Illuminate — Просвещение

      У Чимина звенела в ушах давящая тишина, весь мир внезапно поплыл и сердце замерло.       — Нет, — выдохнул он и задрожал, не в силах подняться на ноги.       Ни Чонгук, ни нападавший мужчина не двигались. Чимин с трудом поднялся и на автопилоте подошел к мужчинам. Кровь. Он четко видел под телами алую кровь и был готов поклясться, что от этого и сам тут окочурится.       — Чонгук! — закричал Пак надрывно, отчаянно, беспомощно. Крик пронзил душу подобно острому осколку стекла. Сердце бешено забилось, он сжал кулаки так, что ногти могли бы вспороть кожу. Он упал на колени, не обращая внимания на грязь после дождя, адреналин бил в голову. Он оттащил крупного мужчину от Чонгука, даже не взглянув, кто же там под маской.       — Нет, нет! — Кричал он. Рубашка Чонгука пропиталась кровью, металлический запах не давал представить, что все это просто кошмар наяву. — Пожалуйста, Чонгук-а, очнись! — кричал Чимин, глаза застилали слезы. — Очнись! Прошу! — умолял он, трясущимися руками дергая парня за рубашку, пачкаясь в крови.       Начался дождь. Настоящий ливень. Вода смешивалась с его слезами на щеках. Каждая клеточка в теле онемела. Он не мог поверить, что Чонгук не говорил, не двигался, лежал, зажмурив глаза. «Мертв», — крутилась мысль.       — Нет, — выдохнул он. — Неееет!       Увидеть смерть Чонгука означало бы умереть и самому. Без Чонгука его не будет существовать, не будет теплой и яркой жизни, все окрасится черно-белым — безжизненным, холодным. Чонгук стал всем для него, и разбитое сердце уже никогда не склеишь, а черная дыра в душе поглотит и разорвет на части. Ведь быть с Чонгуком — небесный дар свыше. Чимин ни с кем уже не образует такой крепкой связи. Они стали единым целым — это он видел каждый раз в глазах Чонгука. Чимин отдал бы свою жизнь за него. Ведь и Чонгук спасал его: нежными прикосновениями залечивал старые раны, защищал, любил как никто другой, в конце концов стал второй половинкой и заставил почувствовать себя вновь целым. Потеря Чонгука будет особенно тяжела для его сердца. Теперь он понимал. Чонгук стал его безмятежностью. Его спасением. Его домом. Его всем.       И наконец Пак понял, почему не замечал любовь. Он пытался найти ей объяснение, знаки, будто это какая-то наука. Но единственный способ понять любовь — это прочувствовать ее. Теперь он понял, что это была она.       — Я люблю тебя! — закричал Чимин, зарыдав сильнее. — Ты слышишь меня? Чонгук-а, я люблю тебя! — завопил он громче, желая, чтобы эти слова хоть как-то подействовали. Он замер, ощущая, как осознание потери накрывает истерикой. — Я люблю тебя! Пожалуйста, не оставляй меня, Чонгук, я не смогу жить без тебя!       — Чимин! — закричал кто-то очень знакомый.       Он обернулся и увидел, как Бомсу бежит к ним.       — Бомсу, пожалуйста! — закричал он, не отпуская парня. Он даже и не услышал, как завизжали колеса машины по мокрому асфальту, а мужчина впопыхах выскочил из салона к ним.       — Что случилось?       — На нас напали, — выдавил из себя розововолосый, вытирая слезы с щеки окровавленной ладонью. — Чонгук… Он просто… Его подстрелили.       — Отойди, — потребовал мужчина       — Нет, — прошептал тот, качая головой.       Бомсу присел рядом.       — Чимин, я не смогу помочь, если ты не отпустишь его.       Внезапно Чонгук распахнул глаза. Страх и истерика Чимина тут же переросли в чувство облегчения, которое захлестнуло еще более сильным потоком слез.       — Бляяяя, — простонал младший.       — Гук-а, — выдохнул Пак, приложив ладонь к его щеке и стараясь не завыть от благодарности всем ангелам, которые спасли парня. Слава богу, он дышит и говорит. — Не двигайся, Гуки, — предупредил он, наблюдая, как Чонгук пытается сесть. — Так много крови, — всхлипнул он. — Не двигайся, прошу.       — Да я… — Чон попытался ответить, но его перебили.       — Куда тебя подстрелили? — Пак принялся оглядывать его живот.       — В меня не стреляли, я в порядке, этот ублюдок просто вырубил меня, — нахмурился тот.       — Я слышал выстрел.       — Он выстрелил из пистолета и случайно попал в самого себя, пока пытался вырубить меня. Мы просто оба упали одновременно, — младший наконец объяснил и сел.       Теперь Чимина накрыло облегчение и разрослась ярость, обжигающая грудную клетку. Он ударил Чонгука в грудь.       — Зачем ты это сделал?! — закричал он, как будто это все была вина Чонгука, слишком сложно было смириться с тем, что он мог потерять его навсегда. — Я так испугался!       — Я не…       — Я думал, ты умер! — выкрикнул он, вытирая слезы. — Почему ты не поднимался?!       — Я не мог, я же…       — Я думал, ты просто оставил меня! Придурок! — звонко кричал он, жмурясь и задыхаясь, бессильно шлепая того по груди.       — Перестань меня бить, — сказал брюнет, но не пытался его остановить. — Почему ты злишься на меня? Я здесь, я в порядке, малыш.       — Я думал, ты умер, — выдохнул Чимин, цепляясь окровавленными руками за рубашку Чонгука, боясь, что тот исчезнет. — Я не смогу жить без тебя.       — Малыш, — прошептал младший и прижался своим лбом к его. Грудную клетку словно раздирало когтями от вида слез любимого. — Я в порядке, Чимин-а. Прости, что напугал тебя. Все хорошо, детка, перестань плакать. Ты ранен?       — Нет, — тихо ответил старший.       Бомсу рядом с ними привлек их внимание, он снял маску с чужого лица и проверил наличие дыхания. Чимин расширил глаза от шока.       — Герпес, — выдохнул он и поймал на себе недоуменный взгляд Чонгука. Так этого мужчину прозвала Соми, его бывшая коллега.       — Что?       — Я знаю этого человека, — произнес он, сглотнув ком. Почему он пытался на него напасть? В голове не всплывало ни единой мысли о причинах.       — Я тоже, — сказал неожиданно Чонгук, нахмурив брови. — Откуда ты его знаешь?       — Из библиотеки, — ответил Чимин, он помнит, как этот лысый мужчина приходил в библиотеку и сидел в тишине, будто чего-то выжидая. — А ты откуда его знаешь?       — Я уже замечал, что он следит за тобой. Тогда я и связался с Бэком. Он работает на него. Интересно, почему он не застрелил меня при первой же возможности после всех стычек с Бэком.       Соглашение, заключенное с семьей Чон, защищает жизнь Чонгука. От всех событий уже кружилась голова. Почему? Как? Когда?       — Что с ним делать, сэр? — спросил Бомсу, нащупывая пульс на шее мужчины так безразлично, будто ему совсем нет дела до того, что перед ним лежит раненый человек.       — Он мертв? — спросил Чонгук, поднимаясь на ноги и протягивая руку Чимину, чтобы помочь тоже подняться.       — Ему около тридцати пяти лет, — ответил Бомсу, взглянув на Чона. — Сердце едва бьется. Без медицинской помощи он потеряет много крови.       Брюнет осмотрел улицу на наличие прохожих, им повезло, что было темно, а нечастые фонари то были разбиты, то светили уже слишком тускло, то мерцали, едва освещая улицу, да еще и лил дождь.       — Нужно уходить, — решил Чонгук, беря любимого за руку.       — А что с ним? — тихо спросил Чимин, стараясь не обращать внимание на запах крови. Но разве младшему не противно было держать его за руку?       — Оставим здесь, — равнодушно ответил тот.       — Что?       — Да плевать мне на него, — едко выплюнул Чонгук, всем своим видом показывая, что ему нет дела до раненного. — Этот ублюдок пытался похитить тебя. Я не чувствую к нему ни капли жалости.       Старший убрал мокрую челку со лба, не понимая, почему кровь так въелась, что даже не смывается дождем.       — Гук-а, мы не можем бросить его. Он умрет.       Можете называть Чимина глупым, наивным или даже самоубийцей за желание помочь тому, кто пытался похитить или вообще убить его, но он не сможет жить с мыслью, что оставил кого-то истекать кровью. Жалость и сострадание не позволят ему бросить человека.       — Не жди от меня, что я пожалею его, — твердо произнес брюнет. — Его бы волновало, что сделают с тобой, если бы он привез тебя к Бэку как кусок мяса? Не думаю. Знаешь, что бы они с тобой сделали? Он бы тебя не пожалел. Он мог бы тебя даже изнасиловать, — эти слова болезненно вырвались сами собой, заставляя сразу же пожалеть об этом.       — Пожалуйста, Чонгук, мы не можем бросить его, — взмолился Чимин. — Давай просто вызовем скорую.       — Нет, — ответ был суров.       — Гууу, он умрет, — розововолосый сжал чужую ладонь. — Пожалуйста, не дай ему умереть. Я не смогу жить с мыслью, что позволил кому-то погибнуть.       Чонгук заглянул в его глаза.       — Блять, лаааадно, — недовольно протянул Чонгук, зарывшись пальцами в свои волосы, и попытался придумать, как им побыстрее скрыться. — Бомсу, помоги затащить его в машину.       Мужчина поклонился и поспешил открыть заднюю дверь.       — Чимин-а, — он вытащил из кармана ключ от авто и передал парню. — Пожалуйста, садись в мою машину. Запрись и не открывай никому дверь, понял?       — Да, — прошептал тот и побежал к Рендж Роверу, запрыгнул в салон, заперся и судорожно выдохнул.       Тишина. Дождь стучит по крыше машины, льет и не дает хорошо рассмотреть все, что происходит снаружи. Шум дождя успокаивает, отвлекает от мыслей, чувств. Чимин все еще в шоке от того, что чуть не потерял Чонгука. Хочется вернуться в то время, когда они переплетались телами на простынях в спальне младшего и никто не знал об их тайных встречах. Но он не хочет забывать о том, как они признавались друг другу в чувствах, как обещали друг другу беречь их сердца до конца жизни.       Раздался легкий стук в окно, Пак поднял голову и разблокировал двери. Чонгук сел за руль, бросил куртку на заднее сиденье и завел машину.       — Пристегнись, пожалуйста, — сказал он, выезжая с парковки.       Чимин пристегнулся дрожащими руками, не в силах все еще успокоиться, и Чонгук это заметил, положил ладонь ему на бедро, нежно погладил и сжал.       — Как ты, малыш? — спросил он, быстро взглянув на него.       — Куда вы его везете? — спросил старший.       Чон снова взглянул на него, не получив ответа на свой вопрос, но решил не допытывать.       — Бомсу везет его туда, где ему помогут.       — Что это значит? — нахмурился розововолосый, понимая, что речь явно не о больнице.       — Рану обработают и спасут его, — Чонгук снова успокаивающе погладил его. — Поверить не могу, что делаю это, — вздохнул он.       Чимин положил свою руку поверх его и тихо ответил:       — Это правильно.       — Если бы не ты, я бы этого не делал.       Чимин сжал губы в линию, может, однажды он пожалеет о своем решении, но сейчас он уверен, что сделал правильный выбор, потому что спасение чьей-то жизни — бесценно.       — Почему Бомсу здесь? — спросил он. Чонгук упоминал, что тот ждет его распоряжений в компании.       — Я не знаю, — честно ответил тот. — Я спросил его, почему он неожиданно приехал сюда, но он сказал, что объяснит позже, в более подходящий момент.       Пак кивнул, все еще держа его за руку, боясь отпустить.       — Они врачи? — любопытство не давало покоя, хотелось узнать больше о секретном месте, куда Бомсу везет Герпеса.       — Кто?       — Люди, к которым везут мужчину.       Брюнет выдержал паузу.       — Они знают, что делать.       Весьма неопределенный ответ, но Чимин решил больше не спрашивать, доверяя любимому.       — Откуда Бомсу знает этих людей?       Чонгук снова молчал, будучи сосредоточенным на дороге и движении на другую улицу через перекресток.       — У Бомсу много связей.       — Из армии?       — И не только. Одно время он учился в НРС, но после окончания так и не стал там работать.       — НРС? — нахмурился Чимин.       — Национальная разведывательная служба Южной Кореи.       — Разведка? Почему не стал работать?       — Не знаю.       — Ты никогда его не спрашивал?       — Нет.       — Тебе не любопытно? — Чимин был удивлен. Бомсу играет не малую роль в семье Чон, разве они не должны знать столь важную информацию?       — У него, наверное, были свои причины, — просто ответил Чонгук, не проявляя такого интереса, как Чимин, или же уважая личную жизнь Бомсу. — Я нанял его не из-за навыков, которые он там приобрел, так что это не имело для меня значения. В первую очередь я нанял его на должность личного водителя и телохранителя. Он отлично справляется. Я доверяю ему.       Старший кивнул и выглянул в окно.       — Куда мы едем? — спросил он, узнавая знакомые здания.       — Домой, — сказал Чонгук, имея в виду конечно же свою квартиру. — Нужно вымыться и переодеться.       Дааа, запах крови все еще чувствовался, вызывая отвращение.

