Закрой глаза на истинность

      — Happy Birthday to you! Happy Birthday to you! Happy Birthday, Happy Birthday, Happy Birthday to you!!! — пели все собравшиеся, как только официантка принесла круглый торт с банановым кремом, по центру которого стояло несколько свечек.       Чимин, сидя в розовом колпачке, который на него напялил Тэхён, наклонился ближе, и загадав желание, задул все свечки под радостный возглас гостей.       — Молодец! — голосил улыбчивый Джин, хлопая в ладоши.       Хосок кричал, что теперь их «сладкая булочка» стала на год старше. Трэй разливал по бокалам шампанское, Тэхён снимал всё происходящее веселье на телефон, Лин пил только сок, потому что он был на работе и продолжал обеспечивать безопасность супругу своего хозяина, но тоже улыбался, поддерживая разговоры со всеми. Вот только Юнги сидел тихий, как привидение. Он украдкой смотрел на улыбку Чимина, затем налил себе рюмку соджу и выпил залпом, потому что хотелось забыться как можно скорее и отрубиться в пустом номере отеля.       Вся команда сидела в ресторанчике недалеко от гостиницы, в которой они поселились. Здесь была приятная вечерняя атмосфера, уютные столики с мягкими диванчиками и изысканные блюда японской кухни. Панорамный вид на Токио был весьма впечатляющим, поэтому Тэ и Хоуп уже успели сделать парочку совместных фотографий.       — Дорогие мои, я бы хотел сказать несколько слов, — встал с бокалом шампанского Дохён. — Сегодня я хочу поблагодарить вас всех за отличную работу. Вы хорошо потрудились и взорвали концертную площадку вдребезги, таких криков фанатов я ещё не слышал, честно. Юнги, ты как всегда непредсказуем! Ты отлично выбросил все свои эмоции в зал, выжал из себя по максимуму. А наши замечательные омеги были настолько ослепительны, что я, чего греха таить, пожалел, что не родился альфой, — на этих словах все захихикали. — Хоби, ты был настоящим самцом, я горжусь тобой и завидую твоей выдержке, ведь ни разу на задницу даже не шлёпнулся, хоть и были ситуации. И конечно же я бы хотел выделить нашего именинника и поздравить его с дебютом на сцене. Чимин-и, ты был великолепен и отыграл свою роль наилучшим образом, поэтому никогда не сомневайся в себе, развивай свои бесконечные возможности, и ты добьёшься в этой жизни всего, чего только пожелаешь! Так давайте же выпьем за успешно отыгранный концерт и за нашего именинника Пак Чимина!       — Ура-а-а-а!!!       Все радостно чокнулись бокалами и осушили их залпом. Юнги не пил шампанское, он предпочёл сегодня надраться в хлам, потому что сил сегодня было потрачено много, как и нервных клеток, которых, похоже, уже не осталось. На сцене надо было играть влюблённость, Чимин несколько раз подходил и обнимал Юнги сзади, как того требовала хореография, но альфа всей кожей чувствовал то, с каким напряжением и смятением он его обнимал.       — Так вы теперь вместе? — тихо спросил Чимин, закидывая в рот ролл.       Ви наклонился к другу, жуя рисовую булочку:       — Похоже на то. Ну мы с Хосоком ещё не говорили об этом, но мы поцеловались.       — Ох, наконец-то! Я вас поздравляю! Я так рад!       — Тсс! Тише, Чим, — осадил его омега, поглядывая на Хосока, говорящего с Лином.       Все сидели такие окрылённые, несмотря на то, что буквально два часа назад еле доползли до гостиницы, ведь концерт забрал очень много сил. Но Дохён приказал всем отдохнуть немного, потом принять душ, переодеться и идти в ресторан. Однако, никто не пожалел, что пошёл, потому что создалась такая дружественная атмосфера с посиделками и выпивкой, какой не было давно. Все смеялись, кушали деликатесы, шутили на разные темы, рассказывали истории, не ощущая смертельной усталости, хоть и стрелки на часах показывали одиннадцать вечера.       Чуть позже, когда Дохён уже конкретно выпил лишнего и стал заигрывать с Лином, Юнги решил покинуть эту идиллию и отправиться к себе в нору с видом на японские небоскрёбы.       — Тэхён, — рэпер подошёл к Ви и склонился к его уху. — Завтра днём я зайду за тобой, обещал же тебе парк аттракционов.       — Йя! Точно, а я и забыл совсем, но хорошо, что напомнил. Тогда я много пить не буду, а завтра буду тебя ждать.       — Хорошо, — ответил альфа и обратился уже ко всем: — Я пойду. Чимин, ещё раз с днём рождения! Спокойной ночи всем!       — Спокойной ночи, Юнги-я, — улыбнулся Дохён с румяными щёчками. И бета повернулся к объекту своей симпатии.       Чимин посмотрел в сторону уходящей фигуры Мина, снял с себя дурацкий колпак и встал из-за стола, кинув подорвавшемуся Лину:       — Я выйду на минуту. Сиди уже, сейчас вернусь!       — Через пять минут я пойду проверить, всё ли в порядке, — предупредил телохранитель.       Выбежав на улицу в одном вязаном свитере, Пак вдохнул свежий воздух и схватился за рукав Юнги. Альфа с нечитаемым выражением лица повернулся к нему.       — Юнги, давай поговорим, — предложил омега.       — Нет.       Блондин опешил, но не терял внутренней надежды:       — Юнги, прошу тебя… скажи, это было нарочно? Зачем ты поцеловал меня?       — Перестань задавать идиотские вопросы и строить из себя ребёнка! — вырвал Мин свою руку. Он уже был нетрезв, поэтому не все свои эмоции мог контролировать. Ему как можно скорее надо дойти до отеля и закрыться на три замка от всех.       — Я тебе нравлюсь?       Альфа с усмешкой возвёл глаза к чёрному небу, где уже сияли звёзды. Какой же идиотизм сейчас происходит!..       — Да забудь ты об этом! Обо всём забудь, Чимин! Я, блять, знаю своё место, знаю, что на тебя права никакого не имею. И хватит мне по тысячу раз на дню об этом напоминать! Меня уже тошнит от нападок и угроз твоего мужа, и ещё ты тут весь светишься, как рождественская ёлка. Обо мне не беспокойся, я выдержу. Я всю жизнь, блять, только и делал, что соглашался с обстоятельствами, но, слава богу, сбежал от родителей и теперь могу принимать решения и бороться с этими самыми обстоятельствами. Но вот в мою жизнь ворвался ты и перевернул, нахуй, весь мой мир! Зачем, скажи мне?!       — Хён…       — Молчи! — рэпер выставил руку вперёд, останавливая и отталкивая. — Я не виню тебя, но мне так хуёво, что хочу найти виноватого. Но так случилось, что я чувствую то, что чувствую и ни черта с этим сделать не могу! Ащ… не слушай меня, я уже, походу, пьяный… Пожалуйста, дай мне время, и я исчезну из твоей жизни, как альфа… я… я постараюсь быть для тебя другом или чего ты там хотел, да кем угодно.       Юнги прекрасно понимал, что шансы его на отношения с Чимином равны нулю. И он не знает, что теперь… не знает, что сказать, пока смотрит в эти серые глаза, которые для него стали совершеннее, чем луна, чем бьющиеся о скалы морские волны.       — Последний шаг только дай сделать. И я уйду.       Альфа достал из внутреннего кармана куртки небольшую бархатную коробочку и отдал её имениннику. Чимин растерянно держал её в руках: слишком большая для кольца, но слишком маленькая для ожерелья.       — Открой, — прохрипел севшим на концерте голосом айдол.       Чимин открыл коробку и увидел на её дне серебряный браслет ручной вязки пустотелая с алмазной насечкой. 925 проба, Италия.       «Почему не подарил раньше, при всех? И держал всё это время у самого сердца…» — пронеслось в голове омеги.       Блондин улыбнулся и посмотрел на Юнги, который следил за реакцией младшего.       — Он очень красивый! Спасибо.       На губах альфы появилась улыбка. Он сложил руки в карманы и, увидев, что Чимин хочет сказать что-то ещё, опередил его.       — Больше ничего не говори. Иди внутрь, холодно, а ты без куртки.       Чимин обнял себя руками и закивал головой.       — Спокойной ночи, Чимин-а!       — Спокойной ночи, Юнги!       Пак ещё минуту провожал уходящую мужскую фигуру, пока Юнги окончательно не затерялся в потоке людей на перекрёстке. И Чимин не сразу заметил, как за его спиной уже стоял телохранитель.       — Господин Пак, я прошу прощения, но… — Лин замялся, словно ему было самому некомфортно говорить, — … я видел ваш поцелуй с господином Мином за кулисами.       — И что теперь? — омега окинул его усталым взглядом, держа коробочку с браслетом.       — Это не моё дело, но я должен доложить об этом господину Чону.       Чимин не желал сейчас объясняться перед охранником за свои действия, но и выглядеть, как изменщик, прячущий свои грешки, он тоже не хотел.       — Это было не по моей воле. Но, если я посчитаю нужным, я сам поговорю об этом с супругом. Твоё дело обеспечивать мне безопасность, а не «свечку держать».       — Я понял, господин Пак, — поклонился Лин.       