Study sessions (for dummies)

Непредвиденные «каникулы» закончилась ошеломительно быстро. Девину казалось, что с момента, как он так рисково предложил Фэйрклиффу остаться у него, прошел всего день или два — но нет, целая неделя пролетела. Снежный фронт ослабел, метели сошли на нет, сменившись обычной зимней погодой, и в первый день занятий Девин едва не проспал — к счастью, его невольно спасла мать, прилетевшая домой самым ранним утренним рейсом. Она, заваривая на ходу кофе, с понимающей улыбкой согласилась подвезти его до школы, и Девин, вяло жуя исключительно полезный сэндвич, открыл диалог с Честером.

Знаешь, похоже, я скучаю по звуку твоего голоса с утра. (8:27)

Честер через пару минут прочел, но ничего не ответил. Девин сначала иррационально расстроился, а потом рационально задумался — а вдруг тот тоже проспал и торопится? Только вот его подвезти, вероятно, некому.

Может, тебя подкинуть до школы? (8:35)

Фэйрклифф: ммм (8:37) Фэйрклифф: палево (8:37) Фэйрклифф: да и вышел уже (8:37) Фэйрклифф: но спасибо. оценил (8:37) Девин вздохнул. Как-то паршиво все равно. Пока они ехали по заснеженному городу — дороги и тротуары почистили, но деревья и дома словно с рождественских открыток сняли, — Девин, подперев кулаком щеку, хмуро пялился в окно. Да что такое? Вроде бы даже выспался более или менее, ничего не забыл сделать, с чего такое настроение? Плечо, конечно, все еще ныло, но это был результат перенапряжения (весьма приятного…), а не травмы, Девин был знаком с этими ощущениями. Мать завернула на пришкольную стоянку, непривычно заполненную машинами, припарковалась и постучала пальцем по щеке, намекая на заслуженный поцелуй. Девин давно прошел период, когда взаимодействие с родителями его смущало, и сейчас в своей благодарности был искренен: он бы действительно никак не успел без ее помощи. Мать пожелала напоследок удачного дня, Девин, улыбнувшись, ответил ей советом хорошо отдохнуть после командировки и открыл дверь. За пределами прогревшегося салона было омерзительно зябко, и настроение снова скакнуло вниз. Девин начал догадываться, в чем дело, когда в шумный класс за пару минут до начала занятия проник Честер — как всегда хмурый, сонный и затянутый в мешковатые шмотки. Торнтону хватило одного секундного взгляда, чтобы вспомнить, как уютно Честер выглядел в его футболках, тоже ему великоватых, расплыться в едва заметной усмешке и с невинной мысли о футболках перескочить на совершенно порнографическое воспоминание о высоко вскинутой, алой от шлепков заднице с тугой мокрой дыркой. Он встряхнулся, с трудом возвращаясь в настоящее, и почувствовал, как теплеют скулы. Привставший член ощутимо упирался в ширинку узких классических брюк. «Блядь, надо было вздрочнуть в душе с утра, а не…» — он потер переносицу, расслабленно закидывая ногу на ногу, и старательно сделал вид, что это не его тут завело с пол-оборота. К концу занятия Девин был готов признать, что официально ненавидит Честера. И себя тоже. Себя, конечно, в большей степени: он уже оказывался пару раз в такой гормональной ловушке, когда его привычно низкое либидо неожиданно взлетало до небес, ставя его в неудобное положение. Обычно это было связано с тем, что он достигал определенной близости с важными ему людьми и немного влюблялся в них (и именно с ними у него возникали внезапные фантазии, и странные желания… и, как закономерный результат, неудобные стояки), но… Он всегда справлялся с этим, так или иначе. Обычно — с помощью изрядно охлаждающих мыслей о том, как он феерично все испортит, подумав не той головой. С Честером же все было иначе. Фэйрклифф просто- Да блядь, какая влюбленность, они трахались целую неделю, зачастую по нескольку раз за день, и если в первые дни Девин думал, что второй и третий раз возбудиться будет сложновато, то сейчас… Да он просто привык к такому темпу! И ловил неминуемый отходняк. Спустя пару часов Девин серьезно задумался над тем, чтобы в обед запереться в кабинке мужского туалета и по-быстрому подрочить. Это была бы позорная капитуляция, плюс он не был уверен в том, что никто не обратит внимания на его подозрительные действия, плюс… Он с долей раздражения уставился в учебник. Он не был уверен, что не оставит следов. Точнее, он был уверен в обратном. Сложно, блядь, оставаться аккуратным, когда… Он мысленно нарычал на себя и вернулся взглядом к началу абзаца — один хрен читал, не вникая. В обед он почти написал Честеру, но заставил себя стереть еще не отправленное сообщение. Вмешивать в свои проблемы того, кто в этом не виноват — «виноват!», кричал дьяволенок на плече, «это с ним мы так отчаянно хотим переспать!»; Девин старательно отметал все мысли и ассоциации, возникающие после слова «переспать», — так вот, вмешивать невиновных было неправильно. Последним занятием стояла алгебра, да еще и с такой неудачной по времени проверочной — она должна была случиться на прошлой неделе, но сдвинулась вместе с «каникулами». У Девина все равно дальше была тренировка, перед которой волей или неволей придется раздеться, и Торнтон не удержался. Перемена еще не закончилась, и он все-таки торопливо открыл диалог, пряча экран.