***

      — Не спрашивай, — сразу сказал Чонгук, увидев ужас на лице своего охранника Джуна, когда они с Чимином вышли из лифта. — У меня нет времени на объяснения. Никого не пускай на этот этаж, понял?       — Да, мистер Чон, — мужчина поклонился и молча проводил их в квартиру, закрывая за ними дверь.       Парни разулись, Чимин осторожно пошел за Чонгуком наверх в спальню. Тот быстро расстегнул рубашку и снял, небрежно швырнул в мусорное ведро.       — Раздевайся.       Пак кивнул и начал снимать с себя промокшую одежду. Он разделся догола и оставил все на полу. Чонгук уже смыл кровь в ванной и вернулся в спальню в черной толстовке с капюшоном и в спортивных штанах.       — Иди сюда, детка, — он положил чистую одежду на кровать, ожидая, когда парень подойдет к нему. — Я тебя вытру, можно? — спросил он, убирая мокрую челку с его лица.       — Да, — выдохнул Чимин, позволяя вытереть кровь влажной тряпкой. Он покраснел от смущения, неожиданно робея в такой ситуации. Чонгук заметил это и нежно чмокнул в лоб.       — Все в порядке, детка, — прошептал он, бросил на пол тряпку, взял полотенце с кровати и обернул вокруг старшего.       — Что будем делать?       Младший не взглянул на него, сосредоточенный на том, чтобы тщательно вытереть его тело.       — Я встречусь с Бомсу и спрошу про состояние Герпеса, — ответил он и взял серую толстовку. — Подними руки, красавец.       Чимин поднял дрожащие руки, позволяя Чонгуку одеть его. Толстовка ему конечно же на парочку размеров большевата, но ему нравится, теплая и мягкая.       — Можно с тобой? — тихо спросил старший, надевая спортивные штаны.       Чон надавил на его плечи, молча требуя, чтобы тот сел на кровать.       — Нет, — ответил он и присел, чтобы надеть носки на замерзшие ноги Чимина. — Извини. Тебе лучше остаться здесь, — он приподнялся и снова поцеловал в лоб.       Но Чимин совершенно не хотел оставаться здесь.       — Пожалуйста, доверься мне, — прошептал Чонгук, словно мог читать его мысли и знал, что ему нужно утешение. — Я не хочу, чтобы ты там был. Я вернусь как можно скорее, — пообещал он, отстраняясь.       В Чимине начала зарождаться паника, одна лишь мысль о том, что Чонгук его оставит, заставляла сердце бешено биться.       — Пожалуйста, не оставляй меня снова, — взмолился он, вскочив на ноги. — Я так испугался, — едва ли не захныкал он.       — Я буду осторожен, — успокаивал его брюнет. — Не волнуйся.       — Пожалуйста, я не хочу оставаться здесь один, — на глазах навернулись слезы.       Сердце Чонгука заныло, слезы любимого для него всегда как удар под дых.       — Ладно, — прошептал он. — Ты не останешься один, малыш.

***

      — Выходи, мой ангел, — Чон протянул руку Чимину, чтобы тот вышел из машины, а в другой держал над ним зонт.       — Почему мы здесь?       Пак спрятался под зонтиком, который больше защищал его, чем их обоих, Чонгук лишь натянул на свою макушку капюшон, запер машину и повел к дому Юнги.       — Ты останешься здесь.       — Почему? — Чимин застыл на месте. — Нет, я хочу с тобой, — заныл он.       — Пожалуйста, Чимин-а, я не могу взять тебя с собой, — младший не хотел подвергать его опасности. — Пожалуйста, просто доверься мне, ладно? — он положил ладонь на его щеку.       Конечно, старший доверял ему, но он был слишком напуган, чтобы сейчас отпустить Чонгука куда-то.       — Я не хочу, чтобы ты оставался один, поэтому попрошу хена побыть с тобой, пока я не вернусь, — сказал Чон, нажимая на дверной звонок и не давая парню привести какие-либо аргументы, которые могли бы заставить его передумать.       — Привет, — поприветствовал их Юнги с покрасневшими щеками, чуть приоткрыв дверь и высунув растрепанную голову. — Не знал, что вы придете сегодня вечером.       — Хен, может Чимин остаться у тебя ненадолго? — напрямую спросил Чонгук и перед ними открыли дверь, приглашая в дом. — Мне нужно кое-куда уехать, хочу, чтобы он был в безопасности.       — Хорошо, — Мин нахмурился, взглянув на них. — Что происходит?       — Не могу пока сказать, — нервно облизал губы младший, да и времени у него сейчас на объяснения нет. — Пожалуйста, просто присмотри за ним и не пускай в дом никого, кроме хенов. Спрячь, если потребуется, — он поправил свой капюшон на голове.       Юнги выпучил глаза.       — Что за… — он замолчал, наблюдая, как Чонгук опустил зонтик, обнял Чимина за талию и притянул к себе.       Чон утянул его в глубокий поцелуй, медленный, мягкий, обещающий, что он обязательно вернется.       — Я вернусь как можно скорее, — прошептал парень, прижав ладонь к его щеке. — Люблю тебя, малыш, — еще раз поцеловал и отстранился.       Те же слова были на кончике языка Чимина, готовые наконец зазвучать, но Чонгук уже убежал, оставив после себя лишь шлейф парфюма.       «И я люблю тебя».       Дверь машины захлопнулась и Чимину хотелось плакать от этого.       — Мин-а, разувайся, раздевайся, я сделаю тебе горячий шоколад, — произнес Юнги. — Хорошо? — улыбнулся он младшему, который все еще смотрел вслед парню, будто ожидая его возвращения. — Минни?       Пак медленно повернулся к нему.       — Хорошо, хен, — тихо ответил он.       Внезапно из глубины дома послышался голос Тэхена.       — Ах, черт, вот так, хен! Да!       Юнги вылупил глаза, заставив Чимина покраснеть как помидор.       — Прошу прощения, кажется, я не вовремя. Не хотел мешать, — пробормотал он, чувствуя себя неловко от того, что пришел к Юнги без предупреждения и приглашения.       — Все нормально, — поспешил успокоить его старший. — Проходи давай в гостиную, я сейчас вернусь.       — Спасибо, — пробормотал тот.       Чимин снял куртку и обувь, смущенно зашел в гостиную, включил свет. Он сел на диван, не в силах справиться с роем мыслей, перед глазами так и маячил образ Чонгука в окровавленной рубашке. Он покачал головой и услышал быстрые шаги и оживленный шепот.       — Минни, привет, — поприветствовал его Тэхен.       — Привет, — Пак помахал Тэ и Хосоку, который вошел за ним в гостиную, Юнги тоже спустился к ним.       Все трое были одеты в треники и огромные футболки — Тэхен свою надел наизнанку, видимо, не заметив в спешке — волосы растрепаны, щеки красные.       — Все хорошо? Что происходит? — поспешил спросить Хосок.       — Давайте не будем его допрашивать, — тихо сказал Мин. — Пусть придет в себя, если захочет, расскажет, — и направился на кухню, чтобы приготовить горячего шоколада.       Чимин улыбнулся.       — Дай обниму тебя, Минни, — Ким обнял его бережно, но крепко, со смехом заваливая на диван.       Запах крови ударил Тэ в нос и в панике захотелось расспросить чья это кровь и что вообще, черт возьми, происходит, но он решил, что пока не стоит.       — Все будет хорошо, — прошептал он вместо тысячи вопросов.       Хотелось бы, чтобы было хорошо.

