Закрой глаза на истинность

      — Для начала встань вот в такую стойку, — показывал Гук, стоя в спортивных штанах и майке. Чимин невольно загляделся аппетитным видом своего альфы, но его тут же осадили: — Чимин-и, не отвлекайся!       — А, да, я тебя слушаю внимательно, — детская улыбка омеги подкупала всех без исключения, и в такие моменты Чонгук даже злиться на него не мог.       Пак встаёт в ту же стойку, что и Гук.       — Одна нога вперёд, следи за корпусом. Теперь попробуй ударить.       — Ох, Гуки, ну как я могу ударить человека?       — А маньяка? Ты должен уметь сам защищать себя.       — Разве ты меня не защитишь? — надул Чим губки. Чон с улыбкой чмокнул его в лоб и отошёл в сторону.       — Малыш, я сделаю всё, чтобы защитить тебя. И тренировки с тобой в этом числе. Мне понравилась твоя идея, и так мне будет спокойнее, если меня нет рядом.       Боксёрские перчатки на тонких омежьих руках смотрелись очень смешно, ведь не омежье это дело — морду бить. Однако, Чонгук был иного мнения, так как ещё одно нападение на его омегу он не выдержит и перестреляет половину Сеула, поэтому он хотел хоть немного научить Чимина драться, чтобы тот смог постоять за себя в случае непредвиденной ситуации.       — Шаг вперёд, удар вперёд кулаком, но не как пощёчина, а прямой удар, — продолжал объяснять Гук, показывая базовые навыки.       Чимин сквозь веселье всё же старался подойти к этому занятию серьёзнее, поэтому выполнял все указания мужа, пока тот распинался и демонстрировал отточенные движения рук.       — Делаешь выпад в сторону, ставишь левую ногу на полустопу и, сзади как бы толкаясь правой и перенося весь вес на переднюю ногу, разгоняешься и пробиваешь противника, — Гук делает прямой удар в висячую грушу, отчего она немного трясётся на звенящей цепи. — У тебя должен выкручиваться корпус, чтобы был точный удар и всё тело двигалось.       Губки Чимина сложились в протяжное «о-о-о». Он стоял поодаль и наблюдал за демонстрацией силы своего супруга. В который раз Пак убедился, что сделал правильный выбор, ведь Гук весь состоял из уверенности и надёжности.       — Круто, Гуки, но я боюсь, что не смогу так же!       — Ерунда! Тебе просто надо потренироваться. Иди сюда, — Чон встал сзади, подталкивая омегу и начиная двигать его руками в больших красных перчатках, показывая удары на «груше».       Чимин честно пытался и спустя треть часа он более-менее выучил приём.       — И головой не верти, иначе напрягаются мышцы, а это вредно. Смотри перед собой на противника, слышишь? Кулак сжимай жёстче.       — Да куда ещё жёстче то?       — Делай, что я говорю, Чимин, — беззлобно ворчал альфа, полный энтузиазма. — Ещё тридцать ударов сделай, чтобы рука запомнила приём.       — Гуки-и-и, — хныкал омега, вытирая со лба капельки пота. — Я не думал, что это так сложно.       — Вперёд!       Брюнет отошёл в сторону и стал наблюдать за стараниями мужа. Боксёр из омежки, одетого в белые штанишки и розовую футболку, так себе, но хоть какие-то знания в боксе, по мнению Гука, он должен знать. Светлые волосы прилипли ко лбу, а ручки уже лучше и точнее стали бить по «груше».       — Молодец! Умничка, только за корпусом следи, — наставлял альфа.       Чимин цокнул, но сделал всё довольно-таки хорошо, ведь он был из тех людей, кто так легко не сдаётся и идёт до конца.       — Теперь будем пробивать защиту.       — В смысле?       — А ты думал, что противник не будет защищаться? Ха-х, вставай, малыш!       Чимин встал напротив Чонгука, и последний начал объяснять:       — Если руки у него будут вот так подняты, значит, он защищается. Ты должен правой рукой ударить его в эту защиту, но не со всей силы, потому что это отвлекающий манёвр. Пока он будет охреневать от твоего удара, солнечное сплетение у него будет открыто, и именно в этот момент тебе надо будет бить сюда, — показывал Чон на живот. — Тут открыты и печень, и селезёнка. Бей, куда хочешь, тут можно разгуляться и тем самым сделать больно противнику, который упадёт от боли, а ты сможешь убежать и позвать на помощь.       — Хм-м, — задумался Чимин, прикидывая, как это может выглядеть в реале.       — Давай, ударь меня!       — Чего?       — Ударь, говорю.       — Нет, Гуки, давай на груше.       — Груша так не поможет. Бей в мою защиту, давай!       Чимин, сделав губы уточкой, легонько ударил перчаткой в предплечье.       — Жёстче бей.       — Я боюсь, — возразил омега.       — Не бойся! Тот, кто нападает, не боится сделать тебе больно, вот и ты не жалей его.       — Ладно, не ворчи только.       Пак снова встал в стойку, прицелился, сделал выпад. Удар в предплечье, затем левая перчатка попадает по солнечному сплетению. Слабовато, но уже лучше. Спустя ещё полчаса удары стали более отточенные, чему Чонгук был безмерно рад. Он был счастлив, что Чимин прислушивается к нему и понимает, насколько самооборона важна для омеги.       Когда Гук сказал, что тренировка окончена, он подошёл к столику, снял перчатки и влил в себя полбутылки воды. Чимин встал рядом.       — Не снимай перчатки, — сказал альфа и приставил к пухлым губкам горлышко бутылки. — Пей, малыш.       Пак с подозрением посмотрел на мужа, но приподнял подбородок и стал пить прозрачный эликсир жизни небольшими глотками. Омега стоял с приподнятыми руками всё ещё в боксёрских перчатках. Но он опешил, когда Чонгук начал лить воду мимо его рта, отчего всё потекло по омежьей шее, ключицам, а футболка вмиг намокла от водного потока.       — Что ты делаешь? — задался вопросом Чимин, тяжело дыша после физических нагрузок.       Гук отбросил в сторону пустую бутылку и двинулся на омегу, заключая того в объятья и накрывая его губы своими. Чим ответил на порыв, но всё ещё не понимал, что происходит, как вдруг Чон уложил его на пол и стал целовать в мокрую шею.       — Гуки, что ты… мх, Гуки, у меня уже сил нет после этих тренировок…       — Сейчас расслабишься, детка, — прошептал альфа и спустился поцелуями ниже. Провёл языком в районе пупка, а руками поддел с мужа мягкие штанишки. Однако, в двери спортзала постучали, и парень с неохотой оторвался от своего занятия. — Ну что там ещё?       — Господин Чон, извините, но у Вас важный звонок. Это господин Чха, — раздался за дверью голос Иана.       Чонгук поморщился и поднялся на ноги. Чимин всё лежал на матах, потому что сил уже не было, ведь тренировка с Гуком, репетиции предстоящего концерта, примерка костюмов выматывали так, будто их группа собиралась взять MMA.       — Да, здравствуйте, — был слышен голос Чонгука у дверей. Похоже, он разговаривал по телефону. — Угу… поставка должна пройти ровно, можете не переживать… Но и Вы меня поймите, если транзакция не пройдёт через две недели, то о сделке в дальнейшем можете и не мечтать… Хм, Вы мне угрожаете?.. Я не такой, как мой отец, я не буду ждать месяц. Или Вы соглашаетесь на мои условия, или можете забыть о товаре… Думаю, мы друг друга поняли. Всего доброго!       Чимин поднял глазки на мужа, который сел на маты рядом и тыкал в телефоне.       — Это был Чха Тэмин?       — Нет, его отец, — ответил Чонгук.       — Что-то случилось?       — Не бери в голову, малыш. Всё хорошо, — Гук чмокнул омегу лоб и улыбнулся. — Пойдём в душ, успеем, пока у Соён пирог ещё в духовке.

***

      Чимин стоял в аэропорту недалеко от стойки регистрации, держась за ручку небольшого синего чемоданчика с самым необходимым: одежда, обувь, средства гигиены и несколько лекарств для омег. Его раздражала эта чёрная маска на лице, которую заставил напялить Дохён, ведь омегу могут и узнать фанаты Agust D, которые порой следят за его жизнью, хоть и летит группа частным рейсом. Омега взглянул на Тэхёна, тот стоял рядом и снимал себя на камеру. Джин разговаривал по телефону с мамой. И тут к ним подошли весёлые Трэй, Дохён и Юнги. Все везли свои чемоданы и были в таких же масках на лицах.       Когда Юнги стянул капюшон серо-салатовой куртки, Чимин открыл рот от удивления. Дохён усмехнулся:       — Что, Чимин-и, нравится? Айдол должен постоянно менять немного свой стиль, чтобы быть многогранным, поэтому мы решили перекрасить его.       Мин смотрел на омегу, сложив руки в карманы куртки. Ему было не по себе от пристального взгляда Чимина. Да, он — айдол, и на него только и делают, что постоянно смотрят люди, но это не просто левый чувак… это Чимин.       Волосы Юнги перекрасили в серый цвет с проблесками платины. От брюнета не осталось ни следа. Пак завороженно смотрел на старшего, как на картину в лондонской галерее, потому что сейчас альфа выглядел ещё более привлекательно. Тёмная повязка на голове поднимала серые пряди, как у настоящего рэпера, накрашенные глаза и небольшие кольца в ушах делали его нереально красивым.       Тэхён тоже оторвался от своего занятия, и приподняв бровки, подлетел с обнимашками к Юнги:       — Йя! Хён, ты секси!       