Ты больше не сможешь стать убийцей.

После такой неспокойной ночи, настало утро. Дождь не прекращался до самого утра.

***

Что-то на тумбочке завибрировало и следом раздалась та самая ненавистная многими мелодия. Для каждого она своя, у кого-то поют птицы, у кого-то раздается треск, у кого-то мелодия на фортепиано у кого предлагаемая будильником, так называемая 'по умолчанию'. Он как всегда проснулся раньше будильника и уже был готов к встрече с новым днём. — Эй, вставай, — парень вышел из ванной уже при всем параде, ну почти. Он подошёл к кровати, где свернувшись комочком, лежала красивая девушка. — тебе пора. Девушка никогда не вставала раньше будильника, ведь всегда делала что-нибудь допоздна. Она приподнялась, глаза не открывались, под ними были намеки на мешки, растрёпанные волосы, но все равно такая красивая. — Вставай, красавица. — не успокаивался парень и поцеловал девушку в лобик. — Я скоро ухожу. — Уходишь? — девушка открыла большие, небесно-голубые глаза. — Ты уже уходишь? — Да, прости. Мне уже пора. — парень смотрел прямо в глаза девушке. — А когда ты вернёшься? — Не забудь взять зонтик. — ушел он от вопроса. — Зонтик? Но на улице же солнце. — девушка бросила взгляд на окно, за которым лучи солнца заполонили улицу. — Это зонт не сколько будет полезен, сколько важен. Важен для тебя. И важен для меня. — А куда ты уходишь? — Любой человек — небесный дракон. Вроде летаешь в небе, но в один момент оно тебя забирает. — с этими словами парень накинул куртку и вышел. Девушка встала, побежала к двери, за которой скрылся парень, но когда открыла её… увидела белый потолок.

***

Ирина медленно приняла сидячее положение. Девушка огляделась по сторонам. Тот же номер отеля, но что-то выделялось. Взгляд девушки остановился на картине. На ней был дракон, хвост которого переходил в небо. Небо застилала тьма, но сквозь эту черноту проглядывали, дающие надежду, звёзды. Из некого транса девушку вывел стук в дверь. Она встала, быстренько сделала гульку и пошла открывать дверь. — Ирина? — за дверью стоял Тадаоми.

