Кровные узы IV. Бумажные сердечки

Глава 9. Джорджтаун Пятница 01:53 В мягком свете лампы видны были следы высохших слез на лице Малдера. Скалли легким прикосновением проследила путь одной слезинки от мягкой кожи его щеки к жесткой щетине на челюсти. Он не вздрогнул, даже глаза под закрытыми веками остались неподвижными. Сегодня ночью не будет никаких снов – во всяком случае, у Малдера. Скалли наклонилась, чтобы поцеловать его, ощущая соленый привкус пролитых им слез. Она поднялась, и матрас жалобно скрипнул, словно жалуясь на потерю ее веса. Поведя плечами в тщетной попытке расслабить слишком напряженные мускулы, Скалли направилась к дивану, на котором расположился уставившийся в телевизор Грей. Она плюхнулась рядом. - Что ты ему дала? - спросил он после нескольких минут молчания. - Валиум, - устало ответила она. - Большую дозу на случай, если тебе интересно. Он проспит по крайней мере шесть часов – может быть, дольше, учитывая его нынешнее состояние. - Ты всегда носишь в своей маленькой черной сумочке шприцы и Валиум? Скалли почувствовала его беспокойство и догадалась о причине. - Веришь или нет, к нему это не имеет отношения, - усмехнувшись, ответила она. Она не стала объяснять, что пузырек – это своего рода сувенир, оставшийся у нее после лечения. Ближе к концу, когда головная боль становилась совсем невыносимой, ее онколог предложил лекарство в качестве обезболивающего. Грей заметил ее сдержанность и не стал настаивать. - Не люблю видеть Фокса, накачанного лекарствами, - тихо заметил он, пальцами правой руки поигрывая с бахромой на ее пледе. - А я не люблю накачивать его лекарствами, - резко ответила она. Неприкрытая боль в его глазах смягчила ее гнев, и она вздохнула. - У него шок, Грей, и он почти диссоциативен. Выбор был не велик – или Валиум, или риск непоправимого урона для его психики. Грей содрогнулся от услышанного, но кивнул. Скалли видела, что он проигрывает в памяти сцену, произошедшую в квартире Малдера. После первоначального эмоционального взрыва Малдера замкнулся в себе. Его трясло, он весь покрылся испариной и был жутко бледен. Слава Богу, Скиннер взял на себя управление ситуацией. Всего один взгляд на Малдера, и он велел им отправляться в квартиру Скалли. Малдер не спорил, послушно, как маленький ребенок, следуя за ней. Его апатия встревожила ее сильнее, чем слезы. По дороге Грей мягко задавал брату вопросы, сумев добиться от него нескольких ответов. Однако Малдер отвечал вяло, как будто каждый из них требовал от него титанического усилия и огромного напряжение ума. Он смотрел в окно невидящим взглядом, не замечая проезжающих мимо машин, его голос был тихим и безжизненным. Уже дома, Скалли отвела Малдера в спальню и вручила ему спортивные штаны и футболку, помогая ему переодеваться, когда он забывал о том, что делает, безучастно уставившись в окно. Она усадила его на постель, дала Валиум, а затем уложила, растягиваясь рядом и ближе прижимаясь к нему. Она шептала ему успокаивающие слова и нежно гладила, пока его тело не расслабилось. В конце концов Скалли позволила пролиться своим собственным слезам – за Малдера, за Жаклин и за себя. - Он будет в порядке утром? Вопрос Грея вырвал ее из раздумий, заставляя вернуться к реальности. - У Малдера впечатляющий набор защитных механизмов, Грей. Он будет чувствовать себя лучше – намного лучше. Но не думаю, что кто-нибудь из нас будет в порядке, пока этот монстр не окажется за решеткой. - Не стоит тратиться на камеру для него, - зло бросил Грей. - Даже пуля была бы слишком хороша для этого психа. - Он закрыл глаза. - Боюсь, пройдет слишком много времени, прежде чем это воспоминание сотрется. От слез у Скалли защемило в глазах и засаднило в горле. - По крайней мере, в конечном итоге это произойдет. Но у Малдера фотографическая память. Грей с ужасом посмотрел на нее. - Я никогда не задумывался о последствиях этого. Это значит, каждое место преступления…? - Каждое место преступления, каждый убийца, каждая жертва, - тихо произнесла Скалли. - Как он держится? Не думаю, что я бы смог, Дана. Скалли слегка улыбнулась в ответ, думая об остроумии Малдера, его способности шутить, зачастую довольно цинично, несмотря ни на что. - Как я