***

      Ребята всеми силами старались отвлечь Чимина разговорами и шутками, за что он был им очень благодарен, но все равно не мог перестать думать о Чонгуке и волноваться о его сохранности.       — Я думаю, мы покрасим хену волосы в мятный цвет, — сказал Тэхен. — Что думаешь, Минни?       — Я пока еще не согласился, — запротестовал Юнги.       — Пока еще, — подчеркнул тот и чмокнул его в щеку. — Пожалуйста, тебе точно пойдет, — надул он губы и захлопал ресницами.       — Может быть, — Старший закатил глаза.       — Я тоже думаю, будет хорошо смотреться, — произнес розововолосый, уверенный, что ему пойдет любой цвет волос.       Он первый раз произнес хоть что-то за все это время, пока его пытались смешить и развлекать. Парни сразу замолчали и повернулись к нему.       — Да? — Хосок улыбнулся и приобнял его за плечи. — И я согласен.       — Угум. Хену все пойдет.       — Спасибо, — усмехнулся Мин, вставая. — Кто хочет еще горячего шоколада? — вообще-то он предлагает уже пятую порцию.       — Вы можете уже ложиться спать, — ответил Чимин, все еще чувствуя себя неловко от того, что помешал им заниматься любовью. — Кто знает, когда вернется Чонгук, не хочу, чтобы вы сидели так долго.       — Ничего страшного, — запротестовал Тэхен. — Мы не так уж и устали.       Неожиданно раздался звонок в дверь.       — Стой, — Юнги остановил уже почти вскочившего на ноги Чимина. — Я посмотрю, кто.       Пак нервно выдохнул, страх и напряжение сковали грудную клетку. Мин открыл дверь и впустил молодого человека. Чимин с яркой улыбкой и бешено бьющимся сердцем бросился в объятия.       — Гуки, — выдохнул он с облегчением, зажмурившись, его обняли за талию, крепко прижимая к себе.       — Малыш, — успокаивающе прошептал Чонгук.       Объятия любимого успокаивали, защищали. Он прижимался к нему крепко-крепко, каждой клеточкой тела.       — Привет, малой, — поприветствовал Чонгука Юнги, улыбаясь им и закрывая дверь.       — Спасибо, хен, что позаботился о нем, — тот поднял на него взгляд с улыбкой.       Мин кивнул.       — Можете остаться на ночь, — предложил он, наблюдая, как Тэхен и Хосок уже сонные плетутся наверх.       — Уверен? — приподнял брови Чон.       — Уже очень поздно, оставайтесь, можете занять любую из комнат для гостей, — кивнул Юнги. — Чувствуйте себя как дома, пользуйтесь всем, что нужно, — указал на кухню. — Мы идем спать, думаю, вы пока не хотите с нами разговаривать, да?       — Извините, — ответил Чонгук, подтверждая предположение.       — Все нормально, — заверил тот, уважая его решение. — Спокойной ночи, ребята.       — Спасибо, хен, и вам тоже, — Чон проводил старшего взглядом и перевел его на Чимина, прижал ладонь к его щеке. — Ты уже хочешь спать? — прошептал он, ткнувшись своим носом в его. — Почему еще не спишь?       — Я не устал, — солгал Чимин, приластившись. — Как я могу уснуть, зная, что ты где-то там, возможно в опасности? — пробормотал он, перебирая его волосы на затылке.       — Извини, что заставил беспокоиться, — младший подхватил его на руки и пошел наверх. — Мне просто нужно было уехать, малыш.       — Я понимаю, — улыбнулся старший.       Они выбрали комнату рядом со спальней Юнги, Чонгук ногой захлопнул дверь, включил свет и подошел к кровати. Осторожно опустил Чимина на нее и отстранился, молча снял толстовку и небрежно бросил ее на кресло. Чимин замер от вида подтянутого тела парня, а сердце невольно пропустило удар. Он столько раз терялся в нем. Чонгук — ангел, посланный ему с небес, красиво искусно выточенный, словно произведение архитектурного искусства. Он покраснел, скользнув взглядом по прессу, и с трудом заставил себя снова посмотреть младшему в глаза. Ах, эти прекрасные карие глаза, мягкий, нежный, влюбленный взгляд — для него, но властный и сильный, порой грозный — для других.       — Я пойду в душ, — сказал тот. — Я все еще пахну кровью, дезинфицирующим средством и спиртом, — он сморщил нос. Чимин слегка кивнул, садясь на кровати и провожая того взглядом в ванную. Но Чонгук быстро вернулся в спальню, облокотился о дверной косяк и взглянул на него.       — Хочешь принять душ со мной, малыш? — предложил он, наклонив голову набок.       Старший улыбнулся и последовал за парнем, остановился в дверном проеме и наблюдал, как тот подготавливает им ванну, блуждая взглядом по мышцам его крепкой спины. Чимину так много хотелось сказать и спросить: о своем отце, о напавшем мужчине, о сегодняшнем и завтрашнем дне, об их будущем, о своих страхах, — но не получалось вымолвить ни слова. Может быть, из-за хаоса в мыслях от неожиданной встречи с отцом, от нападения на него, от страха перед смертью любимого человека. Какой сумасшедший день. Он выжат как лимон и физически, и морально. Хочется, чтобы все мысли улеглись и замолчали, наконец. Или просто на какое-то время взять и исчезнуть, чтобы оказаться в тишине и долгожданном покое. Чонгук и его объятия были для него настоящим утешением. Когда брюнет обернулся и улыбнулся ему, кажется, все страхи вмиг исчезли.       — Ты не будешь раздеваться? — спросил Чонгук, подходя к нему, осторожно потянулся к краю толстовки Чимина. — Можно?       — Угу, — промычал Пак, позволяя снять с себя толстовку и спортивные штаны.       Младший сложил одежду на тумбочке и помог парню залезть в ванну, сам сел позади него, позволяя откинуться спиной на свою грудь, но неожиданно зашипел от боли. Чимин сразу отстранился.       — Что такое? — обеспокоенно спросил он, обернувшись.       — Нет, ничего, — солгал Чонгук, улыбнувшись. — Все в порядке, детка, — заверил он возлюбленного, хотя понимал, что утром наверняка будет гематома на прессе, куда его неоднократно ударил нападавший. Но сейчас главное, что Чимин в его объятиях, в целости и сохранности. Остальное неважно.       Чимин нежно поцеловал его в щеку, снова развернулся и облокотился, брюнет крепко обнял его за талию. Теплая вода с пеной окутала их словно пуховое одеяло, даря комфорт и смывая весь негатив и грязь. Воцарилась тишина. Комфортная. Словно они оказались в своем маленьком безопасном мире.       — Ты ничего не говоришь, — тихо сказал Чонгук через какое-то время, уткнувшись носом в затылок старшего, а после проведя губами по шее. — Я думал, ты задашь сотню вопросов, на которые я не смогу ответить. Думал, будешь ругать меня или кричать, но точно не молчать.       Чимин нежно водил пальцами по руке Чона, лежащей на его животе, и улыбнулся.       — Я просто рад, что ты со мной, — ответил он и чмокнул в щеку, младший положил подбородок на его плечо. — У меня очень много вопросов, — грустно усмехнулся он и прикусил нижнюю губу. — Но я подумал, что ты очень устал и не захочешь сейчас разговаривать.       — Можешь задавать, — прошептал Чонгук, слегка кивнув головой.       — Он жив? — начал с этого старший.       — Да, его успели спасти, — ответил тот, поцеловав в плечо. — Этот ублюдок все еще жив.       — Хорошо, — выдохнул Чимин, искренне радуясь, что человека удалось спасти, хотя тот снова может угрожать им. — Ты ведь не успел с ним поговорить?       — Нет, придется подождать, пока он придет в себя.       — Ты знаешь, как его зовут? — Пак называл его по старой кличке Герпесом, но не знал его настоящего имени.       — Нет, знаю лишь, что он работает на Бэка и что следил за тобой давно, — вздохнул младший, чем подтвердил давние предположения самого Чимина — мужчина действительно следил за ним, от библиотеки до квартиры и бог знает еще где.       — Я видел его в библиотеке каждую свою смену. Он приходил постоянно, пока я не уволился, — нахмурился Пак, как он не понял это сразу? — Я не понимал, почему он приходил и просто сидел… Он действительно следил за мной?       — Вероятно, — кивнул тот, обняв крепче. — Ты должен был сказать мне, — прошептал он и повернул его лицо к себе, чтобы заглянуть в глаза.       — Что сказать?       — Что этот мудак следил за тобой в библиотеке.       Может быть, сейчас все сложилось бы иначе, если бы Чимин сказал об этом Чонгуку.       — Я и не догадывался, что причина в этом, — парировал он и вздохнул. — Он вел себя странно, но я не задумывался об этом. Что теперь с ним будет?       — Начнем с того, что он еще даже не пришел в сознание.       — Как думаешь, он действительно хотел… — старший замолчал, не сумев произнести эти слова вслух, но его всегда понимали с полуслова.       — Я почти уверен, что он пытался похитить тебя по приказу Бэка.       — Чего они от меня хотят? — прошептал Чимин, не понимая, почему он вдруг стал козлом отпущения в конфликте между мистером Чоном и мафиозной группировкой.       — Я не знаю, — нахмурился Чон. — Полагаю, тем самым хотят шантажировать меня, но ведь у них были стычки с моим отцом, а не со мной.       Тут их с Чимином догадки совпадали. И вдруг его осенило.       — А что, если… Они думают, что так смогут встать между вами? — предположил он.       — Что?       — Может быть, они считают, что, если ударят по тебе, ты отвернешься от отца.       — То есть?       — «То есть»? — Пак встретился с ним взглядом. — Ты бы отвернулся от своего отца и ушел из компании. Может быть, они считают, что вы настолько близки, что такой поступок морально убьет его. И у его бизнеса не будет наследника, все рухнет. Это будет крахом, они отомстят, даже не нарушив соглашения, — наверное, это звучало глупо и не стоило это озвучивать.       — Блять, — выдохнул младший.       — Что? — прошептал Чимин.       — Ты чертовски умен, — Чонгук кивнул головой. — Я так и не понял их намерений, но, возможно, ты в чем-то прав. Это имеет смысл. Я уже ненавижу своего отца и прикончу его, если он навредит тебе. Они смогут отомстить, даже не притронувшись к нему, — согласился он с догадкой. — Если ты прав, то они идеально просчитали все до последнего шага.       — Нууу, это всего лишь догадка, — тихо отметил розововолосый. — У них может быть другой план.       — Я думаю, мой отец знает.       — Знает что?       — Почему они преследуют тебя. Из-за того, что он натворил. Соглашение защищает меня и его, но какую роль играешь в этом ты? Почему именно ты? Держу пари, он все знает. Просто боится сказать мне.       Пак задумчиво наклонил голову набок. Действительно ли это так? Мистер Чон в этом замешан? Как много он знает?       — А Бомсу? — спросил он. Чонгук собрал на ладонь немного пены с поверхности воды и намылил его волосы, нежно потирая пальцами кожу головы.       — А что он? — спросил тот.       — С ним тоже все в порядке? — Чимин боялся и за этого мужчину, вдруг пострадавший мог очнуться и напасть на него в машине.       — Да, он в порядке, — кивнул брюнет.       — А ты? — Чимин снова открыл прикрытые от удовольствия глаза и взглянул на Чонгука. — Ты совсем не пострадал? — все еще не верилось, что Чонгука не убил нападавший, было столько крови…       — Нет, я в порядке, — успокоил его парень, поправив его челку. — А ты?       — Я просто упал, все нормально, — ответил Чимин, смотря в глаза. — Я так волновался за тебя. Я правда думал, что тебя застрелили, — прошептал он, покрываясь мурашками.       Чон нежно поцеловал его в губы.       — Я боялся, что он хочет убить тебя, — прошептал он, поглаживая подушечкой большого пальца его щеку. — Никогда в жизни еще не был так напуган. Когда увидел пистолет у твоего виска, мне сорвало крышу. Я бы не смог жить без тебя.       — Я без тебя тоже, — прошептал Чимин в ответ.       Чонгук улыбнулся и подарил ему более глубокий поцелуй. Вода уже остыла, пора было выйти из ванны и лечь спать, уже довольно поздно. Они завернулись в теплые полотенца, все еще нежно глядя друг на друга и улыбаясь. Чонгук отнес Чимина в спальню, уложил на кровать и тоже залез к нему под одеяло. Старший перекинул ногу через него, обнял и уткнулся носом в изгиб шеи, дыша любимым и согреваясь его теплом. Чонгук крепче прижал его обнаженное тело к себе. Они не любили этих мнимых преград в виде одежды между ними в такие моменты. Кожа к коже, тепло к теплу.       — Я думаю… — Чимина неожиданно прервали.       — Ах, ах, да, боже! — тонкие стены прекрасно донесли вскрики до их ушей.       Он поднял голову и вздернул брови, взглянув на Чонгука.       — Ах, ааа, — непрерывно стонал Тэхен, на этот раз чуть тише, но все равно слышно.       — Они трахаются? — выпалил Чонгук, нахмурив брови и улыбнувшись уголком губ. От его прямоты Чимин хихикнул и покраснел.       — Я прервал их, когда приехал, — пробормотал Чимин, смущенный тем, что его друзья буквально за стенкой сейчас занимаются любовью, но все же он рад, что те смогли продолжить.       — Да, вот так! — кричал Тэ.       — Черт, — усмехнулся Чонгук. — Они такие громкие.       — Тэхен всегда такой, — Чимин вспомнил, как друг рассказывал, что Хосоку нередко приходилось затыкать ему рот от того, что он не мог молчать.       — А ты откуда знаешь? — нахмурился младший и приподнял его лицо за подбородок, чтобы заглянуть в глаза. — Вы что…       — Нет конечно! Гук-а, мы никогда ничего подобного не делали, — быстро покачал головой тот. — Просто Тэ говорил, что… А, неважно, давай не будем об этом.       — Где чертов пульт? — проворчал Чон, нашел его на тумбочке и включил телевизор погромче, чтобы не слышать друзей.       — Тебе неловко? — хихикнул Пак, проведя кончиками пальцев по его груди. — Обычно ты весьма открыто говоришь обо всем, что касается секса, — отметил он, удивляясь тем, что парню некомфортно больше, чем ему самому.       — Мне не неловко. Просто не хочу слушать чьи-либо стоны, кроме твоих, — он чмокнул в щеку, заставив смутиться.       «— Рекомендуем жителям Сеула по возможности не выходить из дома без крайней необходимости», — произнес репортер из сводки новостей о прогнозе погоды.       — О чем говорят? — Чимин привстал и посмотрел на экран телевизора.       — Циклон надвигается, — ответил брюнет. — Ливень, гром. Похолодает. Советуют пока не выходить на улицу.       — Тогда и правда не стоит, — согласился Чимин, кивнув. — Может, хен разрешит нам остаться, пока циклон не пройден.       — Я уверен, что разрешит. Но я здесь не останусь.       — Почему? — Чимин повернулся и хмуро посмотрел на него.       — Мы с Бомсу поедем в компанию. Сегодня воскресенье, как раз займемся поиском информации о твоем отце, никому не мешая.       — Но лучше не выходить на улицу.       — Я не буду долго находиться на улице. Мы будем в офисе.       — Тогда я пойду с тобой, — Чимин скрестил руки на груди.       — Но…       — Пожалуйста. Это же касается моего отца.       — Ладно, — выдохнул тот. — Ты прав.       Чимин улыбнулся и оставил легкий поцелуй на чужих губах.       — Аах, да, да! — кричал Тэхен, даже сквозь звуки из телевизора, и вдруг резко наступила тишина.       — Ну, думаю, он наконец кончил, — фыркнул младший и выключил телевизор.       — Хватит! — Чимин зажал тому рот рукой. — Мы не будем обсуждать их, — прошептал он, будто их могут услышать.       Чон закатил глаза и убрал чужую руку.       — Я не обсуждаю, просто констатировал факт, — ухмыльнулся он, переплетая их пальцы. — Надеюсь, на этом они закончили и мы больше не будем слушать, как они трахаются.       — Наверное, они думают, что мы уже давно крепко спим или заняли другую комнату, — усмехнулся Чимин, уверенный, что те постарались бы вести себя тише, если бы знали, что они еще не спят. — Думаю, они тоже пол ночи не будут спать.       — Угум, — Чонгук поправил его волосы, скользнул рукой нежно по щеке, ключице, затем спине. — Надо поспать, малыш, — прошептал он.       Старший улыбнулся, слегка кивнув, прижался щекой к груди Чонгука, чтобы слышать биение его сердца, теплые объятия казались райскими. Хотелось, чтобы эта уютная ночь длилась вечно. Чон поцеловал его в лоб, тоже тая от чужого тепла. Чимин же чуть приподнял голову, нежно коснулся его губ и быстро отстранился, но брюнет взял его за подбородок и вновь притянул к себе, целуя глубже. Он заскулил, желая большего, и начал тереться бедрами о чужие.       — Малыш, — прошептал Чонгук, качая головой. — Не надо, — он обнял его за талию, останавливая. — Уже поздно, пора спать.       — Я хочу чувствовать тебя ближе, — выдохнул Чимин, ткнув своим носом в нос Чонгука и поцеловал в шею. — Я так боялся потерять тебя.       — Я тоже испугался, — ответил тот, позволяя снова заерзать на своих бедрах. — Очень сильно, — прошептал, снова жарко целуя, хватая за задницу и помогая двигаться.       — Гуки.       Так сладко, нежно, они чувствовали себя единым целым, каждой клеточкой тела, которые словно пронизывал ток. Даже спустя столько времени Чонгук для него все еще такой же опьяняющий, словно настоящий наркотик, иногда даже страшно осознавать такое сильное воздействие парня на него. Но вопреки всему Чонгук — его лекарство, способное исцелить любую душевную рану, дарящее чувство безопасности, наверное, потому, что они одинаково сильно друг друга любят.       — Мой малыш, — прошептал младший, прижавшись губами к его уху и пылко сжав в руках талию, но осторожно и нежно, чтобы не причинить боль, а лишь дать почуствовать, что он рядом.       Они тихо стонали имена друг друга в губы, таяли от нежных прикосновений и легкой стимуляции. А вскоре сладко уснули. Они со всеми трудностями справятся, если будут вместе.

