Мы встретились в другой жизни

POV Ханджи На утро Ханджи проснулась намного раньше будильника, но не от того, что ее что-то беспокоило по работе или нужно было, к примеру, тащиться в универ — нет. Это был первый раз, когда ей приснился сон откровенного эротического характера. Именно откровенного. Разумеется, там был Аккерман, и само собой разумеется, там была она. С момента пробуждения прошло минут пятнадцать, не меньше, а ноги все еще казались ватными, живот приятно тянуло снизу и встать с теплой постели казалось чем-то из ряда вон выходящим. Хоть это был всего лишь поверхностный сон, какие-то детали плотно зафиксировались в памяти, волнуя сознание теперь. Причем, волнуя так, что разграничивать реальность и этот самый сон становилось тяжело. Кто его знает, сколь бы еще Зое просидела в этом вакуумном состоянии, если бы не внезапный стук в дверь, который заставил ее встать и прийти в себя. Девушка тут же вскочила с кровати и метнулась к двери, глубоко удивляясь, когда поняла, что тот, кто к ней пришел — Леви. Он стоял растрёпанный от сильного ветра, которым повеяло, как только Ханджи открыла дверь, и красным — видимо, на улице было морозно, несмотря на отсутствие снега. Аккерман пробежался взглядом по своей ученице с ног до голове, выпаливая вместо привычного «доброго утра»: — Милая пижамка. Я войду? Когда Ханджи положительно кивнула, он переступил порог квартиры, уже традиционно вручая девушке стаканчик с кофе. — Спасибо, — Зое стало немного неловко от такой постоянной заботы с его стороны, но она все же приняла еще теплый стакан из холодных рук Леви. В голове девушки сразу же возникла мысль — он, наверное, жутко замерз. Ох уж эта неловкость и странное чувство беспокойства за кого-то — такие редкие и нетипичные для такой, как Зое. Во-первых, потому, что сюда только что заявился Леви, о котором она думала далеко не в рабочем ключе, во-вторых, на ней была надета «милая пижамка», как выразился Аккерман, с динозавриками. «Здравствуйте, меня зовут Ханджи Зое, я студентка, без пяти минут выпускница университета, и я ношу пижаму с динозавриками. Супер. Так держать, великая соблазнительница», — промчалось в мыслях девушки относительно своего внешнего вида, когда Леви в очередной раз пустил веселый взгляд на ее свободные пижамные штаны. — Чай будешь? — ещё немного сонно спросила та, чтобы перевести внимание Леви на что-то, кроме дурацкой пижамы, которая, казалось, все только портила. — Было бы здорово. Но я здесь в первую очередь по делу, а не чаепития устраивать, — сухо добавил Аккерман, отводя от себя лишние подозрения понятно по каким причинам. По правде говоря, это был первый раз, когда Леви был в доме у Ханджи. И если с выбранной пижамой девушке не повезло, то нужно благодарить стечение обстоятельств, что сегодня хотя бы в квартире царил порядок. Меньше поводов для стеба. Не то, чтобы Леви это порадовало, скорее удивило, потому что по дороге к ученице, он много раз представлял, как могла выглядеть ее комната и книжные завалы повсюду, но в итоге увидел иное. Но пижама все же оказалась классным бонусом. Все же долго об этом размышлять не пришлось. Когда спасительный чай был готов, а Ханджи переоделась в что-то менее домашнее, пришла пора вернуться с обсуждениями. Как никак Зое была достаточно умна, чтобы понять, что без очень веских причин Аккерман навряд ли бы заявился к ней домой да еще и в такую рань. — Ну? — протянула на вопросительный манер девушка, ожидая каких-то указаний к дальнейшим действиям. — Ну? — точно также переиграл Леви, копируя ее интонацию. — Что за срочность? Сам же сказал, что не чаи гонять пришел. — Сама не догадываешься? Зое было очень странно видеть, что Леви не вываливает все, что нужно сказать, напрямую, как он всегда и делал до этого, поэтому она покорно ждала, лишь осторожно подталкивая его очередным вопросом к сути дела. — Это как-то связано с якудза и вчерашним разговором с Райсс? — Почти. Открой.  