неисповедимы пути тьмы: лань ванцзи

      Сюэ Ян мрачно размышлял. Разведчики из Пристани Лотоса несколько усложнили его план, в связи с чем путь стал занимать больше времени. Кроме того, злодейская интуиция подсказывала ему, что Су Шэ уже обнаружил пропажу. Мстительная и злопамятная натура главы клана Су, несомненно была основополагающим камнем пантеона его достоинств. Однако, Сюэ Ян был осведомлен и о некоторых других. Они никогда друг другу не доверяли, в связи с чем, спустя несколько дней Су Шэ уже наверняка выяснил произошедшее, но как и рассчитывал убийца — не сообщил об этом их общему хорошему «знакомому» (чье имя не принято было лишний раз упоминать). Все же Су Миншань слишком дорожил доверием к нему и своим положением подле клана Цзинь, выполняя роль кувшина для косточек и слепо боготворя внебрачного сына действующего главы клана Цзинь. Действовал Сюэ Ян опираясь на свой холодный расчет. Он не считал адептов клану Су равными себе, поэтому не слишком боялся погони. Другое дело потерять в результате потасовки таким трудом воскрешенного Лань Ванцзи. Несмотря на свое раздражение от произошедшего на озере, Сюэ Ян все еще не хотел потерять столь ценный «артефакт». Долгие годы он изучал темные техники, совершенствовал доставшиеся ему знания из свитков, написанных Вэй Усянем, вовсе не для того, чтобы оставить душонку Второго Нефрита клана Лань пусть и заточенную в чужом теле — на растерзание малодушному и глупому Су Шэ. Который никогда в своей жизни не сможет достичь такого уровня заклинательского мастерства для того, чтобы так расточительно обходиться с его результатами. В сравнении с главой клана Су, Сюэ Ян конечно же не был более великодушным или менее кровожадным, но вместо слепой преданности отдельным людям, Сюэ Ян был предан своим идеям и страстному желанию превзойти Старейшину Илина на пути темного искусства. Именно поэтому он прибег к самой негуманной технике воскрешения, до которой не додумался даже Вэй Усянь. И в своем стремлении доказать свое первенство на этом пути был готов лично бросить ему вызов. Из слухов и некоторых личных наблюдений, Сюэ Ян полагал, что ближе к концу жизни Лань Ванцзи они с Вэй Усянем стали непримиримыми идеологическими врагами. Позже убеждённость в этом питали разговоры и свидетельства людей, которым вероятно не стоило бы верить — но других источников у Сюэ Яна не было. Поэтому убийца клана Чан, был справедливо убеждён в том, что едва Вэй Ин узнает о его успехе, непременно признает в нем достойного соперника. Погрузившись в свои вожделенные фантазии, Сюэ Ян не сразу обнаружил опасность. Однако стоило мечу занестись над его головой, как он молниеносно выхватил Цзянцзай и рассекающим движением отбросил противника от себя. Посмевший так безрассудно атаковать его заклинатель завалился на землю хватаясь за рассеченное плечо и истекая кровью. Прокрутив в правой руке свой меч, который в мгновение превратился в двухклинковый, Сюэ Ян скосил глаза в поисках Лань Ванцзи, после чего прыгнул вперед, перелетая небольшой овраг между деревьями. Настигнув своего спутника, рывком опрокинул его на плечо и вскочив на меч поднялся на самое высокое дерево, используя его густую крону как прикрытие. — Лучше молчи, Лань Ванцзи, если снова не хочешь оказаться в клане Су, —хладнокровно предупредил того Сюэ Ян, пристально вглядываясь вниз. Благодаря своему острому слуху, он знал, что раненого нашли другие. И вскоре заметил несколько человек в невзрачных серых одеждах и в масках, скрывающих лица. Недолго они суетились возле своего приятеля, пытаясь понять можно ли еще ему помочь, после чего рассредоточились по местности, обмениваясь жестами. — Ну надо же, Хань Гуан Цзюнь, ненависть к тебе так дорога Су Миншаню, что он отправил за тобой целый отряд убийц, — тихо захохотал Сюэ Ян. — Опусти меня. На ноги. Сюэ Ян снова не сдержал издевательского смешка, после чего таки действительно опустил юного адепта из клана Гусу на ноги. Пользуясь тем, что ветка, на которую поднялся Сюэ Ян, была достаточно широкой, Лань Ванцзи медленно