоминания о той аварии, он же там был. Это же он сидел в той машине. — Что-то случилось? Ты вспомнил меня? — Киибо слабо улыбнулся и сделал ещё несколько шагов вперёд.       Ома вздрогнул от резкого голоса Робота и посмотрел на него. Сейчас его выражение лица совсем ничего не выражало. Даже страх пропал. Скорее опустошение. Нужно как-то иначе реагировать, могут не понять. Шутка зашла слишком далеко, Ома-кун, нужно что-то делать. Однако мерзкое чувство страха не покидало его, наоборот, лишь усиливалось. А что, если он об этом узнает? Он уже его бросит? Снова? Одного?       Перед ним всплыла картина — его комната, но уже полностью в серых оттенках. Как и раньше было. Только недавно Ома наконец мог видеть яркие цвета, не буквально, конечно, но всё же. Однако сейчас вновь. Вновь всё будет серым. Серым и одиноким. Тяжело дышать. Кокичи резко начинает сильно кашлять. — Ома-кун! — Киибо подбежал к своему фиолетоволосому друга и сел рядом с ним на кровать.       Иидабаши легко приобнял студента, не давая тому даже как-либо среагировать на подобный жест. Неожиданно видеть то, как Киибо без смущения может тебя обнять. Он слабо провёл рукой по его волосам, а затем по спине. Ома немного вздрогнул. Он же его теперь возненавидит. По щекам медленно пошли слёзы. Парень дрожал от плача. — Ома-кун, тебе плохо? Просто скажи, я постараюсь помочь. Если что-то болит, я могу дать нужные таблетки или вызвать врача. Можешь ещё лечь спать, — в его голосе звучали нотки беспокойства.       Кокичи немного отстранился от своего спутника. Свои маленькие бледные ручки он положил ему на щёки и посмотрел на него своими заплаканными глазами. Киибо не мог понять, что юноша собирается сделать, но, в любом случае, этот момент ему казался до ужаса неловким. На его щеках появился слабый румянец. Неужели Ома вновь в бреду будет делать что-то, что будет пугать Робота? — Киибо-чан, ты обещаешь, что навсегда останешься со мной? — шмыгая носом, произнёс фиолетоволосый юноша.       Иидабаши смотрел в эти глаза, полные слёз, и видел своё выражение лица. Такой потерянный и неловкий парень. Он даже не знал, стоит ли из-за этого плакать или, наоборот, улыбаться. — Конечно, Ома-кун, я буду с тобой всегда, — Киибо слабо улыбнулся.       Как же успокаивала эта до невыносимости глупая и такая наивная улыбка, что уголки рта Кокичи тоже немного приподнялись в улыбке. Но долго ли она продержится на его лице? Слишком много настоящих эмоций он показывает перед своим новым другом. И он вновь резко обнял Иидабаши, крепче, чем раньше. Можно даже сказать, теплее, если бы Робот что-то чувствовал. Ома больше не вздрагивал от слёз. — Я тебя… — тихо произнёс Кокичи. Так, чтобы только Киибо смог расслышать его голос. Хотя, кто здесь есть помимо них? Но всё равно не хотелось говорить это слишком громко. — Ты мне дорог, Киибо-кун… — Ты мне тоже Кокичи. И да, ты всё-таки меня вспомнил? Даже иначе назвал… — он заботливо провёл рукой по его волосам.       Послышался тихий смешок. Ома изначально помнил, кто такой Киибо, но хотел узнать, как он себя назовёт. «Друг». Сейчас Оме это было более, чем достаточно. — Хочешь остаться у меня? — спросил Кокичи, стараясь сделать ровный бумажный самолётик из какого-то листка с пробными экзаменами.       