Fallen Like Snow

      Когда Питер просыпается на следующий день, он как можно быстрее выбирается из кровати, боясь разбудить Тони. Воспоминания о прошлой ночи накатывают на него, заставляя лицо Питера превратится в одно огромное красное пятно. Он прячется в ванной почти час. Он не может перестать смотреть на своё отражение, так что ему приходится принять ледяной душ, к черту похмелье. Когда он наконец набирается смелости выйти, то обнаруживает, что Тони уже ушёл завтракать. Питер присоединяется к нему и его друзьям, решая лишь вежливо поприветствовать их. Он молчит весь завтрак, и он на самом деле благодарен, что никто не поднимает вопрос о его, так сказать… длинном языке. За неимением лучших слов.       В этот день они все вместе взбираются на гору. Плюсы катания на лыжах и сноуборде заключаются в том, что не нужно ни с кем говорить. Вы просто встречаетесь у подножия. А поскольку Питер часто едет последним, остальные просто снова поднимаются, не дождавшись его. Это действительно совершенно утомляет Питера. В то время, как остальные время от времени берут перерывы, Питеру на одном дыхании приходится продолжать двигаться вперёд. Он может только мечтать о том, чтобы поспевать за Гарри. То, как тот спускается по склонам, просто впечатляюще. Он совершает прыжки, выезжает за пределы трассы, и, если склон разделяется на красную и чёрную трассы, Гарри всегда выбирает чёрные, крутые.       Обед в «Seppi’s» становится величайшей наградой, которую Питер мог получить. Он сжигает калории в ускоренном темпе, и не имеет значения, насколько он в форме сейчас, его ноги болят, а живот урчит от голода. Он съедает кайзершмаррн, как будто это последняя еда на земле. В итоге Гарри даже делится с ним своей гигантской тарелкой спагетти. Иногда он прячется за Гарри, когда другие люди, узнав Тони, подходят сфотографироваться. Питер искренне рад, что Гарри часть их группы. Он может обсудить разные глупости с человеком его возраста. Мемы, например.       Через некоторое время, когда он полностью поглощён общением с Гарри, Питер чувствует, как тёплая рука ложится на его плечо. Он оборачивается, сталкиваясь взглядом с Тони. Он выглядит напряжённым. Встревоженным… Ревнивым?       — Ты выглядишь уставшим, — этот комментарий каким-то образом звучит слишком серьёзно. Тони звучит тихо, пока Гарри отворачивается, чтобы ответить на вопрос отца. Питер даже не слышит остальных, когда Тони внезапно так близок к нему. Плечи Питера опускаются, и он усмехается, кивая и избегая зрительного контакта, и разглядывает свою пустую тарелку.       — Трудно угнаться за всеми.       — Ты делаешь всё невероятно для своего первого раза в горах, ты же знаешь, верно? — Питер чувствует, как Тони тянет его ладонь и чуть сжимает, заставляя Питера посмотреть ему в глаза. Тони кивает, выражение его лица становится по-настоящему серьёзным. — Верно? — повторяет он. Питер кое-как улыбается. Он не знает, как правильно оценить этот пристальный взгляд Старка, который застыл на нём. Который словно стреляет в него.       — Верно, — у Питера перехватывает дыхание, и он опускает глаза, чтобы взглянуть на то, как Тони облизывает свои губы, чувствуя, как и сам бесконтрольно повторяет за ним это движение. Он дважды моргает и отводит взгляд, заставляя себя смотреть на стоящий перед ним стакан. Он едва улавливает лёгкую ухмылку на лице Тони.       — Думаю, Питу на сегодня достаточно, — громко говорит он, обращаясь к остальным.       — Что? — Питер приподнимает брови.       — Давай, малыш, любой здесь может подтвердить, что ты устал. Всё в порядке, ты можешь устроить себе послеобеденный отдых, — Тони похлопывает Питера по плечу и самодовольно откидывается на спинку стула. Если бы эти лыжные ботинки не были такими массивными и тяжёлыми, Питер готов поклясться, что мужчина закинул бы ногу на ногу.       — Хорошо, хорошо, — Питер вздыхает. — Мне и правда необходимо вздремнуть. Я возьму передышку, если ты пообещаешь, что проведёшь время с друзьями. Не со мной.       — Идёт, — быстро отвечает Тони, что заставляет Пеппер тихонько фыркнуть.       — Он лжёт, — усмехается она, и Питер закатывает глаза, вздыхая.       — Я знаю.

