Житель маленького ада.

Глава 2. Расставание. Глеб так и не смог вспомнить, когда именно он понял, что влюбился в старшего брата. То ли он любил его с самого рождения, то ли не любил никогда, но болен он был вполне определённо. Сколько Глеб себя помнил, ему нравилось, когда Вадим к нему прикасался, поэтому маленький Глебушка никак не мог научиться застёгивать пальтишко и завязывать ботинки, а более взрослый Глеб не мог одолеть на гитаре самые простые аккорды. Глеб всегда был нервным мальчиком и боялся спать один. Родители не видели ничего плохого в том, что почти все ночи младший брат проводил в постели старшего, потому что именно после таких ночей Глеб был бодр, весел и собран. Но никто не знал, что в эти ночи Глеб спал очень мало, он наслаждался каждой секундой рядом с Вадимом, каждым мгновением, он дышал братом. Однажды, когда Глебу было около одиннадцати, Вадим проснулся среди ночи от какого-то прикосновения к лицу. Он открыл глаза, но в комнате не было ничего подозрительного, однако подсознанием он почувствовал пристальный взгляд. И тут, в свете луны он увидел серьезное и очень взрослое лицо Глеба, внимательно наблюдающего за ним. -Что случилось? Тебе плохо? – Вадим первым делом привычно забеспокоился о брате. -Нет, Вадик, мне очень хорошо – интонация Глеба тоже была не по годам взрослой, что с детским тенором создавало устрашающий эффект. Глеб протянул руку и заправил локон за ухо брата. Ошарашенный Вадим потрогал лоб Глеба, тот был холодный и сухой. -Ничего не понимаю, что с тобой, почему ты не спишь? Тебе приснился плохой сон? – Вадим отчаянно пытался найти хоть какое-то рациональное объяснение происходящему. -Да, да, мне приснился сон, и я боюсь заснуть – Глеб словно встрепенулся, вышел из транса и теперь снова говорил как мальчик – обними меня, пожалуйста. -Эх, ты, горе моё – у Вадима отлегло от сердца, так как мир снова входил в рациональные рамки. Вадим приподнял одеяло, схватив в охапку Глеба, прижал его крепко к себе, он почувствовал мелкую дрожь брата, но решил, что это от страха. Глеб же обхватил Вадима, прижался к его груди и уткнулся носом в ямку на основании шеи. -Не отпуская меня, никогда – в голосе Глеба послышались слезы – чтобы не случилось, держи меня. -Никогда – эхом повторил Вадим. Вадим вздохнул, крепко прижал к себе брата и поцеловал его в макушку. Он действительно любил младшего и не мог представить даже ситуацию, когда он сможет оттолкнуть брата, прогнать, сделать ему больно. В скорости Вадим снова уснул, и только Глеб продолжал не спать в ночи. Такие бдения стали для Глеба обыденностью, он пользовался любой возможностью впитать в себя брата, так как понимал, что скоро придет время, когда Вадим уедет из города на учёбу в Свердловск и оставит его. В понимании Глеба разлука равнялась концу мира, рушению всех устоев. Причину своего поведения Глеб объяснить себе не мог. Он понимал, что становится одержим и болен братом, но не находил в этом ничего ненормального, единственной проблемой было лишь то, что от отъезда Вадима до окончания школы пройдёт долгих шесть лет и только тогда можно будет приехать к нему. Но уже в те годы Глеб понимал, что для получения желаемого он способен на многое, даже на шесть лет ожидания. Время до разлуки уменьшалось катастрофически и неумолимо. Глеб ожидал этот момент словно приговоренный к смертельной казни. И вот, день икс настал. Уже несколько дней Глеб был мрачен и нелюдим. Он не хотел ни с кем общаться, но сегодня это состояние достигло апогея. Он даже не вышел к завтраку. -Глебушка, я приготовила завтрак. Иди быстрее поешь – в дверях появилась мама. -Я не хочу – коротко буркнул Глеб. -Глеб, ну что с тобой? Ты в последнее время сам не свой. -Всё со мной нормально. Понимаешь? Нормально. Ну не хочу я есть. Я хочу, чтоб все оставили меня в покое – взвинченный Глеб схватил подушку и метнул её в стену, не заметив, как ушла расстроенная мама. Минут через десять в полуоткрытую дверь комнаты кто-то