Двое парней сидели на кровати, облокотившись на холодную стену. Каждый занимался своим важным делом. Например, Ома старался всеми способами испортить дополнительные материалы для подготовки к экзаменам, которые купили ему родители. Киибо же сейчас наблюдал за его действиями, склонив голову и о чём-то серьёзно рассуждал. От неожиданного вопроса он немного вздрогнул и уже осознанно перевёл свой взгляд на Кокичи. — Что? Остаться, но разве…       Ома резко спрыгнул с кровати и вышел в центр своей комнаты, делая какие-то странные движения, похожие на танец. Музыки не было, но, казалось, будто ему это не нужно, ведь он помнил уже наизусть, в какие моменты нужно делать шаг, а в какие — два. Киибо немного удивился его действиям. Хотя что тут удивляться, дружить с ним — это самое странное, что с ним происходило за этот промежуток времени. — Если хочешь, мы можем всю ночь танцевать, — он продолжал одиноко вальсировать по всему помещению, лишь иногда поворачивая голову в сторону Иидабаши. — Не под музыку, так под наши разговоры.       Кокичи остановился напротив Киибо, что сидел на кровати, и протянул ему руку. — Ну же, на улице уже темно, поздно, вдруг на тебя кто-нибудь нападёт, а у меня безопасно… — он слабо улыбнулся.       Киибо повернулся в сторону окна. На улице и правда было темно, если не считать свет, исходящий от фонарей или же подсветки дома. Но слова его друга… Может ли значить, что он говорит это в бреду, поэтому завтра будет об этом жалеть? И есть ли в его словах правда? — Н-но, Ома-кун, я не могу, завтра учёба… К тому же, — он осмотрелся. — у тебя нет второй кровати, да и родители…       На подобные слова Кокичи лишь рассмеялся и присел на стул, что находился рядом с рабочим столом. — В чём проблема? Ты можешь лечь спать со мной! — весело вскрикнул юноша.       Скрип кровати. Иидабаши резко поднялся со своего места и смущённо посмотрел на своего спутника. Спать? С ним? В каком это плане? — О-ома-кун, н-но… Так нельзя! Д-друзья не должны спать вместе, к тому же мало знакомы, да и ещё…       Ома тоже резко поднялся со своего стула и поспешил к Киибо. Секунда, и он уже держал того за руки и ехидно улыбался. Его план сработал. — Вообще-то друзья спят в одной кровати, но тебе, видимо, в этот раз я сделаю исключение, — Кокичи прикрыл глаза и покачал головой, сделав вид, что с пониманием относится к словам Иидабаши. — Однако, так как ты уже стоишь, может станцуем? Давай так, если тебе понравится танец, то ты останешься?       Впервые он его не заставлял что-то делать. Впервые он просто предложил, хоть и таким хитрым способом. Что-то внутри светловолосого юноши перевернулось, почувствовалось какое-то тепло где-то в животе или… или это и называют душой? Киибо слабо улыбнулся, хоть его щёки до сих пор горели. Он немного отвернулся, чтобы его друг не видел смущения на его лице. — Н-но… — голос предательски дрожал. — если ты так хочешь, точнее, мне бы тоже хотелось… Н-нет! Не так! Я хотел немного сказать иначе!       Его прервал резкий жест. Фиолетоволосый парень немного потянул Иидабаши к себе и взял его руки в свои. Переплетение пальцев их рук, как при первой встрече, учащённое сердцебиение. Он поднёс другую руку Киибо к своей талии, чтобы тот его поддерживал. Он положил свою руку на плечо другу. Юноши несколько секунд молча смотрели друг на друга. Румянец на лице Иидабаши появлялся с каждой секундой всё больше и больше. Ома же, наоборот, слабо улыбался. На его бледных щеках лишь немного виднелось смущение. Однако Робот решил, что это вероятнее всего от болезни. — Ты так и не сказал про свои музыкальные предпочтения, хотя обещал. Кто теперь из нас не сдерживает обещания? — шёпотом произнёс юноша, стараясь немного двигаться, чтобы Иидабаши показывал хоть какие-то признаки жизни.       Его смущение нельзя было передать словами. И кто же теперь больше болен, Киибо-кун? — Я-я… Н-но, Ома-кун… — на слова светловолосого, Кокичи лишь покачал головой, чтобы тот не начинал эту тему вновь. — Хорошо, я отвечу на твой вопрос… — он сосредоточился на этом моменте. — В основном я слушаю лофи радио, но мне нравятся и некоторые исполнители. Например, Cavetown, я думаю.       