Ханджи только сейчас заметила огромный крафтовый пакет, с которым пришел Леви. Из-за суматохи с кофе, чаем и пижамой это как-то не бросилось в глаза. Однако теперь, когда Аккерман положил его на стол прямо перед ней, вызывая ещё большую интригу, чем собственное загадочное поведение, Ханджи было интересно, что же там. Девушка тут же принялась за распаковку с невозмутимым лицом а-ля «мне не так уж и любопытно». И когда она поняла, что перед ней лежало вечернее платье, скрывать возникшие на лице эмоции стало просто невозможным. — Это… — Свидание, — закончил за девушку Леви, делая глоток своего чая. Глаза его невозмутимо буравили Ханджи, не скрывая своей напористости. Да, теперь в его взгляде появилась настоящая напористость, потому что скрывать очевидные вещи становилось попросту нереальным. Даже если Зое просто хотела высказать свое восхищение от подарка, Леви обязательно было упомянуть, что это платье для свидания, которых до этого у них, к слову, не было. — И куда мы пойдем? — вопрос со стороны Зое мог бы казаться глупым, мол, вечернее платье, какие тут еще могут быть варианты, однако если Аккерман выкинул вещь, абсолютно несвойственную ему в плане подарков, почему тогда и место должно быть традиционным и типичным? — В ресторан Порко. Прежде чем ты спросишь — да, у него есть собственный ресторан, — проинформировал тот. Девушка ядовито ухмыльнулась, понимая, что про работу Леви всё-таки не забыл. Значит, это будет свидание рабочего характера или работа романтического характера? Какая, впрочем, разница, если все это время они проведут вместе. Ханджи уже сбилась со счета, в который раз Леви заставлял ее совмещать несовместимые или трудно совместимые вещи, и какие эмоции она получала от этих странно совмещённых вещей. — А глава мафиозников в курсе, что мы придем к нему перекусить? — Мы идём туда в качестве гостей. В качестве неожиданных гостей, — уточнил Аккерман, допивая приготовленный ему чай. — Ясно, так значит ты решил действовать спонтанно. На тебя не похоже. Зое даже перестала думать, с какого момента стала различать, что могло быть похоже на поведение Леви, а что — нет. Но это было неважно, ведь несмотря на это высшее понимание, напряжение между ними сейчас заметно нарастало. От этого непривычного волнения ощущение азарта тугим узлом зарождалось где-то внутри девушки. Она понимала риски, на которые идёт вместе с Аккерманом, но ее не могла не восхищать мысль о свидании в этот самый момент. И если Леви придумал все это ненамеренно, а только потому, что не было иного выбора, то Ханджи знала, как обострить эту ситуацию: — Думаешь, Порко знает, где нам найти Йегера? — У нас будет целый вечер, чтобы раскрутить его на диалог. — Предположим, он скажет. Но мафия никогда не делает безвозмездных подарков, ты же понимаешь, что он может попросить что-нибудь взамен, верно? — Знаю. Тогда нам придется делиться тем, что есть. Не вижу другого исхода событий. — А ты думаешь, что Порко не в курсе про «наше общее прошлое»? Если Смит решил посвятить в это и Райсс, с чего бы ему оставлять влиятельную главу мафии без информации? В таком случае, ему будет без надобности все, что мы знаем, — высказавшись, она отхлебнула еще теплый американо из приятного большого стаканчика. Для Леви доводы Ханджи сейчас казались весьма логичными и основательными. Это порождало в нем чувство на время уснувшего соперничества. Как так может быть, что даже Зое видит какой-то иной путь развитий, а он сам — нет. Теперь разжигать очередной спор с Ханджи становилось куда интереснее предыдущего. Как никак, чем выше ставки, тем больше адреналин играет в крови. Леви немного задумался, а затем выдвинул свою очередную мысль: — Однако шансы не нулевые. Хистория не знала всей той информации, которой владеем мы, так? Ханджи молча кивнула, а тот продолжил: — Она даже не знала, для чего мы ищем Порко. Так что если Йегер и Смит ограничились тем, чтобы дать каждому, кто хоть как-то связан