И тут к ним вышел в зюзю пьяный Дохён, на лице которого была широкая улыбка:       — Ребя-я-та, куда вы все ушли? Пойдёмте танцевать! — и приобнял за талию Лина. Последний вздрогнул, ведь этот настойчивый бета весь вечер пристаёт к нему.       — Мне на сегодня танцев достаточно, — отрезал Чимин и повёл дорогого менеджера обратно в ресторан.       Спустя час Лин, как самый трезвый, тащил под руки выпивших Джина и Чимина. В руках Пак нёс пакеты с подарками и кое-как удерживал два букета цветов. Сокджин хихикал над шутками, которые вылетали из него самопроизвольно, что омега не успевал их поймать.       — Ты не устал? — вздохнул Тэхён, которого пёр на руках Хосок.       Альфа только улыбнулся:       — Ну что ты, Тэхён! Ты для меня легче, чем пёрышко.       — Хи-хи-и-и… ты такой хоро-о-оший! Но иногда такой осёл…       Ви, как котёнок, налакавшись «молока», ластился к Хоби, обнимая его за шею. Ему было безумно приятно, что альфа несёт его на ручках, как принцессу, а ещё было трудно после спиртного передвигаться в пространстве самостоятельно. День действительно удался.       — Лин, если Дохён тебя ночью изнасилует, скажи мне, я ему лицо обглодаю, — сказал Чимин высокому бете.       — Не думаю, что у него хватит на это сил, — Лин посмотрел на еле передвигающего ноги менеджера и заметно успокоился.       Отперев двери, часть процессии ввалилась в номер омег. Сокджин бухнулся в свою кроватку, пока Чимин ставил подарки на пол у комода, а Лина попросил цветы поставить в вазу. В это время Хосок бережно положил сонное рыжее чудо на постель, стянул с него ботинки, куртку и заботливо укрыл одеялом. Тэ только причмокнул ротиком, провалившись в сладкий сон. Хоби ещё с секунду смотрел на него, потом поцеловал в лоб и пошёл на выход.       — Господин Пак, Вам помочь? — предложил Лин расправиться с курткой.       Чимин угукнул, позволил бете снять с него верхнюю одежду и обувь, а потом летящей походкой ввалился в ванную комнату с телефоном в руке.       Строки на экране немного расплывались, когда омега сел на крышку унитаза и щёлкнул замком в двери, чтобы ему никто не мешал. Тыкнув пальцем по папке контактов, Чимин приложил аппарат связи к уху и услышал долгожданное «алло».       — Привет, — улыбнулся омега, потрепав чёлку.       — У-у, кто-то хорошо выпил сегодня, — посмеялся Чонгук.       — Я л-люблю тебя-я-я!!!...       — Много выпил…       — Ащ, ты знаешь, что слова, сказанные в пьяном состоянии, самые искренние?!       — Знаю, я тоже тебя люблю, малыш. Как отметили?       — Хорошо, весело. Хоби-хёну пришлось нести на руках Тэхёна, — блондин через трубку слышал улыбку мужа. — Что ты сейчас делаешь?       — Иду в нашу спальню ложиться спать, у меня завтра важная встреча, — буднично ответил альфа, а потом тихо добавил: — Мне тебя не хватает. Я скучаю.       Ощутив, как сердечко забилось чаще, Чимин захотел заплакать. Ему сейчас тоже не хватало своего альфы, своего Чонгука. Его объятий, нежности, заботы.       — Чимин-и, ты плачешь? — спросил на том конце Чон.       — Гуки-и-и… я люблю тебя. Правда, люблю. Мы же всегда будем вместе, да?       — Конечно, эм… что-то случилось?       «Сказать? И что тогда? Нет. Тот поцелуй ничего не значил. Я ведь не хотел этого, а значит, это не измена. И Гуку об этом знать необязательно».       — Нет. Я просто скучаю… — омега прикрыл лицо ладонью. — Скажи что-нибудь хорошее.       Чонгук улыбнулся и послышались шорохи постели:       — Я никого не любил так, как тебя.       Чимин всхлипнул в руку, мокрую от слёз. Чувства к супругу были настолько сильны, что давили на грудную клетку, чтобы омега, похоже, задыхался каждый день.       — Вы же послезавтра вылетаете?       — Да, — Пак прокашлялся и попытался взять себя в руки. — Завтра хотели с Хоби и Джином погулять по городу.       — Ясно, а Тэхён с вами не пойдёт?       — Нет, он с Юнги куда-то собирался.       Чонгук замолчал, но даже через трубку можно было услышать его облегчение. Чимин знал, что Гук ревнует его ко всем альфам, а в особенности к Юнги.       — Иди ложись спать, тебе нужно отдохнуть, — тепло сказал альфа.       — Да, я пойду, — согласился омега и поднялся на ноги. — Спокойной ночи, Гуки!       — Спокойной ночи, люблю тебя.       — И я тебя.