У меня есть предложение. (15:56) Оно неприличное. (15:56)

Фэйрклифф: …предположим (15:56)

Если вдруг сделаешь задания раньше срока (15:57) У тебя нет на примете какого-нибудь тихого места? (15:57) Безлюдного. (15:58) И желательно с дверью. (15:58)

Фэйрклифф: охохо! (15:58) Фэйрклифф: предположим, есть (15:58) Фэйрклифф: это как-то связано с тем, что ты с утра заставляешь парней завидовать и комплексовать? :D (15:59) Честер обернулся, что-то ища взглядом — и мимоходом одарил Торнтона зубастой ухмылкой. Девин тяжело вздохнул (постарался не думать о том, как часто Фэйрклифф неприлично пялится на него, или как хорошо знает, чтобы заметить его состояние), но ответить не успел: в дверях появился Блейксли с бланками. Сосредоточиться на задании в этот раз было очень сложно. Девин чувствовал себя отчаянно тупым, со скрипом продираясь через возбужденную дымку. Да он даже в графиках видел какую-то непотребщину, боже, блядь! Впервые за полгода он был не первым, кто сдал работу, а в лучшем случае пятым — и то у него было подозрение, что во второй задаче он ошибся. Но Честер уже шел к учительскому столу, и Девин вспомнил, какой он красивый под всеми этими слоями одежды, и, в общем, проверочная пошла далеко и надолго. Но он, пялясь в бланк с умным видом, все же выдержал небольшую паузу перед тем, как пойти сдавать работу. Если бы они свалили одновременно, это могло бы выглядеть странным (а может, и нет, Девину сложно было рассуждать здраво). Когда он выходил из класса, смартфон завибрировал. Честер парой сообщений объяснил, куда идти, и Девин, стараясь не выглядеть подозрительно, поднялся на третий этаж. Это оказалась маленькая, пыльная каморка со стеллажами у стен, заставленная всяким техническим хламом и коробками. Пахло какой-то лимонной химией. Окон внутри не было, лампу зажигать Честер не стал, и единственным источником света был включенный на смартфоне Фэйрклиффа фонарик. Девин тихонько прикрыл за собой дверь и с удивлением заметил в замочной скважине ключ. Он глянул на Честера, и тот закивал, делая жест, как будто он медленно закрывает дверь на оборот. Девин плавно повернул ключ — и услышал тихий щелчок. Он аккуратно опустил сумку рядом с рюкзаком Честера. Места тут было мало, а вот хлама, который можно было бы шумно уронить — много, и Честер приложил палец к губам и поманил его к себе, подальше от входа, к углу, заставленному большими коробками, на которые парень опирался спиной. Он выключил фонарик и быстро напечатал что-то. Ткнул смартфон Девину в руки; на экране были открыты заметки в ночном режиме, и белыми буквами было написано: «Тут иногда травой торгуют, мне повезло наткнуться на ключ. Чего хотел?». Девин окинул его взглядом и напечатал коротко: «Тебя». Показал Честеру — и заметил в свете экрана, как изумленно дернулись вверх брови, и как по тонким губам быстро скользнул влажный язык. Парень потянулся за смартфоном, но Девин не отдал и, чувствуя себя одновременно смелым, глупым и охуенно возбужденным, быстро допечатал: «Пожалуйста. Мне не важно, как. Главное, чтобы это был ты. Хочешь, отсосу?». Честер отобрал у него смарт — и, прочитав, чуть не уронил. Уставился на Девина округлившимися глазами — и Девин, посчитав это за ответ, медленно опустился перед ним на колени, не разрывая зрительного контакта. Ему было уже плевать на выглаженные брюки, и на лезущий в нос запах лимона и пыли, и на то, сколько времени у них есть. Он провел ладонями по бедрам Честера: снаружи, сверху вниз, и внутри, от колен до паха, нащупывая грубый шов джинс, — задрал толстовку, нашел болт на поясе и остановился. Честер все еще ничего ему не ответил, только пялился, краснел и нервно облизывал губы. Девин чувствовал, как быстро ходит в дыхании пресс почти под самыми костяшками, и