Закрой глаза на истинность

      — Купил новый? — Чимин повернул голову к мужу.       — Мы купили, — ответил Чон и вышел из машины. Открыл супругу двери и подал руку.       Омега удивлённо разглядывал новенький боинг, ко входу в который вела красная дорожка, а по бокам стояло трое стюардов. Чим ойкнул, когда альфа поднял его на руки и понёс по трапу вверх на борт.       Белый брючный костюм и такого же цвета пальто роскошно сидело на блондине, придавая ему шарма и подчёркивая образ непорочности. В салоне самолёта всё было намного красивее, чем в том, когда Чимин летал в Токио с командой.       Стюард в синей форме принёс два бокала шампанского, которое на вкус было, как эликсир из редчайшего источника. Пак откинулся на кожаную обивку кресла и посмотрел в иллюминатор, когда они уже поднялись в облака. Сегодня утром Чимин был в компании и разговаривал с Дохёном. Менеджер хотел придушить и его, и Чонгука за такое решение, как уйти из «Big Company», но Чон твёрдо стоял на своём. И менеджеру ничего не оставалось, как расторгнуть договор с Чимином. Правда, омега не доработал месяц до окончания срока договора, поэтому неустойку пришлось платить Гуку, причём весьма крупную, ведь была запланирована ещё одна фотосессия. Но Чонгук не прекратил спонсорство в компании, решив пока оставить это дело. Тэхён же закатил истерику и накинулся на альфу с когтями, однако, омегу удержал Хосок, который был в таком же недоумении, но быстро всё понял, когда им объяснили истинную причину всего этого кошмара. Сокджин расстроился, хоть и поначалу хотел вытолкнуть Чимина из группы. А Юнги в компании вообще не было. Как и вестей о нём. Трэй только сказал, что Мин попросил дать ему побыть в одиночестве.       Лететь из Сеула в Лос-Анджелес около 11 часов, поэтому они вылетели поздно вечером, чтобы утром уже быть на месте. Весь полёт Чимин сладко спал в своём кресле-кровати под одеялом. Перед вылетом он ощущал некую внутреннюю тревогу, но позже всё прошло. Возможно, так подаёт сигналы истинность, но омега решительно сказал ей: «Заткнись!» и лёг спать.       В соседнем ряду спал Чонгук, но больше ворочался с бока на бок, потому что сейчас были некоторые сложности в компании. Но альфа не мог лишить своего любимого омегу подарка на день рождения. Он хотел отвлечь Чима от грустных мыслей, потому что парень стал всё реже улыбаться из-за последних событий и много находится в раздумьях, замыкаясь в себе. Этого блокированного состояния мужа Гук никак не мог допустить, поэтому оставил всё на зама и отправился с Паком в Лос-Анджелес, ведь отношения с Чимином сейчас перевешивали на чаше весов, где по другую сторону висела репутация и успех «Chon Group».

***

      Отель Beverly Wilshire, a 4 Seasons расположен на противоположной стороне дороги от улицы Родео-драйв. К услугам гостей бассейн в средиземноморском стиле и гидромассажная ванна с частными кабинками для переодевания. Отель находится в популярном месте, поблизости от магазинов на улице Родео-драйв, а также неподалёку от таких достопримечательностей, как Голливуд, город Санта-Моника и пляж Венис-Бич.       — Гости нашего отеля могут расслабиться в spa-центре и заказать массаж, процедуры по уходу за лицом и органические процедуры с использованием широкого ассортимента продуктов. На территории отеля работают конференц-центры и фитнес-центр с ультрасовременными тренажёрами. Кроме того, гостям бесплатно предложены свежие фрукты, соки, бутилированная вода и вода в кувшинах с добавлением натуральных фруктов. За дополнительную плату можно воспользоваться кабинками возле бассейна, а в кафе-баре у бассейна подают ланч, — говорила без умолку симпатичная девушка в униформе, пока вела Чимина и Чонгука к их номеру по коридору. — В вашем распоряжении различные рестораны. В лаундже работает удостоенный звезды Мишлена стейк-хаус CUT, где вы можете отдохнуть в средиземноморской обстановке и отведать блюда по меню от шеф-повара Вольфгана Пака. В меню входят блюда из морепродуктов и стейки, в сопровождении коктейлей, редких вин и спиртных напитков со всего мира.       Ключ-карта пиликнула зелёным светом, пока за молодожёнами шли несколько представителей охраны и катили чемоданы. Девушка в форме распахнула двери, широко расставив руки, и попросила идти за ней.       — Пожалуйста, Ваш номер-люкс общей площадью 91 квадратный метр, который находится на 9 этаже крыла «Уилшир» с видом на город и Родео-драйв. К вашим услугам большая отдельная гостиная зона с мини-баром и телевизором с плоским экраном и кабельными каналами. Предусмотрен заказ еды и напитков в номер, поэтому позвоните, пожалуйста, по телефону… — менеджер указала рукой на аппарат связи из позолоты с проводом, как из старого голливудского фильма, — … и наберите номер, который указан в памятке на столе. Если возникнут какие-либо вопросы, мистер Чон, обращайтесь на ресепшн, и Вам с Вашим супругом непременно помогут.       — Благодарю, — улыбнулся ослепительной улыбкой Чонгук, которая на всех девиц действует безотказно.       Определённо, сервис был на высшем уровне, ведь девушка-американка свободно говорила на корейском, будто родилась и выросла в Сеуле.       Чимин прошёл в комнату с огромной двуспальной кроватью, которая была с полностью белой постелью и укрыта серебряным покрывалом. Шесть больших подушек выстроились в ряд, так и побуждая плюхнуться туда, но омега стоял возле неё и молчал. А после почувствовал чужие руки на своей талии.       — Я уже хочу тебя на этой кровати, — горячее дыхание Чонгука опалило шею, и омега закусил губу.       Чимин развернулся в руках Чона и сел попой на край кровати, ощутив мягкость матраса, как на облачке. Альфа приблизился к лицу парня и провёл кончиком языка по его губам.       — Как во время нашего свадебного путешествия, не будет, — произнёс блондин, чуть отодвигаясь. — Мы будем гулять, кушать и наслаждаться городом.       — А десерт будет? — поиграл бровями Гук, трогая коленки любимого.       — Вечером.       — Сладкое на ночь вредно.       — Тогда завтра утром.       — Всё, я понял! Вечером, так вечером, — сдался Чонгук.       — Я в душ, — и омега поскакал в ванную, чтобы и там охать и ахать от отделки керамики.

***

      Чимин подумал, как всё-таки хорошо, что секретарша Чонгука забронировала всё заранее, и молодожёнам оставалось только прийти и взять то, что уже для них приготовлено. Девушка осталась в Сеуле, но всегда на связи в случае чего.       Белый «Шевроле Корвет» с откидным верхом и двумя кожаными сидениями красного цвета, как у настоящих гонщиков, с мощностью в 600 лошадиных сил притормозил у выхода из отеля. Чимин никогда ещё не видел настолько изысканный и навороченный автомобиль, который внушает любому, кто в него сядет, всего одну мысль: «Я — король мира!». Чонгук сел за руль и разогнал двигатель всего за 3,7 секунды до 100 км/час. Машина издавала такой невероятный звук, будто сама вселенная хочет прокатиться с тобой.       За ними в чёрном «Ауди» ехал штат телохранителей во главе с Ианом, который не терял бдительность даже в таком сказочном городе, как Лос-Анджелес.       Погода стояла ясная и довольно тёплая. Чимин был одет в жёлтый свитер и голубые джинсы с дырками на коленках, которые он купил в Японии, с белыми найками. В ушах омеги были кольца, делая его стильным и милым. Чонгук был одет в презентабельный костюм и тёмные джинсы. Он вёл автомобиль и сам наслаждался удобной комплектацией этой крошки, которая ехала по дороге в самом легендарном районе Беверли-Хиллз. Высоченные пальмы, особняки кинозвёзд, от изобилия глаза омеги бегали в разные стороны, боясь упустить детали.       Как сказала та девушка-менеджер из отеля, Лос-Анджелес — это город-легенда, где сбываются мечты.       Хотелось фотографироваться на каждом углу, ведь вокруг было так красиво, что Чимин дышал через рот, когда видел то или иное место, которое было снято в американском фильме. Они заехали в район Голливуд, где снимаются самые дорогие, самые кассовые и самые известные блокбастеры.       Ресторан «Бартон Джи», в котором молодожёны собирались пообедать находится в Западном Голливуде. Это то место, которое стоит посетить хотя бы раз в жизни. Заведение славится своей оригинальной подачей блюд.       Чимин присел на стул, а Чонгук занял место напротив и взял в руки меню. Через минуту к ним подошёл высокий парень с фартуком на поясе.       — Hello! My name is William and today I will be your waiter.       Пак хохотнул в руку, глядя на мужа:       — Ты знаешь английский?       — Очень плохо, — мотнул головой Гук.       — О, sorry, я по привычке. Корейский, yes? — спросил официант.       — Да, лучше корейский, пожалуйста, — ответил Чимин.       — Прошу прощения! Многие иностранцы говорят на английском, чтобы уже не путаться. Но я неплохо знаю корейский язык, поэтому, думаю, проблем не возникнет. Давайте ещё раз. Меня зовут Уильям и сегодня я буду вашим официантом. Вы уже выбрали что-нибудь? Могу посоветовать.       — Говорят, у вас есть большой американский стейк, который любит Сильвестр Сталлоне, — поднял голову Чонгук, деловито потрогав подбородок.       — Да, сэр! Он подаётся с нашим фирменным соусом и зеленью.       — Тогда две порции.       Уильям послушно всё записал в блокнотик.       — Ого, на картинке, что это? — спросил Чим.       Официант наклонился, чтобы глянуть в меню, куда показывал омега, и улыбнулся:       — Десерт «Голова Марии Антуанетты». Это королева дореволюционной Франции и Наварры, известная своей пышной причёской. Десерт очень сладкий, поэтому советую взять один на двоих.       — Хорошо, несите его, — Чимин игриво зажал зубами указательный пальчик.       Чонгук только умилялся его ребяческому желанию попробовать всё необычное.       — Могу посоветовать к стейку красное вино из новой коллекции…       — Нет, Уильям, спасибо, я за рулём, а моему омеге ещё бегать и бегать сегодня. Поэтому принесите два стакана воды с лаймом.       — Хорошо, сэр, — кивнул парень.       — Ой, а что за коктейль «Ниже нуля»? — снова поднял глазки омега.       — Это коктейль с соком грейпфрута и апельсина, подаётся с жидким азотом.       — Вау, Гуки, я хочу его попробовать!       — Хочешь, бери, — махнул альфа. Такому лучезарному Чимину невозможно отказать.       Обед и обстановка были восхитительны. Мясо буквально таяло во рту, десерт был ну очень сладким, а метровую причёску из розовой сахарной ваты Чимин, естественно, не смог в себя впихнуть, но смесь разных сливок и шоколада в кружке с трубочкой, что шла в наборе, всё же выпил. А когда Уильям принёс рыжий, как волосы Тэхёна, коктейль в мартинке, полил его жидким азотом и создал сказочный пар, Чимин широко раскрыл ротик от изумления. Чонгук успевал фотографировать эмоции мужа, обещая поставить самую смешную на звонок в телефоне.       Позже они отправились на ту самую Аллею Славы. Звёзды с именами знаменитостей на гранитной плитке простирались вдоль улицы и, казалось, им не было конца. Сандра Буллок, Шерон Стоун, Анжелина Джоли, Брюс Уиллис и ещё куча имён были под кроссовками Чимина, пока тот шёл среди незнакомых ему людей. Чимин говорил «Hello!» случайно проходящим афроамериканцам, которых здесь можно встретить на каждом шагу нежели в Корее, и получал в ответ заинтересованные взгляды, ведь сам Чим смотрелся здесь, как редчайшая диковинка. Причём, чертовски красивая диковинка.       — Hello! — Пак подбежал к человеку, одетому в образ Майкла Джексона. — How much?       — Hey! One dollar, — ответил незнакомец в красном пиджаке и с выглядывающими из-под шляпы чёрными кудрями.       — Okay! — Чимин повернулся к застывшему Чонгуку со словами: — Гуки, сфоткай нас!       Омега достал сложенную вдвое зелёную купюру и отдал мужчине в костюме. Чимин предусмотрительно ещё в номере отеля сложил несколько мелких американских долларов в карман джинсов как раз для таких вот случаев. Блондин взлохматил чёлку и встал к «Майклу» спиной, соприкоснувшись с ним плечами, пародируя знаменитый жест Джексона, смотря в объектив смартфона. Получилось потрясающее фото, где посреди Аллеи Славы, куда хочет попасть каждый турист, Чимин с сексуальным прищуром глаз тянет палец вверх, стоя спиной к спине с Майклом Джексоном. В этот момент Гуку показалось, что время остановило свой ход, ведь его муж смотрелся нереально круто.       — Thanks bro! — Чим ударился с мужчиной кулачками и пошёл гулять дальше.       Его догнал Чонгук и пошёл нога в ногу, пока охрана плелась сзади:       — Ты так хорошо знаешь английский?       — Да из школы какие-то базовые фразы помню, вот и говорю. И вообще, чтобы пользоваться онлайн-переводчиком, много таланта не надо.       — Я всё равно восхищён тобой! — сказал Гук и остановил омегу, притянув к себе. — А со мной фото сделаешь?       Чимин возвёл глаза к небу:       — Боюсь, у тебя не хватит денег, чтобы со мной сфоткаться.       — С тобой я расплачусь натурой.       — Что ж, я согласен, — рассмеялся Чимин и посмотрел в камеру айфона.       