***

      Голова кружилась даже с закрытыми глазами. Стук ложки о стенки кружки бил по мозгам, как молот по железу. Тэхён поморщился и нехотя сел на постели, потирая веки от солнечного света.       — Хён, умоляю, перестань долбить этой ложкой!       — Доброе утро, — улыбнулся Сокджин, откладывая столовый прибор. Старший омега выглядел гораздо лучше, нежели Тэхён. Джин сидел за небольшим столиком в углу и пил свежесваренный кофе. — Как самочувствие?       Рыжий прокашлялся и ответил:       — Как будто меня десять кошек обоссали.       Сокджин рассмеялся, отчего на постели застонал Чимин. Блондин открыл глаза, посмотрел на соседей по комнате и улыбнулся:       — Я же всё помню?       — Ты у нас спрашиваешь? — поднял брови Тэ. — Ха-ха, я помню, как по дороге в отель Джин упал и ухватился за ближайший столб.       — Я всего лишь поскользнулся.       — А я помню, как мы в номер пришли. Хосок нёс нашего Тэ на ручках, — сказал Чимин, улыбаясь, как котяра.       — Это я помню, — Тэхён скромно опустил глазки. — Я не так много пил, как могло бы показаться. Надо же как-то расшевеливать Хоби.       — Ну да, ну да, — покачал Джин головой и отпил из кружки.       Ким-младший встал с постели, подошёл к хёну и нагло забрал у него кружку, вдыхая аромат кофе. В это время Чимин вспомнил разговор с Юнги, потом звонок Гуку.       «Ох, я же ничего не ляпнул?» — пронеслось у него в голове, которую он с большим усилием оторвал от подушки, и попёрся в ванную.       — Я первый! — ломанулся за ним Тэхён. — Чим, за мной же скоро Юнги зайдёт.       — Подождёт, — Пак пихнул его и принялся раздеваться.       — Ну нет уж! Тогда мы будем мыться вместе.       Тэхён тоже выпрыгнул из штанов. Чимин понимал, что с похмелья у него нет сил, чтобы бороться с этим упрямым ребёнком, поэтому зашёл в душевую кабину и включил тёплую воду. Следом к нему нырнул Тэхён.       Через час омеги пришли в себя, заглотив пару таблеток от похмелья и заказанный Джином завтрак в номер. Тэхён оделся в голубенькие джинсы, кофту с капюшоном и куртку. Завязав шнурки на ботинках, он услышал стук в дверь и пошёл открывать. На пороге стоял собранный и серьёзный Юнги.       — Доброе утро, — кивнул альфа. — Готов?       — Да.       — Доброе утро, — выглянул из-за спины Чимин. Он украдкой посмотрел на альфу и отвёл взгляд.       — Доброе, Чимин, — сдержанно ответил Мин, а потом кинул вглубь комнаты: — Доброе утро, Джин!       — Доброе-доброе, — отозвался старший омега. — Юнги, ты следи за этой «занозой в заднице», а то ещё потеряешь в чужом городе. И не давай ему много сладкого.       — Ну ты прям, как мамочка, Сокджин, — Ви закатил глаза, положил в карман куртки кошелёк, телефон и ключ-карту. — Всё! Я пошёл.       Тэхён с улыбкой взялся за локоть Юнги, и они пошли к лифту. Хосок скептически посмотрел им в след, а потом постучал в двери соседнего номера.