Ома продолжал медленно вальсировать с юношей, покачиваясь из стороны в сторону, иногда делая резкие движения, чтобы понаблюдать за реакцией старосты, тот лишь ещё более смущался и становился более неловким. — Так серьёзно относишься к этому вопросу, уууу… — он тихо хихикнул. — Раз так, то узнаешь ли ты сейчас строчки моей любимой песни этого исполнителя? Не угадаешь, штраф — написать мне конспекты по некоторым лекциям!       По комнате раздался тихий шёпот, переходивший в красивое пение. Ома опустил глаза и старался вспомнить слова своей любимой песни. Сейчас он был более, чем уверен в своих навыках, даже если он не помнит слова, то всегда есть импровизация. Порой импровизация была лучшим выходом из сложной ситуации. — Often I am upset that I cannot fall in love but I guess This avoids the stress of falling out of it ~       Кокичи слабо приобнял Киибо, обращая внимание на то, комфортно ли тому. Тот до сих пор смущался от подобных действий, однако легко поддавался движениям парня, даже стараясь танцевать на одном уровне со своим спутником. — Are you tired of me yet? I'm a little sick right now but I swear When I'm ready I will fly us out of here ~       Только сейчас светловолосый понял, о какой песне идёт речь, поэтому немного встрепенулся, будто только проснулся. В его глазах виднелись искры. Оме нравилось смотреть тому в глаза. Они очень напоминали ему небеса, а эти блики в глазах, как лучи ослепительного солнца. Сейчас Робот сам ему напоминал нечто ослепительное. Умел бы Кокичи ещё говорить комплименты через рот, а не только в своей голове. — Ох, мне нравится эта песня! — чуть громче обычного произнёс Иидабаши. Подобная реакция очень понравилась фиолетоволосому юноше, из-за чего тот улыбнулся во весь рот. — Ты ведь не против, если я продолжу? Только я немного боюсь, однако эта песня такая великолепная!       И кто сейчас ведёт себя как ребёнок? — Ooooo, I'll cut my hair Ooooo, To make you stare       Тихо напевал Иидабаши, покачиваясь из стороны в сторону и прикрыв глаза. Смущение, на удивление, немного отступило. Сейчас же он просто чувствовал себя самым счастливым человеком, которому нравится петь песни. Так и было. Прекрасный поздний вечер, прекрасная песня, прекрасный танец, прекрасная… компания. — Прости, что перебиваю, но твои волосы напоминают мне сахарную вату. Можно я потрогаю их?       В поведении Кокичи настораживало всё. Точнее то, что при болезни он ведёт себя гораздо вежливее. Не является ли это симптомами простуды? Наверняка он и не вспомнит завтра о своей просьбе, как и об остальных своих словах. Но юноша задал такой резкий вопрос, как Киибо должен реагировать на подобное? После этих резкостей от Омы, он остановился и смущенно, возможно даже испуганно посмотрел на фиолетоволосого парня, с которым только что танцевал медленный танец. Сейчас это показалось Иидабаши настолько странным и смешным, но он не мог выдавить себя даже намёки на улыбку, лишь сильное смущение. Какое совпадение, ведь только вчера парень интересовался, какие его волосы наощупь. — О-ома-кун, ч-что? Ты хочешь по-потрогать мои волосы? — заикаясь и старясь полностью скрыть своё лицо, проговаривал Киибо.       Одна рука глупо повисла в воздухе. Светловолосый парень почувствовал, как его руке стало немного легче, точнее её теперь никто не поддерживал. Он вновь повернулся обратно к Оме, чтобы узнать, почему тот так резко замолчал. Фиолетоволосый юноша сейчас с особым интересом склонил голову набок и рассматривал волосы студента, стоящего напротив. Что он задумал?       