Старший цокнул, закатив глаза, но обнял рыжего омегу одной рукой, который беспардонно повис на его шее. Альфа начал тихий разговор с Тэхёном, пока Дохён вывел Чимина из ступора. Менеджер причитал о правилах всей их поездки, что, если происходит какая-то непредвиденная ситуация, сразу бежать к нему. Если стало плохо — к Дохёну, если собрался сходить погулять — к Дохёну, если не застёгивается молния на джинсах — к Дохёну, ведь он отвечает за них всех головой и задницей.       — Так, а где Хосок?       — В туалет отошёл, — буркнул Джин.       После того, как прибежал Хоби, бета проверил все ли документы команды на месте. За стаффом, который полетит другим рейсом следом за ними, приглядывает другой менеджер, с которым Дохён всегда на связи. И пока Тэхён всех разыгрывал, что забыл паспорт в общаге, под дикие вопли менеджера в аэропорт, словно грозовая туча, ворвался Чонгук. Чимин улыбнулся и радостный побежал к нему навстречу. Юнги отвёл взгляд, потому что смотреть на это было мучительно. И его жутко бесила собственная реакция.       Чимин сорвал с лица маску и впился в губы мужа, который заключил его в свои крепкие объятья. Омега целовал его так, будто прощался навсегда.       — Ах, я думал, что ты не придёшь, — протянул Чимин, улыбаясь и трогая шею альфы.       — Ну как же я мог не прийти? Переговоры подождут. Ты, блин, меня оставляешь одного в Корее.       — Это же всего на три дня. Мне самому не хочется ехать без тебя. Люблю тебя!       Чонгук чмокнул омегу в щёку, прикрыв веки:       — Малыш, я не знаю, как я смогу без тебя всё это время. Бля, я уже скучаю по тебе!       — Я скоро вернусь, Гуки. Ты только дождись меня.       — Обещай мне, что у вас с ним ничего не будет!       — С кем? — не понял блондин. Затем повернул голову в сторону сероволосого альфы, с которым встретился мимолётным взглядом, пока тот разговаривал с Трэем, и устало вздохнул. — О боже, Гук, ты опять начинаешь?! Перестань! У меня с Юнги ничего не может быть, я ведь тебя люблю.       Они столкнулись с ним лбами, не в силах оторваться друг от друга. Чонгуку до жути не хотелось отпускать супруга. У него было нехорошее предчувствие ещё с вечера. Он настолько испугался, что Чимин может захотеть другого, поэтому всю ночь удовлетворял его до потери пульса, пока омега не начал задыхаться от бесконечных оргазмов. И всё равно сердце альфы в данный момент колотилось, как бешеное. Было страшно отпускать своего любимого ангела в чужую страну с чужими альфами. Поэтому Гук решил перестраховаться.       — Не понял, — посмотрел из-за его плеча Чимин. — А он что тут делает?       — Он поедет с тобой, чтобы обеспечить твою безопасность.       — Что…       — Так мне будет спокойнее, — опередил омежьи вопли Чонгук.       Лин, держа свой маленький чемодан на колёсиках, подошёл ближе и почтительно поклонился:       — Здравствуйте, господин Пак.       Чимин оттолкнул от себя мужа, яростно вдыхая и выдыхая через ноздри:       — Какого хрена вообще?! Мы же договорились, что дадим ему отпуск. Чон Чонгук! Я тебя спрашиваю! — затопал ножками парень.       — Я всё решил. Лин летит с тобой. Точка.       Голос альфы был строгим и чётким, что было ясно – вопрос с Лином уже решён, так как к ним подошёл менеджер и пожал руку охраннику.       — Айгу, вот как ты выглядишь! Симпотяшка. Так, давай проверим, все ли документы на месте, — Дохён повернулся к Чонгуку. — Господин Чон, номер в гостинице для Лина я забронировал, он будет напротив номера наших омег, чтобы быть максимально рядом. Средства на все остальные расходы уже поступили на мой счёт, так что можете не волноваться.       — Дохён! — завизжал Чимин, привлекая излишнее внимание проходящих мимо людей. — Ты знал, что ли? И молчал! Ты почему не сказал мне?       — Эм… — бета растерялся, — господин Чон сказал, что это сюрприз.       — Сюрприз? Отлично, — всплеснул блондин руками. — Просто замечательно, Гук! Сюрприз удался, мать его!       Остальные участники коллектива наблюдали за ними, кусая губы. Никто из них не знал, что с трейни поедет его личный телохранитель. Сокджину всё показалось полной дичью, ведь их и так будут охранять в Токио, как только они сойдут с трапа. Но все уже были знакомы с Чон Чонгуком, который, если что-то решил, то остальным остаётся только подстроиться. Юнги же покачал головой, еле сдерживаясь, чтоб не заржать в голос от абсурдности ситуации.       «Телохранитель нанят для того, чтоб я Чимина не трогал, ребята! Может, мне вообще не ехать, а то всем поездку усложняю?!» — пронеслось в мыслях рэпера.       Чонгук подошёл к ребятам, поздоровался. Сокджин подарил ему искреннюю дружественную улыбку, а с Юнги они даже руки друг другу не пожали. В отличие от весёлого Хосока, с которым они активно стали общаться. Один раз Хоуп даже был у молодожёнов в гостях и заценил семейное гнёздышко богатеньких сыночков.       Вскоре менеджер приказал всем нести свои жопки к стойке регистрации и скорее оформляться. Получив посадочный талон, они выстроились в очередь на контроль безопасности. Чимин закатил глаза, он очень злился на выходку Чонгука и гневно поглядывал на шедшего за ним Лина.       Чон стоял вдалеке и махал рукой своему омеге, и Чимин не выдержал. Бросил свой чемодан и побежал к мужу, потому что любовь была сильнее обиды на него из-за охраны. Пак хватался за пальто брюнета, вдыхал его запах и чувствовал, как в горле ком застрял.       — Я сейчас заплачу, — захныкал омега, не желая отпускать своего альфу.       — Маленький мой, мы переживём эту разлуку. Всего три дня, и я очень постараюсь не поддаться соблазну прилететь к тебе. Давай, тебя там ждут.       Но встретившись глазами с Юнги, бизнесмен распалился и чуть оторвав от себя Чимина, накрыл его губы своими, помечая, показывая айдолу, кто на самом деле владеет телом и сердцем этого блондина, кого Чимин любит больше всего на свете. Чон мял его губы, вгрызаясь зубами и вылизывая внутреннюю сторону губ языком, отчего у омеги подкосились ноги. Чонгук одним глазом видел, как на них смотрел Юнги, сжавший кулаки до побелевших косточек, и какую боль тот испытывал. Плевать! Пусть знает своё место. Пусть даже не мечтает о Чимине.       — Мхм… мне пора, — вздохнул блондин.       Гук взял его левую руку и потёр подушечкой пальца обручальное кольцо:       — Не снимай его даже на сцене.       — Хорошо.       Альфа поцеловал его безымянный пальчик, свидетельствующий о замужестве этого сногсшибательного парня, и отпустил Чимина, которому уже орал Дохён.

***

      Самолёт принадлежал «Big Company» и был предназначен только для айдолов и их команды. Просторный высококлассный боинг с коричнево-белой отделкой. Кожаные мягкие кресла, которые легко могли превращаться в кровать, деревянные столики с подставками для планшетов сразу притянули омег, у которых в генах заложено любить роскошь и комфорт, ведь только для таких вещей существуют эти прекрасные создания человечества.       Чимин плюхнулся в белое кресло и откинул голову на мягкий подголовник, прикрывая веки и уже ничего вокруг не замечая. Тэхён сел напротив друга и снял с лица маску, бросив ту на столик. Джин сел с Хосоком, который глядел в иллюминатор. Трэй расположился с Юнги, а Дохён с отстранённым Лином, который, как только зашёл в салон самолёта, сразу начал исполнять свои прямые обязанности по отношению к Чимину, поэтому, сидя в комфортабельном кресле, всё равно не сводил с господина Пака глаз. Вспоминая слова Чонгука, Лин поправил галстук: «Следи за тем, чтобы ни один, блять, альфа до него не домогался! Смотри, как Чимин себя чувствует, если ему будет плохо или надо будет чем-то помочь, ты обязан стать для него первоклассным помощником во всём. Репетиции не в счёт, но тоже смотри за тем, чтоб его там не лапали, как суку. И следи за этим Мин Юнги, глаз с него не спускай, если он находится с Чимином на расстоянии меньше двух метров».       Лететь им до Токио около трёх часов, но даже и двадцати минут Тэхён не смог потерпеть и уже попросил стюардессу принести ему обед. Приветливая девушка в коротенькой юбке принесла омеге свинину на пару и кимчхи в маленькой пиалке. Пока рыжий парень уминал блюда за обе щёчки, Чимин с улыбкой наблюдал за ним, потягивая лимонную воду из стакана.       Тем временем Джин сидел в наушниках и смотрел дораму, Трэй и Дохён так вымотались, потому что встали в пять утра, чтобы уладить все дела в компании, всех собрать и вылететь, поэтому сейчас с удовольствием провалились в сон. Лин читал корейскую газету и краем глаза присматривал за Чимином.       — Ты куда? — с набитым ртом спросил Тэ, подняв глазки на друга.       — Да в туалет я, — ответил Чимин и вышел в проход.       У туалета омега замер, потому что около закрытой двери стоял Юнги, опершись спиной на стену и сложив руки на груди. Альфа даже не повернул головы к блондину, предпочитая дырявить взглядом противоположную стену.       