с прошлым, только ту информацию, которая им необходима? И где вероятность того, что именно то, что знаем мы, знает мафия и Порко в частности? — Даже если так, это все еще рискованно, Леви. К тому же, мне не нравится эта мутная история с Имир. Она как-то была связана с мафией, и, видимо, их разногласия с Галлиардом привели к очень хреновому исходу. Зое никак не трусила, у нее скорее было много опасений, потому что действовать совсем уж импровизированно в такой ситуации было бы сродни самоубийству, как никак им придется иметь дело с мафией. А они навряд ли захотят чаек с леденцами пить. Шутки и план в стиле «и так сойдет» придется отложить для чего-нибудь менее серьезного. Лицо девушки выглядело задумчивым и озабоченным, конечно же, это беспокойство не ускользнуло незамеченным от Аккермана. — Ханджи, чтобы ни случилось, я буду рядом. От этих неожиданных слов внутри девушки все сжалось тугим кольцом, опоясывая ребра. Сердце гулко забилось от того, как Леви произнес это, от того, как он смотрел на нее в этот самый момент — от всего, что он сделал. Ханджи в очередной раз вспомнила пляж и то, какими на вкус были губы Аккермана, каким бархатистым был его голос и то, что он говорил ей. — Ты чего зависла? Прием, очкастая! — А? Так во сколько, говоришь, мы должны быть в ресторане? — девушка старалась незаметно унять возникшую в коленях дрожь от собственных мыслей (хорошо, что под столом этого и вовсе не было видно). — Я заеду за тобой в шесть, идёт? — Вечера? — вырвался глупый вопрос из уст, так как сконцентрироваться на деле полностью все же не удалось. Леви посмотрел на нее, как на полоумную, но затем чуть смягчился, собираясь уходить. — Ты сегодня какая-то странная. Увидимся. Как только Аккерман уехал, Зое старалась найти себе хоть какое-то отвлекающее занятие. Но даже так часы тикали как назло медленно. Девушку не отвлекала даже очередная начатая книга, за прочтением которой обычно стрелки не знали медлительности, и время пролетало, будто бы за секунду. Она читала очередной роман, где главная героиня пошла и занялась сексом с садовником попросту потому, что ей того захотелось. «Так странно делать то, что хочется в отношении того, кто нравится», — подумала Ханджи, дочитывая описание очередного абзаца с эротической сценой. Зое, конечно, не видела преград для того, чтобы делать, что хочется почти во всем, если дело не касалось Леви. Потому что даже возвращаясь ко дню, когда она была так близка, чтобы испытать такое удовольствие с ним, какое не испытывала прежде, Ханджи все ещё не казалось, что быть инициативной с ним в отношениях — хорошая идея. Скорее наоборот. Да и вообще, каждый раз, когда Леви появлялся в ее поле зрения, когда Зое чувствовала уже знакомый запах стойкого, но приятного парфюма, не хотелось ничего, кроме как обвивать его своими руками и чувствовать мягкие руки на своем теле. Странно, однако думая только о том, какой же Леви разный, но притягательный, время начало лететь быстрее, и Ханджи даже поняла, что пора бы приступать к сборам. Платье, которое выбрал сенсей, было невероятно красивым, хоть и достаточно простым: снова черное, не облегающее, но достаточно короткое, чтобы можно было обратить внимание на длинные ноги. Зое определенно было, чем хвастаться в этом плане. Девушка решила, что под подобный наряд идеально подойдут подстать по цвету чулки. Раз Аккерман решил, что это платье будет приемлемым для такого мероприятия, то почему бы не добавить ещё немного остроты, что девушка и сделала. Когда с выбором одежды было решено, она решила, что очки будут не совсем подходящим вариантом, поэтому надела линзы, которые автоматически сделали глаза в разы выразительнее, не говоря уже о нанесенной туши. Следующим шагом была прическа, но сделать что-то вразумительное на голове Ханджи не успела, так как Леви позвонил и предупредил о том, что через минут пять можно ждать стука в дверь. Волосы пришлось оставить в естественном