Путеводитель подсказывал, куда ещё можно заглянуть парочке, пока не наступил вечер. Ведь в восемь часов по местному времени начнётся представление в театре Wiltern, куда Чонгук достал билеты с большим трудом. А пока у них было ещё пару часов, чтобы насладиться прогулкой по городу. Здесь, в Калифорнии, Чимин и Чонгук не были известны абсолютно ничем. Фирмы их родителей бросались своим именем лишь в Корее, а здесь, идя в бесконечном потоке людей, машин молодожёны были обычными туристами, до которых никому нет дела. Америка настолько пышет той свободой, о которой так кричит весь мир, что даже если они будут визжать и истерически смеяться, всем будет плевать. И этим временем супруги искренне наслаждались, шли, держась за руки, и дышали незнакомым воздухом.       — Смотри, это же уличные танцы!       Чимин ломанулся вперёд, и Чонгук вместе с охраной побежал за ним. Небольшая толпа людей образовала некое подобие круга, в центре которого танцевал хип-хоп чернокожий парень с кепкой на голове. Пака всегда поражал этот стиль, он пытался выучить его, когда заканчивал танцевальную академию, и получалось довольно-таки неплохо.       — Yo! Come on dude! — кричала толпа, под играющий в переносной колонке бит. — Fire! Fire!       Чонгук пробрался сквозь толпу и склонился к уху мужа:       — Чимин, ты с ума сошёл?       — Да! — запищал омега и выбежал в центр круга.       Чернокожий танцор, который был накаченным альфой, остановился и обратил внимание на симпатичного омежку в джинсах. Чимин прогнал внутреннее волнение и сделал шаг вперёд:       — Hey, men! Have you seen Korean dances?       — What? Korean dances?       — Yeah! — кивнул Чимин, широко улыбнувшись. — Who wants to watch? — спросил он толпу.       Молодые люди тут же переглянулись, многие из них тоже были танцорами. И все тут же поддержали идею Пака, подняв кулаки в воздух с криками, что они хотят увидеть корейский хип-хоп. Чонгук ошарашенно смотрел на происходящее, где вокруг Чимина стояла большая толпа и голосила, как один:       — Battle! Battle! Battle!       Уличный танцор в кепке усмехнулся, глядя в лицо омежке:       — Do you want a battle? Okay! Let’s go!       Парень пошёл ставить в колонке подходящую под баттл музыку. Тем временем Чимин посмотрел на Гука, которому Иан шепнул на ухо:       — Господин Чон, может, его остановить?       — Поздно, — ответил альфа и стал хлопать вместе со всеми, тем самым подбадривая танцоров.       Чимин потёр раскрасневшиеся щёчки, услышав в голове: «Нахрена я всё это затеял?». Но всё же один раз живём, поэтому он отошёл чуть в сторонку, потому что первым начинает темнокожий парень, сложил руки в задних карманах джинсов и стал наблюдать.       Музыка заиграла с басовыми звуками. Танцор в кепке танцевал так, как будто начал заниматься им, едва ли стал ходить самостоятельно. Его движения, пластика и чёткие удары руками в воздухе заряжали энергией разогревшуюся толпу. Поворот, взмах, прыжок и стояние на одной руке выше всяких похвал. Чимин даже задумался, почему этот талантливый парень не знаменит, ведь у него определённо есть феноменальные способности к танцам. Но Лос-Анджелес, это город, где из тысячи талантливых актёров, режиссёров, танцоров 999 не становятся знаменитыми.       Музыка стихла, парень встал в завершающую позу, как крутой рэпер из Гетто, и толпа взорвалась бурными аплодисментами. Чимину стало неловко, возможно, он переоценил свои способности.       — Well! — сказал чернокожий. — Show us Korean Hip Hop!       — I need Korean music, — подошёл к нему омега.       Парень кивнул и позвал его к колонке, которая была подключена к планшету через Bluetooth. Найдя в интернете песню «ON» одной знаменитой южнокорейской группы, Чимин попросил врубить её и встал в центр круга. Оживлённая толпа гудела в предвкушении увидеть что-нибудь крутое и не ошиблась. Ведь хореографию этой группы Чим знал хорошо.       Удары барабанов под смешанный инструментал начал бить из колонки, а омега плавно задвигался, постепенно набирая скорость. Взмахи рук, касания подбородка, при этом чётко двигаются ноги в кроссовках. Всё тело задействовано, пока песня поднимается вверх, заставляя двигаться всё ярче и круче. Прыжок, переброс ногами в воздухе, руки в стороны, чёткий наклон головы, как у змея-искусителя. Руки туда-сюда, будто моют воображаемое окно. Смешанный с брейкингом корейский хип-хоп в исполнении Чимина весьма крут, иначе почему толпа вокруг так дико кричит и хлопает в ладоши?!       