Californication

Девушка попросила мужчину приготовить на кухне редакции кофе, чтобы они выпили и обсудили некоторые детали, но он молча рассматривал картину, висящую на стене и достижения, висящие там же. — Меньше всего на свете я доверяю порядочным девушкам, так что не старайся. — Вы издеваетесь надо мной? Куда я пойду, если вы все обо мне знаете? — Хорошо, что ты сама это понимаешь. Он знал, что она сейчас будет плакать, поэтому решил сходить в кафе и купить ей этот злосчастный кофе. Заодно он посмотрит, нет ли нигде никаких подозрительных личностей. Её брат тот еще трюкач и он мог сыграть смерть и улизнуть. Мужчина купил холодное двойное американо себе и двойной эспрессо и два разных эклера. Никаких хвостов он не заметил, поэтому вернулся в офис. Охранник, как и директор редакции, недовольно взглянул на него, но Бэкхен лишь стрельнул по нему поистине убивающим взглядом, от чего тот чуть ли в штаны не наложил. Ну, точно воробушек. Красноволосый постучал костяшкой свободного пальцы по деревянной двери и тут же зашел. Вонен сидела на кресле, развернувшись к стеллажу с книгами. Быстро утерев слезы, последний раз всхлипнув, развернулась, строя из себя железную леди. Оба понимали, что это бесполезно и всем ясно, что она сейчас тут делала. — Вы…вы что сходили в кафе? — заметив стаканы и эклеры спросила она. — Да, оно же через дорогу. Да и из-за меня ты не позавтракала. Так что ешь, а если не съешь, я это в тебя с силой запихну. Признаться, изначально она была намеренна отказаться, ведь неизвестно, что он мог в эти эклеры вколоть… Но потом, Вонен вспомнила про пистолет, который всё-таки вернулся к Бёну и сейчас скрыт за пазухой. — Хорошо. Спасибо. Бэкхен был настроен на мини-диалог по типу «а не отравлено?», но его не состоялось. Тогда он задумался, не перегнул ли он палку. — Если бы я купил тебе торт, ты бы от него отказалась? — Нет. — Почему? — Бери, пока дают. Но, я знаю рамки… — Врёшь и не краснеешь — Хорошо, что вы сами это понимаете, — откусила кусок от эклера и тут же запила его кофе. Бэкхен сел на диван и стал рассматривать кабинет девушки. Тут так же уютно как дома. Нет пыли, политые фикус, драцена и горшки с неизвестными ему цветами. Полупустое мусорное ведро с какими-то бутылками, но они явно не из-под алкоголя. Квадратные минималлистичные часы. На подоконниках пусто. Окно приоткрыто, и ветер слегка шатает жалюзи. Напротив стола эти самые окна, а между ними на стене картина. Пейзаж. Осенний пейзаж. На столе органайзер с канцелярией, подставка под ноутбук, подстаканник. Сзади весь стеллаж пестрел разноцветными корешками папок и книг. — Вкусно… Спасибо ещё раз. — она все доела. — Давай так, я позвоню или приеду вечером. Когда заканчивается твой рабочий день? — Когда как, — ответила она, включая ноутбук и понимая, что ей в любом случае никуда не деться. — Хорошо, тогда я позвоню, когда все выясниться. Мужчина взял со стола карандаш и на листке бумаги быстро написал набор из цифр. — Это мой телефон, если что-то случится. Не бойся и звони, — Бэкхен протянул листок Вонен, которая сразу прочитала цифры несколько раз. Он уже подошел к двери, когда она спросила: — Всё, что угодно? Бэкхён встал в пол-оборота. — Да. — Он кивнул и вышел из кабинета, тихо закрывая за собой дверь. Пока лифт мучительно медленно поднимался на нужный этаж, Бён обратился к девушке за стойкой. — Во сколько она обычно приходит на работу? — Простите, вы о ком? — он даже глаза закатил. Наверняка же всем разболтала, что с Вонен пришел неизвестный. И наверняка хотела подслушать… — А ты подумай своим мизерным мозгом, пока я не замкнул с ним контакт своим членом, — улыбаясь, сказал Бэкхен. — Н-ну… Обычно в 9 она уже работает. Кофе пьет два раза в день. В 12 и в 15. За вторым ходит в кафе и пропадает где-то на час. Если остаётся на ночь, то в шесть часов идет в магазин и закупается едой… Может заказывать ночью еду… Он кивнул и, подмигнув девушке, зашел в лифт. В морге он лично опознал труп. — Мы все проверили, ошибки быть не может, это точно он. Его засекли в том микрорайоне, а потом обнаружили труп. — Что говорит патологоанатом? — Самоубийство уровень 99,9% процента. — 0,01 это что? — Это несчастный случай. Он