Обещание рая

      Заваленный книгами стол, парочка хорошо поживших офисных стульев, застеленный бежевым покрывалом матрас и передвижная вешалка с одеждой. А ещё шест. Хотя, нет, не шест. Пилон. Мобильный. Вроде так Рай свой домашний шест-тренажёр называл? На широкой подставке, здоровенная конструкция в углу. Было бы круто приват танец неземного на этой херне посмотреть.       Лежа например вот здесь, на широком матрасе, загораясь от зрелища сходу и под сотку!       Вовчик сглотнул, тихо щёлкнул выключателем и осторожно прикрыл дверь в комнату. Излишним любопытством он никогда не страдал, но тут вот прямо накрыло.       Надо сказать, что Вова уже успел сгонять к себе на этаж, вручить мамахен продукты, Иришке — куклу-феечку, с трудом оторвать от себя тут же вцепившуюся в него мелким клещиком племяшку, наскоро помыться под душем, переодеться в чистые спортивки и футболку, наврать маман что-то про приглашение на вписку к пацану с соседнего падика и снова вернуться на четвертый этаж к неземному.       Входная дверь была незаперта, а Рай весело бренчал посудой на кухне. Вовчик остановился и прислушался. Дал себе мысленную оплеуху за горячее желание нестись к неземному, чтобы облапать его тело во всех местах, и, вместо этого, как примерный гость, поплелся в ванную мыть руки.       Помыл, а когда вышел из ванной, зацепился взглядом за приоткрытую дверь в неземную спальню и не смог устоять. Не смог не сунуться и не поглазеть хотя бы с порога. Это вечное желание узнать о Рае побольше, умноженное на мандраж от ожидания предстоящего. Действовать на импульсе — идея хреновая, но как не заценить то место, где у них с Раёчком должно кой чего сегодня произойти? Практический ум Вовчика не мог упустить такую возможность. И по рулю, что в штанах теперь всё дымилось и жаждало, а в буйном пацанском воображении неземной вовсю тёрся о пилон своей восхитительной задницей и распахивал идеальные ноги в сексуальных воздушных шпагатах.       Уф, на…       В животе неожиданно забурчало. Хотя, чего там неожиданного, жрать охота — сожрал бы бегемота. Тем более, что с кухни тянуло чем-то, капец, вкусным, а блондинчик мечты бодро шуршал там же по хозяйству. Хозяюшка, чё. Зеленошарая вкусняха номер один. Вовчик угарнул с собственных туповлюблённых мыслей, крепко сцепил зубы, чтобы не рассиропиться вконец, и с кирпичной физиономией и уверенностью носорога потопал в сторону кухни.       Просто хавка, просто пожрут с Раёчком, как норм поцики, подумаешь. Ничего ведь пока такого?       Поели они как норм поцики абсолютно недолго. Вовчик успел приговорить парочку котлет с какой-то выебонистой начинкой и порцию картофельного пюре, как Рай без всякого спроса оседлал ему колени, заглянул в душу русалкиной омутью, залез руками под футболку и жадно огладил там всё, что только можно было огладить.       А затем принялся Вовчика «кормить».       Да-да, кусочек яблока, или там виноградинка, из сладких губёх в губы согласного на всё, обалдевшего от такого поворота Вовы. И чтобы непременно после этого поцеловаться. Не-е-ежно. Глубоко и взасос — это тоже, но на короткое время и только после того, как еда будет благополучно прожёвана и отправлена в желудок.       Очень скоро гастрономических прелюдий стало явно недостаточно. Вовчик наскоро проглотил очередной кусочек банана, нетерпеливо притиснул к себе активно двигающего задом разрумянившегося Рая и всосал игривые губехи уже по-взрослому, обозначив рамки. Типа, игры закончились, принц Персии, пришло время шаландать в сторону твоей спальни и матраса — он вроде очень удобный на вид.       До спальни они добрались почти раздетыми, одичало целуясь. Когда успели содрать с себя одежду — спросить бы что полегче. Рухнули на прохладные простыни и слегка пришли в себя. Горизонтальное положение обязывало. Вовчик навалился на Рая сверху, зарылся носом ему в волосы, вдыхая их чудесный аромат и одновременно пытаясь отдышаться. Рай простонал что-то нечленораздельное и, надо сказать, он был не лучше. Дышал сорванно и хрипло, шарил руками Вовчику по спине и заднице, притискивался как можно ближе и в конце концов обвил ему поясницу своми охеренными ногами.       Сумасшествие на грани фантастики. Залипательный кайф одурело прихватывать зубами мочку чужого уха, вести языком по щеке, по абсолютно не девичьей шее, пробовать на вкус судорожно дергающийся кадык, выразительные ключицы, небольшой напряженный сосок. Другой такой же напряжённый. А вот эту маленькую симпатичную родинку над пупком? Йессс… Бляха, да Вовчик, спустя минуту, уже вовсю елозил губами и языком по терновнику-татуировке на неземном бедре, в опасной близости от неземного, в полной боевой готовности, члена!       