***

      После обеда Питер и Тони направляются к Дорфбану, чтобы прогуляться до отеля. Тони распоряжается, чтобы их лыжное снаряжение доставил в отель служащий фуникулёра. Чему тот поначалу не очень-то рад, но стоит Тони предложить ему щедрое вознаграждение, его отказ превращается в согласие. Они неспешно идут по лесной тропинке на другом берегу реки, направляясь к отелю. Когда они проходят почти половину пути, Питер наконец набирается смелости заговорить. Хотя ему действительно нравится это комфортное молчание с Тони. Есть что-то успокаивающее в этом человеке. Тем не менее, проблемы не решатся сами собой. Будет лучше покончить с этим быстро.       — Я сожалею из-за вчерашнего. Я...       — О, так ты помнишь? — Тони бросает на него удивлённый взгляд, но Питер решает просто продолжать смотреть на свои гигантские сапоги, шагающие по заснеженным тропинкам.       — А ты думал, что нет?       — Ты был ужасно пьян, Паркер, — Тони тихонько посмеивается над ним, и Питер в отчаянии стискивает зубы. Не нужно было ничего говорить. — Я... Должен сказать, я немного испугался, когда ты убежал в ванную утром. Я подумал, что ты мог решить, будто я воспользовался тобой.       — Но ты этого не сделал, — Питер прячет нос в шарфе, приподняв плечи.       — Нет, — Тони потягивается, вздыхая, и смотрит на то, как воздух превращается в пар. — Я выше этого.       Ещё несколько шагов и Питер точно прыгнет в бурную реку, несущуюся рядом с ними, потому что Тони добавляет:       — Так ты серьёзно имел это в виду?       — Имел в виду что? — он предпринимает тщетную попытку отсрочить ответ, но становится ещё хуже, когда Тони продолжает.       — Что ты хочешь, чтобы я разрушил тебя? — Тони произносит это так небрежно, что Питеру становится больно. — Назвал меня, ну знаешь... Так.       Они оба знают, что Тони имеет в виду. Не имеет значения, озвучил бы он это слово или завуалировал, это всё ещё остаётся неловким.       — Я был пьян, — тихо и неуверенно отвечает Питер.       — Даже очень, — Тони суёт руки в карманы и расправляет плечи, глядя в ясное небо. — Впрочем, люди не фильтруют свою речь, когда пьяны.       — Ну, я... — Питер не может найти подходящих слов, чтобы возразить. На самом деле, его мозг не придумывает ничего, что сказать в свою защиту.       — Сейчас же ты фильтруешь.       Этого становится слишком. Питер ускоряет шаг, обгоняя Тони и оставляя его позади. Потрясённого.       — Эй! — Тони бросается за ним и хватает Питера за плечо, заставляя его остановиться и обернуться. Питер ненавидит себя за то, что у него начинают слезиться глаза. Он ненавидит то, как Тони замечает это и выглядит обеспокоенным. Он ненавидит это… Странное ощущение внизу живота. Чем бы оно ни было. — Всё в порядке. Если тебе неприятно, мы не будем говорить об этом. Всё хорошо. Ты просто вернёшься спать к себе сегодня.       — Что, если я не хочу? — выпаливает Питер прежде, чем успевает подумать. Потрясённый взгляд Тони сменяется удивлением.       — Тогда... Тогда ты можешь остаться, — его голос звучит ниже обычного, а слова тянутся медленно. — Ты хочешь большего? Больше, чем просто спать, я имею в виду? — Питер отстраняется и закрывает лицо ладонями.       — Да? Нет! Я не знаю. Пока нет. Я просто...       — Я должен остановить тебя на этом, — Питер чувствует, как чужие руки убирают его шарф, чтобы обхватить перчатками его лицо. Он открывает глаза, и его взгляд встречается с взглядом Тони. Тёплые, глубокие карие глаза пленят его. — Я не хочу, чтобы тебе было неловко со мной. Или с самим собой, или с тем, с чем ты борешься сейчас. То есть... Если честно, я не вправе что-то говорить или просить у тебя, учитывая то, что ты здесь ради меня, но... Не мог бы ты снова защитить меня от моих кошмаров сегодня ночью? — Питер может только медленно кивнуть. Он задерживает дыхание. Тони ободряюще улыбается Питеру и большими пальцами гладит его подбородок сквозь ткань. — Никаких глупостей. Просто два фейковых бойфренда отдыхают в Австрии, — мужчина с ухмылкой наклоняется к нему. — И только одна кровать, — Питер фыркает и откашливается, делая вид, что задыхается.       — Только одна кровать, — повторяет Питер, притворяясь удивленным. Тони знает, как растопить лёд. И он, кажется, только что намекнул Питеру, что знает о фанфиках. И Питер совершает ошибку, признав то же самое в своём ответе.*       — Но если ты захочешь спать в собственной постели, ты сразу сможешь уйти. Безоговорочно. Никаких ожиданий или обязательств, — Тони отпускает Питера и протягивает ему руку. — Идёт?       — Ты снова врёшь? — нахально спрашивает Питер. Тони ухмыляется и ждёт, пока Питер пожмёт ему руку.       — В этот раз точно нет.       Улыбнувшись своему боссу, Питер кивает, обхватывая пальцами ладонь Тони и крепко пожимая её.       — Тогда идёт.