сначала напился снотворного с транквилизаторами и алкоголем, потом вспорол себе горло. — Понятно… ждём окончательного вердикта. Бэкхен задумчиво стоял над бледным трупом. Его совсем не смущал тот мерзотный запах, от которого было плохо его людям. — Знаете что… — рассматривая лицо трупа начал Бён, — узнайте о нем всё за последние две недели. Просто все. Когда просыпался, когда и где ходил в туалет, что ел, где был, кого трахал… И чтобы в восемь я уже все знал. Если надо подключите всех. — Хорошо, босс. Она не особо засиделась на работе. В девять уже выключала лампу на рабочем столе. Повторяя действие с кондиционером, отругала себя за открытое окно, ведь «зачем проветривать улицу», но потом решила, что хватит с неё сегодня расстройств и стресса, лучше думать о хорошем — она перевела книгу, выполнила двухдневный план и сейчас может со спокойной душой купить себе бутылочку вина и снять стресс в горячей ванной. Устало вздыхая, Вонен уже поднималась по лестнице и доставала ключи, но стоило оказаться на нужном этаже — увидела, что дверь в ее квартиру открыта. Достав из сумки, в которой уже лежало вино, перечный баллончик, она тихо зашла в коридор и по стеночке стала двигаться сначала к ванне, а потом к спальне. Но тут из кухни буквально выпрыгнул мужчина. Но девушка не растерялась, направила ему в лицо баллон и со всей силы нажала. Однако из гостиной на нее тоже набросились двое и схватили. Стоит заметить, что одному из них она умудрилась сломать нос локтем. — Лицо! Мое лицо! Вот тварь! Сразу понятно, что с братом заодно!!! Ей не дали вскрикнуть. Связав и бросив на кровать, как тушу, стали рыться по карманам. Вино из упавшей сумки медленно разливалось по плитке коридора красным пятном. — Я нашел листик с номером! — роясь в её пальто, сказал один. Девушка сразу замычала и замотала головой, из-за чего все обратили на неё внимание и их глаза загорелись. — Точно он. Другой, видно главный, вырвал бумажку и стал набирать номер. — Ну, твой брат попался. Знаешь, сколько он нам задолжал??! 50 000$. Ну ничего, если что, такая красавица, как ты, стоит куда больше. У Вонен на секунду остановилось сердце и тут же потекли слёзы. — Заткнись сучка! — и в этот момент трубку взяли, — алло… Ну что сочок, у нас твоя сестра… Если хочешь, чтобы она сохранила свою честь, советую вернуть нам долг немедленно. — Девушка на кровати тут же завыла и заскулила, она стала отрицательно махать головой и мычать, при этом задыхаясь от слёз. — Где? — сухо разнеслось в трубке — У тебя в квартире. — Поднеси трубку к ее уху. Мужчина выполнил эту просьбу. — Вонен, — начал голос, а она всхлипнула, — все будет хорошо. Поняла меня? Девушка непроизвольно кивнула и он, будто бы видя ее, ответил «хорошо». — Поторопись, а то твоя сестричка потеряет не только хороший вечер. А «сестричка» лежала на кровати глубоко впечатленная. Ее сердце так билось, но почему-то она знала, что, в конце концов, все будет хорошо. — Успокоилась? Что ты так хотела нам сказать? Они сняли кляп. — Вам пиздец, ребятки. Это не мой брат, это был Бён Бэкхен. Двое из мужчин ошарашено посмотрели на босса, но тот лишь улыбнулся. — Забирайте ее… — бросил он и двинулся к выходу, — и разденьте ее до белья. — Зачем? — Посмотрим, сколько за нее предложит. Сколько он задолжал Бёну? — Это конфиденциальная информация, — главарь подошел и со всего маху дал ей пощечину, тут же хватая за челюсть и повторяя вопрос. — Двести тысяч зеленых, — жмурясь от унижения промычала Вонен. — Босс, не бейте её, ведь Бэкхен… — Ты что… забыл кто твой босс? — повернувшись лицом к своим людям спросил чертила. — Нет, Господин. — Кто? — он непроизвольно сжал челюсть Вонен в руке и та заскулила. — Вы Господин… — Хоть ты молчи, сучка… В багажник её! Живо! Этот «Биг Босс» ушёл, а его мальчики подошли к ней и стали раздевать, естественно она сопротивлялась, пришлось сильнее связать. Когда её кинули в багажник, она совсем испугалась. Ведь именно о таком вечере понедельника все мечтают, не так ли? У кого не спросишь «лучший вечер в вашей жизни», все ответят « в багажнике у бандитов, которым задолжал родственник». Кайф, да и только. Саркастично сокрушаясь в голове, она пыталась освободить хоть