Грудастая Атари и Лорд Думстрайк

      Атари пришла в себя с громким криком. Сон был тревожный, настоящий кошмар. Амазонка стояла перед своим племенем, совершенно голая, среди прекрасных и воинственных сестёр. Цепкие лапы появились из ниоткуда, хватая её за груди, властно крутя ими в стороны. Атари просила о помощи, кричала амазонкам, ведь убрать руки у неё не получалось. Но амазонки только молчали и неодобрительно смотрели на Атари.       — Слабая! Зависимая! Ты не достойна покровительства Агхки! Пусть мужчины играют с твоим телом! Мы не поможем тебе!       Серые пальцы с силой прошлись по лобку и коснулись клитора. Руки с такой силой сжали грудь, что Атари крикнула и только тогда проснулась. В чужой комнате, на большой кровати, которую богатые визири использовали, забавляясь с группой наложниц. Однако Атари была здесь совсем одна. Посидев немного на кровати, Атари смахнула длинные белые волосы и презрительно фыркнула. Её боевое открытое одеяние сменилось на какие-то полупрозрачные тряпки! Одежда на груди была лишь белыми тонкими нитками, прикрывающие соски тканью, прозрачной и постыдной. Малые, треугольной формы, они едва скрывали ареолы сосков. Белье, открывающее лобок, было просто белой резинкой, Позади ткань была до того натянута, что можно было рассмотреть узкую попку Атари. Оскорблённая и яростная, она покинула опочивальню и пошла к двери. Теперь её грудь двигалась ещё заметнее, подскакивала, создавала складки, билась друг о друга. Проклятое бельё словно сильнее врезалось в половые губы, вызывая зуд, но Атари стойко шла вперёд, нахмурившись. Лорд Думстрайк ждал её за столом. Щедрое угощение в виде фаршированного порося, ваз с фруктами и кубков с вином. Атари осмотрелась на наличие слуг, но Думстрайк был один. По привычке Атари сжала руку, пытаясь почувствовать лезвие топора. Но его не было.       — Ах, мой свет, ты проснулась! — звериное лицо исказилось в усмешке. — Надеюсь, что ты хорошо спала, моя чарующая амазонка! Твой вид возбуждает у меня аппетит, — зловеще посмеялся Думстрайк, отпивая вино из кубка.       — Что за постыдное одеяние ты мне дал? — возмущённо спросила Атари. — Какое унизительное одеяние шлюхи! Лучше бы сразу оставил меня голой! — крикнула она, чувствуя как щёки вновь разгораются.       — Хе-хе-хе, мне нравится твоя идея, снежноволосая. Подойди. Присядь рядом. Отведай моих угощений! — поманил её Думстрайк.       — Я не вкушу отравленную пищу!       — Хах, с чего ты решила, что я хочу отравить тебя, дыньки мои? Я уже и без того владею тобой, и убивать такую красавицу станет только редкостный мерзавец.       — Ты мной не владеешь! — оскорбилась Атари.       — Ну, я потрогал твои сиськи и заставил тебя подчиниться. Ты так эротично кричишь вульгарщину, — облизнулся Думстрайк. — Я знаю, как вам, амазонкам, тяжело и боязно нарушить ваш кодекс. Как гласит закон Агхки, богини войны при жизни: "Да не коснутся лапы мужа грудей твоих, да не осквернит семя лоно твоё". А я уже понюхал твоё влагалище, — глаза Думстрайка вспыхнули. — Девственная, да? — он посмеялся, когда Атари в ужасе стала трогать свой живот и влагалище. — Нет, нет! Я бы никогда не сделал это с тобой, пока ты без сознания! — похихикал он. — Так неинтересно.       — Ты ещё не победил! — Атари подошла ближе, садясь на единственное место рядом с лордом. — Агхка велит сражаться до конца, даже если честь утрачена! И я не сдамся тебе! — повторила Атари, повернувшись к лорду так, что её грудь чуть не сбила тарелки перед собой, но опрокинула кубок. Вино капнуло на прозрачные одежды на груди. Холодная жидкость заставила кровь кипеть и соски Атари затвердели. — Проклятье!       — Хо-хо-хо, твои сиськи рады меня видеть!       — Не называй это слово! — Атари спрятала грудь руками. — Это слово похотливых мужчин!       — А мне нравится? Ты сама назвала его! — Думстрайк убрал её руку, хватая за грудь. — Сиська! Сиськи! Сиська-сиська, дойка, сисища, дыня, арбуз, вымя, шар, бидон, титька, титище, сисяндры! — кончиками пальцев Думстрайк поднял грудь массируя её снизу, любуясь как толстая грудь вытягивается и меняет форму под тяжестью его пальцев. Атари била его по руке, но и вновь это не дало результата, несмотря на мощные удары тяжелого кулака. Наконец монстр сам отпустил руку, посмеявшись. Атари оскорблённо скрыла груди руками.       — Довольно! Ты позвал меня поесть, а не издеваться!       — Что ж, ты права, Титькатари, — хихикнул он, беря виноградину. — Я думал, чем бы накормить такую удивительную пленницу сегодня! — Думстрайк поднёс виноградину к губам Атари, водя ей по кругу. Амазонка отвернулась, продолжая краснеть. — Ну брось! Дай мне красиво поухаживать за тобой. Открой ротик.       — Как унизительно, — сказала Атари, поворачиваясь. — Как тяжело быть женщиной неамазонкой.       — Ну зачем так грубо? — посмеялся он, когда Атари открыла ротик. — Многим женщинам нравится когда за ними ухаживают, играются. Более того, кому-то доставляет радости, когда играются с их телом, — виноградина в острых когтях скользила по кончику языка. — Вынь язычок. Да, вот так! — Думстрайк размазывал слюну по виноградине, смотря в голубые, напуганные глаза Атари. — Ох, как ты хороша в этой позе, — посмеялся он, когда она недовольно скривила личико. — Я всё думал, что же едят амазонки, чтобы стать такими сильными и высокими? Может какие-то особые фрукты? — он убрал виноградину и проглотил её сам. Атари возмущённо посмотрела на Думстрайка. — И тут меня посетила похотливая идея! — он взял её за плечи.       — Будто другая идея могла придти в твою голову! Что ты хочешь?       — Подарить тебе поцелуй, — и Думстрайк открыл пасть. Красный язык вырвался из пасти, проникая в ротик Атари. Чудовищный орган тут же опутал её маленький язычок. Атари томно задышала, не в силах прикрыть рот. Думстрайк жадно проникал в её ротик, болтая и крутя языком, пробуя слюну девушки на вкус. Затем его язык стал делать поступательные движения, затвердев и распухнув, заполняя Атари. Девушка слабо двигала своим языком в ответ, запрокинув голову. Думстрайк держал её за кисти, трахая рот своим языком. Атари покачала головой, прикрывая глаз, стараясь вырваться, ведь язык забился ей под глотку, не давая вздохнуть. Атари отчаянней задёргалась и Думстрайк вынул язык. — Ууух! До чего восхитительный маленький ротик!       — Как ты... посмел... — кашляла Атари, хватаясь за горло, — делать со мной такое? — откашлялась она. — Мерзкая тварь! Я словно мох лизала!       — А слюна-то сладкая на вкус, — Думстрайк всё ещё чувствовал привкус Атари. — Я благодарен тебе. Так что сейчас я накормлю тебя! — схватив Атари за подмышки, лорд сбил девушкой посуду и поставил на колени. Амазонка встревоженно смотрела как монстр снимает штаны и достаёт из ширинки свой член. — Это поможет оставаться тебе сильной.       — Нет! — закричала Атари. — Никогда! — она покачала головой, когда толстый серый орган с тёмной головкой, пульсирующими фиолетовыми венами, болтался перёд её лицом. — "Да не возьмёт твоё нутро семени мужа!", — на глаза у Атари выступили слёзы.       — А вот ты, возьмёшь! Пусть твой ротик не создан для такого, но мы с этим поработаем! — головка Думстрайка ударилась о щёку Атари. — Бери.       — Ни за что! Он... она даже не пролезет! Фу! Убери! — Атари попятилась, садясь на колени.       — Или ты сосёшь его и пьёшь все до конца, — сказал Думстрайк, — или мы идём в таверну, где тысяча мужиков будут лапать твою грудь, пока ты танцуешь голая!       — Чудовище! — со слезами крикнула Атари, вновь чувствуя сильный мускусный запах у самого носа. — Ненавижу тебя! Чтоб ты сдох!       — Какой у тебя взгляд! Чтобы не отворачивалась!       Толстая головка припала к губам Атари. Амазонка в ярости тысячу раз прокляла Думстрайка и открыла рот. Головка с трудом прошла внутрь, заполняя ротик. Затем немного толстого ствола, и вот ротик Атари полностью занят. Жесткий привкус, мощный запах. Когда член стал двигаться, Атари в ярости посмотрела на звериное лицо Думстрайка. Вынув язык, лорд жадно двигал бёдрами, смотря как надуваются щёки Атари. Слёзы текли по её красным щекам, раздавалось недовольное мычание, нечленораздельное и возбуждающее. Покрытый слюной член покидал рот и проникал вновь. Смазка, смешанная со слюной, стекала с уголков рта, полная пузырей. Думстрайк положил руку на голову Атари, хватая её за волосы. Теперь Атари застонала громче и чаще, глаза её неотрывно смотрели на Думстрайка. Мычание стало громче и жалобнее. Движения быстрее. Головка члена билась о глотку, соски предательски торчали сквозь одежду. Резинка врезалась так больно, что девушке захотелось снять одежду. Неприятную, жёсткую и всю мокрую от собственных выделений. Думстрайк улыбался шире, словно читая её мысли. На самом деле, ему достаточно было принюхаться, чтобы понять в какой ситуации девушка. И вот движения стали грубее, стоны и мычание перешли в крики, довольная улыбка в маньячий оскал. Атари почувствовала как у неё кружится голова. Член вошёл дальше и амазонка стала задыхаться. Думстрайк зарычал, спуская в глотку Атари густую семенную жидкость, тягучую как сметана. Атари задрожала, проглатывая сперму. Раз глоток, два, три. В глазах появились звёзды, дыхания не хватало. И вот Думстрайк вытащил член изо рта амазонки. Изо рта Атари хлынула сперма, упав лужицей под её лицом. Шокированная, испуганная и тяжело дышащая девушка пробовала семя на вкус. Со слезами на глазах, она проглотила всё, чтобы было у неё во рту.       — Приятного аппетита, милашка, — посмеялся Думстрайк, видя Атари в полном замешательстве. Девушка дрожала, смотря на руки, покрытые белым семенем. Сев на колени с широко раздвинутыми ногами, она всё ещё пробовала вкус спермы. Ужасный, отвратительный и такой... такой... необычный. Думстрайк облизнулся, смотря на её мокрые груди. Пришла пора и ему отобедать. — Готова к продолжению? — его член резко поднялся. Атари только жалобно пискнула.