присел, сползая по широкому стволу. Резкая смена положения вызвала у него головокружение и лишь усилила ощущение дезориентации в пространстве. Новое тело все еще не подчинялось ему, да и сам Лань Ванцзи отторгал его. — Судя по суете, мой дорогой друг не в лучшем настроении, — с упоением отметил убийца клана Чан. — Зачем тебе это было нужно? — Зачем? Хань Гуан Цзюнь, не разочаровывай меня такими вопросами, — с притворным сожалением протянул собеседник, — Я первый среди заклинателей, кто сумел провести ритуал воскрешения успешно. Только взгляни на себя! Кроме того, не лишним будет упомянуть, что воскресить мне удалось именно тебя! Знаешь насколько это было сложно, с учетом того, что добровольно ты даже мертвым никогда бы на это не согласился! Снова весело засмеявшись, Сюэ Ян резко опустил взгляд вниз, зная, что их уже обнаружили и взмахнув мечом вдруг спикировал вниз. Он двигался слишком быстро, и лишь одному из преследующих их людей удалось увернуться от смертельного удара. — У меня нет времени церемониться с вами, — с некой ожесточенностью поставил их в известность Сюэ Ян, — давайте вы умрете быстро. — Я так и думал, что не следует верить тебе! — подняв клинок, сказал Су Миншань выходя вперед из тени деревьев, но все еще оставаясь позади своих людей. — Правда? — иронично переспросил Сюэ Ян, дерзко усмехаясь, — В таком случае, раз уж ты здесь, предполагаю, что наш общий друг не в курсе об успешном завершении эксперимента. Су Шэ замешкался, всего на мгновение его рука неуверенно дрогнула, поскольку он не понимал к чему ведет свои размышления вслух Сюэ Ян. — Что ты этим хочешь сказать? — нетерпеливо переспросил он. Сюэ Ян снова засмеялся в своей привычной иронии, с презрением глядя на собеседника немного сверху вниз. Но когда он наклонил голову набок, щуря глаза, Су Миншань с опасением сделал пол шага назад. — Это значит, что если я убью тебя прямо здесь и сейчас, об этом никто никогда и не узнает, — с безумным блеском в глазах разъяснил Сюэ Ян. Лань Ванцзи беспокойно прислушивался к разговору внизу. Беспокойно в той степени, которую он сам для себя смог определить как «беспокойство» в новом теле. Это было новое и очень чуждое ему ощущение. Осознание того, что его относительно безопасное положение сейчас всецело зависит от самого некогда презираемого им человека, совершенно не помогало это беспокойство обуздать. Если бы он только мог сделать еще один выбор, заключался бы он в том, чтобы немедленно вспороть себе горло. Однако ничего подходящего для этого сейчас под рукой не было. Опустив взгляд на свою кисть, вокруг которого была плотно обмотана налобная лента его клана, Ванцзи с тоской подумал о родных местах и близких людях, которых в глубине души желал увидеть снова. Но для того, чтобы найти возможность привести это желание в действие, ему нужно было смириться и принять новое тело, а также поднакопить сил чтобы понять свои нынешние возможности. Заметив сбоку движение, Ванцзи резко повернул голову и подобрался, насколько это позволяло ему состояние и без преувеличения пораженно застыл, столкнувшись взглядом с черными как угольки безжизненными глазами. Ловко приземлившийся рядом человек, не был человеком вовсе, но его имя застряло у юного адепта клана Лань в горле, и он лишь плотнее сжал губы, чтобы не выдать вслух ничего лишнего. Вэнь Нин смотрел на него пристальным взглядом, после чего приложил палец к губам, призывая к молчанию. Призрачный Генерал, как и прежде, носил темные одежды поверженного клана Вэнь, без характерной айдентики. За то «короткое» для Ванцзи время Вэнь Нин совершенно не изменился внешне. Однако окутывающая его аура уверенности и спокойствия сейчас передавалась даже ему. Внизу послышался треск, затем глухой гул листвы падающего дерева, которое встало у Цзян Чэна на пути. Искрящийся на его левой руке Цзыдянь вспыхнул и на короткое время сократился в длине, подчиняясь воле хозяина. — Кажется, клан Цзян как всегда вовремя, — пренебрежительно изрек он, слегка поднимая руку с кольцом к груди и сжимая в кулак.