И тут Кокичи робко приподнимает свою руку и протягивает её в сторону своего друга. Это произошло не так быстро, ибо студент боялся навредить своему другу слишком грубыми или резкими движениями. Но вот, расстояние было преодолено, и его кончики пальцев уже дотрагивались до непослушных волос Робота. — Как я и думал, твои волосы и правда напоминают сахарную вату. Они такие воздуууушные, — улыбнувшись, протянул Кокичи, не забыв почти сразу же убрать руку, как только дотронулся до головы светловолосого. — Прям как облачко, нишиши.       Последние слова должны ещё больше смутить Киибо, однако он просто молча смотрел в своё отражение в зеркале, которое находилось рядом у стены. Такое большое зеркало, полностью разрисованное различными рисунками и какими-то странными словами. Чуть позже нужно обязательно прочесть всё, что там написано, но сейчас… Так он всё-таки человек? Его волосы мягкие, как и людей. Его тело тёплое, как и у людей. Странно себя считать полноценным человеком, когда ты сам даже не можешь почувствовать аромат только купленного латте. — И о чём думаешь, жестянка? Уже размышляешь, как будешь спать на моей кровати? — по привычке, положив руки за голову, произнёс Ома.       Хоть его слова звучат довольно некорректно, на самом деле юноша сейчас немного волновался по поводу того, что сделал что-то не так. Что-то, что могло бы обидеть его нового друга, и он его бросит одного в этой комнате. Как же этого не хотелось. Как же не хотелось, но это произойдёт. И тогда Кокичи будет вновь с отвращением посещать университет, тогда Кокичи будет вновь плакать вечерами, тогда Кокичи- — М? В-в каком смысле, Ома-кун? — на его щеках вновь появился румянец. — Я не буду спать на твоей кровати. Думаю, правильным решением будет лечь тебе на кровать, а мне постелить на полу. Не хочу никого тревожить.       Он вновь серьёзно отнёсся к этому вопросу, из-за чего минут пять рассказывал Кокичи целую лекцию, почему при болезни лучше всего спать в тёплом месте. Да, фиолетоволосый парень считал его довольно умным. Умным, но таким занудой, что от скуки хотелось сейчас спрятаться под одеялом и не слышать эти до ужаса скучные слова.       «Киибо-кун, неужели ты не умеешь веселиться?» — А? Что ты делаешь?.. — спросил Иидабаши и своего спутника.       Если Ома обещал себе, то он обязательно выполнял свои слова. Он же сказал себе, что сейчас очень хотелось спрятаться под одеялом, и что же сделал Кокичи? Правильно, он, сделав вид, что уже устал от Киибо, быстрым шагом направился к кровати. Как только расстояние было преодолено, а колени юноши уже касались мягкой поверхности, то он резкими движениями руки стянул одеяло и сам в нём укутался. — Ты не видишь? Мне стало настолько скучно, что, такая бабочка как я, решилась на то, чтобы стать обратно гусеницей, лишь бы тебя не слушать.       Он точно бредил. Видимо вежливость не была каким-то симптомом, иначе староста не мог понять, почему Ома сейчас так себя грубо повёл себя в отношении к Киибо. Однако Робот даже не обратил внимания на подобные слова, ибо понимал, что тот не хотел ему нагрубить, а уж к тому же сказать, что ему правда скучно, иначе бы он выгнал Иидабаши из своей комнаты, из своего дома.       Тогда светловолосый сделал несколько неуверенных шагов в сторону Кокичи и присел рядом с ним на кровать. Та немного просела, из-за чего Ома невольно вздрогнул. — Ты не останешься? — хоть голос и звучал довольно печально, одеяло, под которым скрывался парень, сейчас странно шаталось из стороны в сторону, явно пародируя действия призрака.       