какие-нибудь конечности от этих пластиковых пут, но бесполезно, она только стёрла кожу. Когда же машина остановилась, и открылся багажник — было уже совсем темно и Вонен не могла сориентироваться в пространстве. Её притащили на какой-то склад, где дико пахло собаками и сыростью. Там было много народу и все так подозрительно хорошо одеты. Когда БигБосс засвистел, все посмотрели на него и его ношу на плече. — Дамы и господа, сегодня у нас будет свежая кровь!!! Поднялись овации, а девушку всю перекосило, от вида ринга закрытого ржавой сеткой. Шлепнув её по бедру и тихо что-то сказав, мужчина приволок её в какую-то комнату и швырнул к стене. — Итак, сейчас ты выйдешь на ринг, где тебе надо будет уложить девку на лопатки или отправить в царство Морфея. Вонен была уже не просто напугана, а в ужасе. Ей оставалось только молиться, чтобы Бэкхён приехал как можно раньше. *** Сразу после звонка, Бён поехал к девушке, он был очень зол и прежнее доброе расположение духа улетучилось. Естественно ехал он не один, а с товарищами, ведь там точно остался кто-то из людей этого мудака. Сняв одного человека ударом ножа в спину на лестничной площадке, забрал пистолет и пулей из него выстрелил в печень второму у квартиры, в которую вошел, надевая черные перчатки. Последний оказался совсем зелёным, его руки тряслись, держа пушку, но он её тут же выронил, получая по пуле в каждое колено от друзей Бёна. Тот, промокнув подошвы в разлитом вине, подходит к рыдающему парню, поднимая его лицо за подбородок. Мальчишка весь в слезах смотрит в желтые глаза и застывает. — Скажи мне, пожалуйста, куда твои братцы-кролики увезли её? — проведя по волосам, спросил Бён. — В гаражи… — Спасибо — и в этот момент сворачивает ему шею, тут же снимая перчатки и бросая их своему напарнику. Вновь наступая в вино, Бэкхён поправляет пиджак и достаёт телефон. — Алло, Чанёль, поезжай на гаражи, пора разрушить этот Форт Боярд. — Это же кто тебя так довёл, что я слышу, как у тебя челюсть скрипит. — Да так, есть один Босс молокосос. Живей. — Уже в машине. Сев в своё Ауди, потому что в гаражах на кабриолете опасно, Бэкхен развернулся через двойную сплошную и поехал на окраину города. Через несколько улиц за ним стали ехать еще несколько машин с его людьми и уже на подъезде к месту, именуемому «гаражами», за ним следовало около 6 машин. Это место известно тем, что тут устраивают собачьи бои и бои девушек, и их непосредственную продажу. Бэкхен никогда там не был именно по этим делам, там любят устраивать сходки другие группировки. Бён давно хотел разогнать этот бедлам, да повода не было. Но теперь им пиздец. Никто не смеет трогать то, что ему принадлежит. Никто не смел до этого вечера. Когда он вышел из машины, достал со второго дна багажника два 17 Глока, оба запихнул сзади и выправил рубашку. Далее достал пистолет-пулемёт и зарядил его. За ним уже собралась не маленькая такая толпа вооруженных и не особо доброжелательно настроенных мужчин, и они все вместе вошли в помещение в разгар боя девиц, среди которых была Вонен. Она выдирала другой волосы и одновременно откусывала часть уха. Лицо в каплях крови, глаза, как у загнанного раненого животного. Соперница же, не щадя лица блондинки, впивалась в него когтями одной руки, при этом ударяя другой прямо в живот. Бэкхен пустил несколько пуль в потолок, из-за чего все сразу же посмотрели на него. Вонен сразу утащили со «сцены». — дамы и господа, я закрываю это место. В этом городе главный я. Если вы хотите устраивать такое, то прошу вас — вон. Собственно говоря, прошу на выход. Никому еще не доводилось увидеть разъяренного Бэкхена до сегодняшнего дня. Тех, кто спешили покинуть помещение не трогали, а тех, кто оказывал сопротивление сначала дырявил Бэкхен, а потом остальные. Вонен под общую суматоху и панику стащили со «сцены» и уволокли в темный проем, куда красноволосый и поспешил. В коридорах было пусто. Сзади него шли двое его парней и прикрывали его спину. Проверяя каждую комнату, они медленно, но верно двигались вперёд. И с каждым пустым помещением, Бэкхён превращался в Везувий, который вот-вот разразится и затопит всё лавой. Тут из какой-то комнаты разнесся женский крик, а потом пара