Обещание рая

      «Был ты сын казачий, стал ты хвост собачий». Вовчикова бабка, ушедшая в мир иной почти следом за собственнным сыном и Вовчиковым батей по совместительству, будь она жива и в уме сейчас, точно припистонила бы Вовчика вышеозвученной фразой. В переводе с пословице-поговорочного это звучало так: «Совсем ты, парень, хребет потерял, смотреть на тебя противно, тьфу». Бабка была женщиной суровой, авторитетной, имела казачьи корни (которыми очень гордилась), и за словами в карман не лезла никогда.       Била ими не в бровь, а в глаз. Не только словами и не только в глаз, и поговорка про «хвост собачий» была одной из её любимых. Вовчик хоть и мелким был тогда, но хорошо её запомнил. И к себе применил. К себе теперешнему.       А всё потому, что не должен норм поцик быть вечно восхищенной фигнёй с влюблённостью в стопятьсот процентов. Не должен лить слюни литрами и внутренне превращаться в мягкотелый пластилин. И не должен вот так пялиться на спящего пацана и ловить умильных солнечных зайцев с его всклокоченных кучерях и подрагивающих во сне золотистых ресниц!       Вовчик подавил вздох, прикрыл глаза и зарылся носом в подушку. Но практически сразу вернулся к своему чудному утреннему занятию — глазеть на безмятежно дрыхнущего неземного. Любоваться им в открытую — Вовчик ещё не окончательно с кукухи спрыгнул, но втайне, пока никто не видит, включая самого блядского принца Персии, то почему бы и нет?       Был ты сын казачий, ага.       Нет, внешне Вовчик любовные сопли никак не проявлял (морда кирпичом и взгляд волка нонстоп), но пацан сыпался изнутри и скрывать внутреннюю катастрофу становилось всё сложнее и сложнее.       Перед дворовыми пацанами, например. Те хоть и не смотрели пока косо, но когда Вовчик стал возить балеруна на арендованном у Ярика байке утром до метро, а вечером от метро обратно, то даже у самого распоследнего тупицы могли зародиться в башке определённые мысли и ненужные вопросы.       Да-да, Вовчик арендовал у товарища по работе тот самый мотик, на котором мчался совсем недавно с шиномонтажки на встречу к Раю. Всё сложилось удачно. Ярик как раз прикупил себе сильно подержанную бэху, и по этой замечательной причине мотик стал для него временно неактуален. Зато очень актуален он был для Вовы. Райского неземного бесконечно долго задерживали в его балетном училище и, если не иметь колёс, то на друг друга у них оставалось совсем уж с гулькин хрен времени. Да и не фиг Раёчку шаландаться по автобусам. Он танцовщик, у него руки, ноги, да и всё тело на вес золота. И сам он у них на районе, как жемчужина в куче песка — слишком привлекает внимание. Не хватало ещё, чтоб к нему в транспорте прикопалась какая-нибудь некультурная харя! Харя конечно очень пожалела бы, что на свет родилась, если что, — Вовчик уж позаботился бы об этом, но зачем рисковать, если можно не рисковать?       — Вов, а ты знаешь, что черноглазые люди — лучшие гипнотизёры?       Вовчик чуть не вздрогнул от неожиданности. Кучерявое солнце хитро щурилось на него из-под кудрей, и давило такую же хитрую лыбу. Бляха, как давно он проснулся?       — Чё? — изобразил Вовчик удивлённое непонимание.       — Ты своими прекрасными чёрными очами почти прожёг во мне дыру, Вов. Пытаешься подвергуть меня гипнозу во сне?       — Ага. Хочу, чтобы ты притаскивал мне тапки и танцевал стриптиз, на, — выдал Вовчик первое, что пришло на ум. Выдал и немного смутился. Тот райский танец в ночном клубе отдавался в яйцах, стоило о нём вспомнить, а уж стриптиз в исполнении неземного был стыдной и поэтому невыполнимой мечтой.       — Но, ты же не носишь тапки, Вов, — промурчал Рай слишком порочно и провоцирующе, но всё ещё весело играясь. — А на стриптиз я согласен, но только не сейчас. Мы торопимся, не забыл?       Вовчик чуть не застонал от разочарования. Точно, они сегодня должны ехать с самого утра по каким-то экологическим делам неземного. Этот предводитель зелёных должен получить какой-то там именной сертификат на высадку каких-то там кедров в выгоревших сибирских кедровниках. Бляха, и это при том, что Вове только что, хоть и в шутку, но пообещали стриптиз, и что взгляд у Раёчка из весёлого уже превратился во взгляд «сексу быть».       И что сам балерунский обломщик был сейчас весь такой тёпленький сладкий и доступно-ебабельный!       — Да, бляха же муха!       Тепленький и доступно-ебабельный обломщик понимающе усмехнулся, бодро скатился с их общего спального места и бесстыдно засверкал голой задницей в сторону санузла, придерживая ладонью у себя в паху. Вовчик воодушевлённо проводил его взглядом. Кедры, говоришь, Раюсенька? Кедры никуда не убегут, если два пацана чутка пососутся под душем. Не только пососутся — будет супер класс, если кое-кто пососёт кой-чего на дорожку, на.       Вовчик решительно поднялся с постели. Отлить, почистить зубы и незамедлительно взять в плен неземного. Шикарнейший план, на. А несчастные кедры действительно подождут!