***

      Утром они долго не задерживались, умылись, оделись, попрощались с друзьями, не рассказывая никаких подробностей, но пообещав позже обязательно все рассказать, и выехали в компанию, где их уже ждал Бомсу.       — Погода оставляет желать лучшего, — тихо отметил Чимин, выходя из машины.       Ветер рьяно растрепал его волосы, забираясь холодом под одежду. Небо затянули серые тучи, в воздухе чувствовался запах озона, тяжелый, ледянящий. Сверкнула молния, гром прокатился ревом по небу, напугав Чимина. Начался дождь. Чонгук взял его за руку и повел за собой.       — Идем скорее.       — Страшно, — сказал Чимин, следуя за Чонгуком в лифт, Бомсу встретит их в айти крыле. — Может, стоит оставаться дома?       — Все хорошо, мой ангел, — младший чмокнул в костяшки пальцев его руки. — И дома, и здесь одинаково безопасно.       — Ладно, — прошептал тот, слегка кивнув, но какое-то странное предчувствие так и не отпускало.       Они вышли из лифта, Чонгук все еще сжимал его руку крепко и успокаивающе. Гроза разыгралась такая, что было слышно даже за пластиковыми окнами, стекла в которых дребезжали, ветер завывал, дождь лил стеной. Хотелось спрятаться от всего мира под одеялом.       — Все нормально? — с беспокойством спросил Чон, останавливаясь и поворачиваясь к старшему. — Малыш? — он поднял его лицо.       — Угум. Просто ненавижу грозу, — пробормотал тот. — Хочется спрятаться дома под одеялом, — прошептал он, представляя, как прижмется к Чонгуку и почувствует себя в полной безопасности в его объятиях.       Брюнет улыбнулся и поцеловал его в лоб.       — Мы быстро. А потом я отвезу тебя домой. Хорошо? Если хочешь, могу отвезти тебя обратно к хену, — предложил он, заправляя волосы Чимина за его ухо.       — Нет, хочу быть с тобой, — запротестовал Чимин. — Можно остаться?       Внезапно ближайшую к ним дверь распахнули, напугав. Они обернулись и глянули на мужчину.       — Какого хрена ты здесь делаешь?! — выкрикнул Чонгук, увидев отца.       — Хотел бы задать тот же вопрос, — ответил Чонхан и скрестил руки на груди. — Я, очевидно, работаю, — сказал он, глядя на парней как на незванных гостей.       — В воскресенье? Чушь собачья. Продолжаешь мне лгать? Ты вообще хоть раз говорил мне правду? Или ты просто чертов эгоист, которому наплевать на всех, кроме себя? — ядовито выплюнул младший.       — Следи за словами.       — Да пошел ты! — Чонгук уже был на грани от всего, что с ними происходит.       — Ну, Гуки, — начал Чимин, хватая его за руку.       — Нет, хватит. — Отмахнулся тот. — Я сыт по горло всем этим дерьмом. И ты еще называешь себя моим отцом? Ты делаешь вид, что заботишься обо мне, а потом лжешь мне в лицо, постоянно что-то делаешь у меня за спиной и подвергаешь опасности жизнь моего парня!       — Чонгук…       — Нет, блять, больше не позволю тебе так обращаться ни со мной, ни с Чимином, — брюнет не давал сказать и слова. — Я знаю, что ты что-то творишь за моей спиной. Будь мужиком уже и выложи всю правду. Если бы ты действительно заботился обо мне, всегда был бы честен.       — Я забочусь о тебе.       — Да хватит лгать! — Воскликнул Чонгук.       — Пожалуйста, Чонгуки, — на лице мужчины промелькнула боль.       — Тогда скажи мне все прямо сейчас! Ну же! Всю правду! Я хочу знать все, хватит пудрить мне мозги!       — Чонгук…       — Прямо сейчас, — упрямился младший.       — Хорошо, — вздохнул отец. — Расскажу, — он удивил обоих парней, которые думали, что этот момент никогда не настанет. — Пойдем в мой кабинет, это надолго. — Заметив, что Пак двинулся за ними, он притормозил. — Чимин-щи, пожалуйста, оставь нас с Чонгуком на какое-то время.       — Нет, Чимин будет с нами, — тут же взъелся младший.       — Пожалуйста, так будет лучше. Я хочу и должен поговорить с тобой наедине, — Чонхан посмотрел сыну в глаза.       — Все нормально, я могу подождать, — Чимин не хотел причинять неудобств.       — Уверен? — спросил его парень.       — Угум, — розововолосый улыбнулся и чмокнул в щеку. — Я подожду тебя здесь.       — Хорошо, малыш, — прошептал Чон и поцеловал в лоб. — Заходи, если что-то понадобится или случится.       — Угу.       Чимин закрыл за ними дверь, Чон и сыну-то своему не хотел ничего рассказывать, не то что бы кому-то еще. Чимин занял один из пустых столов, пока вокруг никого не было. Гроза все еще грохотала за окном, временами сквозь тучи прорывались яркие зигзаги молний. Он скучающе болтал ногами, поглядывая на закрытую дверь, хотелось бы знать, что сейчас мистер Чон рассказывает сыну о всей этой ситуации. Ждать придется явно долго, так что пока можно сходить в туалет.

***

      — Давай сразу о Хва Сонхо, — Чонгук начинает с порога, желая поскорее узнать, как его собственный отец связан с биологическим отцом его возлюбленного и почему тот солгал об их знакомстве в университете.       — Почему он тебя так интересует? — нахмурился тот.       — Это отец Чимина! Мы хотим знать, почему он здесь. И ты лгал мне. Как вы на самом деле познакомились? И что он здесь делает?       Чонхан медленно направился к своему столу.       — Если я скажу тебе, пути назад уже не будет. Столько всего происходит, Чонгук-а, ты столько не знаешь… У меня были свои причины и я пытаюсь исправить свои ошибки.       — Выкладывай уже, — требовал тот.       — Я узнал Сонхо через Бэка, — продолжил мужчина, оставаясь спиной к сыну.       — Чего? — нахмурился брюнет. Ему опять врут? Продолжают закапывать себя вместе с последней крупицей уважения к себе? — Посмотри на меня, — приказал он.       Отец неторопливо повернулся, оперевшись на стол.       — Хва Сонхо работает на Бэка уже почти год.       — Врешь, — выдохнул Чонгук после паузы. Не может же отец Чимина быть еще хуже, чем его собственный? Чонгук лишь хотел подарить Чимину семью и любовь, а в итоге вновь разобьет ему сердце такой правдой?       — Не вру. Он правда работает на него. Бэк прикрывает свою нелегальную деятельность якобы IT-бизнесом и тот работает у него айтишником, точнее, весьма неплохим хакером.       — Отец, — все еще хмурился Чонгук. — Рассказывай подробно все, что знаешь.