И яиц!       — Вов, иди ко мне…       Горячий шёпот опалил ноющее от наслаждения и непонятной щемящей боли сердце. И Вовчик конечно же пошёл. По новой завалился на сверкающего глазами Рая, с наслаждением запустил язык ему в рот и перехватил рукою то, что вовсю тёрлось друг о друга между их животами. Их члены. Вовчик фигел с собственной реакции, но теребить этот херовый букет ему до дикого заходило. Это ж как себе, только во сто раз лучше. В миллион! А когда райский язык такой ненасытный и ласковый, а губищи похабно красивые и податливо распалённые (и можно делать с ними всё что угодно!), то в натирании двойного мужского комплекта уже не просто кайф, а что-то на уровне острого помешательства.       Чтобы совсем не спрыгнуть с катушек, Вовчик оторвался от своего чудного занятия и привстал на локтях, рассматривая распластанного под ним Рая. Идеально выточенное лицо и потрясающее балетное тело. Секси бой, мой герой, видел бы ты себя сейчас, кучеряха. Блять, сука, ну зачем он такой красивый, а? Вовчик отлично понимал своё место в жизни и знал, что царские подарки, в виде элитных звёздных мальчиков, простым пацанам-работягам не даются навечно. Возможно, очень скоро всё это закончится и придется долго потом собирать в кучу осколки себя.       Очень, очень долго…       — Вов, — неземной тыкнулся влажными губами Вовчику в подбородок и призывно сжал сильными бёдрами его бедро. — Ты почему замер? Всё хорошо?       — А то, на, — сразу же повёлся Вовчик, отмирая от дурацких мыслей. — Всё зашибись, принц Персии. Я тут с одним классным пацаном хочу кой чё замутить. Случаем, не догадываешься чё?       — Нет, — заулыбался Рай, моментально включаясь в игру, — но узнать бы очень хотелось.       — Ща узнаешь. Только не пищи потом, кучеряха.       — Ещё чего, я весь внимание и сама выносливость, мистер железный Блэк!       — Базаришь, на?       — За базар отвечу, на…       Весь этот их шуточный трёп можно было спокойно помещать куда-нибудь в романтически окрашенный гей фильмец, потому как лизались они почти через каждую фразу и глазели друг на друга так, что у стороннего наблюдателя, если бы он вдруг был, точно бы дух захватило.       Да и жопа слиплась от сахара.       Кстати, о жопах. У неземного она плотная, спортивно выпуклая и совсем без волос — уж Вовчик хорошо всё общупал и рассмотрел. Капец, классная жопа, хоть и пацанская. И тянет в неё как магнитом. К ней… Эх, ладно, голубые ели, а поели — не вспотетели! Пора действовать! Вовчик ловко перевернулся на спину, закидывая при этом Рая на себя, смело шлёпнул ручищи ему на задницу и оттянул одну из райских полубулок вбок.       — Оу… — восторженный сверк глазами и фирменное ангельски-блядкая улыбочка. Типа: а дальше что, Вов?        А дальше… Запустить пальцы в сокровенное тепло и на ощупь ознакомиться с местом, через которое мужики делают друг другу любовь. Точнее, с наглухо закрытым туда входом. Говно вопрос, и даже руки не отсохли. В душе тупое умиление, хочется орать от бешеных эмоций и изучать, изучать, изучать. Хотя чего бы там, а? А? Ну дырка и дырка. Но, нет. Оторваться никак, как и не оторваться взглядом от вмиг опьяневших зелёных, совершенно сумасшедших глазюк.       — Мне нравится, как ты на меня смотришь, Вов… И то… что ты сейчас делаешь.       Вовчик хотел было ответить, но его переколбасило так, что какой из него теперь отвечальщик. Чужая нежная кожа под пальцами, в башке сладкий подкруживающий туман, а сердце привычно ищет пятый угол, видимо всё-таки надеясь пробить собою позвоночник.       «Хорошо же ты поехал по кучерявому — возить пальцами у пацана под хвостом и сдыхать от счастья!» — влез с ехидной ложкой дегтя внутренний голос, но тут же был благополучно отправлен хозяином по известному адресу.       Ноль брезгливости. Вот просто ноль. И даже в минус сотка. А в плюс — тактильный восторг от бархатной нетронутой плотности под пальцами и покорной раскрытости сильного гибкого тела. Пацаньего тела. Очевидно, на самом деле девственного, как первый, бляха, снег! Вовчик завидовал бы сам себе — чудеса случаются и его пацан только его пацанчик! — но подспудный страх «а вдруг неземному не зайдет и он больше такого не захочет?» слегка приопускал неистовое парение в кайфовых эфирах. Но, ничего. Ничего. Где наша не пропадала? Прорвёмся, на!       