***

      — Раймонд, на свою крайнюю эко пати я заказала съедобную посуду нейтрального вкуса и пожалела, что не заказала сладкую. Моим деткам, думаю, бы понравилось!       — Как интересно! Я слышал съедобную посуду делают из сорго, а там высокое содержание микроэлементов. Дети полезной пищей часто пренебрегают, а тут такой чудесный компромисс.       — О, да, и как полезно это для нашей природы, Раймонд! Такая прекрасная замена одноразовой посуды! Я совсем недавно стала эко мамой, но уже отказалась от всех этих шариков на детские праздники и от неэкологической упаковки подарков.       — Восхищён вами, это практически героизм в наше время. Но вашим детям наверное хочется шариков? Как вы выходите из положения?       — Папье-маше — прекрасная альтернатива, Раймонд, мой дорогой. Вот я и…       Вовчик наконец перестал вслушиваться в болтовню Рая с блондинистой тёлкой, присевшей тому на уши и пытавшейся вовсю с ним флиртовать. Дело в том, что после экологической лекции их всех пригласили в банкетный зал и неземной с блондиночкой оказались соседями по столу, быстро найдя друг в друге заинтересованных собеседников. Тёлочка была годной, даже можно сказать красивой, но явно скучала по приключениям и искала их около молоденьких пацанов, вдали от ковавшего немалое бабло мужа.       И как она противно тянет кудряшовское имя: «Раймоу-унд», бля! Богатая сучка, жри свои съедобные вилки, да не подавись, на! Мальчик занят. Два часа назад он сладко сосал мужской хер и тебе здесь точно нифига не обломится.       — Владимир, а можно вас спросить? — дамочка обратила лазоревый взгляд на Вовчика и растянула в улыбке сексуальные губки.       — Если осторожно, то всё можно. — Вовчик постарался смягчить тон, но не особо у него получилось.       — Вы в теме, или только пока интересуетесь? Ну, сохранением нашего экологического пространства?       Если по-чесноку, то только что прослушанная лекция про засорение океана микропластиком Вовчика впечатлила, он понял какое он, оказывается, неэкологическое чмо, но обсуждать это с липнувшей к Раю девкой он не имел никакого желания.       Вот никакого.       — Я предпочитаю трахаться без гондона — это пойдёт? — холодно проговорил он, глядя куда-то поверх зализанной причёски красотки. — А ещё у меня дома посуда тупо многоразовая, но если чё, могу из хлебного мякиша её слепить.       Неземной сжал губы, видимо пытаясь сдержать улыбку, зато дамочка разулыбалась ещё пуще прежнего и даже слегка покраснела, неожиданно посмотрев на Вовчика с острым интересом.       — Было бы забавно, — пискнула она дрогнувшим голоском, но наш пацан на неё больше даже не взглянул. Хотя, при других обстоятельствах трахнул бы в разных позициях и под разными углами, долго не разговаривая.       Следующие десять минут Вовчик провёл молча. Молча жуя банкетное угощение, так как словил укоризненный взгляд Рая и слегка приугас. Угомонить свои ревнивые настроения стоило трудов, но кому сейчас легко?       Когда они наконец оказались у Рая дома, на своей постели, прошло хреново количество времени. Эко какая-то там презентация заняла уйму времени, затем у неземного были обязательные часы занятий балетом и уроками, у самого Вовчика тоже скопилось полно собственных дел по учёбе и помощи по дому маман. А потом он решил для разнообразия немного посидеть с ребятами во дворе и чутка почесать с ними языками за жизнь.       