***

      Чимин вытер руки бумажным полотенцем, выбросил его и вышел из туалета, чтобы вернуться обратно, но услышал приглушенные знакомые голоса и замер. Из лифта вышли четверо человек, и у Чимина кровь застыла в жилах. Не может быть. Он спохватился, забежал обратно в туалет и заперся в кабинке. Сердце бешено заколотилось, накатила паника.       — Нет, — прошептал он.       Ему точно не показалось? Голова закружилась от вороха мыслей и страха. В компанию Чонов явился Донха. И не один, а с Ли, информатором Бэка, и в сопровождении еще двух неизвестных мужчин. Наверняка, кто-то из них Бэк. И Чонгук об этом не знает. Накрыла новая волна страха. На этот раз не за себя, а за Чонгука, захотелось поскорее вернуться и предупредить, защитить. Чимин схватился за дверную ручку, но снова замер.       — Чимин.       Он дрогнул и словно кожей ощутил холод, зажмурился и почти что задержал дыхание.       — Чимин, я знаю, что ты здесь, — сказал Донха, заходя в туалет.       Стук его обуви по плитке отдавался звоном в ушах. Почему он здесь? Почему он с Ли и Бэком?       — Я слышу тебя, — парень остановился перед его кабинкой.       Чимин заметил его тень под дверью, что разделяла их, и прижал ладонь ко рту.       — Открой, — потребовал Донха, постучав.       Пак задержал дыхание, будто кто-то схватил его за горло, сердце стучало точно миллион раз в минуту, хотелось свернуться в клубочек и ждать, когда кто-нибудь его спасет.       — Я выломаю дверь, если ты сам не откроешь, Чимин.       Никто его не спасет. Страх приковал к полу, он судорожно соображал, что же делать, но выхода не было. Только желание защитить Чонгука заставило его открыть дверь и броситься вперед. Это самое глупое, что он когда-либо делал. Донха схватил его за руку, затолкал обратно в кабинку и запер ее.       — Нет! — закричал Чимин, хоть и понимал, что его вряд ли кто-то услышит.       Парень зажал ему рот ладонью.       — Тихо. Замолчи, иначе нам обоим не поздоровится, — прошептал тот, смотря в испуганные глаза. — Я не причиню тебе вреда, обещаю. Только не кричи. Иначе они тебя услышат. Пак задрожал, вылупив глаза.       — Я уберу руку, но ты не смей кричать, понял? Кивни.       Какой у Чимина был выбор вообще? Что он сможет сделать против Донхи? Ничего. Пришлось нерешительно кивнуть. Парень медленно убрал ладонь и легко улыбнулся.       — Рад снова тебя видеть, жаль, что при таких обстоятельствах.       — Не делай мне больно, пожалуйста, — прошептал Чимин, а на глаза непроизвольно навернулись слезы.       — Я уже сказал, что не буду, — мягко ответил тот. — Обещаю.       Чимин все равно не очень-то верил.       — Чего ты хочешь? Зачем ты сюда пришел? Что ты делаешь здесь с ними? — закидал он его вопросами.       — Это долгая история, Чимми, — Донха сжал губы в линию.       — Не называй меня так, — огрызнулся Пак, но тут же прикусил язык, мало ли как на это отреагируют.       — Извини, — послышалось вопреки всему.       Такая реакция удивила Чимина, но в какой-то мере успокоила.       — Расскажи мне. Что происходит?       — Кажется, ты уже их знаешь, да? — сказал тот про мужчин.       — Да, — нахмурился Чимин. — Но ты их откуда знаешь? Почему ты с ними? Что ты сделал, чтобы стать членом… — «мафии» застряло в горле.       — Если хочешь узнать правду, то замолчи и дай наконец сказать, — перебил его Донха. — У нас не так много времени. Чонгук ведь здесь, да?       Чимин не спешил отвечать на этот вопрос. Как он может довериться Донхе и сказать?       — Ладно, не говори, если не доверяешь, — словно бы прочитали его мысли. — Я итак знаю, что он здесь. Он тебя одного никуда не отпустит.       — Что они от него хотят? Пожалуйста, не причиняйте ему вреда. Дай мне пройти, — сказал Чимин, пытаясь протиснуться через парня, но тот прижал его за плечи к стенке.       — Они ничего ему не сделают.       — Откуда тебе знать? — выдохнул он.       — Им нужен не он. А ты.       — Но почему? — Чимин испуганно посмотрел ему в глаза.       — Долго объяснять, — вздохнул Донха, покачав головой.       — Ну, тогда начинай уже сейчас. Как можно короче.

***

      Чонгук смотрел на отца темным взглядом, не в силах произнести ни слова. Внезапно дверь в кабинет распахнулась, напугав их.       — Ах, какая честь, — раздался знакомый мужской голос, когда в кабинет зашли с двумя мужчинами.       Чонгуку даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто пожаловал, этот голос он за километр услышит и узнает.       — Бэк? — в шоке сказал Чонхан.       — Вон туда, — приказал он им, махнув своим пистолетом, как игрушкой.       Чонгук повернулся, не удивленный присутствием вооруженных Ли и Кана. Они нехотя подчинились и отошли к окну. Чонгук бросил взгляд им за спины, ища Чимина. Черт, оставалось лишь надеяться, что тот успел спрятаться где-нибудь.       — Что ты здесь делаешь? — нахмурился Чонхан.       Бэк рассмеялся, глядя на них чернющими глазами.       — Мне реально нужно объяснять, почему я здесь? В этом нет необходимости.       — Не забывай про заключенное соглашение.       — О, я-то помню, — промычал тот. — Но тебе все равно придется заплатить за то, что ты сделал, — он говорил легко и насмешливо.       — Бэк, давай не будем…       — Захлопнись, — рявкнул тот. — Раньше надо было думать. До того, как предать меня. Я пришел за своим долгом.       — Оставь уже наконец в покое Чимина, ублюдок, — процедил сквозь стиснутые зубы младший.       Бэк наконец перевел взгляд на него.       — Чон Чонгук, — усмехнулся он, как будто его позабавили эти слова. — Мне никогда не нравилась твоя невоспитанность, — вздохнул он, глянув на пистолет. — Твой батя не учил тебя быть вежливым? Ли, кажется, уже преподал тебе урок, разве нет?       — Определенно, — рассмеялся Ли как гиена.       — Иди на хуй, — прорычал тому Чонгук, желая раскрасить кулаками его морду.       — Чонгук! — одернул его отец, схватив за руку.       Младший вырвался и двинулся к Ли, который раздраженно щелкнул языком.       — Знаешь, тебе повезло, что Бэк держит свое слово. Я не позволяю людям так со мной обращаться, — предупредил он, направив пистолет на парня, словно собираясь его застрелить. — Если бы не он, моя пуля уже была бы в твоем лбу.       Бэк был алчным и бессердечным, но вот Ли — совершенно сумасшедшим.       — Да, но к сожалению ты лишь его гребаная марионетка, лижущая ему задницу ради похвалы. Я тебя не боюсь, — твердо ответил брюнет. — Мне снова почесать о тебя кулаки? Ты сам напрашиваешься.       — Хаха, а где же твоя маленькая игрушка? — Ли театрально огляделся. — Я бы посмотрел, каким смелым ты будешь, когда я схвачу его за горло и хорошенько оттрахаю.       — Иди на хуй, сукин сын! — Чонгук разъяренно замахнулся.       — Достаточно! — прикрикнул Бэк, жестом приказывая Кану сдержать младшего, и тот заломал ему руки.       — Скажи ему, что позволишь мне сделать с его мальчишкой, когда он будет у меня. Скажи ему! — Ли продолжал подстрекать Бэка, чуть ли не пуская слюни и злорадно улыбаясь, демонстрируя кривые зубы, как будто Чимин был куском мяса.       — Бэк, не трогай Пак Чимина, — вмешался Чонхан. — Он к нашим делам не имеет никакого отношения.       — По-твоему, меня это волнует? — мужчина рассмеялся. — Тебя это заботило, когда ты подставил меня? Это не так работает, Чон. За все своя цена, — подчеркнул он и взглянул на Ли. — Найди Чимина. Он точно где-то здесь.       — Его здесь нет, — невозмутимо солгал Чонгук.       — О, Чон, ты так ничему и не научился за эти годы? — вздохнул Бэк. — Я прекрасно знаю, что он здесь. Попробуй-ка соврать мне еще раз и увидишь, к чему это приведет. — Он махнул своему прихвостню. — Иди. Найди его.       Сердце Чонгука ушло в пятки.       — Что мне сделать, когда найду его? — облизнулся тот.       — Твое дело, — отмахнулся Бэк, смотря Чонгуку в глаза.       Ли ухмыльнулся и довольный покинул кабинет.       — Нет! Сукин сын! — выкрикнул Чонгук, резко заехал затылком по лицу Кана, что позволило ему вырваться.       — Ни с места, Чон, — предупредил его Бэк, направив пистолет. — Ли не убьет его. Пока что. Если хочешь, чтобы он остался жив, не двигайся.       Неохотно Чонгук остановился, ненавидя это чувство вынужденного подчинения. Кан снова взял его в захват.       — Ни единым пальцем не смей его тронуть! Я убью тебя, клянусь! Вернись сейчас же! — закричал он вслед мужчине, кровь закипала от злобы, ужас накрыл с головой до паники. Он ощутил даже физическую боль в каждой клеточке тела. А в памяти всплывает то время: ему тринадцать, он смотрит на мертвое тело матери и ничего не может сделать. Такой же беспомощный. Словно вернулся в тот кошмар, теперь перед глазами Чимин в разорванной одежде, следы крови на его коже… Любовь всей его жизни, которую посмел тронуть другой мужчина без его согласия.       — Да заткнись, — раздраженно вздохнул Бэк, махнув рукой.       — Пожалуйста, — обессиленно прошептал Чонгук. — Чимин ничего тебе не сделал.       — Твой отец предал меня! — закричал Бэк.       — Что он сделал? Я все исправлю, — младший был готов отдать все за сохранность любимого. — Я сделаю что угодно. Пожалуйста, не трогай его. Деньги, акции этой гребаной компании, проси что угодно. Только не позволяй Ли навредить Чимину, — умолял он.       — Чонгук-а, — вмешался Чонхан.       — Я не позволю расплачиваться Чимину за все ошибки моего отца ублюдка! — рявкнул он на отца, глядя на него темными глазами.       — Он разве тебе не рассказал? — спросил Бэк.       — Что? — брюнет метнул взгляд на мужчину.       — Он не рассказал тебе, что он сделал? — Бэк приподнял брови в удивлении.       Честно говоря, сейчас Чонгуку было вообще наплевать на то, что сделал его отец, сейчас важнее договориться с Бэком и защитить любимого.       — Нет, — все же ответил он.       — Интересно получается, — ухмыльнулся тот, прошел вглубь кабинета и сел за стол. — Ну, тогда расскажи ему.       — Бэк…       — Расскажи прямо сейчас, или он больше не увидит своего Чимина.       — Ладно, — Чонхан медленно кивнул, набираясь смелости. — Есть один человек по фамилии Гон. Наркоторговец, работает с Бэком последние пятнадцать лет.       Чонгук задумался, какого хрена этот человек имеет какое-то отношение к ним и как далеко вообще все зашло.       — Я познакомился с ним несколько месяцев назад. Так уж получилось, что мне нужна была его помощь, так что… Я…       — Боже, как раздражает, — бросил Кан.       — Тихо, — ответил ему Бэк, с интересом наблюдая, как Чон раскрывает сыну свои грязные секреты. — Твой батя хотел подставить кого-то на стороне, скрыть это от меня.       — Что? Кого? — Чонгук пытался поймать убегающий взгляд отца. Чертов трус.       — Делового партнера, — ответил за него Бэк. — Он работал с Гоном за моей спиной и пытался подставить другого моего делового партнера ради своей выгоды. Так как мы давно сотрудничаем, так уж и быть, я не сочту это за твою попытку навредить моему бизнесу.       — Рён выкрал важные данные из моей компании и пытался продать их у меня за спиной, — ответил Чонхан, глядя мужчине в глаза. — Я должен был остановить его. Это не было попыткой навредить твоему бизнесу, Бэк.       Тот немного поразмыслил, кивнул и махнул рукой.       — Продолжай рассказывать, у нас не так много времени.       — Я собирался заплатить Гону за его работу, но когда узнал, кто он на самом деле… Я не стал ему платить.       — Кто он? Почему ты ему не заплатил? — Чонгук нахмурился.       Отец не мог выдавить из себя ответ.       — Гон работает со мной много лет и столько же управляет собственным бизнесом, — снова ответил за него Бэк. — Он занимался кражами со взломом, помимо торговли наркотиками.       — И? — спросил Чонгук, не понимая, почему все это имеет значение и как между собой связано.       — Много лет назад он приказал своим людям… — Чонхан сжал губы и зажмурился, будто ощущая боль.       — Ну, ну, продолжай, — подгонял его Бэк, снова вставая на ноги. — Скажи ему.       — Бэк, я не хочу, чтобы Чонгук это знал…       — Гон дал им адрес вашего дома, приказав ограбить вас. Они и убили твою мать, — вздохнул и совершенно непринужденно высказал Бэк, подходя к ним.       — Что? — выдохнул Чонгук, не веря ушам.       — Гон приказал просто ограбить нас, но когда они увидели ее в гостиной, решили изнасиловать и в конце концов убили, — дрогнувшим голосом произнес Чонхан.       — Ты об этом знал?! — рявкнул Чонгук на мафиози.       — Не знал, — ответил тот, поднимая руки в знак защиты. — Это дело Гона. Я обещал защищать семью Чон, поэтому никогда бы не тронул ее.       Как иронично, а сейчас он буквально угрожает Чимину — единственной самой большой любви Чонгука, может тот и не является его мужем, юридически частью их семьи, но к черту это, Чимин ему ближе, чем родной отец, и однажды он сделает Паку предложение.       — Я не заплатил Гону и…       — Вскоре его нашли мертвым. Убитым, — сказал Бэк.       — Папа, ты… — в шоке выдохнул Чонгук.       — Да, он нанял наемника, чтобы убить его. Твой батя убил одного из моих самых важных партнеров, еще и не выплатил мне долг.       — Этот человек был виноват в смерти моей жены, которую ты обещал защищать! — заорал Чонхан.       — Не играй со мной в Бога, — предупредил мафиози. — Ты предал меня, работая с моими же людьми за моей спиной, а потом убил одного из партнеров, пытался обманом отмазаться от выплаты бабла, что мне задолжал, теперь еще и трусливо спрятался и выставил любовничка своего сына козлом отпущения. Тебе повезло, что я человек слова, иначе твоя голова бы сейчас слетела с плеч за все это.       — У меня были на то свои причины.       Бэк недовольно сжал челюсти.       — Мне плевать на Гона, — вздохнул он и снова сел. — Но ты предаешь меня после стольких лет плодотворного сотрудничества, — он сжал губы в линию и задумчиво подпер подбородок пистолетом. — Наверное, не стоило доверять семье Чон.       — Я не пытался пойти против тебя, Бэк, клянусь.       — Но вышло что вышло.