постучал. Глеб не реагировал. Стук раздался снова, но Глеб даже не повернул головы. -Глеб, что с тобой? – Вадим прошёл в комнату и сел на кровать рядом с братом. -Ни-че-го – практически по слогам процедил Глеб. -Ты маму расстроил – Вадим попытался пригладить волосы Глеба ладонью, но тот увернулся, словно от чего-то неприятного – почему ты меня обманываешь? Я же вижу, что с тобой. -Ты? Да что ты видишь дальше своего носа? – голос Глеба стал опасно высоким, Вадим понимал, что брат слишком близок к срыву. -Ты не хочешь, чтоб я уезжал? Ведь правда? – Вадим взял брата за плечи и повернул лицом к себе. -Совсем нет, можешь уезжать куда хочешь, ты мне совсем не нужен –Глеб шмыгнул носом, а его глаза предательски заблестели. Вадим пристально посмотрел на Глеба, вздохнул и прижал его к себе.Глеб снова шмыгнул носом и вдруг отчаянно обхватил брата за пояс. Глеба словно прорвало. -Вадик, родной мой, хороший мой, не уезжай, прошу тебя –Глеб говорил очень быстро, но едва слышимо, он словно хотел что-то сказать на последнем издыхании перед смертью, это были не слова, а потоки озвученных мыслей – не оставляй меня, я без тебя не смогу. -Глеб, Глеб, родной, ну что ты –одной рукой Вадим прижимал брата к себе, а другой гладил его по голове, пропуская его волосы через пальцы – понимаешь, мне надо ехать. Ведь ты ходишь в школу каждый день? А мне в институт ходить надо. Я не могу здесь остаться, но могу приезжать к тебе так часто, как получится. -Нет, нет, нет, ты не будешь приезжать, ты забудешь меня –Глеб зажмурил глаза, словно пытаясь не видеть свои мысли, он замотал головой и ещё сильнее прижался лицом к груди брата. Вадим осторожно расцепил руки брата, сжимающие его пояс и немного отодвинул брата от себя, чтоб посмотреть ему в глаза. -Глеб, Глебушка, а ну, открой глаза и посмотри на меня – голос Вадима звучал мягко, но очень властно, Глеб не смог сопротивляться этой силе и посмотрел на брата. -А теперь послушай меня. Я клянусь тебе всем, что есть у меня, что буду приезжать, как только смогу. Не каждую неделю, врать не буду, но как только смогу. На праздники и каникулы я обязательно буду приезжать. А потом, когда ты закончишь школу, я заберу тебя к себе в Свердловск. Но будет одно условие, и если ты его не выполнишь, то я не приеду сюда, и ты больше не увидишь меня никогда, ты согласен? – Вадим смотрел в глаза Глеба и просто гипнотизировал его тихим спокойным голосом, мягким перебирание волос, теплым серьезным взглядом. -Что – Глеб шмыгнул носом, но тут же постарался взять себя в руки – что я должен сделать? - - Ты перестаёшь плакать, учишься, хорошо, оканчиваешь десять классов, и, самое главное, не расстраиваешь маму. Ты меня понял? – в последних словах Вадима проскользнула едва уловимая угроза, убедившая Глеба в том, что если он не выполнит условия, то действительно не увидит Вадима. -Да. Я согласен – Глеб вздернул подбородок и на равных скрестил свой голубой взгляд с карим взглядом брата, и он был рад, что смог выдержать это маленькое испытание достойно и не разреветься. Но тут уже не выдержал Вадим. Он смотрел на мокрое личико этого отважного котенка, ставшего ему самым дорогим человеком, и понимал, что теперь придется и ему учиться жить одному без этой обезоруживающей улыбки и постоянного «ну, Ваааадик». Вадим взял лицо брата ладонями и вдруг принялся покрывать его лёгкими невесомыми поцелуями, стараясь осушить горькие слёзы. -Ну, всё? Успокоился? А теперь иди, позавтракай, мне скоро уезжать, пойдешь провожать меня, и помни, хоть одна жалоба от мамы на тебя и ты меня не увидишь. Глеб через силу улыбнулся и кивнул головой. Вадим понял, чего стоили брату эти несложные движения, ободряюще подмигнул и легко щёлкнул пальцем по кончику носа. Вадим вышел из комнаты, прислонился к стене в коридоре и закрыл глаз, его мысли метались в разные стороны, но он понимал, что назад пути нет, он должен ехать, а через шесть лет они с братом воссоединятся, и уже ничто не сможет разлучить их.