***

      Следующие два дня пролетают незаметно. Питер насовсем перебирается в комнату Тони… В их комнату. И это чувствуется правильным – спать рядом с ним. От этого мужчины исходит такое естественное тепло, помогающее Питеру пережить ночь, и Тони признаётся, что ему тоже спится лучше, когда Питер рядом с ним. Это странно. Они всё ещё не были по-настоящему вместе, но всё это так легко перемешалось. Питер даже больше не чувствует себя притворяющимся за обеденным столом. Ему весело. С Тони. Они говорят до поздней ночи о различных вещах. Страхах и мечтах. Детстве и будущем. Проходит половина каникул, когда Питер начинает чувствовать странный груз на плечах. Его преследует скрытый страх того, что Тони бросит его сразу после окончания поездки, как и обещал. Намеревается ли он сдержать это обещание? Или передумает? Прямо как Питер? Он не уверен.       Наступает день большого торжества. Благотворительный вечер. Четырнадцатое февраля, день святого Валентина. Вечеринка запланирована на вечер, так что Тони решает сделать для них обоих полноценный день отдыха. После посещения саун в отеле, Тони заказывает для них сеанс массажа. Питер никогда в жизни не был на массаже, поэтому с нетерпением ждёт этого. Его мышцам требуется отдых после ежедневного катания, и он не может себе представить ничего лучше, чем день в спа-салоне, тем более, что Тони будет с ним. Все массажные столы пусты, потому что все сейчас в горах, и Питер счастлив тому, что останется наедине с Тони и их массажистками, наслаждаясь тишиной. Питер изо всех сил старается не пялиться на миллиардера, прикрытого лишь тонким полотенцем, но он не может удержаться от того, чтобы мельком не взглянуть на него. Тело Тони потрясающее, мускулистое и сильное, невероятное для человека его возраста, и Питеру приходится сдерживать себя, чтобы не пускать слюни. Они в общественном месте, так что совсем не время для неуместного стояка.       Когда они наконец ложатся на животы, Питер расслабляется. Он поворачивается лицом к Тони, чтобы увидеть, как тот улыбается, смотря на него. Питер чувствует себя расслабленным, наслаждаясь временем, которое он проводит с миллиардером. Руки массажистки на его спине творят чудеса с его мышцами, разминая их и словно развязывая узлы на его теле. Он чувствует себя свободным, всё напряжение покидает его, а глаза закрываются. Массажистка проделывает отличную работу, выявляя каждую болящую точку и избавляя от неё Питера, пока тот не превращается в лужицу. Она разминает особенно напряжённые места, впиваясь пальцами, пока его мышцы наконец не расслабляются, и Питер громко стонет. Стон эхом разносится по комнате, слишком громкий, чтобы остаться незамеченным. Питер умирает от смущения.       Он открывает глаза, сталкиваясь с диким взглядом Тони. Зрачки того расширены, и он смотрит на Питера, словно хищник на свою добычу, и Питер никогда раньше не видел такого голода на его лице. Этот взгляд заставляет его съёжиться, его разум подкидывает ему картинки Тони, массирующего ему спину, блуждающего руками по его телу, которые спускались бы всё ниже и ниже, пока... Он выбрасывает мысли из головы и вздрагивает, борясь со смесью возбуждения и смущения, крайне неуместными в этой ситуации.       — Простите, — он даже не знает, перед кем именно извиняется, но чувствует, как краснеет, отворачиваясь от миллиардера.       — Не смущайся, я знаю, это приятно, — голос Тони полон понимания и чего-то ещё, чего-то более мрачного.       — М-м, извините, я не могу сдерживаться...       — Не беспокойтесь, — массажистка разрушает весь настрой, и Питер не уверен, должен ли он почувствовать облегчение или разочарование. — Такое случается со всеми. Приятно, когда мышцы наконец расслабляются.       Ага, это так, но ещё лучше, когда некий миллиардер смотрит на тебя так, будто хочет съесть живьём. Питер никак не сможет пережить этот отпуск, не запрыгнув на него. Кажется, Питер облажался. С каждым днём, с каждой кокетливой улыбкой, его сдержанность разрушается, и момент, когда он сдастся, остаётся лишь вопросом времени.       Питер старается не смотреть на Тони до конца массажа, держа глаза закрытыми и сосредоточившись на том, чтобы контролировать реакцию своего тела. Он волнуется; каждый звук, исходящий от миллиардера, заставляет его бороться с самим собой. Когда массаж, наконец, заканчивается, он даже не знает, расслабился ли он или ещё больше напрягся. Он просто хочет вернуться в их комнату и принять долгий холодный душ. Ещё одно прикосновение, ещё одно слово, и Питер сломается.

***

      — Ошеломляющий, как всегда, — бормочет Тони, снова стоя позади Питера. Парень смотрит на своё отражение в зеркале, как и тогда, но на этот раз он слышал, как Тони подкрался к нему.       — Спасибо, — едва слышно шепчет он. Взгляд Питера перемещается на отражение Тони. Его взгляд напряжённый. Они уже бывали в таком положении прежде, и Питер тихо задумывается, к чему всё это приведёт. — Хотя я не изменился.       Питер одет в самую обычную одежду. Спортивные штаны и простая белая футболка. Он думает, что в этом будет удобно, пока у них есть несколько часов до вечера. Питер обнаруживает, что ему действительно нравится изучать себя в зеркале. Как линии его тела изгибаются и меняются с каждым его движением. Раньше он и не знал, что думать о тщеславных людях. Что это глупо — так долго пялиться на себя, нравиться себе и любить свою внешность. Но теперь, когда одежда Тони обтягивает его тело, он ловит себя на мысли, что всё чаще заглядывается на свое отражение.       — Может, потому что… — Тони вздыхает в ответ, ещё больше вторгаясь в пространство Питера. Но не прикасаясь. — Могу я? — Питер прерывисто вздыхает, не подозревая, что даже не дышал. Он слегка кивает, позволяя Тони прижаться к нему. Его тело тёплое и приятное, и Питер чувствует, как тает от прикосновений Тони, когда рука мужчины обвивается вокруг талии Питера, крепко прижимаясь к нему. Питер напрягает челюсть, когда чувствует, что Тони возбуждён. Это действительно происходит?       Щетина Тони царапает кожу шеи Питера, когда он нежно трётся подбородком вверх и вниз. Они не сводят глаз с друг друга, чувствуя, как растёт напряжение. Их зрачки всё расширяются от осознания того, как быстро может обостриться ситуация.       — Больше? — шепчет Тони Питеру на ухо, подтверждая его мысли. По всему телу Питера расползаются мурашки, и он дрожит. Да. Да, он хочет большего. Больше, чем чего-либо. Он снова кивает, и Тони неодобрительно хмыкает. — Скажи мне, что хочешь большего. Я хочу слышать тебя.       — Пожалуйста, — тихо выдыхает Питер.       — Больше? — снова повторяет Тони, на этот раз немного громче. Звук проходит по телу Питера, доходя прямо до его члена, который уже становится заметно твёрже. Зеркало ничего не оставляет воображению. Спортивные штаны тоже. Питер не может сдержать тихий стон, когда грубая щетина Тони сменяется его мягкими губами. Он крепче прижимается к Питеру сквозь его белую футболку.       — Такой хороший, — шепчет Тони, посасывая шею Питера. — Такой красивый...       Вот и всё. Тони разрушает Питера.       