***

      Район Гинза зовут новой Японией, и является он фешенебельным районом Токио, где расположены крутые бутики, дорогие рестораны, элитные магазины. Это яркий и современный мир, манящий туристов красотой, роскошью, помпезностью. Сокджин и Чимин гуляли вдоль улицы, разглядывая красочные вывески и причитая о том, сколько всяких омежьих штучек им надо купить. Хосок только смеялся, наблюдая за омегами со стороны, но подхватывал их идеи. Лин же шёл за ними, как спец агент, профессионально делая вид, что его здесь нет. От стаффа ребята отказались, так как убедили Дохёна в том, что они в состоянии сами о себе позаботиться, тем более с ними рядом будет Лин.       — О, мы можем зайти в театр Кабукиза, — предложил Хоби, заглядывая в телефон с геолокацией.       — Можно, а до квартала Юракучо Гадо-шита далеко? — спросил Джин, пока тянул ананасовый сок из стакана через трубочку. — У них есть кафе, где подают «охотничьи колбаски». Я хочу попробовать.       — Кажется, мы недалеко от него.       Чимин, решив отдохнуть от навязчивых размышлений по поводу поведения Юнги, в припрыжку жевал жвачку, не замечая взгляды альф, направленные в его сторону. Естественно, ведь у него не было метки, сигнализируя всем особям-альфам «зелёный свет», а запах мятного чая на Чимине уже выветривался. То ли дело виноград, который был сейчас таким насыщенным, что один парень всё же остановился.       — Привет! Ты такой красивый, никогда таких не видел. Можно с тобой познакомиться?       Чимин поднял на него невинные глазки, а потом захихикал. Перед ним стоял молодой парень одного с Чимом роста, на его плечах была кожаная куртка, а в ухе — серёжка. Затёртые кроссовки выдавали в нём среднестатистического студента колледжа.       — Прости, но я уже занят, — Пак показал ему своё обручальное кольцо на левой руке, запястье которой украшал браслет, подаренный Юнги.       — Это ничего не значит, — не сдавался незнакомец. — Я метки не чувствую.       Чимин придумывал, что бы ответить. Ведь надо мягко его послать, чтобы не назрел скандал. В это время Хосок и Сокджин обернулись.       Лин тут же подошёл и загородил собой Чимина:       — Иди мимо, парень, если не хочешь проблем!       — А ты кто вообще такой? — стиснул зубы незнакомый альфа и потянул руку к омеге.       Лин ловко перехватил его руку, одним махом скрутил сзади, отчего паренёк согнулся пополам и взвизгнул. Телохранитель взял его за шею и прошипел:       — Если не хочешь, чтобы этот квартал сейчас был последним, что ты видел, ты немедленно проваливаешь отсюда. Всё уяснил?       Альфа закивал, а потом взревел от боли в суставах:       — Я понял, понял я!       — Молодец, — Лин отпустил его.       Паренёк скорее уносил ноги от них, только пятки сверкали. Лин повернулся к Чимину и оглядел его:       — С Вами всё в порядке, господин Пак? Он ничего не успел сделать?       — Нет, всё хорошо. Спасибо, Лин.       — Это моя работа.       — Которая сегодня очень пригодилась.       Чимин выдохнул с облегчением, сейчас он убедился, что всё-таки зря постоянно отказывается от охраны. Гук был прав, когда сказал, что Лин должен быть рядом в его отсутствие.       Спустя пару часов блуждания по городу, Сокджин уже прикупил себе рубашку, Хосок – новые беспроводные наушники, а потом они все вместе пообедали в ресторанчике одного из торговых центров. Они гуляли, смеялись, фотографировались на фоне красивых локаций, шутили обо всём, что встречалось на пути. А потом Хосоку поступил звонок.       — Да… ага, мы стоим у Mitsukoshi. Подходи, — и альфа положил трубку.       — Мы кого-то ждём? — спросил Джин, а потом увидел приближающегося к ним Намджуна и закатил глаза. — И зачем ты его сюда позвал?       — Я не звал, он сам приехал. К тебе, — Хосок подошёл к Джуну и пожал руку. — Привет, как долетел?       — Нормально, — кивнул альфа и устремил взор на причину своего приезда.       Хоби, как самый сообразительный, закинул руку на плечи Чимина и повёл его ко входу в торговый центр:       — Ребят, вы погуляйте. Если что, мы тут. Созвонимся!       И упорхнул с омегой в здание, за ними пошёл Лин. Чимин хотел возмутиться, куда это он его потащил, но не смог, так как глаза у него в одно мгновение разбежались в разные стороны.       — Ого! Хён, тут так красиво, — засветился омега, и увидев надпись «Sale», схватил Хосока за руку. — Там распродажа! Идём скорее!       