Autumn tales

В старшей школе все довольно просто, если смотреть поверхностно: с самого первого появления, с первых же впечатлений на тебя сразу же навешивают ярлыки, и еще повезет, если получится их сбросить или хотя бы сменить на более благоприятные. Тэхёну вот не особо повезло. Он с ног до головы увешан ярлыками, как вещь на распродаже: заучка, тихоня, маменькин сыночек; включите любой подростковый фильм про школу, и типаж ботаника (который там, естественно, окажется) будет калькой с Тэхёна. Но опять же. Все просто, если смотреть поверхностно. — Я бы вот хотел поцеловать Дженни Ким, — делится Чонин таким сокровенным шепотом, словно это информация государственной важности. — У таких девчонок, как она, наверняка много опыта. Тэхён закатывает глаза. Ну конечно, они парни в самом расцвете пубертата, тем более значительно обделенные женским вниманием, что еще им обсуждать? — Она бы в жизни не согласилась, — морщится Чимин. — Ты явно не ее типаж. — Я воспользовался бы эффектом неожиданности. — А это уже крипово. Будь я на месте Дженни, я бы тебя ударил. — Будь ты на месте Дженни, я бы тебя и не целовал. Тэхён, а тебе бы с кем хотелось поцеловаться? Тэхён поднимает голову, не сразу поняв, что вопрос адресован к нему, и недоуменно моргает. — Да ни с кем, — пожимает он плечами, и Чимин скептически вздергивает брови. — Врешь. Ты просто слишком стеснительный, чтобы это инициировать. Ну, может это и правда, но Тэхёна возмущает, что услышал это он именно из уст Чимина, того самого Пак Чимина, что уже два года сохнет по однокласснице и никак не решается ей признаться (поговаривали, что она носила с собой пушку, так что Тэхён тоже бы не решился, окажись он на его месте). Поэтому он хмурится и говорит с вызовом: — Я не стеснительный. — Боже, Тэ, у тебя ни разу в жизни девушки не было, — фыркает Чонин. Ну, он не неправ. — Это еще не значит, что я стеснительный. — Тогда слабо, — начинает Чимин, и Тэхён уже умирает внутри, потому что «слабо» от Чимина никогда хорошо не заканчивались, — подойти к кому-нибудь и поцеловать его? — Да пожалуйста, — храбрится Тэхён, вытирая мигом взмокшие ладошки о школьные брюки. — Кого угодно. Чонин откидывается на стуле, хохотнув. — Кого угодно, говоришь? Тогда… — Он оглядывает столовую, и его взгляд очень опасно застревает на столе с чирлидершами. — Тогда поцелуй Чон Чонгука. Тэхён сглатывает. Чон Чонгук — тот типаж, который опять же несомненно найдется в любом подростковом фильме: кто-то вроде школьной звездочки, капитан футбольной команды и красавчик, с которым хотят дружить и встречаться буквально все. Что будет с Тэхёном, если он подойдет и поцелует его прилюдно? Он поднимается, решительно хлопнув ладонями по столу. — Идет. — Тэ… — говорит Чимин осторожно. — Да он же шутит. Чон Чонгук тебя одним ударом уложит. Тэхён мотает головой, бросает напоследок твердое «я не стеснительный» и решительным шагом направляется к столу футбольной команды. Чонгук что-то оживленно обсуждает с друзьями в этом своем форменном бомбере, выглядя непозволительно хорошо (ну кто выглядит так в период полового созревания? нечестно), и у Тэхёна немного трясутся коленки от осознания, что он собирается поцеловать его на обозрении всей его команды. Правда ли он стеснительный? Спорный вопрос. Идиот ли он? Несомненно. Тэхён подходит к столу, и некоторые за ним уже поднимают на него глаза, недоумевающие, чего это ему нужно, а Чонгук все еще не замечает его, продолжая что-то рассказывать. Тэхён берет его лицо в ладони (ужасно вспотевшие), заставляя его наконец замолкнуть и посмотреть на него, и наклоняется, легонько целуя его в губы. Ничего криминального, никакой претензии на язык или что-нибудь глубокое, но и не секундный клевок — он же не трус какой-нибудь. Чонгук его не отталкивает, замерев. Он отстраняется (их губы разъединяются с мягким чмоком), и Чонгук смотрит на него с удивлением в широко распахнутых глазах, не говоря ни слова. Тэхён окидывает взглядом притихших учеников за столом (кажется, вся столовая погрузилась в тишину), оправдывается «это на спор» и быстрым шагом уходит обратно. На него смотрят все, кому не лень, и Чонин с абсолютно круглыми глазами хлопает его по плечу. — Чува-ак. Ну ты и монстр.

***

— К чему это было? — шепчет Чонгук в его висок, когда они уединяются от чужих глаз в укромном уголке за спортзалом. — Что еще за спор? — Чимин взял меня на слабо, а Чонин сказал, чтобы я поцеловал тебя, и я подумал, что это чертовски странное совпадение, ну и… согласился? Они теперь думают, что я сверхчеловек какой-то. Чонгук фыркает и коротко целует Тэхёна в висок, пока его пальцы вырисовывают круги под его рубашкой. — Ты бы знал, как я удивился. — Все же в порядке? Твоя команда ничего лишнего не подумала? — Они посчитали тебя чудиком. — А. Ну, не привыкать. Чонгук фыркает, оставляет еще один мягкий поцелуй на его щеке и на этот раз целует в губы — теперь уже с языком и с претензией на все, что только можно, пока Тэхён хватается за полы его бомбера и тянет его на себя. Все просто, если смотреть поверхностно. Вот кто бы догадался, что стереотипный красавчик и не менее стереотипный ботаник могут тайком встречаться?