Киибо тихо посмеялся себе в ладонь от этой сцены. — Почему? Я разве говорил, что мне не понравилось? — облокотившись на свою руку, смотрел на простыню Иидабаши, ожидая от неё ответа.       Но ответа не последовало. Вместо слов, которые так ожидалось услышать, простынь резко направилась в его сторону. Можно даже сказать, напала на него. Из-под неё послышался радостный восклик, что-то наподобие «Ура! Киибо-чан остаётся со мной!» Ещё один скрип кровати. Счастливый Ома сейчас крепко обнимал робота, даже не давая тому нормально вздохнуть. Так получилось, что от таких резких действий, Робот не смог устоять на месте, из-за чего и упал на кровать, а вслед за ним и Кокичи, который, видимо, так не хотел его отпускать. Простынь медленно спала с головы юноши, а затем уже со всего тела. — Неужели ты так рад этому? Ты же говорил, что на улице темно… Однако, если твои родители будут против, то я сразу же уйду. Кстати, они вообще знают, что я здесь? Будет очень неудобно, если нет, поэтому предлагаю…       Туман. В голове лишь мысли о родителях. Мысли, что вели себя как надоедливые паразиты, которые только и хотели причинить тебе боль, лишь бы забрать из тебя силы. А помнит ли отец семью Иидабаши? Помнит ли он ту ситуацию с аварией? А сам Киибо? Помнит ли того, кто оказался виноватым в этом инциденте? Помнит ли он, куда отвезли настоящего виновника? Знает ли он о том, что его на самом деле почти сразу же отпустили из полицейского участка? Знает ли он- — Ома-кун? Что-то произошло? Ты резко изменился в выражении лица, — Киибо осторожно дотронулся ладонью до лба Кокичи, будто сможет узнать его температуру.       Тот лишь перевёл взгляд вновь на Робота и немного нахмурился. — Ничего не произошло. И вообще почему я лежу на тебе?       После этих слов от Омы Иидабаши резко его оттолкнул от себя и сразу же начал от него отодвигаться чуть дальше. — Т-ты сам упал на меня, когда обнял…       Тогда Кокичи недовольно накинул на свои плече большое одеяло, которое скинул ранее, и ещё больше укутался в нём. Теперь даже нельзя было понять, что под ним прячется человек. По крайней мере, живой человек. — Хочу спать. — зевая, произнёс Ома. Одеяло облокотилось на стену. — А вообще, почему я проснулся без водолазки? Неужто ты меня раздевал?       От вопроса Киибо покачал головой и немного испуганно посмотрел в сторону своего друга. Да, на самом деле ситуация максимально странная. — А? Вовсе н-нет, Ома-кун. Как только я принёс тебя сюда, то почти сразу же начал искать информацию в интернете о том, что нужно делать в таких ситуациях. Там было написано, что лучше всего снять лишнюю одежду с пострадавшего… Я подумал, что водолазка…       Комок одеяла упал рядом на кровать. После действий от него не последовало. — Бебебе, оправдывайся ещё. Не лги, торс же хотел мой увидеть, да? Нишиши. — Ты вроде спать хотел? — вежливо сменил тему Робот, что немного удивило и восхитило Кокичи. Он впервые таким образом переводит тему.       Парни несколько секунд молча смотрели друг на друга, а затем разразились смехом. Даже сейчас Иидабаши понимал, что те слова Кокичи — это просто глупая шутка, не более. Но как же хорошо было осознавать, что никто друг друга не напрягает. Как же хорошо было осознавать то, что они на самом деле очень счастливы при общении друг с другом. Киибо хоть и считал все шутки Омы довольно глупыми, однако уже настолько к ним привык, что не мог жить без них. В то время Кокичи очень любил реакцию старосты на его слова, как он смущается… Это воистину заставляло улыбаться. — Может, посмотрим какой-нибудь фильм? Мультик? Аниме? — кокон из одеяла слабо двинулся и медленно пополз. Из-под простыни виднелось лицо фиолетоволосого юноши.       