Питер вырывается из крепких рук Тони, чтобы развернуться и прыгнуть на него. Он прижимается к его губам, обвив ногами талию Тони. Мужчина подхватывает Питера за задницу, прижимая к себе, и, спотыкаясь, усаживает их на кровать. Питер прижимается к промежности мужчины и громко стонет, когда чувствует язык Тони у себя во рту. Сильные руки миллиардера помогают Питеру потереться о него, сжав задницу студента. Питер хнычет, скулит и стонет, зажмурившись от смущения.       — Я… Я не могу сдерживаться… — он слышит свой голос, его мысли как в тумане, повторяют то, что он сказал сегодня на массаже.       — И не нужно, — слова пронзают Питера, словно стрелой. Самый ужасный звук, который он когда-либо издавал, срывается с его губ прямо в рот Тони. Мужчина стонет в ответ и усмехается. — Господи, малыш, ты идеален... — пальцы Питера путаются в волосах Тони и тянут за них.       — Для тебя, — выдыхает Питер между поцелуями. — Хочу быть идеальным для тебя...       Внезапно Тони отстраняется и смотрит на Питера широко раскрытыми глазами. Его рот приоткрыт, изогнутый кривой улыбкой, а глаза полны удивления и изумления, будто он не может поверить, что это происходит. Что это на самом деле. Питер чувствует то же самое.       — Ну, тогда… — голос Тони низкий и мрачный. Горячий. — У меня есть кое-что для тебя.       Он толкается бедрами, заставляя Питера снова застонать, и прижимает его обратно. Это так хорошо. Питер тихо скулит, когда Тони поднимает их. Питер чувствует головокружение от удовольствия, когда мужчина ведёт его в комнату, положив руку на поясницу, как он делал все те дни, когда они притворялись парой. Они всё ещё притворяются? Однако Питер не уверен, он даже не уверен, волнует ли его это вообще сейчас.       На журнальном столике стоит плоская белая коробка, завязанная тёмно-красной лентой.       — Я… — бормочет Тони, и это удивляет Питера, потому что мужчина никогда не отличался застенчивостью, но сейчас… — Я купил это в ту ночь, когда ты напился, — Тони медленно вдыхает через нос, и Питер буквально чувствует, как каждое слово Тони источает возбуждение. — Я не был уверен в размере, но, учитывая, что я купил тебе уже так много одежды, думаю, что угадал, — Питер поворачивает голову и смотрит на Тони огромными глазами. Тони улыбается ему и дважды шлепает Питера по заднице, заставляя того покачнуться и захныкать. — Давай же, открой.       Питер ненавидит то, что ему приходится лишиться тепла Тони, но всё равно подчиняется. Он плетётся к столу, покачивая бедрами немного сильней, чем обычно, зная, что Тони смотрит на него. Его пальцы сжимают коробку, и он поднимает её, глядя на Тони в поисках поддержки. Мужчина ласково улыбается и кивает. Как только Питер тянет ленту, чтобы избавиться от неё, в дверь внезапно стучат. Это шокирует их обоих, но один быстрый взгляд на часы на стене заставляет Тони выругаться себе под нос.       — Стилист уже здесь, — фыркает он, направляясь к двери, бросив на Питера последний взгляд. Он кивает на коробку. — Делай с этим, что пожелаешь. Нам нужно собираться.       Тони оставляет Питера в гостиной одного, ошеломлённого и возбуждённого, с подарком в руках. Неужели… Это только что произошло? Когда он осознаёт, что случилось бы, если им не пришлось тащиться на этот дурацкий вечер, он тихонько взвизгивает. С белой коробкой в ​​руках он два или три раза бьёт себя по голове, прежде чем прижать её ко лбу. Он открывает глаза, когда слышит, как что-то трясется внутри. Питер делает медленный глубокий вдох и только отчасти обращает внимание на Тони, говорящего со стилистом в коридоре. А затем он бросается в свою старую комнату, чтобы открыть подарок Тони и посмотреть, что внутри.