как давит на палец тупая металлическая кромка, и как возбужденный член натягивает ткань под его кистью, и… Фэйрклифф бесшумно вдохнул полной грудью. Прикрыл ладонью фонарик и снова включил его, и торопливо засунул смартфон на стеллаж сбоку от Девина — так слабый свет не бил им в глаза. Наклонился к Торнтону, обнимая его лицо ладонями, и коротко, но мокро и возбужденно поцеловал. Заерзал, аккуратно снимая толстовку, сложил ее и закинул на спину для удобства. Прижал к красному лицу ладонь и мелко закивал, свободную опуская Девину на плечо. Девин расстегнул болт, тихо опустил собачку ширинки, сдернул джинсы — Честер шире развел ноги, не давая им съехать ниже приличного. Не сдержав ухмылки при виде ярко-красного белья, Девин аккуратно высвободил уже твердый член. Ухмылка стала шире: Честер был непривычно, начисто выбрит. Девин потер пальцами голый лобок — еще даже не колется толком. Фэйрклифф коротко сжал его плечо, совсем красный, и изобразил, как натягивает сложенные кольцом пальцы на два выпрямленных. Девин догадался, что он имеет в виду защиту, и отрицательно покачал головой: возможно, это было глупо, но он хотел без. Собственный член, прижатый строгими узкими брюками, ныл почти болезненно. Честер закрыл пылающее лицо уже двумя ладонями. Девин легонько выдохнул горячий воздух на мокро блестящую темно-розовую головку. Парень дернулся всем телом, а член подскочил еще выше. Девин ткнулся ближе, потерся кончиком носа о гладкий низ живота, нащупал губами намечающуюся венку у основания, проследил ее языком, не удержался и сдвинулся ниже, по очереди обхватывая губами подтянувшиеся яйца, — Честер сверху издал какой-то хрип, — и, продолжая вылизывать, задвигал туда-сюда шкурку. Нежная кожа здесь особо остро пахла собственным запахом Честера, терпким, знакомо-приятным. Быстрыми касаниями губ Девин поднялся до головки, обхватил ее губами и медленно втолкнул член в рот. Языком он продолжал уверенно касаться чувствительных местечек, потер кончиком уретру, сочившуюся горьковатой смазкой. Член пульсировал во рту, а Честер там наверху, кажется, старался не дышать. Девин неторопливо задвигал головой, заново привыкая к ощущению наполненности, и непривычно распахнутой челюсти, и необходимости прятать зубы. Одновременно он высвободил одну руку, вслепую разбираясь с собственной ширинкой — и сжал твердый член прямо сквозь ткань белья, когда Честер опустил обе ладони ему на голову. Фэйрклифф едва ощутимо провел ногтями от висков до затылка, массируя кожу головы до приятных мурашек, и оставил руки там. Теперь он задавал ритм — ненавязчиво, но требовательно. Головка ткнулась в горло, и Девин, вспомнив чужой совет, сглотнул; сверху раздался выдох, слабое, но громкое в абсолютной тишине «х-ха». Честер трахал его мелкими скупыми движениями, так, что уздечка часто терлась о язык, и наверняка кусал губы, чтобы не стонать. Девин старательно сглатывал перемешанную с предэякулятом обильную слюну и резко двигал левой по собственному изнывавшему члену. Отчасти ему даже нравилась пикантность ситуации… Пока за ручку двери кто-то не подергал. Возбужденно красневший Честер замер, болезненно сжимая короткие волосы в пальцах, и испуганно глянул вниз. И он, и Девин застыли, стараясь даже не дышать, но Торнтон умудрился едва-едва погладить его по бедру, успокаивая. Чужой твердый член все еще растягивал губы, и в голове мутилось настолько, что Девин был даже готов оказаться замеченным в такой компрометирующей ситуации — на коленях в какой-то ссаной подсобке, с членом наперевес отсасывающим парню… Хотя рациональная часть его где-то внутри говорила устало: нет, не готов, — но сейчас Девину было даже на собственную рациональность глубоко похуй. Дверь дернули еще пару раз, и раздались удаляющиеся шаркающие