Хоби и не заметил, как уже через пять минут сидел в кресле напротив примерочных, пока Чимин мерил одну вещь за другой. Улыбчивая девушка с бейджиком консультанта забирала понравившиеся омеге наряды и уносила их на кассу.       — Ну как? — блондин отодвинул шторку и предстал в бледно-жёлтом свитере крупной вязки.       Хосок склонил голову в бок:       — Эм… слишком скучно.       — Ащ, ты ничего не понимаешь в моде! Это же новая коллекция, — Чим посмотрел на серьёзного Лина, который стоял неподалёку. — А ты что скажешь?       — Вам всё идёт, господин Пак, — не глядя ответил бета.       — Всё понятно с вами, — фыркнул омега. — Кстати, ты классно придумал, что свёл этих двоих. Влюблённым надо помогать.       — Конечно, иначе сами они никогда первый шаг не сделают, а будут дуться друг на друга. Пусть хоть поговорят нормально.       Чимин повертелся у зеркала и его осенило:       — А если голубые джинсы к нему взять?       — Тогда будет лучше, — одобрил альфа.       Консультант сверкнула белоснежной улыбкой:       — Вам очень идёт, могу подобрать Вам джинсы на высокой талии.       — Поищите, пожалуйста.       Девушка воодушевлённо упорхнула в сторону стеллажей с джинсами, а Чимин тем временем плюхнулся на диванчик к Хосоку.       — Ну, признавайся! Что у вас с Тэхёном? Вы теперь пара?       — Похоже, да, — тепло улыбнулся хён, вспоминая сонное чудо, которое нёс вчера на руках. — Думаю, куда бы его пригласить, когда вернёмся в Сеул.       — Своди его покататься на лошадях, — подсказал блондин, поправляя рукава. — Тэхён любит верховую езду.       — Да?       — Хён, ты ещё многого о нём не знаешь, — подмигнул Чимин и встал с места, потому что к ним уже бежала продавщица, держа в руках товар. — Это точно мой размер?       — У меня глаз, как у сокола. Можете не сомневаться, господин!       Хосок хохотнул, прикинув сколько всего уже собирался купить Пак, поэтому повернулся к Лину со словами:       — Тащить всё это будешь ты!

***

      Джун шёл молча, взирая на проходящих мимо людей, но только не на Сокджина, который шагал рядом. Они отошли не так далеко от магазина, чтобы заблудиться. Проходя вдоль высокого здания со множеством бутиков, Джин начал первый:       — Зачем ты приехал?       — Хотел тебя увидеть.       — Мм, увидел?       Намджун взлохматил свои фиолетовые волосы:       — Я больше не могу без тебя. Каждый день без твоего присутствия приносит мне боль. Я дал тебе столько недель, чтобы подумать. Но я сам уже не выдерживаю быть вдали от тебя.       — И? — вздёрнул омега подбородок, продолжая идти.       — И поэтому я здесь. Ты должен понять, что ты нужен мне.       РМ остановился посреди улицы и взял брюнета за руку.       — Джин, я люблю тебя! И не устану тебе это повторять… тогда… это было ошибкой. Я ненавижу себя за то, что не смог удержать сущность и сделал тебе больно.       — Вот именно, — подошёл ближе Сокджин. — Ты сделал мне больно. Это измена, Джун! Предательство.       — Предают всегда осознанно, предают всегда душой. А я не предавал тебя! Но знаю, что сделал тебе больно… ещё этот Чимин, — зарычал альфа, вспоминая, как блондин тёк у него в руках.       — Не вини его. Ребёнок ни в чём не виноват.       Намджун закивал, потому что осознавал весь масштаб ошибки, которую совершил. И ответственность за произошедшее лежит только на нём.       — Я приехал, чтобы получить твой окончательный ответ. Ты, наверняка, быстро найдёшь себе нового альфу. Не такого неуклюжего медведя, как я. Джин, я знаю, что не идеален, что столько проблем тебе приношу…       — Прекрати, — парень остановил его тираду. — Ты намного больше хорошего сделал для меня, чем думаешь.       Намджун не выдержал первый и накинулся на омегу с объятиями. Он сложил руки на талии Джина и вдохнул аромат лилий, который снился ему ночами, который остался на паре его кофт, который являлся для него самым приятным запахом на свете.       — Я не могу без тебя… Джин, прошу, давай не будем сжигать всё то, что есть между нами!       Одинокая слезинка с лица омеги всё же упала на воротник альфы. Джин обнимал его в ответ, несмотря на пакет из бутика, что висел на запястье. Они стояли и обнимались, и им было всё равно на проходящих мимо людей, которым приходилось обходить эту парочку, ведь они встали посреди тротуара. Какой-то дедок ругнулся в их сторону, но оба парня никого вокруг не слышали, будто они одни на земле. Пять лет они любили друг друга и продолжают любить. Джин понимает, что не может вот так просто отпустить Джуна, если тот будет с кем-то другим, омега не вынесет этого.       