Адреналин бьёт в каждой жилке, а экстаз от любимого танца разливается по телу приятной патокой. Чонгук смотрел на мужа и пришёл к выводу, что Чимин – это одно сплошное очарование.       Взмахи волосами, руками, ногами. А толпа уже визжит, впервые видя южнокорейские танцы воочию. Темнокожий парень в кепке кивал в такт музыке, улыбаясь и пристально наблюдая за талантливо танцующим омегой. Трэй всё-таки гений, потому что научил Чима многим приёмам, чтобы взорвать весь стадион, не то что туристов на улице.       Решающий момент, когда надо выложиться по максимуму и отдать всего себя танцу. Чимин не жалеет ни сил, ни эмоций, офигенно отбивая хореографию. Переборы и топот ногами, прыжок с высоко задранной ногой, при этом не теряя серьёзно-крутое выражение лица, как у профессионала. Последний припев… Волна по телу, пластика и грациозность, чтобы каждый захотел этого сладкого и охуенного во всех смыслах блондина, отбивающего ногами бит по асфальту.       Чимин закусывает губу, повернувшись к своему сопернику боком, и ведёт рукой по телу вниз, извиваясь, как уж, который может укусить, как только ты купишься на его сексуальность.       — … bring the pain, oh, yeah! — закончилась песня.       Чимин тяжело дышал, он расслабил мышцы и посмотрел вокруг. Люди закричали с дикими воплями и захлопали в ладоши. Афроамериканец выставил руки вверх, а-ля «Я сдаюсь!» и подошёл к омеге, хлопая того по плечу.       Но в центр уже вышел Чонгук, не желающий, чтобы к его малышу кто-либо прикасался. Альфа обнял Чимина за талию, а тот улыбнулся и впился в его губы поцелуем. Мятные нотки и альфий парфюм кружат голову, и Пак, не набрав в лёгкие воздуха, пробует их на вкус с особой жадностью. Дух захватывает от происходящего, земля уходит из-под ног, те самые крылья расправляются за спиной, и Чимину хочется кричать Гуку о своих чувствах. Молодёжь визжала, увидев столь романтичную сцену, кто-то даже стал снимать их на телефон.       — Oh, shit! — расстроенно высказал парень в кепке. Чим показал ему кольцо на пальце. — Is that your husband?       — Yes, — улыбнулся омега, повиснув на шее супруга.       — Well, good luck!       — Файтинг! — крикнул Чим, и они с Гуком пошли гулять дальше.       Толпа всё ещё переговаривалась, кто-то даже хотел попробовать станцевать, как этот корейский незнакомец, что теперь шёл вдоль улицы за руку с мужем.       — Ну скажи что-нибудь, — рассмеялся Чимин. — Тебе понравилось?       — Я записал всё на видео, — ответил альфа, сжимая пальцы омеги в своей руке. — Ты двигался нереально круто! Хм, я не знал, что ты настолько дышишь этими танцами.       — Теперь знаешь. Я мог бы лучше, но... отсутствие тренировок сказывается.       Чонгук задумчиво смотрел вперёд, пока шёл по улице, и думал, насколько, должно быть, жестоко отбирать у этого светловолосого парня кислород, который наполняет его жизнь смыслом.

***

      — Заинтригован? — мужской голос над ухом вызывает мурашки по телу.       Чимин уверенно вложил ладонь в руку мужа и пошёл за ним. Театр Wiltern представляет собой смесь коричневых и малиновых цветов. Громадная люстра над потолком притянула взгляд омеги, когда они с Гуком зашли на балкон с несколькими креслами на бельэтаже. Стулья, обитые бархатной тканью, большая сцена с декорациями, толщенная ткань занавеса, всё было столь изысканно, что дух завораживало. Однако, Чонгука больше волновал не театр, а Чимин. Омега стоял у бортика и с интересом смотрел вниз на партер. На нём были узкие чёрные брюки с лаковыми ботинками, джемпер, а сверху пиджак из синего бархата с позолоченными пуговицами. Выглядел он сейчас, как шикарный принц современности. А блондинистые волосы с розовым отливом были уложены в объёмную прическу.       — Чонгук, — позвали альфу слева. — Привет!       Брюнет обернулся и узнал в парне знакомого омегу:       — Райан, привет! Вот так встреча.       — Это точно. А я стою и думаю, ты или не ты. Надо же, всего полгода прошло, как выпустился из университета, а уже такой статный мужчина.       — А ты, я смотрю, всё такой же, — оглядел он русоволосого американца. Тот был весьма стильно одет, а подведённые подводкой глаза несомненно подчёркивали его лисий взгляд. — Решил приобщиться к искусству?       — Ой, я тут с одним местным миллионером пришёл, а он жуть как любит театр. Знаешь, он старый, поэтому рано засыпает, — Райан повёл пальчиком по плечу Чонгука, пленительно улыбаясь. — Мы бы смогли посидеть где-нибудь, выпить за встречу, так сказать… Я могу тебе много мест показать…       Подобные намёки Чонгук научился понимать ещё со студенчества, когда к нему уже клеились омеги самых разных мастей и чуть ли не во всеуслышание предлагали секс.       — Ох, — остановил манипуляцию Райан, чуть пошатнувшись, будто его сознание помутилось. — Вкусно пахнешь, даже слишком. Это… метка???       — Боюсь тебя огорчить, Райан, — вежливо улыбнулся альфа и убрал с себя омежью руку. — Я женат.       — Как? — русоволосый недоуменно захлопал глазками.       Около них резко возник Чимин. Он по-хозяйски положил левую руку на плечо супруга, нарочно демонстрируя кольцо на безымянном пальце, и натянул на губы, покрытые ягодным блеском, лёгкую улыбку.       — Дорогой, скоро начнётся, — потом обратил внимание на Райана, будто бы он раньше его и не видел. — Добрый вечер! Милый, не познакомишь нас?       — А, да, простите, — очнулся Гук и обнял блондина за талию. — Райан, познакомься, это Пак Чимин, мой муж. Чимин, это Райан Пирс, мы с ним учились в университете на одном факультете. Он был у нас студентом по обмену из Америки.       — Приятно познакомиться, — продолжал скалиться Чимин, уже желая выцарапать этому маленькому блядуну глаза. — Чудная сумка.       — Да? — растерялся Райан и глянул на сумку в своих руках.       — Угу, только берите более качественную подделку в следующий раз, и лучше у проверенных китайских производителей.       — Нам пора, — кивнул Чон. — Рад был встрече.       Чимин утянул мужа за собой, рассаживаясь по местам. Райан сел на своё место в соседнем балкончике рядом с тем старым хрычом, о котором ранее говорил. Иан и ещё пара охранников заняли место на балконе позади молодожёнов Пак и Чон.       Свет в зале погас и занавес начал разъезжаться в стороны. Полился только белый свет прямиком на сцену. Чимин склонился к уху мужа:       — Ты трахал его?       Чонгук погладил тыльную сторону ладони омеги, что лежала на подлокотнике, усмехнулся и склонился к его ушку в ответ:       — Если да, то что?       Чим психанул и убрал руку из-под ласковых пальцев альфы, устремив всё своё внимание на сцену. Но через секунду снова обратился к мужу:       — Не знал, что ты размениваешься на дешёвок.       Брюнет лишь бесшумно посмеялся в потолок. Его забавляла реакция супруга.       «Малыш ревнует?»       Спектакль начался. На сцене появился парень в обтягивающем костюме и начал танцевать под дивную мелодию скрипки и виолончели. Представление было и впрямь великолепное, особенно с массивными декорациями, блистательной игрой актёров и сказочной атмосферой.       Пару раз у Чимина замирало сердце на особенно значимых сценах, где был крик души о той любви, о которой рассказывала представленная история. Но омегу всё ещё сжигал огонь ревности, поэтому через полчаса он наклонился к Чонгуку и прошептал:       — А меня тебе трахать нравится?       — Конечно, нравится, — с лукавой улыбкой ответил альфа. Он посмотрел в глаза мужу и понял, что хочет его до безумия.       — Взял бы меня прямо сейчас?       Гук сглотнул вязкую слюну и прикрыл веки. Чёрт! Возбуждающие картинки предательски замелькали перед глазами, что уже было совершенно плевать на театральную постановку. Что там говорят, о чём поют и как танцуют. Всё отходит на второй план всего лишь от одной чёртовой фразы, слетевшей с этих любимых уст.       Альфа коснулся мочки уха омеги губами:       — Хочешь, можем выйти и проверить.       Чимин закусил нижнюю губу и, оглядевшись по сторонам и убедившись, что они сидят в тёмной зоне, пока весь свет направлен на сцену, опустил руку к ширинке мужа. Проворные пальчики тёрли выпуклый бугорок, заставляя член альфы дёргаться и просить большего. Блондина обрадовала такая реакция на его действия, а потом он прошептал мужу:       — Я хочу досмотреть постановку. Извини!       Убрал руку, закинул нога на ногу и устремил взгляд на сцену. Чим хохотнул внутри себя. Так ему и надо. Альфа наказан за своё поведение. Нехуй ворковать со всякими шлюшками. И омега продолжил с серьёзным выражением лица наблюдать за происходящим на сцене.       «Сука!» — мысленно ругнулся Чонгук, откинувшись головой назад. У него тут член дымится, яйца потяжелели, а Чимин хочет спектакль досмотреть. Вот жук. Ну всё. Пак сегодня до утра не уснёт, а завтра вообще сесть ни на один стул не сможет.