Киибо поднялся со своего места и удобнее сел у стены. Какое-то время он задумчиво что-то бормотал, перебирая названия всех известных ему фильмов и сериалов. Что же можно было посмотреть наедине со своим другом? Самое главное, чтобы ему это точно понравилось, иначе он может вновь опозориться. Удивительно, но это уже не являлось чем-то особенным. — Слушай, у меня есть одно любимое аниме! Мы можем посмотреть! — резко поднял голову Кокичи. От подобной резкости Киибо вздрогнул. — Только проблема в том, что у меня нет доступа к телефону, как и к ноутбуку, хотя…       Парень с трудом сполз со своей кровати, укрывшись одеялом, и направился в сторону своего ноутбука. Да, на нём есть пароль, но, кажется, у Омы были идеи по этому поводу. Есть только несколько вариантов: имя_фамилия, либо… Да, точно, только это может подойти. Он вздохнул и приподнял крышку аппарата. Киибо с интересом вытянул шею, чтобы посмотреть, чем же сейчас займётся его спутник.       Послышался звук быстрого прикосновения подушечек пальцев с клавиатурой. И на экране появились какие-то странные символы, скрывавшие истинный пароль.       «Лишь бы было верно… Лишь бы верно…» — шёпотом проговорил Кокичи, как только вписал нужное слово в строку.       Экран замигал. А затем прозвучало уведомление о входе в систему. У него получилось! По крайней мере, это не первый раз, когда он взламывает компьютеры родителей. Не первый и, видимо, далеко не последний раз. — Я был прав! Это бесполезно! — радостно произнёс парень, сидящий за рабочим столом, и уже раскачиваясь на стуле из стороны в сторону от такого прилива счастья.       Киибо немного наклонил голову набок и в недоумении взглянул на своего друга. Раз он бесполезный, то чему тут радоваться? — Это плохо или хорошо? — после секундного молчания спросил Робот.       Кокичи уже со скоростью света искал в интернете, где же можно посмотреть его любимое аниме в достаточно хорошем качестве. И, казалось бы, игнорировал слова друга, но на самом деле он просто рассуждал, стоит ли ему говорить. — Это пароль такой. «useless». Как раз семь букв, — тихо сказал Ома, печатая что-то на клавиатуре.       Свет от лампочек в комнате неравномерно падал на двух юношей, что были погружены каждый в свои мысли. Только сейчас Иидабаши обратил внимание на то, как же неуютно в этой комнате. В этом помещении есть всё, но нет ничего. Глупо, да? Холодные стены, про которые говорил ему Кокичи, за некоторыми шкафами на стенах скрываются какие-то записи. А ещё этот белый свет… Будто комната заключённого. Только что сделал Ома, чтобы быть в этом заключении? Что же настолько плохое он смог натворить?       От этих мыслей Киибо только поёжился. — Но почему?..       В голове до сих пор никак не укладывался тот факт, что есть родители, настолько сильно контролирующие своих детей. Может, это глупая шутка? Сейчас Киибо даже подумал, что на месте Омы он бы тоже завидовал своему другу, у которого нет родителей. Ужасные мысли. О таком нельзя думать. — М? Всё просто: мои родители думают, что, если они заблокируют мой ноутбук, то я серьёзно возьмусь за учёбу. Но это так смешно, — Кокичи усмехнулся. — Если у меня пропало желание, то оно и не появится. Точнее появится, но не настолько резко. К тому же родители никогда не мотивировали меня учиться.       Клик. А вот и сайт, на котором можно начать просмотр. — Н-нет, я немного о другом, Ома-кун. Почему именно такой пароль?.. И почему ты его угадал?       И правда, почему Кокичи, будто знал, что именно этот пароль будет? Он себя таковым не считает, так почему? Перед глазами промелькнули моменты.