Альфа чуть отодвинулся, огляделся по сторонам и, взяв омегу за руку, повёл за угол здания. Нырнув под арку между ресторанчиками, РМ подтолкнул Джина к кирпичной кладке и накинулся на его губы. Омега охотно ответил на поцелуй, пакет с покупками упал на асфальт, а руки Джина взметнулись на плечи мужчины, который активно засасывал его губы, проникал в рот языком, заставлял таять в его объятиях и принимать всю ласку, в которой Джин так нуждался сейчас. Этот сногсшибательный альфа со стержнем внутри, перед которым лебезят все менеджеры компании, а шпана боится подойти близко, в данный момент нежно обнимал своего омежку, которого теперь ни за что не отпустит.       — Я всё положу к твоим ногам, Джин, — горячо шепнул альфа.       Брюнет вздохнул и подставил шею для поцелуев. В каком-то проходе, ведущем в подворотню, два влюблённых безумца сейчас сходили с ума и упивались близостью друг друга, в которой так нуждались, по которой так скучали. Сокджин дулся и обижался, плакал и ненавидел, но вместе с тем готов был лезть на стенку от отсутствия рук Джуна на своём теле, его голоса, внимания.       РМ уже тяжело дышал от накатившего возбуждения. У него в руках сейчас был совершенный во всех смыслах Джин и просил всё больше ласки, отчего мозги превратились в жижу. Хотелось целовать, трогать его везде, обнимать и шептать колыбельную на ночь, ведь омеге так нравится его голос. Любимый. Родной.       — Не обижай меня больше, иначе я просто погибну, — в сердцах прошептал Джин.       Намджун продолжил обнимать парня и поцеловал его в щёку:       — Обещаю, что больше никогда тебя не обижу! Иначе я сам дам тебе в руки пистолет, чтобы ты убил меня.       — Не-е-т, я не смогу тебя убить. И никому не позволю это с тобой сделать.       Альфа с упоением поцеловал его в губы, придерживая пальцами за скулу. Джин прервал манипуляции, когда руки мужчины спустились к его заднице.       — Мм, ты должен ещё заслужить моё доверие, — сказал омега, наблюдая за реакцией Джуна.       — Медвежонок, я завоюю тебя всего.

***

      Парк Фудзи Кью Хайлэнд с самыми скоростными аттракционами в Японии располагается недалеко от Токио в небольшом городке Фудзиёсида. Парк известен своими высокоскоростными уникальными технологичными американскими горками, которые занесены в книгу рекордов Гинесса.       — Айгу! Идём на Фудзияму, — сказал Тэхён и побежал прямиком туда.       Дорога до парка развлечений занимает на машине 2-3 часа, но Юнги предусмотрительно купил два комбо-билета (на автобус туда-обратно и билет в сам парк). Как только Тэ выскочил из автобуса, сразу же понёсся к аттракционам, что Мину приходилось бежать за омегой, чтобы не потерять его в толпе людей. Здесь много туристов с детьми из самых различных стран. Очереди огромные, несмотря на то, что ещё даже не сезон. Поэтому Юнги купил на территории парка дополнительные экспресс-пасы, дающие право в определённое время пройти на все горки без очереди.       Фудзияма считается самой высокой горкой в мире, её самая высокая точка равняется 79 метрам, максимальная скорость поездки достигает 130 км/час. Юнги шумно выдохнул и подошёл к Тэхёну. Протянул сотруднику парка билеты и их пропустили. Ви и Мин сели на втором ряду, их пристегнули всевозможными ремнями безопасности, и когда всё было готово и тщательно проверено персоналом, вагонетка поехала вперёд.       — Тебе страшно? — широко улыбнулся омега, схватившись за поручни.       — Да, за тебя, — хмыкнул Юнги. Он не считал себя боязливым человеком. Мало что могло выбить его из равновесия. И то, что они стали подниматься в гору, а вагонетка всё больше ускорятся, его совсем не трогало.       Тэхён кричал громче всех, особенно, когда они летели вниз и не видно было даже собственных ног, словно они потеряли их по дороге. Махина с высокой скоростью заставляла сердце ахуевать от опасности такого развлечения. Ви смеялся, кричал, чуть ли не плакал, вспомнил весь корейско-матерный язык, а потом снова визжал от восторга. Юнги только улыбался, глядя на дрожащего друга рядом, но и сам альфа тоже не смог удержаться от возгласов на особо страшных и крутых поворотах.       Как ни странно, самый мощный выброс адреналина был не при падении, а в те секунды, когда вагонетка ненадолго зависала в воздухе перед тем, как рухнуть в пропасть. Трасса длиной в тысячу метров была преодолена за 2,5 минуты.       — Божечки, земля, — орал сквозь смех Тэхён, когда упал на газон и принялся его обнимать. — Я выжил!       — Тэ, поднимайся, — хохотал Юнги. — А то нам ещё на три аттракциона надо успеть.       Все четыре горки были посещены. Тэхён всё ещё чувствовал себя, как выпотрошенная индейка, но гораздо лучше ему стало от купленной еды.       Они шли по улице, где недалеко находилась автобусная остановка. Омега с удовольствием кушал пончик с клубничным джемом, а Юнги предпочёл сэндвич с беконом.       — Я хотел спросить, — начал Ви издалека. — Зачем было то представление тогда? Где мы типа флиртовали.       Мин прожевал кусочек и ответил:       — Это было ребяческой глупостью. Извини, что каким-то образом обидел тебя…       — Хён, ты всегда можешь на меня положиться. Только не в буквальном смысле, конечно, — оба парня хихикнули. — Но скажи… тебе, правда, нравится Чимин?       — Не знаю, Тэ. Скажем так, он меня привлекает, как омега. Но теперь он замужем, и я не имею право на что-то рассчитывать.       — Эх, я бы был рад, если бы вы были парой. Но Чимин выбрал Чонгука, у них там любовь до гроба, поэтому…       — Я понимаю, — кивнул Юнги, заворачивая остаток сэндвича в пакет. При мысли о Чимине уже и кусок в горло не лез.       — Мне кажется, что ты медлил, — вдруг сказал омега, продолжая поедать лакомство. — Нас омег надо брать. Альфа не спрашивает, альфа берёт. Ты слишком сдержан, хён.       — Ну таков я.       — Нет, ты сделал себя таким, когда обжёгся однажды. Но не надо мерить всех по своему предыдущему опыту.       Юнги положил бутерброд в рюкзак, из которого достал бутылку воды. Тэхён был прав в какой-то степени. Возможно, он и вправду медлил, почему и упустил Чимина. Это был первый омега, который понравился ему за три года после расставания с предыдущим парнем. У Пака есть какое-то неописуемое обаяние, которое заставляет тянуться к нему, как цветок тянется к солнечному свету.       — Юнги, вот скажи мне как хён. Первая любовь для альф, что это?       Мин задумался, отпил из горлышка немного воды, затем отдал бутылку Тэхёну.       — Я могу тебе объяснить, исходя из своего личного опыта. Если смог разлюбить, то хорошо, — альфа спрятал руки в карманы куртки и посмотрел в сторону дороги. — Если не сможешь, это привязанность. Если возвращаешься, это печаль. Если возвращаешься раз за разом, это боль… Ты страдаешь от расставания, и твоё сердце разрывается. Потом ты принимаешь это и ничего не чувствуешь. Вот как бывает.       — И что ты чувствуешь на данный момент?       Пепельноволосый айдол пожал плечами:       — Я в подвешенном состоянии, Тэхён. Как висельник, собирающийся оттолкнуть табуретку.       Тэхён, будучи чувствительным омегой и хорошим другом, подошёл к Юнги и обнял его, как самого родного человека. Альфа только обнял в ответ, не желая говорить что-либо ещё.

***

      В отель они возвращались в приподнятом настроении. Ви развеселил хёна забавными историями, о которых слышал последние месяцы. В коридоре было пусто, они приблизились к номеру, где ночевали Тэхён, Джин и Чимин, и стоило Киму открыть дверь ключ-картой со словами:       — Я тебе сейчас на планшете это видео с пуделем покажу, — как до Юнги донёсся сильнейший запах винограда.       Мину будто внезапно надели удавку на шею: дышать стало трудно, руки затряслись, а тело окутало дрожью. Всё ещё не осознавая происходящее, альфа оттолкнул Тэхёна, ворвался в комнату, как волк на зов своей волчицы, и увидел лежащего на кровати Чимина в позе эмбриона. Блондин стонал, вздыхал, ёрзал по постели и повернулся к вошедшему в номер:       — Тэхён, это ты?       В ту же секунду, когда взгляды двух парней пересеклись, в нос Чимина резко ударил отчётливый запах карамели…       Вот оно... То самое чувство, которое меняет всё до песчинки...       — Юнги?       От одного имени, произнесённого этим нежным голосом, у Юнги всё в штанах задымилось. Не говоря уже о запахе смазки, которая вытекала из Пака в безумном количестве. Феромоны, которые выбрасывал сейчас течный омега, захватили рецепторы альфы. Рюкзак упал с плеча. Юнги чуть не грохнулся на пол, потому что ноги подкосились вмиг, благо успел схватиться за ручку двери ванной комнаты.       Изучая лицо старшего, Чимин заметил, как молниеносно тот изменился в лице: зрачки увеличились до огромных размеров, глаза расширились...       И вот тут Чимин осознал лишь одну мысль в своей голове: «Истинный!».       — Нет! Нет! Нет! Нет! Только не это! Нет! Нет!..