И Вовчик прорвался.       Пробился. Сначала пальцами, затем десять раз облился потом, порвал на нервяке два презерватива, но вошёл. Измазались они с неземным смазкой наверное по самые уши, больно было обоим, но сейчас всё было хорошо и дело шло. Типа, как по маслу? Бля! Если только по наркотическому маслу каких-нибудь голубых единорогов, или что там пасётся на королевских эльфячьих полях? Вовчик отвлекался как мог на всякие глупости, чтобы только не кончить, но помогало это, если честно, слабо.       Так как Рай освоился и пытался даже подмахивать!       Балерунская выдержка и привычка к боли в действии. Не хватало ещё его порвать. Ну, уж нет!       Лежали они на боку, поза «ложечки», и когда Рай чуть активней начинал работать задницей, приходилось сжимать его в объятьях, отвлекать поцелуями и останавливаться самому. Чтобы не потерять долбаный контроль. А потерять его яростно хотелось. Потерять, выдрать своего красавца во всю дурь и исцеловать его до кровавых отметин и засосов!       Но не сейчас, не сейчас. Не-е-ет…       — Вов, я не сахарный, не надо со мной так осторожничать, — Рай плавным движением снялся с Вовчикого члена и перевернулся на спину. Рассыпавшиеся по подушке, взмокшие кучеряшки, горящие щёки и томный с укором взгляд. — Давай лицом к лицу, Вов. Я хочу так… И не сдерживай себя.       Сдерживать себя, утыкаясь неземному в затылок, и не сдерживать себя, вглядываясь ему в лицо? Уложив его стройные ноги себе на плечи? А если ещё вот так, засунув большой палец ему в рот, чтобы огладить шелковистую слизистую внутренней стороны щеки?       — Раюсик… — прохрипел Вовчик, чувствуя как последние капли трепетности испаряются в горниле разгорающейся до невменяемых температур похоти. — Раюсик, блять…       Матерное Вовчиково изречение в переводе на великий могучий означало: «Дорогой Раюсик, я сейчас сорвусь и оттрахаю тебя как Тузик грелку. В тебе так хорошо, что ты даже не представляешь, а я уже совсем без башки. Точка невозврата, мой зеленошарый танцор диско. Ты раскрылся, ты мой, и сейчас у нас с тобой начнётся такая дискотека, что никаких зеркальных шаров не нужно».       — Погнали, Вов!       Что? Ментальное Вовчиково послание дошло до адресата и, похоже, ударило по умненьким мозгам, отключая их напрочь. Ответственная натура Вовчика на последнем издыхании подняла голову и засияла неоновыми огнями. Какое ещё «погнали», на? А как ты потом свои балетные пляски плясать будешь? Не, на первый раз жопных игр достаточно, остальное догоним вот этим!       Заткнуть неземного поцелуем, перехватить его член своей тяжелой рукой и теперь погнали, солнышко кучерявое — прямо, быстро и без остановок!       Солнышко кончало красиво, молча (Вовчик уже оторвался от его губ, чтобы всё видеть и ничего не пропустить), трагически изломив идеальные брови и трепеща ресницами. Видеть такое — сказка наяву и миллион наркотических игл в сердце и голову, и кто бы выдержал, но это точно не Вовчик. Он и не выдержал. Собственный член в кулак, быстрые грубые движения, ещё быстрее, ещё!..       Вовчик рухнул в оргазм, расстрелял всё вокруг себя белым и лежал теперь всей своей подкачанной тушей на неземном, не имея сил сдвинуться с места. Сумасшедший оргазм от простой самодрочки. Хотя, кого он обманывает? Сумасшедший оргазм от того, что его балетная кучеряха такой охуенный, что он рядом, что он тоже классно кончил в его руках и что он такой роднулька, за которую Вовчик порвёт любого, кто хоть посмотрит в его сторону косо!       Или не косо, но как-нибудь не так посмотрит!       — Ты охуенный, — всё-таки решился озвучить свои мысли через рот Вовчик. Одну из, ну и ладно. Молчать, когда в тебе бушует любовная буря бывает невыносимо.       — Ты тоже, Вов, — теплый смешок Вовчику в шею и игривый щипок за задницу. — И даже не представляешь насколько. Пойдём помоемся, мой охуенный, м?       Петарда счастья взорвалась внутри и застряла умильным комком в горле. Задохнуться от этого комка, волевым усилием вернуть дыхание на место и слезть наконец с неземного. У Вовчика получилось. Хотя, нет. Слишком зовущие губищи, чтобы проигнорировать этот факт и пендёхать на водные процедуры.       Нежно полизаться после секса — то что доктор прописал, не? Ещё как — да! Вовчик лёг рядом с неземным, провёл пальцем ему по губам, словно примериваясь, тот с готовностью дёрнулся навстречу и через секунду они целовались.       Лениво, расслабленно, не отрываясь. А помыться они всегда успеют.