***

      Пробка вылетела из бутылки шампанского, как салют на Рождество, отчего омега смешно взвизгнул. Чонгук разлил игристое вино по бокалам и один отдал Чимину. Они сидели в своём люксе, в наполненной водой с пеной круглой ванне и смотрели в панорамные окна на огни Лос-Анджелеса. Свет в номере был приглушён, на полках стояло несколько ароматических свечек, а на деревянном бортике ванны стояла ваза с фруктами. Романтичность вечеру добавляли лепестки белых роз, разбросанных по полу.       — За нас, — поднял бокал Чонгук.       — За нас, — повторил Чимин, и молодожёны чокнулись фужерами.       Полусладкое шампанское промочило горло приятными пузырьками, а клубника была охвачена чувственными губами. Альфа наблюдал за своим омегой неотрывно.       — Почему я, а не он?       Чимин проглотил клубнику и запил всё шампанским, когда услышал вопрос. Он сидел напротив мужа, соприкасаясь с ним ногами под тёплой водой, и задумчиво смотрел в окно.       — Хочешь, чтобы я пел тебе дифирамбы? — в тон ему спросил Пак.       — Нет. Просто хочу знать, — брюнет покрутил бокал в своих пальцах, опираясь локтем на бортик. — Он ведь твой истинный, неплох собой. Всё это не только тебя выбило из колеи, но и меня. И я хочу понять…       — Я люблю тебя, — произнёс блондин, сделав ещё глоток.       — За что?       — Ха-х, а разве любят за что-то? Вот меня ты за что любишь?       — За то, что ты лучше меня.       — Разве? — омега вскинул брови.       — Да. Знаешь, я с детства такой. За какое бы дело ни брался, я стремился быть лучшим. Всегда первое место на соревнованиях в школе, потом в университете. Лучший студент в старшей школе, но был тогда тот, кто обгонял меня. Ты, Чимин! Ты умный, обаятельный, добрый. Можно перечислять бесконечно. Мм, до недавнего времени я думал, что женился на ослепительно красивом омеге с амбициями. Но сейчас я вижу тебя другого…       — Какого?       — Мне сложно это признавать, но иногда… в некоторых ситуациях ты сильнее меня, — задумчиво ответил альфа и отпил из бокала. — В тот день… когда Юнги ворвался в наш дом и обнял тебя… я думал, что потерял тебя навсегда. И я не знал, что мне сделать, чтобы быть первым и в ту секунду.       — Правда?       — Угу. Мне вдруг показалось, будто всё, чем я дорожил, обратилось в пыль. Ты… был в его руках, плакал, просил о помощи…       — Но ты просто напугал меня, — попытался успокоить его Чим и, поставив свой бокал на бортик, пополз к Чонгуку. Залез к нему на бёдра, возвышаясь над ним. Вода захлюпала, пока пена бродила по поверхности.       Брюнет обнял его, отставив свой бокал в сторону. Омега сложил руки на плечах Чонгука и смотрел на него сверху вниз, любуясь своим мужественным, сильным, невероятно мощным мужем, качаясь на волнах его бешеной энергетики.       — Дело не в нём и не в ком-либо другом, Гук. Если бы я не хотел с тобой быть, я бы ушёл от тебя, а не к кому-то другому. Понимаешь меня? Риск того, что ты обидишь меня и я перестану тебя любить, есть всегда, но ты же этого не сделаешь, верно? Ты не причинишь мне боль?       — Нет. И никому не позволю это сделать, — низким и обволакивающим голосом ответил альфа, крепче прижимая омегу к себе.       — Тогда всё хорошо, — Чимин улыбнулся, но глаза его уже хотели плакать. — Для меня эта истинность ничто иное, как явление природы. На днях я решил посмотреть на всё с другого ракурса. Я подумал, а что, если закрыть глаза на истинность? Что тогда?       — И?       — Когда истинность в моей голове на мгновение исчезла, пришло понимание… что я не чувствую к Юнги того, что испытываю к тебе. Я люблю его, но… как Тэхёна. Как Сокджина. Как Хосока. Просто как человека. Не более. Как мужчину, я люблю только тебя. Любовь к тебе гораздо сильнее того, что называют истинностью. Меня физически тянет к нему, как к источнику жизни… но, когда я вижу тебя, понимаю, что такой же источник держит меня за руку и называет мужем.       Чонгук заворожённо смотрел на покрасневшие глаза любимого, слушал его слова и горько улыбался. Он и подумать не мог, что он любим этим замечательным омегой настолько сильно.       — Знаешь, я всегда хотел быть свободным, — голос Чимина уже дрожал, но он продолжал говорить, утирая слезинки с век. — Думал, обет безбрачия дам и всё. Но тут возник ты. Тебе каким-то чудом удалось забросить динамит и взорвать все стены, которые я вокруг себя строил. И я не жалею, что сказал у алтаря «Да!». Те клятвы, что мы произносили друг другу, для меня очень много значат, поэтому ты был не прав, когда сказал о них в день приезда.       — Малыш, не плачь, — Гук взял руку омеги и оставил тёплый след от губ.       