уже говорила, у него есть почти невероятная способность переживать любые удары. - Но на этот раз все по-другому, не так ли? - с сомнением спросил Грей. - Фокс рассказывал мне историю похищения Саманты. Я не хуже тебя понимаю, что этот убийца сделал с ним сегодня. Внешнее сходство, игра в стратегию, телевизор… Это не удар, Дана. Это атомная бомба. - Это хуже, - прошептала Скалли, прикусив губу. - Хуже? Она заколебалась, но затем продолжила. - Не знаю, как мне сказать Малдеру об этом, но если то, что я подозреваю, правда, он в любом случае прочтет это в отчете о вскрытии. Малдер однажды сказал мне, что Саманта сломала ключицу, упав с качелей, так что когда Роуч заявил, что это он убил ее, мы смогли легко определить, что ни одно найденное тело не принадлежит ей. - Продолжай, - подтолкнул Грей, когда Скалли остановилась, чтобы вдохнуть побольше воздуха и взять себя в руки. - Я только на минуту взглянула на тело, прежде чем мы ушли - нужно было быть осторожной, потому что они фотографировали. Но… я почти наверняка уверена, что у Жаклин была сломана ключица. Грей пробормотал ругательство. - Как он узнал? Откуда получил эту информацию? Выглядит так, как будто он может забраться Фоксу в голову! Внезапно, самым зловещим образом, эти слова напомнили Скалли о том, что сказал ей Малдер после смерти Роуча… «Я профилировал его, Скалли. Я проник в его разум, и каким-то образом он проник в мой, получив доступ ко всем моим воспоминаниям о Саманте. Какая-то…связь возникла между нами» - Я не знаю, как он это делает, - вслух произнесла она, отгоняя эти воспоминания, резко тряхнув головой. - Газеты? Интернет? - Сломанная ключица? Игра в стратегию? Да брось, Дана! Это притянуто за уши и ты это знаешь, - сказал Грей, с теплотой смотря на нее и смягчая тем самым резкость своих слов. Скалли сделала глубокий выдох, желая только одного - лечь спать и забыться хоть на какое-то время. - Малдер верил, что между ним и Роучем сформировалась какая-то связь, когда он профилировал его. Он думал, что Роуч был способен проникать в его воспоминания о Саманте. - Но ты с этим несогласна. Скалли плотно сжала губы, чтобы воздержаться от резкого ответа. - Я думаю, что существуют другие объяснения случившегося. Мы просто еще их не знаем. - Грей вздернул бровь, тем самым усиливая ее раздражение. - Послушай, насколько я понимаю, главный вопрос в том, что этому маньяку нужно от Малдера. Сегодняшнее маленькое представление только подтвердило глубину его навязчивой идеи. - В таком случае, мы должны оставаться с Фоксом, - спокойно ответил Грей. Скалли улыбнулась в ответ, и тьма немного отступила. - Я в последнее время говорила тебе, как я рада, что у Малдера есть брат? Грей усмехнулся. - Ты только что это сказала, дорогая. А сейчас я намерен немного поспать. - Простыни и одеяла в комоде, - сказала Скалли, зевая от одного лишь упоминания о сне. - Я могу постелить тебе на диване. - Не глупи. Я самостоятельно стелю себе постель с 4-х лет, так что справлюсь, - сухо уверил ее он. - Тогда доброй ночи, Грей. И спасибо. - Доброй ночи, Дана. Скалли бесшумно прошла в спальню и закрыла дверь, раздеваясь при лунном свете, проникающем сквозь шторы. Малдер свернулся на своей стороне, глубокий устойчивый звук его дыхания успокоил ее. Она скользнула под простыни и легла позади него, переплетая их ноги и обнимая его рукой за талию. Не открывая глаз, Малдер прижался к ней, к теплу и комфорту, которые дарило ее тело. И на какое-то время его демоны покинули его. Джорджтаун Пятница 09:30 Звук работающего душа подтолкнул Грея к тому, чтобы заварить свежую порцию кофе. Вода текла довольно долго, но как только Грей решил проверить брата, душ выключился. И когда Малдер вошел в гостиную, босой и с мокрыми волосами, Грей вручил ему кружку с горячим напитком. Малдер вдохнул аромат и пробормотал что-то в благодарность, прежде чем плюхнулся на диван. Делая вид, что читает газету, Грей исподтишка изучал брата. Фокс по-прежнему выглядел осунувшимся, и создавалось ощущение, что его сначала растянули, словно резинку, а потом отпустили. Но его взгляд был ясным и острым, в нем не было такой пугающей затуманенности, как прошлой ночью. В общем, он выглядел удивительно