Чимин встал рядом и спросил:       — Там занято?       — Да, там Хосок, — безэмоционально ответил рэпер.       Пак закусил губу и опустил глаза на кроссовки парня:       — Ты извини за Лина. Чонгук очень волнуется за меня, всё-таки чужая страна...       Недалеко от прохода выглядывал Лин, осторожно наблюдая за ними.       — Чем именно он тебя зацепил? — рыкнул Юнги и посмотрел прямо на омегу.       Напряжение в его голосе было таким явным, а вопрос — таким неожиданным и прямым. Чимин ощущал покалывания в груди, непонятно откуда взявшиеся. Юнги смотрел на него этаким взглядом, аж мурашки по телу побежали.       — Ч-что?.. — растерялся омега. Язык не слушался, мысли спутались в клубок ниток, а к горлу всё сильнее подкатывала паника.       На лице альфы читалась обида, которую тот тщательно пытался скрыть. «Почему? Почему Чонгук, а не я? Чем он лучше? Кем мне стать, чтобы ты обратил на меня внимание? Неужели я настолько кусок дерьма, который не заслуживает тебя, как омеги? ААААААААААААААААААА!!!».       Вдруг раздался щелчок двери и к ним вышел Хосок.       — О, вы давно ждёте? — шатен смотрел то на альфу, то на омегу, которые глядели друг другу в глаза и молчали.       — Забудь, — буркнул Юнги в сторону Чимина и громко захлопнул за собой дверь туалета.       Хоби подошёл к омеге и склонился к его уху:       — Чего это он такой дёрганый?       — Не знаю, — повёл тот плечами и пошёл к бортпроводнице за таблеткой анальгина.       «Почему он об этом спросил?» — вертелся вопрос в голове Чимина до самого прилёта в Токио.

***

      Дохён зевнул, держа в руке ключи-карточки от снятых номеров, и пошёл к ребятам, расположившимся на диванчиках в холле. Тэхён строил кривые рожицы на фотографиях вместе с Хосоком, хоть и обоим было неловко. С возникшей недавно симпатией к друг другу друзья теперь не могли дурачиться, как раньше. Лин вёл беседу с Чимином, пока Трэй засыпал на плече Юнги.       — Ох, чтоб вы без меня все делали, — упёр руки в боки менеджер, поглядывая на сборище сонных котят. — Так, разбираем карты. Трэй и Хосок в одном номере, там две кровати. Чимин, Тэхён и Сокджин — в номере по соседству. Напротив «омежьего» номера будет комната моя и Лина, мы же беты, поладим, — менеджер подмигнул Лину. — Юнги будет в отдельном номере, айдолу надо больше отдыхать от нас и дать побыть одному.       Дохён раздал пластиковые ключи, и все лениво подняли свои кости с удобных диванов и попёрли чемоданчики к лифту. Стафф пошёл следом, на свой этаж.       Роскошный отель Four Seasons Tokyo с прямым выходом к железнодорожному вокзалу Токио находится в районе Маруноути в самом центре оживлённого города. Этот отель был включён в список 25 лучших отелей Японии по версии компании TripAdvisor в номинации Travelers' Choice Award 2014. К услугам гостей просторные номера, бесплатные термальные купальни, spa-салон с сауной и круглосуточная фитнес-студия. Предоставляется бесплатный Wi-Fi и трансфер от железнодорожного вокзала.       Прогулка от отеля Four Seasons до Императорского дворца занимает 5 минут, а до центрального района Гинза — 10 минут.       Стильные дизайнерские номера отеля обставлены роскошной мебелью, создающей расслабляющую атмосферу. Номера оснащены такими современными удобствами, как встроенный 3D-телевизор с плоским экраном, проигрывателем Blu-Ray, системой объёмного звучания и технологией Bluetooth. В ванной комнате установлена душевая кабина и большая ванна.       Гости могут заказать сеанс восстанавливающего массажа в spa-салоне, а дети — поиграть в бесплатные видеоигры в номере. В отеле предоставляются круглосуточные услуги консьержа и бесплатный прокат велосипедов.       — С раннего утра до полуночи в баре-ресторане Motif подают изысканные блюда французской кухни, приготовленные из свежайших местных продуктов. Доставка еды и напитков в номер осуществляется круглосуточно, — закончил читать брошюру Сокджин, сидя на одной из трёх кроватей.       Чимин подошёл к окну и с восторгом любовался замечательным видом на вечерний город. Солнце спряталось за горизонтом, и теперь небо окрасилось в тёмно-синий оттенок.       — Дохён сказал, что завтра встаём в десять утра, завтракаем в ресторане на первом этаже и мчим в Tokyo Dome, — плюхнулся на постель Тэхён, не снимая ботинок.       Джин буркнул, что он пошёл в душ и скрылся за дверью ванной комнаты.       — Сколько человек там будет? — спросил Чимин, не отводя взгляда от уличных фонарей.       — Вместимость примерно от 55 до 70 тысяч человек.       — Что?! — поражённо выдохнул блондин. — Так много…       — А ты думал Agust D — певец-однодневка? — поднял брови Тэ, болтая ногами в воздухе. — У Юнги очень большая аудитория, наработанная годами. У него даже фандом есть, про него столько всяких историй пишут… ой-и-и, ты бы видел. Один, я помню, читал, там было, что я и Юнги были вместе, но не могли рассказать о своих отношениях публике. Там даже писали про наш секс…       Чимин чуть воздухом не подавился, поэтому обернулся к другу:       — А вы…       — Фу! Нет, конечно. Я показал этот текст Юнги, он так орал сквозь смех, потом запульнул в меня подушку и сказал, чтобы я больше к нему с этими фанфиками яойщиц не подходил.       — Да? Тэ, я всё хотел спросить тебя, так между вами с Юнги что-то есть?       Ким окинул друга игривым взглядом и сощурил глаза:       — А почему это тебя так волнует?       — Ну… я думал, что у вас там с Хосоком что-то…       — Ащ, с Хосоком… этот бестолковый альфа бесит меня своей нерешительностью. Вижу ведь, что нравлюсь ему, так нет, будет из себя целку строить! — рычал омега, погружаясь в свои переживания. — А это я должен от него бегать и хвостом вилять. Ещё и оделся, блин, как на обложку журнала для взрослых омег. А с Юнги у меня ничего не было, нет и быть не может. Я ж говорил, Юнги мне как брат. Точка. И больше мне таких вопросов не задавай.       — А то, что было в компании, — вспомнил их флирт Чимин.       — Это было для того, чтобы Хосока позлить. Я именно тогда то и понял, что он ко мне неровно дышит. Но Хоби-хён так ничего и не сказал, а надо было меня взять, да отшлёпать хорошенько. Чимин-и, ну почему все альфы такие придурки?! — застонал омега, переворачиваясь на живот.       Чимин с улыбкой пожал плечами:       — Не знаю, Тэхён-а, — и глянул на своё обручальное кольцо. — Ох, надо Гуку написать, что я прилетел.       — Вот, у всех любовь-морковь, романтика, а до меня никому нет дела.       — Перестань! Мы потом с тобой сходим погулять куда-нибудь.       — Конечно, лично я собираюсь напиться в хлам после концерта.       Ужин доставили в номер без проблем и было очень даже вкусно. Карбонара с лососем зашла всем омегам. Между Джином и Чимином всё ещё была пропасть, над которой висел бедный Тэхён, тайно мечтающий, чтобы два его друга помирились и забыли все обиды, однако, старший омега продолжал ворочать нос.       Тэхён сопел в обе дырочки, лёжа под одеялом и пуская слюнки на подушку, пока ему снились радужные пони с танцующим Хосоком. Чимин занимал кровать между Тэ и Джином. Последний в этот момент листал ленту в соц. сетях. Чимин пожелал супругу спокойной ночи, отправил целующий в щёчку смайлик и повернулся к Сокджину, решившись на отчаянный шаг.       — Джин, можно с тобой поговорить? — тихо спросил Пак, моргая под светом ночника на тумбочке.       — О чём? — не отрывая глаз от экрана смартфона, сказал старший.       — О том, что произошло. Пожалуйста, выслушай меня, а потом можешь хоть убить.       Сокджин выключил телефон, положил его на тумбочку и скрестил руки на груди, устремив взор в выключенный телевизор на стене.       — Мы не с того начали с тобой общение, — начал Чимин и сел на кровати. — Я прекрасно понимаю тебя, хён. Потому что я тоже потерял любимого, однако, мой альфа разбился на машине. Мы встречались с ним полгода, когда были ещё школьниками. Я всегда им восхищался, он был для меня всем, ведь мои родители никогда мной не интересовались. Отец постоянно бил ремнём за непослушание или малейший проступок. Замечание от учителя — удар, двойка по физике — удар, допоздна гулял с друзьями — удар. Вся моя жизнь состояла из одних сплошных ударов, — блондин всхлипнул, но сглотнул ком в горле и продолжил. — Потом я встретил Лиена. Он был тем лучом солнечного света в кромешной темноте подвала, куда меня засовывал отец. Сначала мы встречались тайно: поцелуи, прогулки, подарки, смс-ки… он окружил меня заботой и лаской, в которой я так нуждался. Потом о нас узнал отец, он хотел, чтобы мы с Лиеном расстались, но Лиен не позволил. Он выстоял серьёзный разговор с моим отцом, и тот отступил. Так получилось, что Лиен был из хорошей семьи, а мой отец всегда хотел выдать меня замуж за богатого мужчину. Но случилась авария… мы с Лиеном тогда поругались, я психанул и сказал, что между нами всё кончено. Я сказал это не всерьёз, я ведь дорожил им, но Лиен ушёл, а через час мне позвонили и сказали, что он попал в ДТП и скончался по пути в реанимацию. Я не хотел жить, Сокджин…       Тем временем Джин уже вытирал мокрые дорожки от слёз со своих щёк.       — Я наглотался таблеток, чтобы побыстрее отправиться на небеса, туда, где был он… родители раньше вернулись домой и вызвали врачей. Меня откачали, а потом я ещё долго восстанавливал сорванный желудок. Потом всё стало серым… дни сменялись один за другим. Я ел, потому что надо было есть, а не потому что хотел. Тэхён пытался меня развеселить, — Чимин взглянул на спящего друга и улыбнулся, вытерев слезинку со своих век. — Пытался уверить меня в том, что жизнь продолжается, что я ни в чём не виноват. Ведь Лиен сам сделал свой выбор. Прошёл год… я стал жить нормальной жизнью. Отец больше не наседал на меня, мать не трогала, предпочитая оставаться в стороне. Но два месяца назад меня позвали на обед и представили мне моего будущего супруга. Ха-ха-х, я Чонгука со школы терпеть не мог. Такой болван, непоседа, будто шило в заднице! Я относился к нему, как к ребёнку, неспособному на взрослые поступки. Однако, позже, лучше познакомившись с ним и узнав о нём столько, сколько не знал за все те годы, что мы знакомы, я понял, что влюбился по уши.       Джин улыбнулся и, повернувшись на бок и подперев рукой голову, слушал Чимина.       — Чонгук показал мне другую версию себя. И получилось так, что вместе с ним самим я узнавал и самого себя. Пока он доказывал мне, что он лучше, чем кажется, я понял, насколько я другой рядом с ним. Я стал смелее, увереннее, общительнее, более открытый, чувственный… Джин, у меня выросли огромные крылья, которые смогут закрыть не только меня самого, но и Чонгука, за которого я теперь готов вгрызаться в горло любому, кто на него косо посмотрит. Я так сильно его люблю! — Чимин закрыл лицо руками, уже не жалея слёз. — Я порой сам боюсь этих чувств, но ничего не могу с этим поделать. Он настолько идеален, что мне становится страшно, а не снится ли мне это всё. Он заряжает меня энергией каждый день, он стал для меня чистейшим глотком воды в пустыне. И когда я понял, что хочу посвятить всего себя только ему, я согласился выйти за него замуж, потому что уже не представляю себе своей жизни без него.       Джин только молча вытирал слёзы и слушал младшего, сидящего на кровати, у которого вздрагивали плечи.       — Чонгук убедил меня, что за те ужасные вещи, которые я пережил, я заслуживаю право на счастье. А в ситуации с Намджуном… у меня реально цикл сбился, и течка раньше пришла, но я признаю свою вину. Но ты ведь и сам омега, знаешь же, что очень трудно омегам сдерживать себя рядом с альфой, пусть и чужим. Я ведь тогда был свободен, моё сердце было свободно, но я так рад, что вы тогда все вломились в комнату, потому что разумом я этого не хотел, не хотел! Прости меня, Сокджин… умоляю, прости меня!       Чимин сполз с кровати и встал на колени перед кроватью Джина. Блондин склонил голову и тихо рыдал, чтобы не разбудить Тэхёна.       Сокджин вытер слёзы и закопошился:       — А-ну вставай сейчас же! Ты с ума сошёл?! Чимин, я прощаю тебя, прощаю, только встань с колен, прошу тебя!       Брюнет сполз на пол к Чимину и обнял его. Омеги лили слёзы друг другу на пижамы, крепко обнимаясь, ведь обоих переполняли эмоции. Потом Сокджин залез на свою кровать, позвал к себе Чимина, и омеги улеглись на одноместной кровати в обнимку под одно одеяло. Пак прижимался к Киму, как коала к ветке, а тот, в свою очередь, гладил его по голове, успокаивая, как мамочка.       — Давай, теперь я свою историю расскажу, — сказал Джин и прокашлялся. — Я рос без отца. Моя мама забеременела от парня из обеспеченной семьи, а когда хотела рассказать о своей беременности, она застала в квартире моего отца своего свёкра. Получается, мой дедушка-омега выгнал мою маму, сказав, что мой отец уже женится на другой девушке из состоятельной семьи. Мама убежала в слезах и так ничего и не сказала обо мне. Я родился, мама пахала на трёх работах, чтобы меня прокормить. Ведь не так уж и легко девушке-омеге в одиночку растить малыша. Нам помогала мамина сестра и её муж. В школе меня часто дразнили из-за того, что я рос без отца. Говорили, что мама меня нагуляла, когда занималась проституцией и так далее. Но это всё абсолютная ложь.       — А ты пытался связаться со своим отцом?       — Поначалу хотел, но мама не говорила, кто он, впрочем, и сейчас не называет его имени, однако, недавно рассказала, что у отца от его жены родился парень-омега, который одного с тобой и Тэхёном возраста.       — Ого, так получается, у тебя есть единокровный брат?       — Получается так. Мама продолжает молчать, но я что-нибудь придумаю и докопаюсь до истины. Мне вдруг стало интересно, а кто мой отец, как он живёт сейчас, ведь он даже не знает, что я родился. Да и с братом я бы хотел познакомиться.       Чимин сложил голову на груди старшего омеги и слушал его спокойное сердцебиение.       — Пару лет назад моя мама заболела раком, теперь она лежит в постели и медленно умирает, но я борюсь изо всех сил, покупаю ей лучшие лекарства, потому что верю, что она поправится. Что же касается любви… Хм, в школе я был влюблён в одного альфу. Он был на год старше меня и был чемпионом по «Регби». По нему все омеги сохли, естественно, ну и я в том числе. Но я его никак не привлекал, хоть и был симпатичнее многих омежек, которые прыгали в его койку.       — Как этот козёл мог пройти мимо тебя? Ты ведь такой красивый! — проворчал Чимин.       — Сам не знаю, Чимин-и. Потом я поступил в институт культуры и решил, что моя мечта — стать самым популярным айдолом и чтобы тот парень из школы понял, кого он упустил. Первое прослушивание в «Big Company» я с треском провалил. Но когда я шёл весь в слезах в туалет, встретил Намджуна. Ох, я тогда ещё никогда не видел таких мужчин. Статный, высокий, серьёзный, красивый… а когда он спросил, что со мной и улыбнулся, у него появились такие милые ямочки на щеках, и я понял, что земля ушла из-под моих ног. Ну а потом всё так завертелось, мы начали встречаться, Джун договорился с Дохёном о кастинге в команду Юнги. Я понравился Дохёну, он разглядел во мне что-то особенное, а я был только рад танцевать и блистать в клипах Agust D и быть ближе к музыке. Сам я песни не писал, как-то не получается пока… Но всё ведь впереди, верно? Ты там не уснул ещё?       — Нет, я слушаю, — улыбнулся Чимин, шевельнувшись в объятьях омеги.       — Вот, но то, что случилось тогда на вечеринке у Хосока… я знал, какой Джун. Я не виню его в том, что инстинкты поглотили его, как альфу, и он не смог сдержать себя. Я тогда ненавидел тебя, Чимин-а. Но это всё было лишь для того, чтобы найти виноватого, заглушить боль от обиды. Со временем я остыл и стал мыслить здраво. Ты ни в чём не виноват. Прости меня за то, что оскорблял тебя!       — Всё в порядке, я понимаю, — вздохнул Чимин, прижавшись к горячему телу с ароматом лилий. — Ты любишь Джун-хёна?       Сокджин закусил губу и зажмурился:       — Люблю. Очень люблю, даже если он иногда такая свинья. Я всё ещё обижен на него. А ещё, когда мы только встретились, я так надеялся, что мы с Джуном окажемся истинными. Жаль, это не так.       — Но истинный разве не тот, кого мы выбираем? — тихо спросил Чимин.       Ким с улыбкой щёлкнул Пака по носу:       — Не знаю. Медики считают, что истинность есть ничто иное, как полная совместимость на биологическом уровне. Когда омега физически не может быть вдалеке от своего альфы, и наоборот. Раньше такое явление истинности было высшей магической ценностью человечества, но со временем это стали называть не более, чем чудо.       — Чудо? Хм, я слышал, что чудо называют ошибкой судьбы, — Чимин посмотрел на часы на стене. — Полночь.       — Угу. И что?       — Наступил мой день рождения.       — Серьёзно? — оживился Сокджин.       — Ага.       — Ну всё, теперь ты не уснёшь, потому что я буду тебя щекотать и целовать.       Чимин засмеялся от внезапных щекоток старшего омеги, руки которого, казалось, были повсюду. Блондин улыбался, ощущая чмоки Сокджина на щеках, пока тот навалился на него сверху и приговаривал:       — С днём рождения, маленький цыплёнок! Сладкая булочка, как говорит Хосок…       — Ура! С днём рождения! — воскликнул Тэхён, соскакивая со своей кровати.       — Ты не спишь? — в один голос спросили старшие омеги.       — Уснёшь с вами! — и Тэ прыгнул к ним на и без того узкую кровать с обнимашками. — Вы помирились, я так рад! Так рад! Всё, сегодня после концерта мы идём буха-а-а-ть!       Омеги ещё долго не могли успокоиться, кидаясь подушками и разбудив, наверное, весь этаж отеля. Однако, ближе к трём часам ночи упали без задних ног, а в десять утра Дохён уже стучал в их дверь.