Чим всхлипнул, прокашлялся, но продолжил говорить:       — Даже с теми обстоятельствами, что сейчас происходят. Даже с этой истинностью с Юнги, я могу произнести тебе ту клятву, и она будет искренняя и правдивая. И я сделаю всё, чтобы она имела действие.       — Аналогично. Я точно так же могу произнести свою клятву.       — Тогда ты первый, — омега улыбнулся и утёр нос запястьем.       Чонгук сглотнул, сделал серьёзное выражение лица, взял мужа за обе руки и посмотрел ему прямо в глаза:       — Чимин, я клянусь любить только тебя и никого больше! Обещаю ценить и уважать тебя, утешать в минуты печали, быть с тобой и в радости, и в горе, и защищать тебя. Всё, что есть у меня, теперь твоё. Отныне я принадлежу тебе, пока смерть не разлучит нас.       — Чонгук, и в здравии, и в болезни клянусь быть тебе верным супругом! Я буду беззаветно любить тебя, уважать и почитать, приносить утешение в часы испытаний, заботиться о тебе до тех пор, пока смерть не разлучит нас.       Омега склонился к мужу и накрыл его губы своими. Волнительно в каждой частичке тела, отчего нежный поцелуй ощущается, как первый. Если бы у этих двоих существовали крылья, они бы тотчас расправились в разные стороны, как у роскошного лебедя.       Чонгук оторвался от пленительных губ и склонился к грудной клетке супруга. Втянул губами сосок и услышал блаженный стон Чимина, который выгнулся в его руках, поддаваясь ласке. Градус повышается. Щёки пунцовеют. Возбуждение нарастает. Чон принялся всасывать второй сосок, желая поиграть с чувствительностью мужа. Чимин, находясь в сильных объятиях мужчины, посмотрел на плечо и увидел след собственных зубов, метка всё ещё держалась и источала невероятный аромат, который на всех омег действует, как дикий афродизиак, но стоит приблизиться к Чонгуку, как метка будет бить их по рукам, ведь этот чертовски сексуальный альфа принадлежит только Чимину.       — Люблю тебя, — шептал брюнет, вылизывая шею омеги.       Чим склонился и стал целовать Чона в висок, потом в щёку, скулу, спускаясь к шее, а другой рукой нащупывая вставший член у альфы.       — Ты уже готов? — томно прошептал омега.       — Да, — кивнул Гук, прикрыв веки от удовольствия, пока нежные пальчики ласково скользили по стволу, а пухлые губы ездили по коже на кадыке.       Чимин привстал, взялся за плечи Чонгука обеими руками и с его помощью сел на бёдра, ощутив возбуждённый орган внутри себя. Было так сладко и ошеломительно хорошо, когда омега задвигался, сидя верхом на столь горячем жеребце. Вода от толчков начала хлюпать, но добавляла ещё больше возбуждения в самом эпицентре страсти. Чонгук придерживал Чима за талию и боялся кончить раньше времени, ведь сдерживать себя с этим дивным омегой очень трудно.       Внутри Чимина сейчас творилось настоящее решающее сражение в битве под названием «Любовь или Истинность». Истинность кричала, лила кровавые слёзы и молила отдаться Юнги, но Любовь к Чонгуку вытащила стальной меч из ножен и с криком ранила Истинность в самое сердце сквозь железную кольчугу, сделанную природой. Судьба стоит в сторонке и тихо наблюдает за этими двумя, ведь именно она зачинщик этой жестокой войны. Кто же выиграет? Кто же победит? Неужели инстинкты поглотят омегу всего и насильно оттащат от супруга? Любовь тоже ранена, у неё тоже всё болит, она идёт, еле перебирая ногами, но отчаянно борется с соперником.       Ещё… ещё одно ранение, лязг оружия и снова удар…       — Ах! — Чимин вскрикнул, рассыпаясь на тысячи звёзд, когда узел внутри набух. Запечатываются врата и происходит сцепка…       Чонгук с диким рыком кончает внутрь омеги, заполняя его всего собой, чтобы даже изнутри было написано, кому этот парень на самом деле принадлежит.       Они тяжело дышали, а потом ощутили, что Гук не может выйти из тела мужа из-за сцепки. Альфа грязно ругнулся.       — Всё нормально, — выдохнул Чим, потерев мокрый лоб. — Я таблетки выпью.       — Ладно.       Через двадцать минут узел спал, они, уже измождённые и уставшие, вылезли из ванны. Чонгук, как джентльмен, поднял Чимина на руки и закутанного в махровый халат донёс до кровати. Мягкая постель приятно холодила кожу, когда молодожёны улеглись в обнимку.       — Блин, я же ещё с буквами Hollywood не сфоткался, — сонно произнёс омега, когда уткнулся щекой в подушку.       Гук лежал сзади, закинув руку на мужа, и зевнул:       — Завтра сфоткаешься. Надо ещё океан посмотреть.       — Точно, — буркнул блондин, а потом тихо добавил: — Спасибо за эту поездку. Ты самый лучший Чонгук из всех Чонгуков!       — Ха-ха-х, и ты у меня самый лучший. Спокойной ночи, малыш!