состоянии — лёгкие кудри. Аккерман, оказывается, был не только педантом в вопросах порядка, но и времени. Ровно через пять минут, как и сказал, он стоял под дверью девушки, разглядывая уже смеркающееся небо. Как только он почувствовал запах корицы и апельсина, сразу понял, что Ханджи сейчас выйдет. Ведь так пах ее гель для душа, он четко это запомнил с времен острова, хоть и не сильно акцентировал на этом внимание. — Можем ехать. — Ага. По дороге к запаркованной машине сенсей бросил на девушку долгий изучающий взгляд, задерживаясь на ее ногах. Ханджи мысленно поставила в своей голове галочку — провокация удалась. А уже сев в машину, Зое скинула свое пальто на заднее сиденье, так как Аккерман предупредил, что ехать им в другой район, а в уютном кожаном салоне было уже довольно-таки тепло. Хоть девушка и старалась не обращать внимания на то, как Леви был хорош собой сегодня, от парфюма никуда не денешься — какая-то одурманивающая свежесть и обаяние в одном флаконе подбивали Ханджи снова возвращаться к мыслям о своем сне и острове. Даже то, как Леви вел машину сегодня казалось другим и по-особенному привлекательным. Как он выкручивал руль, маневрируя на поворотах, заставляло Ханджи все ближе быть к тому, чтобы хоть на вечерок стать свободной от своих предрассудков. Поэтому, когда одна рука Аккермана спустилась на коробку передач, Зое невзначай провела по ней кончиками своих пальцев, дотягиваясь до переключателя с радио. — Не люблю такую откровенную попсу, — аргументировала свой жест девушка, сталкиваясь взглядом со сверкнувшими глазами сенсея. — Понятно, — кратко выдал тот, стараясь концентрироваться на участке дороги, который они проезжали. Ханджи со скучающим видом смотрела в окно, не находя себе места. Оставаться невозмутимой снаружи и умирать от невозможной близости внутри было куда труднее, чем Зое могла себе представить. Ее волновало все, что могло случиться сегодняшним вечером, но ещё больше ее волновало то, что она в любой момент могла перестать себя контролировать. Девушка незатейливо перекинула ногу на ногу, слегка обнажая простой узор чулков на бедрах. — Не провоцируй, — как-то грубовато отрезал Леви, плавно снижая скорость движения. — О чем ты? — Зое тут же повторила сделанный минутой ранее жест, и на этот раз Аккерман практически не свёл с нее взгляда, хоть все ещё находился на дороге — вышло опасно. Однако даже несмотря на потенциальную опасность, Ханджи лишь вслух усмехнулась, заставляя Леви внезапно ускориться, минуя сразу три поворота направо по ночному Токио, а затем свернуть налево, в какой-то безлюдный переулок. Он криво припарковался и сразу же заглушил двигатель. — Зачем? — удивлённо спросила девушка. Аккерман притянул Ханджи к себе, обвивая своей рукой ее лицо. Он мгновенно оставил на губах девушки влажный след от своего языка. Руки его зарылись в мягких каштановых волосах, пахнущих чем-то сладким, слегка оттягивая их назад. Зое пылко прикусила нижнюю губу Леви в ответ, на секунду останавливаясь. Что это, блять, такое было? В темноте сенсей не заметил замешательства на лице Ханджи или не хотел замечать — неважно. Он нежно провел ладонью по ее гладкой щеке, поднимая свои до чёртиков блестящие глаза на карие глаза девушки. — Не делай так больше, — вышло чересчур низко и Зое даже показалось, что хрипло. — А что будет, если сделаю? — словно боясь испортить момент, Ханджи прошептала во влажные после поцелуя губы Леви, которые были до невозможности близко к ее собственным. — Ты знаешь. — Знаю. «Да, знаю. Поэтому и делаю», — всё ещё металось в голове Ханджи. Думать об этом было легче, чем принять тот факт, что Леви снова был занят губами девушки. Он начинал едва ощутимо, целуя лишь краешки. Это было совсем ненапористо. Но стоило Ханджи приоткрыть рот и издать глухой выдох, обжигающий губы Аккермана, он больше не был так аккуратен. Сенсей прокусил губу Зое чересчур сильно, и она почти пропустила мимо ушей хриплое «прости». Девушка была слишком рада такому исходу — теперь Аккерман, наконец, не сдерживался. Он был внимательным и изучал каждый сантиметр Ханджи, нашептывая, какой же прекрасной она была в этот вечер. Леви целовал шею и влажной дорожкой опускался к ключицам, чувствуя лёгкий металлический привкус крови от прокусанной губы. А Зое только и могла, как ощущать его язык и горячее дыхание на себе. По телу уже начинало бегать что-то подобное мурашкам, заставляя поддаваться на действия сенсея. Особенно, когда Ханджи почувствовала поднимающиеся руки Леви у себя на бедрах. В клиторе тут же безумно запульсировало. В тот момент она была готова поклясться, что ни один сексуальный опыт не заставлял ее быть такой возбуждённой и влажной, как сейчас. Девушка придвинулась ближе к Аккерману, насколько это было возможно, чувствуя теплые подушечки пальцев, касающиеся ее промежности. От этих возникающих ощущений она издала слабый стон, несколько раз облизав собственные губы, которые пересыхали, казалось, за долю секунды. «Это в салоне так жарко или тело горит?» Леви, целуя в губы, не останавливался. «Нет, это не мурашки. Это, кажись, разряды». Он прикасался к девушке через ткань, будто бы дразня таким образом. Ханджи обвила шею Леви обеими руками, впиваясь ногтями в его кожу от возникшей внутри себя пульсации и за секунды растущего наслаждения. — Ауч, полегче, боец, — совсем нежно шепнул Аккерман. Выдалось это по-настоящему и по-новому одновременно. Тянуть сенсей больше не мог, поэтому его пальцы ловко прошли через тонкую ткань, ощущая сильно возбужденную Зое напрямую. «Боже…» — раздалось где-то не периферии сознания. Ханджи потянулась к штанам Аккермана, посчитав, что испытывать это удовольствие в одиночку — неправильно. К тому же, Леви был ужасно чуток, наблюдал за каждой реакцией и каждым вздохом с ее стороны. Ей никто и никогда не доставлял подобное наслаждение. Зое и секунды не понадобилось, чтобы понять, что он тоже возбужден. Как только девушка почувствовала его эрекцию, Аккерман слегка отстранился, придерживая ее за руку. — Я хочу, чтобы сначала ты получила удовольствие. — Но… — Ханджи, — он аккуратно поцеловал ее в краешек губ, повторяясь, — сначала ты. — Но, Леви… — не останавливались та. — Я хочу не только… Аккерман мгновенно прервал ее, делая тяжёлый выдох, который помог снять хотя бы часть сильного напряжения, накрывшего его с головой. — Я тоже. — Да? — искренне и удивлённо переспросила Зое, будто бы ожидая услышать все ещё другой ответ. — Да. Но нам будет неудобно здесь, а ещё у меня нет презервативов. Теперь уж Ханджи тихо хихикнула, упираясь своим лбом о лоб Леви. Черт. Второй пункт, конечно же, был главной причиной, которая останавливала Аккермана. Но эта слегка неловкая ситуация разрядила обстановку, и девушка стала чувствовать себя как никогда комфортно. — Ты додумался подарить мне платье, но не подумал об этом? — Ханджи облегчённо откинулась на спинку своего сиденья, отстраняясь от Леви, в то время, как тот всё ещё держал ее за руку. — Вини во всем свои чулки. И нам, кстати, уже пора ехать, — сенсей сжал руку той только сильнее, чувствуя, как Ханджи сделала то же. — Эй, Зое. Она мгновенно повернулась, получая ещё один необычный поцелуй от Леви, будучи притянутой в его объятья. В очередной чертов раз. Сколько бы раз они не целовались, девушка всегда ощущала губы Аккермана по-разному, ловя себя на новых возникших чувствах. Теперь как бы не развернулась встреча с Порко, ей будет действительно трудно думать о чем-то, кроме того, что произошло сейчас, потому что ноги все ещё были ватными, а голова свободна от мыслей и тяжести всей ситуации. Хоть Ханджи уже во второй раз была как никогда близка к оргазму, но не получила его, ей впервые за долгое время не хотелось напрягаться. Девушка была уверена — Леви чувствовал себя так же. И теперь что бы не случилось на встрече с Галлиардом, помнить она будет только первую часть вечера, однозначно.