***

      POV Карасума. Как обычно Тадаоми проснулся ни свет, ни заря. По своей привычке он решил выйти на пробежку. Он даже забыл о своем синяке, до это и не важно. Какой дурак, как не Карасума выпрется в 5 утра на пробежку… на отдыхе… после ливня. К слову, Тадаоми два раза упал, в один из которых ушиб ягодицу. И там совершенно точно синяк. Вернувшись после неудавшейся пробежки, мужчина принял душ и сейчас стоит и смотрится в зеркало. — А я и забыл про тебя. — (да-да, Карасума разговаривает с собой и с синяком. А чего вы ждали? Я бы тоже свихнулась в этом классе)- Синяк на моём носу не прошел за ночь, хотя не помню, чтобы нервировал. Значит мне надо идти к Ирине. Коро сказал, что она сможет это как-то замаскировать. — парень потрогал переносицу, она отозвалась ноющей болью. — Если не трогать, то нормально. Он вышел из ванной, переоделся в повседневную, но не обычную одежду для него. Почти всегда Тадаоми был одет в официальный костюм, но сегодня был выходной, никаких занятий не было, поэтому он одел обычные джинсы и рубашку. Мужчина приоткрыл дверь и выглянул. Время 6:40, так что, кто-то уже мог ходить. Но военному повезло и коридоры были совершенно пусты. До комнаты Ирины надо было пройти половину четвертого этажа. Карасума решительно вышел из номера и направился к номеру Ирины. Ему повезло и мужчина никого не встретил. Добравшись до номера он постучал. Через максимум минуту дверь открылась. Пара слов про ту ситуацию от Тадаоми. Сначала я даже не узнал её. Передо мной стояла милая девушка, в огромной длинной серой футболке, она была явно мужская и выглядела как платье. Мужская… На лице ни грамма косметики, волосы убраны в неаккуратный пучок. Это все вместе выглядело так мило и по-домашнему. Как будто вот так было всегда. Я немного смутился от этого её образа. Она уставилась на мой нос, открыла рот, чтобы что-то сказать, как вдруг в коридоре послышались шаги. Ирина дернула меня за руку, втягивая в квартиру и захлопнула дверь. — Прости. — девушка покраснела, поняла насколько странным это могло бы показаться. — Просто если бы увидели как ты стоишь рано утром под моей дверью могли бы подумать что-то не то. — Я понимаю. — «Такая маленькая без каблуков» Карасума пытался унять мысли, но не очень получалось. «Что за футболка?» — Я пришел по делу. Видишь 'это' на моем носу? — Сложно не заметить. — (Я очень извиняюсь, но можно сделаю рост Ирины не как в каноне? Вики говорит, что её рост 170, но я сделаю его 164, спасибо.) — Уж прости. — Предполагаю, что у тебя есть какие-то средства, чтобы его спрятать. — Тадаоми вздохнул немного обречённо. — Можешь меня выручить, пожалуйста? — Так уж и быть, принц с синяком на носу. — девушка прошла дальше в комнату. — Иди сюда. Военный вошел в комнату. Как ни странно темные обои, с белыми птицами, не заправленная кровать, типичная мебель отеля, только вот туалетный столик был отличием от мужских комнат, черный с зеркалом. — Садись на стул, сейчас замажу это твое 'недоразумение'. — девушка взяла из сумки косметичку, достала оттуда баночку с мазью, скрывающие синяки, консилер и тональник. — Я конечно не меняла ландшафты на столько, но будем учиться. — стул, на котором сидел Карасума стоял достаточно далеко от столика, это позволяло Елавич ужобно стоять между его ног. — Как ты ж умудрился так? — девушка взяла немного мази на безымянный палец, мазь была хорошая, с небольшим анестетиком и охлаждающим эффектом, и притронулись к переносице Тадаоми. Последний зажмурился и втянул воздух сквозь зубы. — Прости. — Ирина стала намного нежнее, внимательно осмотрела синяк и следила за каждым движением мышц на лице мужчины, чтобы не причинить ему боль. «Этот синяк очень странный, на переносице он самый темный. Но нельзя так удариться. Скорее всего он сжал это есть до такой степени, что капилляры полопались.» Ирина решила выяснить в чем дело. Все же ей не было все равно на этого человека, да, она старалась отмахнуться от чувств, но не все сразу. — Что случилось? Почему ты сжимал переносицу так сильно? Что тебя тревожит? — Учительница не переставала мягкими движениями накладывать очередной слой мази, но смотрела прямо в глаза мужчине. — Я не знаю. — Тадаоми отвёл глаза. — Думаю задумался и не заметил. — Не заметил? — Ирина, до этого державшая расстояние наклонилась ближе и хитро улыбнулась, отчего выражение лица получилось загадочным и немного лукавым, но с него не ушло беспокойство. — Не заметил, как сжал переносицу до внушительного синяка? Ты хоть сам веришь? — А что мне остаётся? — до этого строящий из себя истинного Карасуму, мужчина улыбнулся и засмеялся. Но переносица отозвалась болью, поэтому он быстро перестал.       POV Ирина. «Эта улыбка. Как же сложно отказаться от чувств. Особенно, когда видишь его каждый день.» — Что такое? — Лицо Тадаоми немного дёрнулось от боли, но выражало обычное равнодушие и… Волнение? Я не сдержалась, покраснела и отпрянула, чтобы он не заметил. «Эта льдышка умеет улыбаться, смеяться и волноваться? Ого. Как много я узнала о Карасуме сегодня.» — Нет, ничего. Прости. — я сделала глубокий вдох и повернулась к нему, мази было уже достаточно и я приступила к тональнику. — Возможно консилер и не понадобится. — после вопросительного взгляда я продолжила. — У тебя более темная кожа, мой тональник под мою, следовательно он не твоего тона. Он светлее, но накладываясь на синяк он должен быть уже почти невидимым. — Понятно. — ответил мужчина, он закрыл глаза и приподнял голову так, чтобы свет удобно падал. Подождав мгновение, я оценила ситуацию. Синяк после мази стал светлее. Я начала наносить тональник. POV Тадаоми. «Даже после обиды она помогает мне… Неужели она настолько сильно влюблена в меня? Я, наверное, на её месте послал бы себя ко всем чертям. А-а-а. она увлеклась и подвинулась очень близко. От этого даже я покраснею. Тем более после вчерашнего…»