***

      Питер ужасно волнуется, пока идёт через всю эту толпу гостей на Благотворительном вечере Старка, и Тони идёт рядом с ним. Он чувствует, как рука миллиардера прижимается к его пояснице, чувствует её тепло сквозь слои ткани. Он солжёт, если скажет, что небольшой сеанс поцелуев его успокоил, потому что Питер всё ещё чувствует возбуждение. Он слишком остро ощущает присутствие Тони, слишком остро ощущает нижнее бельё, которое надето под его дорогим костюмом. Тони выставляет его напоказ всем, одетого в одежду, которую выбрал для него сам. Это заставляет Питера чувствовать себя принадлежащим ему и желанным, и это пьянящее чувство, от которого у него кружится голова.       — Ты выглядишь прекрасно, детка, — шепчет Тони ему на ухо, слегка касаясь губами кожи. Одного взгляда в глаза миллиардера достаточно, чтобы увидеть его голод, и понять, что Тони всё так же заведён, как и несколько часов назад.       Слово «папочка» вертится у Питера на языке. Он хочет выкрикнуть его, хочет кричать его, пока миллиардер трахал бы его, но он заставляет себя промолчать в самую последнюю секунду. Он краснеет от стыда, когда понимает, насколько близок был к тому, чтобы произнести это вслух.       — Боже, сладкий, ты дразнишь меня, — тихо рычит Тони, его рука сжимается на заднице Питера. Голос миллиардера выдает его возбуждение, хотя его лицо остается непроницаемым за этой фальшивой улыбкой. — Когда я купил тебе нижнее белье, я думал, ты наденешь его для меня, а не для всех в этом зале. Детка, ты заставляешь меня немного ревновать.       Питер поворачивается к нему, уставившись на мужчину широко раскрытыми глазами. Как он узнал? Питер надел это, когда был в ванной.       — О, Пит, — смешок Тони пробегается по его коже. — Я вижу это сквозь твои брюки. Надевать кружевное бельё под такие обтягивающие брюки не очень разумно.       Питер опускает взгляд, глядя на себя. Внезапно он чувствует, как ему становится жарко, чувствует, как от смущения вся его кровь приливает к лицу. Он не подумал об этом, а теперь не только Тони, но и сотня людей, нет, сотня незнакомцев увидят его в нижнем белье.       — Не волнуйся, я просто шучу, — тут же реагирует Тони, замечая дискомфорт Питера. — Никто не станет задумываться об этом.       Питер всё ещё настроен скептически, но это заставляет его немного расслабиться. Тони, вероятно, прав, нет причин для паники.       — Тони, — весёлый голос вырывает Питера из его мыслей, и он замечает, как к ним приближается человек в военной форме. — Давно не виделись, — фальшивая улыбка Тони мгновенно превращается в настоящую.       — Роудс, как ты? Рад, что ты смог приехать. Могу я представить тебе своего бойфренда? Питер, это полковник Роуди, мой лучший друг.       — Приятно познакомиться, — Питер пожимает ему руку, радуясь, что они встретили хоть одно дружелюбное лицо.       — Почему я узнаю о твоих отношениях из новостей, а не от тебя самого? — Роуди пытается выглядеть сурово, но терпит поражение. Тони спасается своей обычной манерой отшутиться.       — Может, я просто не хотел, чтобы ты его отпугнул. Питер мой хранитель, — он сильнее прижимает Питера к себе, и студент чувствует, как краснеет. Снова.       Вскоре Тони и Роуди погружаются в свой собственный мир, обмениваясь историями из молодости, и Питер решает отставить их. Ему нравится полковник, нравится слушать его, но он хочет дать мужчинам побыть немного наедине, чтобы наверстать упущенное время. Питер с улыбкой извиняется и бросает быстрый взгляд на левую щеку миллиардера, прежде чем исчезает в толпе в поисках знакомых лиц. В конце концов, он находит Пеппер и её мужа. Они встречают его объятиями.       — Привет, Питер, ты уже встретился с Роуди? — Маркус вручает ему бокал довольно приятного на вкус шампанского.       — О да, Тони как раз сейчас с ним болтает.       Пеппер громко смеётся.       — О, дорогой, ты не увидишь никого из них ближайший час. Их не разлучить, если они не виделись несколько дней. Не разлей вода, — Питер слегка усмехается, но ему всё равно. Тони хороший человек. Он заслуживает хороших друзей, и, если нужно оставить его одного на некоторое время, Питер с радостью сделает это. — Итак, скажи, как тебе Австрия?       — Потрясающе. Пейзажи, отель, даже еда. Вы когда-нибудь пробовали домашний шпецле? — судя по всему, Пеппер пробовала, потому что следующие полчаса они говорят о еде и Австрии, и, хоть Питеру приходится притворяться бойфрендом Тони, это никогда ещё не казалось таким реальным, как сейчас. Он расслабляется, перестаёт бояться облажаться, и впервые может по-настоящему насладиться времяпровождением с друзьями Тони.       Чуть позже к ним присоединяется Роуди.       — Где ты оставил Тони? — шутливо спрашивает Пеппер. — Появился кто-то, способный разлучить вас двоих? — на секунду полковник делает обиженный вид, прежде чем усмехнуться в ответ.       — Нет, он должен выполнить свой долг. Поговорить с гостями, убедить их сделать пожертвование. Это всё ещё благотворительный вечер, Пепс.       — Я пойду поищу его, — Питер допивает оставшееся шампанское и ставит пустой бокал на стол. — Я не могу позволять ему разгуливать одному, вдруг кто-то похитит его, — он смеётся, подмигивая, и поворачивается, чтобы отыскать Тони.       Ему требуется несколько минут, прежде чем он находит своего парня, и, когда это происходит, Питер замирает. У него уже есть несколько сценариев того, чем занят мужчина: Тони, флиртующий с какой-нибудь пожилой леди, убеждая её пожертвовать часть своего состояния, Тони шутящий с друзьями-гольфистами, или даже Тони, спорящий с кем-то, не уважающим права ЛГБТ+. Однако вместо всего этого Питер находит его с женщиной. Женщиной, которая цепляется за Тони, обнимая его бицепсы, и он видит улыбку миллиардера. Его бойфренда. Нет, его фейкового бойфренда.       Питер чувствует, как на его глазах выступают слезы, и от злости сжимает кулаки. Его ногти впиваются в кожу, оставляя следы на ладонях, но ему всё равно. Это больно. Он смотрит, как она флиртует с ним, как тот улыбается и даже не отталкивает её. Все могут их видеть, все видят, как она трогает его парня, настоящего или нет. Боль смешивается с унижением, и он видит несколько сожалеющих взглядов гостей, устремлённых на них. Питеру кажется, что он даже слышит их мысли. «Бедный мальчик смог удержать его только на пару месяцев. Конечно, студент из Куинса не сможет приручить миллиардера».       Первая слеза скатывается по его щеке. Он видит, как она наклоняется к Тони, пристально глядя через плечо миллиардера и смотрит прямо в глаза Питеру. Он не хочет доставлять ей удовольствие наблюдать за тем, как он ломается, но и не может остановить слёзы. Он вдруг чувствует руку на своей спине, может слышать голос Пеппер, хотя он не может разобрать ни единого её слова. Женщина, которая флиртует с Тони, улыбается ему, прежде чем кладёт руки на грудь Тони и целует губы миллиардера.       Мир Питера перестает вращаться. Он немеет, кровь еле течёт по венам, а сердце бьётся всё быстрее и быстрее. Всё его тело дрожит, и последняя стена рушится, горячие слёзы текут из его глаз. Питер хочет сбежать, хочет спрятаться в укромном месте, желательно в постели у себя дома. Он ждёт ещё секунду, ждёт, что Тони оттолкнет её, но миллиардер ничего не делает.       Боже, это больно. Он не может больше этого вытерпеть. Повернувшись, Питер пытается выбраться из комнаты, все эти лица плывут перед глазами. Он уже не слышит, как Пеппер выкрикивает имя Тони, не слышит, как Тони выкрикивает имя Питера, смех женщины звенит в его ушах. Единственное, на чём он может сосредоточиться, это на возвращении в свою комнату. Он хочет собрать вещи и улететь домой, даже если для этого придётся потратить все свои деньги на билет.       Когда дверь парадного зала закрывается за его спиной и голоса смолкают, Питер полностью ломается, начиная рыдать, пока поднимается по лестнице, ведущей в пентхаус. Он быстро шагает, несколько раз спотыкаясь, но ему всё равно. Его одежда кажется слишком тяжёлой. Нет. Не его одежда. Одежда Тони. Он не хочет ничего, кроме как сорвать её со своего тела.