Розка и Янка: Истории

Не сказать, что Роза с Яной перерабатывали, но иногда им просто хотелось устроить себе выходной — не притрагиваться к инструментам, ничего не сочинять, да и вообще с постели не вставать, а просто наслаждаться отдыхом и компанией друг друга. Сегодня за окном лил самый противный из всех видов дождей: унылый, медленный и серый. Такой часто бывал в Катамарановске в конце октября — природа будто была на последнем издыхании перед своей зимней спячкой, даже нормальный ливень ей было лень зарядить. На улицу выходить совершенно не хотелось, поэтому Роза с Яной и решили поваляться дома. С самого утра Роза заметила, что Яна какая-то слишком тихая и загадочная. Нет, конечно, она никогда не фонтанировала энергией, но и такой «пришибленной» становилась только тогда, когда вмазывалась наркотой, либо… находилась в игривом настроении. Роза пристально следила за Янкой, поэтому могла с уверенностью утверждать, что та уже давно ничего не употребляла, так что пресловутая черняжка причиной её настроения стать не могла. Почему Яна вечно так сильно стеснялась своих желаний и краснела похлеще помидора от каждого прикосновения, для Розы до сих пор оставалось тайной. Они были вместе уже пару лет, за это время Яна услышала от Розы кучу комплиментов, и поймала ещё больше поцелуев, так что Розе, никогда не страдавшей от комплексов или неуверенности в себе, поведение Яны казалось странным. Вот, например, сейчас Яна, такая красивая, бледнокожая, нежная, с привычно холодноватыми руками лежала под одеялом, слушала Розкину болтовню и прямо на глазах становилась алой. Причём, скорее всего, от собственных мыслей, потому что Роза ничего такого, чтобы прям такого, не говорила. Розе надоело, что она жмётся-мнётся, для неё самой-то девизом было: «Хочешь — скажи», поэтому она решила привычно взять дело в свои руки. — Янк, принеси-ка чего-нибудь похавать, — улыбнулась Роза. Та, коротко кивнув, аккуратно встала с кровати, поправила ночнушку и вышла из комнаты. Пока её не было, Роза стянула с себя майку, растерла на запястьях и шее несколько капель болгарского розового масла, заплела косу набок и, прикрывшись одеялом, села на кровати, выжидательно смотря в сторону двери. Когда Яна появилась в спальне с батоном в руках, её взгляд тут же упал на Розины голые плечи, и она покраснела так, что почти слилась по цвету со своими волосами. — Запрыгивай, — похлопала по кровати Роза. Яна, нервно сглотнув, уселась рядом с ней, оторвала большой кусок заманчиво пахнущего ванилином батона и молча протянула его Розе. Та быстро проглотила его, даже не поперхнувшись, и низко наклонилась к Яне, почти задевая её своей грудью. — Ты как, в поряде? — коснулась она её щеки. — Я… Ну… — начала мямлить Яна. — Скажи, блин, прямо: «Я тебя хочу», — перебила её Роза. — Ну, это как-то… — у Яны мгновенно перехватило дыхание. — Я не могу. — Хочешь, но не можешь сказать? Или чего? — задорно улыбнулась Роза. — Ну, Роз, я… Ладно, — и она так резко припала к Розиным губам, что та ахнула от неожиданности. Яна гладила её по волосам, расплетая косу, прикасалась холодными пальцами к её голой спине так легко и невесомо, но точно и точечно, что Роза не могла сдерживать стоны. — Блин, — чувствуя, как сердце ускоряет и ускоряет ритм, Роза сняла с Яны ночнушку, скинула с себя одеяло и прижала её к себе крепко-крепко. Теперь она слышала, что Янкино сердечко тоже бьётся с бешеной скоростью.   Природа не одарила Яну выдающимися формами, Розе же, напротив, этого добра досталось сполна, и если в одежде такая разница была не слишком заметна, то без неё — просто разительна. Это всегда казалось Розе забавным, даже, блин, в грудях они были полными противоположностями. Субтильная, похожая на фарфоровую куклу Яна и спортивная, высокая, развитая Роза — такие разные, но понимающие друг друга почти без слов. Например, Роза знала, как Яне нравится аромат розового масла. Она сразу это заприметила, ещё когда они только начинали проявлять друг к другу интерес. И поэтому, если была возможность, она всегда использовала его вместо духов, как сейчас. Яна, вдыхая аромат масла с её кожи, так щекотала ей шею, что Роза буквально дрожала от удовольствия, кусая губы. Сама же Яна давно считала Розину любовь к решительности. Не к грубости, ни в коем случае, а именно к некой порывистости. С ней не стоило быть деликатной, например, бояться удариться во время поцелуя зубами или нечаянно оцарапать. Наоборот, если такая неприятность случалась, Роза потом рассматривала красные неровные полоски на своей коже и загадочно посмеивалась. Для неё это было частью игры. Водя подрагивающими от волнения и возбуждения руками по телам друг друга, целуясь и дыша так часто, что в глазах темнело от переизбытка чувств и кислорода, Роза с Яной буквально сливались воедино, идеально ощущая друг друга. То мгновение, когда экстаз горячими волнами накрывал их, они обычно тоже переживали вдвоём, крепко переплетая пальцы свободных рук. В такие моменты Розе казалось, что в синих Янкиных глазах она видит свет далёких планет, Яне же Розины ярко-зелёные глаза представлялись самыми прекрасными летними лугами. Для них любовь всегда была красивой, и сегодняшний раз не стал исключением. И унылый осенний дождик, мерно барабанящий за окном, как бы ни старался, не мог перебить ту чувственную бурю, которая бушевала в маленькой квартирке между двумя яркими, непохожими, и так прекрасно дополняющими друг друга девушками…