***

      — Я не могу рассказать коротко, — сказал Донха. — Я лишь знаю, что они преследуют именно тебя. Я так и не понял, почему и что они хотят с тобой сделать, но знаю, что они делали с другими…       — Как ты вообще попал в эту группировку? — прошептал Чимин.       — Сначала я просто хотел легких денег, но они утягивают туда, где не хочется находиться. Эти люди заставляют принимать наркотики и творить такое… А если ошибешься, наказывают самыми мучительными способами, которые только могут придумать. Я хотел уйти, но ты же понимаешь, это невозможно сделать так просто.       У Чимина заныло сердце от эмоций, звучащих в чужом голосе. Что же парня заставляли делать? Что он там видел?       — Однажды они сказали, что у них есть для меня особенная работа, специально для меня, — продолжил тот. — Но я больше не хотел всего этого делать. Я хотел уйти. Я пытался. Но вступив туда, обратного пути уже не будет.       — Что ты делал у Чонгука? Ты хотел навредить ему?       — Нет! — Донха выпучил глаза. — Нет, клянусь, не хотел.       — Зачем приходил? — нахмурился розововолосый.       — Я хотел предупредить его.       — О чем?       — О Бэке. О том, что он планирует похитить тебя. И что его отец не такой, каким кажется на самом деле.       Чимин дрогнул и прошептал:       — Что ты имеешь в виду?       — Господин Чон замешан в каком-то деле: наркотики, убийства, преследования, что-то такое, — сказал он, от чего кровь стыла в жилах. — Я не очень много знаю, но слышал, как они говорили об этом.       Чимин пытался уловить фальш в чужих глазах, но ее не было. Возможно, Донха действительно хотел защитить их, предупредив Чонгука.       — Почему ты здесь, со мной? — спросил он. — Почему ты не отвел меня к ним?       — Хочу исправить свои ошибки, — Донха прикусил губу. — Я был ужасным человеком. И по отношению к тебе, и вообще. Я потерял там самого себя, всяческую мораль и даже уважение к себе. Я хотел больше силы. Хотел тебя.       — Меня? — переспросил Чимин, расширив глаза.       — Это было очевидно, разве нет? Но я поступал неправильно, — пробормотал парень, вздохнув. — Я думал, что раз я часть самой мощной и опасной группировки в Южной Корее, я могу брать все, что захочу, в том числе и тебя. Не ищу себе оправданий, но быть одним из них — ужасно. Они избивали меня до полусмерти, когда я отказался кое-что сделать, — Донха отвел взгляд. — Я ужасно обращался с тобой, но хочу все исправить, Чимин. Я не хочу, чтобы они навредили тебе.       Внезапно свет погас, оставив их в полной темноте, поскольку в туалете не было окон. Пак от неожиданности ахнул.       — Это из-за грозы, — шепнул он, тяжело сглотнув. Он ненавидит темноту и ненавидит грозы. Тьма поглощала все чувства и заменяла их страхом. Он итак был в напряжении, а теперь стало еще хуже. Чуть привыкнув к темноте, он мог разглядеть лишь силуэт парня, что стоял рядом и держал за плечи. — Ненавижу грозу, — выдохнул он, но скрип открывшейся двери заставил его замолкнуть.       — Чимин-аааа, — послышался едкий голос. — Ты здесь, красавчик?       Оооо, неееет. Только не это. Скажите, что это сон, галлюцинации, что угодно, но только не по-настоящему. Донха быстро зажал ему рот рукой, будто боясь, что тот издаст малейший писк.       — Иди ко мне, красавчик, папочка немного поиграет с тобой, — усмехнулся мужчина, заходя в туалет.       Папочка? Почему он так себя назвал? Звучит отвратительно.       — Выходи, Чимин-а. Я буду с тобой нежен.       Это точно Ли.       — Красавец, я знаю, что ты здесь, — вздохнул Ли. — Здесь никого нет, кроме нас. Не заставляй меня долго ждать, иначе я разозлюсь, — он нетерпеливо постучал по двери их кабинки, единственной запертой, что их и выдало. — Ты же не хочешь, чтобы папочка рассердился?       Чимин почти задержал дыхание, боясь того, что Ли может с ним сделать.       — Я выломаю дверь, — пригрозил тот. — И тогда тебе уже будет больно, куколка.       Розововолосый убрал руку и Донхи и шепнул:       — Пожалуйста, не надо.       — Вот как, — Ли глубоко вздохнул, славно дорвался до опьяняющего запаха. — Как же долго я этого ждал. Давай, принцесска, открой дверь.       — Оставь меня в покое.       — Не заставляй меня выламывать дверь, куколка, — Ли ударил в дверь ботинком. — Я считаю до трех, Чимин-а. Если ты откроешь сам, папочка простит тебе непослушание. Один.       Сможет ли он дать ему отпор? С Донхой у них вдвое больше шансов.       — Два.       Парни чуть отстранились друг от друга, как будто Донха прочитал его мысли.       — Три.       Чимин открыл и они рванули вперед.       — Мой красавч…       Чимин попытался разглядеть силуэт мужчины в темноте и вмазать по его наглой роже, но тот оказался быстрее и взял в захват.       — Ты пытался напасть на меня, куколка? Не стоит злить папочку, — прорычал Ли ему на ухо и прижался губами к шее. — Я прощу тебя, если встанешь на колени.       Чимин вспомнил слова Чонгука. Они звучали уверенно, спокойно, успокаивающе, оказывая необходимую сейчас поддержку. «Если противник сзади, можно ударить его локтем в нос». Он вздохнул и заехал локтем Ли в лицо так, как его учили. Мужчина ослабил хватку, тут же зажимая нос и вскрикивая от сильной боли. «Можно временно оглушить нападающего ударом ножом в шею сбоку». Тело само вспоминало движения как хореографию танца. Он вытянул пальцы, подогнул большой палец и со всей силы зарядил по шее. Мужчина рухнул на пол и внезапно их осветил луч света.       — О, боже, — выдохнул Донха, включив фонарик на телефоне. — Ты…       — Он мертв? — прошептал Чимин, бросив взгляд на друга, а потом снова на Ли, который не двигался, нос его был окровавлен.       — Нет, думаю просто без сознания. Ты его вырубил.       Пак увидел оружие в руке мужчины, присел и забрал пистолет.       — Умеешь стрелять?       — Нет, — дрожащим голосом ответил розововолосый, осматривая холодное оружие. Он без понятия, что с ним делать, но лучше пусть оно будет у него, чем у Ли.       — Ладно, — пробормотал Донха, нервничая.       — Что нам делать?       — Бэк, скорее всего, уже в офисе Чона, Ли здесь не было бы, если бы Бэк не послал его, — парень кивнул в сторону двери.       — Мне нужно вернуться к Чонгуку, — Чимин переживал, что мафиози плюнет на договоренность и навредит младшему.       — Это самоубийство.       — Я не могу больше оставаться здесь. Кто знает, что они с ним сделают.       — Я бы тебе не советовал.       — Мне нужно идти.       Донха смотрел на него, раздумывая, затем кивнул.       — Делай, что должен, Чимин-а. Не мне тебе указывать.       — Куда ты уходишь? Собираешься сбежать? — Пак понял, что Донха не собирается с ним в офис Чона, там ему не будут рады. Что еще раз доказывает, что парень не врет, он не следует приказам Бэка и хотел их предупредить.       — Нет. Просто так сбежать у меня никогда не получится.