«Если ты не будешь хорошо учиться, то ты бесполезен. Разве для этого мы тебя растили?»

      Ах, какое прекрасное чувство самоненависти, медленно переходящее в ненависть к своим близким. Теперь-то он вспомнил, почему этот вариант ему так быстро пришёл в голову. — Откуда мне знать. Видимо это их любимое слово, — раздражённо вздохнул студент.       Сразу после он отключил питание от своего ноутбука и, взяв его на руки, понёс в сторону кровати. На удивление, на его лице красовалась беззаботная улыбка. А ещё удивительно было то, как он умудрился донести с собой ещё это тяжёлое и большое одеяло. Вот это точно останется тайной.       Ома прыгнул на кровать рядом с Жестянкой, при этом чуть ли не уронив сам ноутбук. Какое же счастье, что Киибо успел его схватить и осторожно поставить рядом с собой. В это время из-за своей неаккуратности Кокичи сам упал на кровать, но, видимо, он даже не был против упасть. К тому же так он станет полноценным коконом из одеяла. — Ома-кун… — вздохнул Иидабаши, приподнимая аппарат, когда фиолетоволосый юноша пополз в его сторону. — Ты так и будешь в этом одеяле?       Комок удобно устроился рядом со светловолосым юношей и, будто так и надо, положил тому голову на плечо. Киибо даже не очень обратил на это внимание, ибо не смог почувствовать. — А что, хочешь меня без одеяла увидеть, да? Так ты так и скажи, чего стесняешься, — голос доносился из-под одеяла. Ому совершенно не было видно.       Иидабаши лишь устало вздохнул и, нажав на кнопку, начал просмотр.

***

      Прошло несколько минут, а может и часов, однако парней настолько увлёк просмотр этого аниме, что они даже потерялись в счёте времени.       Тёплое дыхание, хмурое лицо, светлые волосы, будто сахарная вата.

«Неужели ты на самом деле совершенно ничего не чувствуешь? Ты точно человек?»

      На протяжении всего просмотра Кокичи рассматривал лицо старосты из своего укрытия. Старался строить теории на тему того, кем же он является. Почему-то его странность одновременно отталкивала и привлекала. Порой раздражал тот факт, что Иидабаши не может чувствовать все прикосновения, однако… Может, оно и к лучшему? Может, так Ома меньше будет ему вредить? А может…       Вы когда-нибудь чувствовали ароматы, исходящие от людей? Кто-то пахнет попкорном, а кто-то различными цветами. Так вот, Киибо пахнет чем-то странным. Чем-то, что вызывает у людей плохие воспоминания. Таблетками. Больницей. Болью. Хоть в чём-то парни были схожи.

***

      До конца просмотра было всего несколько минут, а это значит, что им придётся лечь спать. Удивительно, но родители, будто зная, даже ни разу не заходили в комнату. Возможно они видели Иидабаши? Если это так, то узнал ли его отец? Как же хотелось об этом забыть, но так не могло больше продолжаться. — Киибо-кун, мне нужно кое-что тебе рассказать, — шёпотом произнёс Кокичи, полностью укрывшись одеялом. Ему было страшно. Включённое радио. Разговор по телефону. Свет фар, которые забыли выключить, выезжая из тёмного переулка. — М? Ты не спишь? Что-то случилось? Если да, то я готов помочь и вообще… Падение телефона. Спутал газ с тормозом, а может и не спутал. Толчок. Крики прохожих. — А что, если… А что, если это я сбил твоего отца на той машине? Тело на асфальте. Сирены полиции. Плач светловолосого юноши. Никто им не поможет.