***

      Вчера вечером. Дочитав книгу, мужчина отложил её, уставился в потолок и заговорил сам с собой: — Я долго старался не думать об этом. Но время пришло. Тадаоми закрыл глаза… Перед глазами предстала голубоглазая блондинка. Девушка мило улыбалась. По своему обычаю, она была в короткой юбке и в жилетке, выделяющей её пышную грудь. — Что у тебя в мыслях? Карасума ударом, положил кулак на лоб и открыл глаза. — Её образ не выходит из головы… Это значит, что мне не удастся уйти от этого чувства. от этих чувств… Я иногда заглядывал в окна на её уроках, она задумчиво, с очень серьёзным выражением лица читала какую-то английскую книжку. Она выглядела как злой котенок. Она всегда выглядит как котёнок, когда улыбается — мурчащий, когда ругается, злится — милый, пытающийся казаться львом, котёнок. — Карасума негромко рассмеялся, но тотчас же стал серьёзным. — Сегодня она была как котёнок, брошенный матерью. Она говорила все те слова, я её первая, настоящая любовь? Все так серьезно? Мужчина закрыл глаза руками, не касаясь переносицы, которая пульсирующе болела и громко вздохнул. — Что чувствую я? Да, она не выходит из моей головы. Сколько мне снилось снов с её участием. Но… Это может мешать нашим работам, это может разбить нас обоих. Если один из нас бросит другого, то этот человек может не справиться… стоит ли давать шанс таким отношениям? Карасуме удалось уснуть, но его ещё долго терзали мысли о шансе. Но сон не был спокойным и продолжил терзания.

***

Карасума шел по белому лабиринту. Но на стенах иногда появлялись красные надписи. Их было не разобрать, поэтому мужчина просто бродил по этому лабиринту. После очередного поворота, голоса со всех сторон, то сливаясь в один, то снова разделяют на сотни разных твердили «Упущенный шанс..шанс..». Это пугало Тадаоми, от чего он стал бежать. В какой-то момент мужчина увидел огромную дверь метрах в ста от него. Голоса все твердили «Упущенный шанс..», мужчина уже минут пять бежал эти что метров. Красного цвета от надписей стало больше, чем чистых белых стен. Казалось, что как только он приближается к двери, выход снова отдаляется. Это сводило с ума. Тадаоми остановился и прокричал «ТИХО.». Голоса вмиг замолкли. Мужчина медленно пошел к большой двери, через десяток шагов Карасума увидел дверь, много меньше той, что была впереди. Если та дверь была размером, что в нее можно было въехать на машине, то та, которая была перед Тадаоми была чуть меньше обычной. На двери черным было написанно «Дать шанс». — Значит ли, что из этого лабиринта выход только этот? Значит ли, что лабиринт символизирует ситуацию с Ириной, а эта дверь — подсказка? Звучит как бред, но… Может стоит поверить в возможность. Дать шанс этой возможности. Вдруг что-то и правда выйдет.

***

Тадаоми отлично помнил этот сон. Но все ещё был не уверен в том, что стоит что-то делать, что-то менять. «Вот сейчас, я сижу в комнате Ирины и она маскирует ему синяк, появившийся от того, что он наказывал себя за слова, ранившие её. Слова, которые могли сломить её. Но Ирина сильная, она выстояла, очень достойно. Даже губы не дрогнули.» Во время мысленного монолога, мужчина смотрел на губы Елавич. Она заметила, прикусила их от нервов, дернулась от этого и чуть сильнее надавила на гематому Тадаоми. — Прости, Карасумочка. — военный до скрежета сжал зубы. — Ничего страшного. —  он почти добро улыбнулся и посмотрел ей в глаза. Ирина явно не готовая к этому отшатнулась и снова покрылась краской. — Я закончила, можешь посмотреть в зеркало. Тадаоми медленно встал, не подумав о том, что когда он встанет, то окажется впритык к девушке. — Спасибо огромное, Ирина. — он слегка покрылся румянцем и неловко стоял. — Хочешь чаю или кофе? — «Близко!» предложила наёмница. «нам все ещё нужно налаживать отношения «друзья-коллеги». — Знаешь, сегодня никаких важных дел, поэтому не откажусь. — мужчина опустил взгляд на ту мужскую футболку, немного злобно посмотрел на неё и сказал. — Я подожду тебя снаружи.