***

      — Останови Ли, — требовал Чонгук. — Сейчас же.       — Чон, ты не в том положении, чтобы что-то у меня просить или тем более приказывать мне, — усмехнулся Бэк, проводя пальцем по стволу пистолета. — Я могу позвать его и сказать, что он может делать с Чимином все, что хочет, у тебя на глазах, — пригрозил он, зля Чонгука еще больше. — Хочешь? — спросил он, приподняв брови, как сумасшедший.       — Ебаный ублюдок, — Чон желал стереть эту ехидную улыбку с чужого лица. — Я убью тебя, если ты или кто-то из твоих людей хоть пальцем его тронет. Убью тебя, Бэк! Слышишь?!       Тот смеялся, смотря ему в глаза.       — Забавно. Чимин так много для тебя значит? — насмешливо спросил он, поднялся на ноги и подошел к нему. — Нарушишь наше соглашение ради какого-то мальчишки? Найдешь себе нового, Чон.       — Мне никто другой не нужен.       — Это твое слабое место, знаешь? — отметил Бэк. — Легкая мишень.       — Мне все равно.       Мужчина был удивлен таким заявлением.       — Только посмотри на себя. Умоляешь меня пощадить его. А на колени встанешь? — он приблизился нос к носу. — А если бы я попросил тебя убить отца за жизнь Чимина, ты бы убил? — прошептал он.       Внезапно послышалось, как кто-то бежит, приближаясь к ним.       — Стоять! — раздался голос, от которого сердце Чонгука дрогнуло. Чего он точно не ожидал увидеть, так это своего прекрасного возлюбленного целым и невредимым, с пистолетом в руках.       — О, приятно наконец познакомиться с тобой, — сказал Бэк. — Лично, — всю его историю жизни-то он уже давно знает.       Розоволосый не ответил, его руки дрожали, но он все еще крепко сжимал пистолет, нацеленный на Бэка. Он не особо раздумывал, что будет делать, просто действовал по наитию. И что же теперь? Действительно стрелять в кого-то?       — Куколка, опусти пистолет, — рассмеялся Бэк. — Ты же не умеешь с ним правильно обращаться.       — Отойди от Чонгука! — крикнул Пак, перехватывая оружие уверенней и пытаясь сохранять спокойствие. — Отпусти его, или я тебя застрелю!       Мафиози закатил глаза, но все же махнул рукой своему человеку, и тот отпустил Чонгука. Чимин медленно подошел к брюнету, облегченно вздыхая. Невредим. Чон крепко обнял его за талию, зарываясь носом в волосы и глубоко вздыхая.       — Ты в порядке? — прошептал он.       — Да, — выдохнул Чимин.       Младший чмокнул его в лоб, забрал пистолет из дрожащей руки и направил его на Бэка.       — Ну, и? Что теперь? — спросил он,       — Убери пистолет, придурок, — ответил мужчина. — Мы все равно не будем стрелять друг в друга. Успокойся.       Чон нахмурился, но все же опустил оружие.       — Эта чертова сука вырубила меня! — внезапно заорал кто-то в коридоре.       Все снова обратили взгляды на дверь. Ли вошел в офис, вытирая рукой окровавленный нос, и указал на Чимина. Немного испугавшись, розововолосый теснее прижался к парню, который взглянул на него с гордостью.       — А ну иди сюда, сученыш! — закричал Ли, бросаясь к нему. — Да я тебя во все места… Аааа! — закричал он и упал после оглушительного выстрела.       Бэк, не церемонясь, выстрелил в его ногу. Чимин ахнул, прижав руку ко рту.       — Заткнись, Ли, — небрежно кинул мафиози, закатив глаза. — Боже, как же ты раздражаешь. Кан, разберись с ним, — он жестом указал на него.       — Есть, — тот слегка поклонился и потащил Ли в коридор, закрывая за собой дверь и заглушая крики.       Бэк с таким безразличием выстрелил в своего же человека? Что тогда он может сделать с ними? Теперь уже от страха пробивала дрожь.       — Не стоило брать его с собой, — вздохнул мафиози, устало потерев лоб.       — Все, давайте успокоимся, — сказал он, подняв руку, будто требуя тишины. — Зачем вся эта суета?       — Суета? — переспросил Чонгук, нахмурившись. — Иди ты на хуй.       — Бэк, — вмешался наконец Чонхан. — Мы уже много лет сотрудничаем. Пожалуйста, давай не будем перекладывать ответственность за наши ошибки на кого-то другого, — указал он на Чимина, который прятался за Чонгуком.       Взглянув на мужчину, Чимин вспомнил предостережения Донхи о его плохой репутации, а ведь он отчаянно пытался видеть в нем доброго, заботливого человека, несмотря на все, через что им пришлось пройти. Донха сказал правду?       — Наши? — переспросил Бэк, приподняв брови. — Пока что косячил только ты.       — Что здесь происходит? Почему там кто-то лежит на полу?! — Минджи ахнула, увидев Ли и Кана у двери.       — Минджи? — все обратили на нее внимание.       Женщина взглянула на мафиози.       — Бэк?       — Вы знаете друг друга? — нахмурился мистер Чон, нахмурив брови.       И женщина, и мужчина смотрели друг на друга удивленно.       — Минджи… Это правда ты? — прошептал Бэк.       Чимину на удивление послышались тепло и нежность в его голосе.       — Конечно, — улыбнулась она.       — Откуда ты его знаешь? — спросил Чонгук.       — Много лет назад он встречался с моей сестрой. До ее смерти, — тихо ответила та. — С тех пор жизнь разлучила нас, — она направилась к мужчине, которого не видела десятки лет. — Сколько лет мы не виделись… Ты просто исчез.       — Что ты здесь делаешь? — спросил Бэк, смотря на нее как на потерянную и вновь найденную драгоценность.       — Я работаю здесь, — ответила Минджи. — Секретарь мистера Чона.       — Они хорошо к тебе относятся? — спросил Бэк.       Тон его больше не был резким и насмешливым, а скорее нежным, как будто он разговаривал с дочерью. Чимин не верил ушам. Может, его вырубили в туалете, и все это просто сон? Какая-то слишком абсурдная реальность. Вот в такой неожиданной ситуации вся система будто дает сбой, Чимин просто стоит и смотрит на них пустым взглядом, уже даже не обращая внимания на грохот грома за окном.       — Я встречаюсь с Чоном, — ответила Минджи. — Старшим, — улыбнулась она, указывая на ошарашенного Чонхана.       — Могла бы выбрать кого получше, — шутливо прокомментировал Бэк.       Он шутил? Как будто они с Чонгуком не держали в руках пистолеты, будто Ли не лежал в коридоре подстреленный…       — Ой, замолчи, — усмехнулась женщина, но ее улыбка тут же дрогнула, на лице проскользнуло осознание, взгляд метнулся к Чимину и Чонгуку. — Постой. Ты что… Не могу поверить, ты угрожаешь им? — прошептала она, снова взглянув на Бэка. — Ты же всегда был… В юности я помнила тебя совсем другим.       Невозможно было представить себе Бэка каким-то другим, кроме как устрашающим мафиози, представить милым и добрым, что он встречался с сестрой Минджи, что она знает его таким, каким не знает никто.       — Жизнь меняет.       Да, жизнь меняется и меняет людей, но что могло заставить Бэка стать главой мафии? Вот так просто однажды решил построить нелегальный бизнес? Как он во все это ввязался? А самое главное — почему все это вообще волнует Чимина, когда он должен больше беспокоиться о своей собственной жизни? Имеет ли значение прошлое Бэка, если сейчас он такой, какой есть?       — Пожалуйста, не трогай их, — умоляла Минджи.       — Они предали меня.       — Я защищал свой бизнес и свою семью, — ответил Чон. — Гон должен был заплатить за то, что был причастен к убийству моей жены!       Чимин дрогнул, выпучив глаза, бросил взгляд на Чонгука и понял, что тот уже знает — ни единый мускул на его лице не дрогнул, взгляд был темным, опасным. Как давно он знает? Отец рассказал ему об этом сейчас? Он понятия не имеет, кто такой Гон, но, похоже, мистер Чон отомстил ему за убийство, даже не хочется представлять, каким образом.       — Стоило поговорить с тобой сразу, но ты как никто другой знаешь, что иногда лучше подобное держать при себе и разбираться во всем самостоятельно.       — Он мертв, я потерял важного делового партнера и кучу денег. Я убивал людей и за меньшее. Убивал, когда они просто не выполняли задания или пытались что-нибудь у меня украсть. Тебе повезло, что я держу свое слово.       — Ложь, — перебил Чонгук.       — Пардон? — нахмурился на это Бэк.       — Наглая ложь, — повторил брюнет. — Ты обещал мне, что не тронешь Чимина, ты дал слово, что если я сохраню в тайне компромат на тебя, ты оставишь его в покое.       — И я его держал, — ответил Бэк. — Пока действия твоего отца не нанесли мне значительный вред.       — Нихрена не сдержал.       На лице Бэка отразилось замешательство.       — Что ты имеешь в виду?       — Кто-то из твоих псов угрожал мне неделями, присылал фотографии Чимина, не так уж и тонко намекая, что изнасилует его, когда доберется, — Чонгук был уверен, что это кто-то из его людей. Но так ли это на самом деле? В конце концов, они не знали наверняка, лишь подозревали, но не имели никаких доказательств.       — Что?       Из коридора послышался противный смех, и все обернулись.       — Ли? — строго обратился к нему Бэк.       — Да пошел ты, — ответил ему тот.       — Встань, — властно приказал мафиози.       — Моя нога… — тут же сдулся Ли, жалобно заныв.       — Я сказал встать. Вставай, когда я говорю с тобой, неблагодарный ублюдок.       Мужчина неторопливо подчинился, с трудом встал на одну ногу. В Чимине вдруг взыграло сострадание, когда он взглянул на кровоточащую рану и полное боли выражение лица. Но, если вспомнить, что он хотел с ним сделать, ни капли его не жалко.       — Жду объяснений, — строго сказал Бэк.       — Я должен был преподать Чону урок за его излишнюю самоуверенность во время нашей встречи.       — Что ты делал?       — Следил за ним, — Ли поднял голову и посмотрел на Чимина холодным взглядом, пробирающим до мурашек. — Твои люди следили за ним на работе. Я смотрел, как он каждый день раздевается в своей квартире, как веселится с друзьями, как смеется, плачет и хотел его себе, — он облизнулся и зловеще ухмыльнулся, заставив Пака прерывисто выдохнуть и прижаться сильнее к Чонгуку.       — Я приказывал держаться от него подальше! — Бэка взбесило то, что его собственные люди проявили к нему неуважение, не подчинившись такому простому приказу.       — Мне было все равно. Он как наркотик. Мне нравилось быть так близко к нему, показать это Чону и заставить его понять, что я могу взять Чимина, когда захочу.       Это пугало еще больше. Ли всегда был в шаге от него и в любой момент мог причинить вред.       — Ты гребаный псих, — процедил сквозь зубы Чонгук, сдерживая желание пристрелить его. Он заслужил это за шпионаж и все угрозы. Чонгук даже не хотел представлять, как часто Ли дрочил, наблюдая за Чимином и представляя, что с ним сделает.       — Разве мы не все немного того? — рассмеялся мужчина.       — Нет, только ты, — бросила Минджи.       Бэк взглянул на свой пистолет и оттянул языком щеку, размышляя.       — Ты ставишь меня в неловкое положение, Ли, — вздохнул он, размахивая рукой.       — Все просто. Берем Чимина и можем валить.       Мафиози рассмеялся, взглянув на него.       — Я здесь решаю. Убить тебя прямо сейчас за неуважение ко мне или оставить это Кану.       Розоволосый почти дрожал от страха. Почему они просто стоят? Почему не убегают? Разве сейчас не идеальная возможность? Пока Бэк отвлекся, а Ли ранен. Хотя, похоже это бесполезно. Их все равно догонят и тогда будет только хуже.       — Но я… — мужчина нервно сглотнул.       — Ты ослушался моего приказа, из-за чего семья Чон посчитала, что я нарушил условия нашего соглашение.       — Какое это имеет значение? — выплюнул Ли.       