спокойным для человека, который съежился на полу, дрожа и рыдая, не далее чем 12 часов назад. Насчет защитных механизмов Дана не преувеличила. - Не хочешь поделиться с объектом результатами своего тщательного исследования? - насмешливо поинтересовался Малдер, выводя Грея из задумчивости. - Разумеется. Слишком бледный, слишком худой и выглядит так, как будто мог бы проспать неделю. Теперь доволен, братишка? Отец был прав, когда говорил, что лучшая защита – это нападение. Грей про себя усмехнулся, увидев, что Фокс надулся и предпочел сменить тему. - Где Скалли? - В Квантико, делает вскрытие. Она ушла около часа назад. - Грей смягчил тон. – Перед уходом она заставила меня пообещать, что я никуда тебя отсюда не отпущу. Увидев любовь и заботу в глазах Грея, Малдера поднялся, якобы для того, чтобы отнести пустую чашку на кухню. В то время как часть его страстно желала открытой и безоговорочной любви брата, как земля хочет дождя после длительной засухи, осторожная, рациональная часть предупреждала, что эта потребность в конечном итоге приведет к боли и потере. Список людей, которых он любил и которые оставались с ним сравнительно долго, был смехотворно коротким. - Вы со Скалли слишком беспокоитесь обо мне, - проворчал он через плечо, ополаскивая чашку и ставя ее в посудомоечную машину. Дома он оставлял посуду в раковине, но это все же была квартира Скалли. Малдер ожидал резкого ответа, вероятно, напоминания о его недавней потере самообладания как доказательстве того, что беспокойство более чем оправданно. Грей, однако, ничего не сказал, и его молчание заставило Малдера вернуться в гостиную. Обратно на линию огня, так сказать. Он мысленно приготовился к спору, неосознанно сжав кулаки и старательно игнорируя внутренний голос, подсказывающий, что он хочет спровоцировать гнев Грея. А для Фокса Малдера гнев был куда более безопасным и привычным, чем любовь. Словно прочитав его мысли, Грей наконец произнес. - Беспокойство идет рука об руку с любовью, Фокс. Иногда их почти невозможно разделить. - Я могу справиться с этим, - гнул свое Малдер, почувствовав себя уверенно. - Я знаю, что прошлой ночью был не в себе, но такого больше не повторится. Словно в насмешку над этим заявлением, голос Малдера слегка дрожал, что только усиливало его раздражительность. Фокс сжал челюсть, тем самым неосознанно копируя Скиннера, и сердито посмотрел на брата. Ответ Грея был не таким, как он ожидал, и поймал его врасплох. - На что это похоже, Фокс? - тихо и почти благоговейно спросил его брат. Малдер облизнул губы. - Что ты имеешь в виду? - спросил он, хотя был вполне уверен, что знает ответ. - Профилирование. Проникнуть в голову убийцы и попытаться думать, как он. Малдер опустился в кресло, почувствовав внезапную дрожь и слабость в ногах. Он уставился в окно, и Грей увидел, что он ушел в себя. Когда Фокс наконец заговорил, голос его звучал ровно, но в нем чувствовалась горечь. - Это похоже на погружение в глубокую, темную бездну за чем-то, что ты утратил, - прошептал он. - Иногда бездна наполнена отвратительными вещами – разлагающейся плотью, липкими личинками безобразно мутировавших насекомых, чудовищными существами с острыми клыками и тягой к человеческой крови – но ты должен погрузить туда руку, чтобы найти то, что тебе нужно. Иногда содержимое бездны менее ужасно, но ты должен копать глубже, чтобы достигнуть своей цели – возможно, даже так далеко, что кажется, будто балансируешь на краю. И тогда… Малдер вздрогнул и замолчал. Когда он снова заговорил, его голос был чуть слышнее шепота. - Иногда бездна наполнена всеми мыслимыми ужасами и некоторыми такими, которые даже самое извращенное воображение не способно представить. И ты понимаешь, что для того, чтобы получить желаемое, должен глубоко погрузиться в бездну, глубже, чем когда-либо прежде. И однажды, когда ты внутри, ужасные вещи вокруг станут частью тебя, и ты начинаешь верить, что никогда не выберешься. Потому что ты стал бездной и теперь принадлежишь ей. Малдер оторвал взгляд от окна и перевел его на брата, почти ожидая увидеть отвращение. Лицо Грея было неестественно бледным, но в его глазах Малдер прочел лишь сочувствие и глубокое уважение. - Я видел, чего