Не только ведь интеллигентненьким экоактивистам болтать своим хорошо подвешенным перед привлекательными сучками!       Да, Вовчик бесился. Но стоило ему втюхаться носом в обожаемые кучеряхи и обнять своего парня (блин, как звучит-то — беспонтово и одновременно круто!) за сильные плечи, как весь негатив мигом испарился. Бляха, и чего бесился-то, идиот? Идиотина ревнивая, бля.       — Ох, Вовка… — горячечно в ухо.       — Ну да, не Раймонд, чё. — Вовка моментально обсыпался мурашками, но взгляд волка и морда кирпичом — помните? И да, от того, чтобы слегка присунуть неземному шпильку он всё-таки не удержался. — Это же только у всяких там принцев выебонистые имена, на.       — Ты невоспитанный ревнивый говнюк, Вов, — фыркнул Рай, бессовестно запуская руку Вовчику под футболку. — Но знал бы ты, как это меня заводит.       Всё. Слова закончились. И что там бабка про казаков говорила?       Рай притиснул Вовчика к стене, большим пальцем оттянул его подбородок вниз и засунул свой горячий язык ему в рот. Блин, словно до мозга засунул. И переворошил там все имеющиеся извилины!       Настало время их поцелуйной войны, в которой Вовчик то позволял Раю вести, то сам срывался в жёсткую атаку и нападение. Тяжело дыша, Рай наконец оторвался от поцелуя, взял правую руку Вовчика, и каждый палец по очереди, от мизинца до большого, погрузил в свой рот, делая пошлые сосательные движения. И при этом смотрел в глаза! Смотрел в глаза и сосал, смотрел и сосал, и хорошо, что Вовчик успел дома помыть руки, да сам весь вымыться до блеска.       Потому что, уже через минуту, или даже менее того, Рай стоял перед ним на коленях и погружал в свой восхитительный рот совсем уже не пальцы!       Как долго можно было вытерпеть такое пацану, у которого и так стояло до боли? Такую охерительно сладкую муку? Вот Вовчик и не смог, срываясь в невыносимо яркое и мощное, опустошающее голову и яйца.       «Я тебя люблю». Вовчик еле сдержался, чтобы не сказать это неземному. Сладкому, румяному, снова по уши обляпанному в сперме и такому разнеженному сейчас. Тоже ведь успел догнаться, чудо зеленошарое. Почти следом за Вовчиком.       — Ну чё, мужик, го отмываться? — Вовчик присел на пол рядом с Раем и притянул его к себе, тут же тыкаясь губами в своё любимое местечко, как раз за кудряшовским аккуратно вылепленным ухом.       — Да нет, Вов, подожди, — хитро хмыкнул неземной, притискиваясь к Вовчику поближе и обнимая его за талию. — Говорят, сперма полезна для кожи.       — И чё? — тут же включился в игру Вовчик, сделав голос нарочито грозным и нахрапистым.       — Ну, так маска же для лица, натур продукт…       — И без неэкологической упаковки, типа?       — Без неё.       — Так вот для чего я тебе нужен, кучеряха? Чтобы морду свою ещё лучше делать и хорошим мальчиком для всех эко сученек быть?       — Ты меня раскусил, железный Блэк, — не выдержал наконец Рай, рассмеявшись. — Раскуси-и-ил!       Ослабевшего от смеха и продолжающего хихикать неземного ничего не стоило взвалить себе на руки и насильно потащить в ванную. Вовчик никогда ни одну девку не таскал на руках, а вот этого белогривого коня таскать было почему-то совсем не в падлу. И в удовольствие даже. Наверное, потому что та дурацкая, неозвученная Вовчиком фраза из трёх слов была самой настоящей правдой.