выстрелов. Парни тут же направились туда. У Бэкхена впервые в жизни сердце стучало в висках так громко. Пара капель пота показалась из-под копны волос. Кожа поблескивала под тусклыми лампами, а общая тишина здания настолько отражала их вздохи, что, казалось, вся Калифорния их слышит. Открыв дверь, они увидели такую картину: Вонен в одном, держащимся на особенно выносливых нитках, нижнем белье, со следами веревок и драки на теле сжимает в руках Беретту, а перед ней лежит мужик с простреленной грудью и тяжело хрипит. У девушки сумасшедшие глаза и трясущиеся тело. Она на грани обморока и сумасшествия. — эй, — один из напарников Бёна позвал её, но это было зря, потому что она повернулась и направила пистолет на них, чем вызвала ответные действия, но он, слава богу, промазал. — Опустить оружие!!! — сказал Бэкхён. — но… — я сказал опустить! — он сам медленно положил свой ПП и, выставив руки вперёд, стал подходить к дрожащей шокированной девушке, у которой течёт кровь из носа и не сходятся вместе зубы. Трясущееся дуло метается от одного лба к другому. Взгляд такой, будто она ничего перед собой не видит и поэтому отводит его, чтобы зацепиться хоть за что-то. — Воне, это я, Бэкхён, посмотри на меня… Всё хорошо, опусти пистолет… Она, наконец, посмотрела на Бэкхена. Спустя три секунды здравый смысл включился, наличие пистолета в руках обожгло и он выпал из рук. Вонен стала отходить от него, но врезалась в угол комода и упала. Бён ринулся к ней, поднимая лицо рукой и заглядывая в глаза, проверил наличие здоровой психики и обнаружив её остатки в виде слёз в уголках глаз, снял с себя пиджак и накинул ей на плечи. — сможешь идти? — да… Он помог ей встать, но не успела она сделать и шага, как начала падать, красноволосый взял её на руки, чем удивил всех встречающихся ему людей. Остановившись у одного из своих сказал, — уберите того сутенёра с глаз долой. — Как, босс? — Щенкам необходимо воспитание взрослыми особями, так ведь? — понял. На улице было холодно, поэтому Вонен тут же задрожала. — сейчас согреешься… Как ты вообще? — нормально, спасибо, — стуча зубами сказала девушка и сама слезла с его рук, тут же ныряя на заднее сиденье машины. Будь она в более трезвом состоянии, извинилась бы за испачканное сиденье, но сейчас она была слишком нестабильна, чтобы вообще хоть что-нибудь говорить. Бэкхён сказал ей подождать какое-то время и закрыл дверь. Блондинка расплакалась от перенапряжения и осознала, что не помнит того, что происходило после момента, когда услышала выстрелы и до того, как увидела Бёна перед собой. Оно и к лучшему. Спустя пару минут, когда она более-менее согрелась, появился сам спаситель. — Я испугалась… — тихо сказала она, когда они ехали. — Сказал же, что все будет хорошо. — Да… Он обеспокоенно посмотрел на неё через зеркало заднего вида, но она этого не увидела, потому что наблюдала за течением пейзажа за окном. Но маршрут и локации не соотносились с маршрутами движения к её дому. — А куда мы едем? — ко мне домой, у тебя в квартире разлита бутылка вина и два трупа. — Боже… до сих пор? — нет, трупы убрали мои люди. — тогда отвезите меня домой, пожалуйста. — но… — пожалуйста, — этот тон был больше похож на командный, нежели просящий, но Бён решил — пусть делает, что хочет. С чего ему вообще о ней волноваться. Две сотни он свои получит в любом случае. Резко развернувшись, Бён быстро доехал до её дома и поднял в квартиру, не успел он остановиться у двери в квартиру, как блондинка спрыгнула с рук и дверь перед его носом закрылась на все четыре замка, которые там только были. Вернувшись в машину, он недовольно выдохнул, посмотрел на горящие желтым окна и, удивившись странному чувству в груди, нажал газ и поехал в клуб. В пути его легкие как-то непривычно ныли, будто уговаривали вернуться обратно. Стоит заметить, что Бэкхён всё понимал, и то, что с ним происходит ему не очень то и нравилось на самом деле… Проще быть одному или всяко не с женщиной, (да, он позиционировал себя как бисексуала), но при всём этом, желание остепениться и иметь наследника часто посещало его голову. Своё странное отношение с прелестным полом Бён обычно объяснял так: «Вот ты покажи им палец, они выдумают ещё