Он точно психически нездоров. Бэк раздраженно провел рукой по лицу.       — Кан, выведи его отсюда, — приказал он.       В его слова звучала недосказанность. Будто он молча приказал тому расправиться с ним. Что Кан сделает с ним? Убьет?       — Да, сэр, — мужчина не церемонясь схватил Ли за шиворот и выволок из кабинета.       У Чимина все внутри сжалось от страха и паники, побуждая невольно прошептать:       — Не убивайте его.       — Что? — удивился Бэк, взглянув на него.       Пак от пристального взгляда стушевался и спрятался, отвечая еще более неуверенно:       — Не убивайте его.       — Он буквально хотел тебя изнасиловать. Он только что сам признался, что выслеживал тебя неделями. И ты просишь меня не убивать его? — Бэк был как минимум шокирован.       — Чем мы будем лучше, если убьем его? Пусть полиция с ним разберется.       Мафиози рассмеялся и, успокоившись, ответил:       — Интересный ты человек, Чимин. Не встречал еще таких.       Парень нервно сглотнул, не зная, как расценивать это замечание.       — Но как я вижу, ты цел и невредим, — внезапно отметил Бэк, усмехнувшись. — Вчера к тебе должен был кое-кто наведаться, да?       У Чимина не было сомнений, что Бэк имел в виду Герпеса.       — Да пошел ты, — тут же отреагировал Чонгук.       — Ну, так что?       — Конечно наведался. По твоему-то приказу. Лысый хрен.       — Где он? — нахмурился мужчина.       — А не все равно ли тебе?       — Где он? — более требовательно спросил Бэк.       — Ты что, не знаешь, где прохлаждаются твои люди? — закатил глаза Чонгук.       Его ответы заставили того стиснуть челюсти, и Чимин решил вмешаться, тихо ответив:       — Он напал на нас, но случайно застрелился.       Он боялся того, что этот человек может с ними сделать, узнав о ранении одного из своих людей. Но с другой стороны, Бэк только что подстрелил одного из них, так ли важны они ему? Пак уловил промелькнувший ужас на чужом лице.       — Где он сейчас?       — Так я тебе и сказал, ублюдок, — фыркнул Чонгук.       — Отвечай сейчас же, Чон.       Брюнет закатил глаза, совсем не испугавшись Бэка. Кажется, вообще нет ничего, что могло бы его испугать.       — Я попросил кое-кого помочь ему. Он в безопасности, состояние стабильное.       Чимин задумался, кто именно сейчас заботится о его здоровье, если Бомсу здесь, в компании. Кстати, а где он? Разве он не должен был их с Чонгуком встретить? Бомсу не считает странным, что они все еще не пришли к нему? Или все же он не здесь?       — Где? Адрес.       — Я не настолько глуп, чтобы говорить тебе адрес, — Чонгук может эту информацию использовать, чтобы повлиять на Бэка и заставить прекратить свои угрозы в их адрес. Судя по всему, местонахождение Герпеса его волновало больше, чем состояние Ли.       — Он жив? — спросил мафиози. — Точно жив?       Чимин все же уловил в мужчине беспокойство.       — Жив, — нехотя ответил брюнет. — Я хотел оставить его на произвол судьбы, но Чимин настоял на спасении этого придурка.       Взгляд Бэка метнулся на Пака, а потом снова на младшего.       — Не верю.       — Ну, придется поверить, — безразлично пожал плечами Чон. Чимин был уверен, что тот специально так играет, чтобы Бэк сдался.       — Чон, прекрати блять играть со мной. Я хочу знать, где мой брат.       — Я не играю. Что? Брат? — нахмурился тот. — Этот придурок — твой брат?       Бэк выпрямил спину и чуть выпятил грудь, не отвечая, как будто не хотел этого выдавать, а вышло само собой. Чимин выдохнул. Вот оно. Его слабое место.       — Жаль было бы, если бы с ним что-то случилось, да? — ухмыльнулся Чонгук.       — Ты мне угрожаешь сейчас? — прорычал мужчина.       — Отвечаю тем же.       Повисла тишина. Мафиози молча смотрел на Чонгука, возможно, размышляя, стоит ли рисковать жизнью собственного брата. У него буквально на лице было написано, что он недоволен тем, что пришлось раскрыть этот факт о себе, который теперь используют против него. Он медленно обвел всех взглядом.       — Ладно, — нервно облизнул губы и провел пальцем по подбородку. — Если ты скажешь мне, где мой брат, никому не выдашь эту информацию и выплатишь мне долг в размере десяти миллионов вон за предательство, я вас отпущу. — Он устало потер переносицу. — Будем считать, что предательство Гона и Ли я заслужил, они работали на меня, мне следовало быть более осторожным. Думаю, так мы будем в расчете.       — А как же Чимин? — поспешил спросить Чонгук, не доверяя Бэку.       — Если ты говоришь правду, он спас жизнь моему брату, — ответил тот, мягко смотря на Чимина. — Мы его не тронем.       — Поклянись.       Бэк протянул руку Чонгуку.       — Даю слово. Если ты дашь мне свое.       Чон крепко пожал ладонь.       — Даю слово. Знаешь заброшенный склад на Каннаме?       — Разумеется, — фыркнул мафиози, как будто это было очевидно. Чимин понятия не имел, о чем они говорят. На Каннаме был только один заброшенный склад?       — Найдешь его там. Бомсу тебе покажет.       — Ты же знаешь, что случится, если солгал мне?       — Не солгал, — уверенно ответил брюнет. — Но если я когда-нибудь увижу тебя или твоих людей рядом с Чимином, я убью тебя, помни об этом. — Пригрозил он в ответ.       Бэк улыбнулся. Не насмешливо. Понимающе. И бросил взгляд на Чонхана.       — Тебе бы брать с него пример по отношению к моей дорогой Минджи, Чон. Твой сын любит этого мальчишку больше, чем самого себя, — он снова посмотрел на младшего. — Ты больше не увидишь меня рядом с Чимином. Обещаю.       Обещания закрепились крепким рукопожатием. Пак был шокирован. На этом все? Они свободны? Больше не о чем беспокоиться? Все решилось обещанием и рукопожатием?       — Что насчет Ли? — спросил Чонхан.       — Я разберусь с ним. Он знает, что случается с теми, кто идет против моих приказов, — Бэк убрал пистолет во внутренний карман куртки. — Чон, это было последнее предупреждение. Сегодня я отступлю, но следующего раза не будет. Ради благополучия твоей же семьи я надеюсь, что ты больше меня не предашь, иначе мне придется раз и навсегда разорвать наше соглашение.       — Я не предам тебя, Бэк, даю слово, — старший протянул руку. — Ты получишь свои деньги.       — Свяжусь с тобой, — мужчина пожал руку, сделал несколько шагов назад и поскользнулся на чужой крови. — Извиняюсь за этот беспорядок.       — Мы уберем, — ответила Минджи.       Мужчина встретился с ней взглядом. Они молча смотрели друг на друга, будто бы взглядами говоря все, что не могли сказать за последние годы разлуки. Возможно, это их последняя встреча. Чимину казалось, что Бэк отпустил их так легко еще и благодаря его близким отношениям с Минджи, за что ей можно было бы сказать спасибо.       — Подождите! — крикнул он уходящему мужчине, и тот обернулся.       — Что?       — Что насчет Донхи? — неуверенно спросил он, на что Бэк нахмурился.       — А что он?       — Отпустите его.       — Отпустить?       — Пожалуйста, разрешите ему покинуть вашу группировку, — Чимин постарался подобрать наиболее подходящее слово. Как вообще можно было назвать их? Организация, банда, мафия? Он просто хотел помочь Донхе. Может, он и не ангел, но явно сожалел о своих ошибках, хотел предупредить Чонгука и защитил его самого. Может быть, уход из мафии позволит Донхе вернуться к своему прежнему «я».       — Я и так был достаточно добр, — нахмурился мужчина, кто он такой, чтобы что-то еще у него просить? — Не стоит требовать чего-то большего, куколка.       Чимин напрягся, но сдаваться не собирался.       — Пожалуйста, — прошептал он. — Я прошел через настоящий ад из-за ваших людей, хотя я ни в чем не виноват. Пожалуйста, отпустите его, — он чувствовал, как Чонгук сверлит его затылок взглядом, тот ведь не знал, что Донха в группировке Бэка и уж тем более не был согласен с его просьбой.       Бэк провел языком по щеке, но все же кивнул, удивив Чимина своим ответом:       — Ладно, мальчишка может быть свободен, но пусть больше не вмешивается в мои дела, иначе поплатится за это.       — Спасибо большое, — с облегчением выдохнул розововолосый, поклонившись.       Мужчина кивнул и бросил последний взгляд на Минджи, которая прижалась к Чонхану.       — Позаботься о ней.       — Обязательно, — пообещал ему Чон.       Наконец, Бэк ушел вместе с Каном и Ли. В кабинете воцарилась тишина, прерываемая лишь грозой, бесчинствующей над городом. Никто из них даже и не знал, что сказать.       — Это точно не сон? — прошептал Чимин.       Едва слышно в комнату вошел Донха. Чимин даже и не заметил сразу, что тот не последовал за ним из туалета, скорее всего боясь столкнуться с Бэком. Чонгук сразу напрягся и закрыл Чимина своей спиной.       — Не смей приближаться к нему ни на шаг, ублюдок, — процедил он сквозь зубы.       — Гуууки, — прошептал Чимин, схватив его за толстовку. — Он мне не навредит. Он пытался нам помочь.       Чон чуть расслабился.       — Правда? — спросил он, не веря, что Донха, который, оказывается, работал на Бэка, не пытался снова навредить Чимину.       — Да. Не трогай его.       — Не трогать? — брюнет впился взглядом в парня. — Я уже предупреждал, что если увижу его еще раз, то непременно выбью из него всю дурь за то, что он с тобой делал.       — Ну, Гууу, — снова протянул тот, одергивая его.       — Не знаю, чем ты помог Чимину, и знать не хочу, но все же спасибо, — снисходительно кивнул Чон. — Но я не прощу тебя за все остальное. И ты связался с мафией! По гроб будешь должен ему за то, что у него хватило смелости попросить мафиози отпустить тебя.       — Спасибо, Чимин, — тихо сказал Донха.       — На этом все. Я уважаю решение Чимина и отпущу тебя. Но чтобы больше я тебя не видел.       — Что?       — Чтобы больше тебя рядом с Чимином не видел. Увижу, пожалеешь, — пригрозил он, делая шаг к нему, чем заставил отступить.       — Я хочу измениться, — сказал парень, взглянул на Чимина.       — Молодец, — равнодушно сказал Чонгук. — Иди куда хочешь и там меняйся, Довон.       Чимина уверен, младший специально снова называет его неправильно, чтобы показать, насколько ему все равно на этого парня.       — Я понимаю, что ты ненавидишь меня, Чонгук. Но я здесь не для того, чтобы встать между вами. Я просто хотел извиниться за все. Прости, Чимин. Я хочу, чтобы ты знал, что мне жаль и я правда хочу измениться. Я не трону тебя и не жду, что ты простишь меня. Я просто хотел, чтобы ты знал.       — Спасибо, — Чимин опередил Чонгука с ответом.       Донха смотрел на него, словно ожидал чего-то еще, но Пак больше ничего не мог сказать или не хотел. Возможно, он сможет простить его за все однажды, но не сегодня. У него осталось очень много вопросов, но что это изменит? Уже все кончено. Стоит оставить прошлое в прошлом и не зацикливаться на том, что могло бы быть в будущем. Возможно, ему лучше не знать, насколько сильно Донха был вовлечен в дела мафии, помогал ли он Ли выслеживать его, убивал ли кого-то…       — Думаю, я уже пойду.       — Иди, — Чон снова двинулся к парню, чем обеспокоил старшего. Вдруг решил все же пустить в ход кулаки? Но тот лишь протянул свою руку для рукопожатия.       — Спасибо, что помог Чимину. Я ценю это, хоть и ненавижу тебя.       Донха немного растерянно пожал ему руку, кивнув.       — Прощай, — шепнул он Паку, улыбнувшись.       — Прощай, — тот помахал ему рукой.       И Донха ушел. Теперь навсегда.