это тебе стоит, Фокс. Почему ты продолжаешь этим заниматься? Малдер вздохнул и согнулся, положив локти на колени. - Потому что я могу. Потому что в следующий раз я смогу остановить безумие до того, как будет слишком поздно. И потому что я поклялся самому себе, что никогда не сдамся без борьбы и не позволю кому-нибудь еще стать жертвой. Он встал и направился обратно в спальню, появляясь через несколько минут полностью одетый и с ключами в руках. Грей застонал. - Фооокс! Я обещал ей! Ты заставляешь меня иметь дело с вооруженной женщиной! - пожаловался он. Губы Малдера изобразили что-то близко напоминающее улыбку, которой Грей не видел с момента получения последнего «сердечка». - Успокойся, я не собираюсь в Квантико. Я вернусь в свою квартиру взглянуть на место преступления. «Как будто это заставит меня чувствовать себя лучше», - мрачно подумал Грей. - Ты видел место преступления вчера ночью, - вслух произнес он, вставая между братом и входной дверью. Малдер закатил глаза. - Да. Точно. На случай, если ты не заметил, я был тем, кто валялся на полу и стонал. - Он остановился, чтобы набраться терпения и продолжить: - Грей, сейчас я в порядке, и мне нужно увидеть это. Этот маленький ночной кошмар был устроен специально для меня, и. вполне возможно, там есть что-то, что только я смогу понять. Я поеду. Ты можешь или усложнить мне жизнь или помочь. Грей неохотно отступил в сторону, с несчастным выражением на лице. - Знаешь, иногда я думаю, что нет никого на этой планете, кто мог бы разозлить меня так, как ты, - проворчал он. - Просто не представляю, как тебе это удается. Малдер открыл дверь и самодовольно ухмыльнулся. - Поинтересуйся у Скалли. Она тебя просветит. Александрия Пятница 10:48 При отсутствии тела и побывавших здесь вчера экспертов, о преступлении напоминала только желтая полицейская лента и послание убийцы на стене. Грей не путался у брата под ногами, когда тот шнырял по квартире, как волк, почувствовавший запах добычи. После приблизительно получаса разглядывания буквально всех углов маленькой гостиной, Малдер с разочарованным вздохом плюхнулся на кофейный столик. - Я чувствую, здесь что-то есть. Я только не вижу этого. - Что-то в послании? - предположил Грей. - В словах, которые он выбрал? Малдер вглядывался в стену, жуя губу. - Не вижу в нем ничего необычного. Он проводит параллель между игрой, в которую мы с Самантой играли, и игрой, в которую, как он полагает, играем мы с ним. Он явно расценивает мою поездку к тебе как попытку уклониться от хода. - Ладно. Что насчет способа написания букв? Его почерк ни о чем тебе не говорит? - подталкивал Грей, цепляясь за соломинку. К его изумлению, Малдер внезапно вскочил на ноги и ближе подошел к стене, будучи явно не в себе. Его глаза сверлили слова с пугающей интенсивностью. - Фокс? - Где то досье? - жестко и резко потребовал он. - Какое досье? - в замешательстве спросил Грей. - Досье, которое ты читал прошлым вечером в Бюро. Досье Роуча, - отрывисто бросил он, как будто Грей не понимал чего-то абсолютно очевидного. - В моем портфеле, в машине, полагаю. А что? - Принеси. Раздраженный пренебрежительной манерой брата, Грей, однако, сделал, как он просил – или, скорее, приказал – ворча про себя. Малдер буквально вырвал папку у него из рук, не сказав ни слова в благодарность, и, отнеся ее на стол, начал яростно пролистывать содержимое. - Фокс! - процедил Грей. Малдер жестом заставил его замолчать, минутой спустя удовлетворенно воскликнув, когда нашел нужный лист. Игнорируя не предвещающий ничего хорошего взгляд Грея, он метнулся обратно к надписи, его глаза перескакивали со стены на бумагу и обратно. Листок в его руках сначала слегка подрагивал, а затем яростно затрясся. Все еще озадаченный, но больше не злящийся на брата, Грей подошел и мягко вытащил дрожащий листок из его трясущихся пальцев. Малдер едва обратил на это внимание, его глаза были прикованы к посланию. - Фокс. Что? Что ты обнаружил? Малдер посмотрел на Грея, но тут же снова перевел взгляд, словно притянутый магнитом, обратно. - Почерк, - почти бескровными губами произнес он. - Я подумал, что он кажется мне знакомым. Это есть в досье, Грей. Этот почерк принадлежит Джону Ли Роучу.