пять». Что касается половых связей, ему, как мужчине в самом расцвете сил, был необходим секс для нормальной работы мозга и удовлетворительного душевного состояния. Но чувства тоски, встречающие его дома в особо грустные дни, заставляют мужчину падать духом, что плохо сказывается на следующем дне и общем фоне его настроения. Поэтому он частенько наведывается в клуб, чтобы снять стресс алкоголем и развлечься с девочками, ну или мальчиками. Если хватает сил и терпения, то Бён, выбирая себе спутника в постель, везёт его в мотель, а если нет, то как-то справляется в туалете и с чистой головой, и не совсем чистым телом и совестью едет домой, где после душа только и успевает дойти до постели. Сейчас же он прекращает общаться со своими товарищами как босс и переходит на более дружескую ноту, тем более с некоторыми из них он правда дружит, но вынужден общаться более формально, чтобы не снижать планку общей дисциплины. Он так же вальяжно как в кабинете уселся на прожжённый в некоторых местах диван, девушки тут же окружили его, как ночник окружают мотыльки, и стали умело, но очень неуместно его соблазнять. Настроение у Бёна было так себе, и он решил, что нужен удар в голову и заказал себе текилу-бум… шесть раз. На душе уже после третей кошки заткнулись, после пятой жизнь стала светлей, а после шестой он уже во всю игрался языком с какой-то из девушек, а потом с другой. Он сидел на диване и поворачивался то к одной, то к другой, пока первая нежно гладит его руки и тело. Друзья же, в число которых входит Чанёль, смотрели на эту ситуацию, медленно перерастающую в порнографию, и не могли понять, что происходит, ведь обычно их главарь отмахивается от рук и долго высматривает, кому он хочет засадить член, а не пулю. Но самое кошмарное началось позже, когда разморённый дразнящими ласками Бён затащил-таки одну из тех девиц в туалет. Вот он её целует и в голове вспыхивает образ Вонен и… у него встал колом. Не то, чтобы он был не рад, просто у него это впервые, когда он представляет кого-то, а не наслаждается тем, что непосредственно перед глазами. Вдалбливая девушку в стену кабинки, он вспоминал лёгкость и теплоту её тела на своих руках, как ей шел его пиджак на практически голое тело, тот золотистый халат и помаду. Ох… отпустив шлюху и поставив её на колени, он благодарил алкоголь за туман в голове, потому что на трезвую голову всё не было бы так… Пока та самозабвенно и до невозможности вульгарно и пошло отсасывала он представлял как это нежно делает Вонен. — да… — это само вырвалось. Он бы с удовольствием сделал ей макияж в стиле «минет» с размазанной помадой, а потом нежно или не очень, в своей любимой позе, которую он использует только с избранными, отлюбил бы её до потери сознания. И представляя эту сцену в своей голове, схватился руками за верхушки кабинки стал грубее вторгаться в рот этой шлюшки. Апогеем этой безумной фантазии стал проскользнувший воображаемый стон блондинки, вцепившейся в его плечи. Ох, этот стон был настолько прекрасен, что Бён, кончая на лицо клубной девки, не мог поверить в его ирреальность. Отдышавшись, он вышел к умывальникам и привет себя в порядок. Оставив на столешнице рядом с раковиной зеленые купюры, он молча вышел в зал, выпил ещё текилы и вызвал такси, сейчас он слишком пьян, чтобы вести машину. Чувствовал он себя паршиво и гадко, ему казалось, что он мысленно, до невозможности пошло, в кабинке ночного клуба и, трахая шлюху, опорочил и надругался над девушкой, у которой сейчас серьёзные трудности. Бёна внезапно поглотило чувство стыда и вины. — Чанёль, — пялясь в пустоту перед собой, позвал он, — Вонен тебя видела в лицо сегодня? — Вроде нет, — удивленно посмотрел на него друг. Бён после секса обычно… Да он сегодня вообще сам не свой. — Тогда пригляди за ней до того, как всё проясниться. — Хорошо. — Такси приехало, я ушел, — мужчина встал. — Да, пригнать завтра твою машину? — было бы офигенно с твоей стороны. До дома он доехал быстро, если не считать тот факт, что он уснул на заднем сиденье такси. После душа промочил своё горло питьевым йогуртом, заменившим ему ужин, и уснул, так и не допив бутылку. Чанёль, подъехав к дому Вонен, застал её курящей на балконе.