шаги. Честер глубоко вздохнул, откидывая голову на коробки — и слегка потянул Торнтона за затылок, отстраняя. — Нам небезопасно здесь оставаться, — едва слышно прошипел он — и закатил глаза, когда несогласный с ним Девин, сопротивляясь из принципа, плотнее сжал губы. Но упорствовать Честер не перестал, и Торнтон все же дал члену выскользнуть, медленно, с тихим влажным звуком. Девин неохотно выпрямился и облизнулся — челюсть устало тянуло, но демоны внутри довольно пировали. — Пожалуйста? Дай мне довести тебя до оргазма, — попросил он так же тихо, сдержанно касаясь правой обнаженной части бедра и пробираясь под толстовку. В ладонь ткнулась острая тазовая косточка, Честер снова запрокинул голову, кусая нижнюю губу — и надавил Девину на затылок. В этот раз было быстрее и грубее, но границ Честер не переходил, и Девин почти не давился. Он дрочил себе, невольно копируя темп, с которым его насаживали на член, но этого немного не хватало. Оргазм теплился где-то рядом, вздымался все выше, но раз за разом ускользал: Девина слишком отвлекала заполнившая рот твердость. Честер выдохнул резко, напрягая пресс, еще раз, сжимая ладони в кулаки, сгибаясь к Девину, и еще — и солоноватая сперма брызнула на язык. Девин застыл — подождать и выплюнуть или не ждать и сглотнуть? — а потом вспомнил о том, что у них мало времени, и затоптал поднявшую голову брезгливость, быстро глотая густоватое и солоновато-странное. Честер крупно содрогнулся, стоило напоследок облизать головку, и, кажется, слегка съехал по коробкам ниже. Подхватив его за бедро, Девин уткнулся лбом в джинсы и быстро, грубо задвигал рукой. В этот раз ему ничего не мешало довести себя до оргазма — настолько тяжелого и выстраданного, что на какую-то секунду Девин ослеп и немножко оглох от буйного удовольствия. Честер вяло дернулся, длинно выдохнул — похоже, не издавать звуков для него оказалось действительно сложно, — и Девин, с трудом отстранившись, увидел, как тот постукивает указательным по кисти. Девин закивал — и удивился, когда Фэйрклифф сунул ему пачку салфеток. «Боже, какой ты продуманый», — молча восхитился он, от помощи не отказываясь. Он избавился от следов на себе, глянул на мокрые брызги, разметившие низ коробки и бетонный пол, — и махнул рукой. Не велика потеря. Настроение было привычно ровным и непривычно благодушным. Они застегнулись, привели себя в порядок — Девин отряхнул покрытые белой пылью брюки, Честер скрыл удовлетворенный румянец под капюшоном толстовки, — окинули друг друга внимательными взглядами под слабым светом фонарика. Честер неожиданно хлопнул себя по карману, вытащил пачку жвачки и толкнул Девину. — Не спорь, — прошипел он, снова краснея. Девин пожал плечом, закидывая в рот пластинку — резкий мятный вкус мгновенно лишил его возможности чувствовать что-то еще. Они аккуратно открыли дверь и, проверив, что коридор чист, разошлись в разные стороны. Девин чувствовал себя неприлично, по-звериному довольным до самого вечера. После тренировки — довольно успешной, учитывая паузу в занятиях, — он, вытирая голову, включил смартфон и обнаружил уведомление. Честер написал ему еще час назад. Фэйрклифф: и все-таки, что это, блядь, было? (17:43) Девин усмехнулся — и выключил экран, стоило стоявшему рядом Брайану «незаметно» покоситься в его сторону, пытаясь подсмотреть. — В свой смотри, — скупо посоветовал он. Брайан фыркнул, растирая голову полотенцем. — Ну и что тебе написала Глория, что ты так лыбишься? Скинула фотку без формы? — он пошло подвигал бровями. Девина разобрал смех, но отвечать он не стал. К диалогу он вернулся только тогда, когда пришел домой и разогрел себе ужин. Лениво разделяя вилкой филе лосося на пару, он открыл диалог — и, увидев, что Честер онлайн, быстро набрал левой ответ.

Извини, был занят. Тренировка. (19:23) Не очень понял, в чем вопрос. (19:23)

Фэйрклифф: хуль ты (19:24) Фэйрклифф: да бля (19:24) Фэйрклифф: издеваешься? (19:24) Фэйрклифф: думаешь, я постесняюсь? (19:24) Фэйрклифф: что за внезапное желание отсосать мне посреди дня? (19:25)

Не тебе же одному творить рисковые штуки, да? (19:25) Не мог сосредоточиться ни на чем другом. (19:25)

Фэйрклифф: … (19:26) Фэйрклифф: …… (19:26) Фэйрклифф: нет, это было конечно охуенно (19:27) Фэйрклифф: но ты не думал, что бы было, если бы нас запалили? (19:27) Фэйрклифф: твоей репутации конец (19:28) Фэйрклифф: совсем! (19:28) Фэйрклифф: если бы было наоборот, еще какой-то шанс бы оставался (19:29) Девин закинул в рот немного рыбы с овощами и лениво постучал по экрану.

Гомофобно как-то звучит. (19:30) Самогомофобно? Ауто? (19:30)

Фэйрклифф: правда, что ли?) (19:31) Фэйрклифф: черт, мне, конечно, приятно, что ты тоже хочешь сделать мне хорошо (19:32) Фэйрклифф: и берешь меня на слабо своими рисковыми идеями (19:32) Фэйрклифф: (я тоже так могу!) (19:33) Фэйрклифф: (даже лучше!) (19:33) Фэйрклифф: но соизмеряй. никакой, даже самый охуенный отсос в кладовке не стоит отбитых внутренних органов и парочки переломов (19:34)

Какой-то ты мрачный. (19:34)

Фэйрклифф: у меня мать в приемном покое работает. я не мрачный. (19:35) Фэйрклифф: я, к сожалению, реалист (19:36) Фэйрклифф: а теперь еще раз, но серьезно — что на тебя нашло? (19:37) Девин задумчиво жевал, думая, как лучше ответить. Честер все время говорил о взрослых разговорах, и он попытался быть честным.

Привык за неделю к мысли, что мы можем спокойно потрахаться в любой момент. С утра был на взводе. Подумал, что из этого можно извлечь пользу для обоих. (19:43) Неужели никогда не фантазировал о похожем сценарии? (19:44) Расслабься, я понял. Больше не буду принимать необдуманных решений. (19:46)

Фэйрклифф: нет, ну предположим фантазировал… (19:48) Фэйрклифф: но в моих фантазиях наоборот обычно было знаете ли (19:48) Фэйрклифф: но и так оказалось клево. (19:49) Фэйрклифф: да блядь, я вспомнил, как ты на меня смотрел снизу вверх и у меня встало (19:50) Последнее сообщение Честер мгновенно удалил. Девин тихо рассмеялся.

Если что, ты знаешь, кому можно написать. Я открыт к предложениям, отец в очередной командировке. (19:51)

Фэйрклифф: иногда я не знаю, что я сделал, чтобы заслужить тебя 💔 (19:52) Фэйрклифф: что насчет среды? (19:52) Девин свернул диалог и открыл календарь со своим расписанием. Такой разговор нравился ему гораздо больше.