Icebreaker

      Из ресторана они вчетвером направились в сторону причала. Ёсан и Уён ушли немного вперёд. Кан что-то долго втолковывал Чону, закинув руку ему на плечи. Сонхва остался один на один с первым заместителем Чхве. Не самая желанная компания.       - Если ты обидишь Ёсана, хён…       - Аналогично, - приподнял одну бровь Сонхва, кидая возмущенный взгляд на Сана. Чхве чему-то тихо усмехнулся. – Как твои родители относятся к Уёну? Ты знаком с его матерью?       - Никак. Удивительная женщина, - выплюнул ответы Сан.       - Если церемония будет в Бельгии, им всем будет нужно лететь… Опять же, если переедете…       - Ну, его мать с братом мы и с собой забрать можем, - хмыкнул Чхве. – Мои родители… Я думаю, хён, ты можешь понять, что значит быть позором семьи. Так что…       - Не общаешься с ними?       - Вообще нет. Хорошо, что не вычеркнули, - первый заместитель скривил губы в ухмылке. – Думаю, что после свадьбы точно вычеркнут. Отец метит на место министра. Ему такой сын на хуй не сдался.       - У тебя есть братья или сестры?       - Брат и две сестры. Все младшие… Не удался наследничек, да? – Чхве посмотрел на разомкнувших объятия Уёна и Ёсана, идущих впереди.       - У меня есть только Уён, - вдруг сказал Сонхва, также наблюдая за мужчинами впереди. – И, если я захочу, я заберу его у тебя. Ты же это понимаешь?       - А ты хочешь его забрать? – напрягся Чхве.       - Просто тебе для информации. Ты вроде сообразительный, - Пак посмотрел на первого заместителя и, на удивление, коварно ухмыльнулся. – Видел бы ты свое лицо… Расслабься. Я шучу. Уён-а – мой младший брат. Я сам его выбрал. Он - вся моя семья. Тебе не стоит так переживать из-за меня.       - Что, так заметно?       - Ты думаешь, что первый такой, что ли?.. – Сонхва рассмеялся. – Люди, почему-то, думают, что раз я выгляжу так, как я выгляжу, то мне достаточно кого-то пальцем поманить… или посмотреть на них подольше… или посмотреть как-то по-особенному, и всё…       - Разве не так?       Пак остановился и посмотрел на затормозившего напротив него первого заместителя.       Сонхва поправил волосы и посмотрел Сану прямо в глаза, чуть подаваясь всем корпусом вперед.       - Может, ну их… Пойдем ко мне, - его язык медленно мазнул по нижней губе, а в глазах плескался дьявольский огонь. – Покажешь, наконец, ледяному принцу, где его место…       - Что тут происходит? – к ним подошел Уён, за которым подошел и Кан. Чхве потрясенно мотал головой.       - Бля, хён, я практически купился… Ебать, на хуй, - выдохнул он. – Не подходи ко мне. Уён-а, пошли домой. Подальше от этого… Бро, тебе удачи, конечно… Но это всё как-то… слишком…       Сан потер лицо рукой, потом хлопнул по плечу Кана и, схватив Уёна за руку, потащил того от причала в сторону вилл, где размещались сотрудники Ateez Holdings.       - Это что было? – недоуменно проводил взглядом пару Ёсан.       - Ничего особенного. Просто уроки воспитания для нерадивых тонсенов, - улыбаясь, пожал плечами Сонхва.       - Так Сан-и входит в число твоих тонсенов теперь?       - Чего только не сделаешь для Уёна, - беззаботно бросил Пак.       - А для меня?       - Что для тебя?       - Что бы ты сделал для меня? – Ёсан неосознанно вступил на опасную дорожку. Только произнеся вопрос вслух, он осознал его смысл.       - Разве я что-то делаю не для тебя? – Сонхва сделал шаг к нему на встречу. – Я работаю для тебя, просыпаюсь, чтобы ехать к тебе или с тобой, слушаю тебя, вижу тебя… Я весь для тебя, Ёсан-а, ты этого не понимаешь?       Кану стало не по себе. Он сам от себя не ожидал, что настолько не готов к говорящему Паку. Сонхва действительно слушал его, ловил его взгляды, делал все, что он скажет и не скажет. Просто он делал все это молча. Брал и делал. Не поясняя. Не предупреждая.       - Тебе было неприятно сегодня?       - Нет, - Пак пожал плечами.       - Я не имел в виду…       - Я понимаю.       - Прекрати.       - Что прекратить?       - Прекрати быть таким, - Ёсан сделал паузу на выдох. – Таким… послушным. И понимающим… Блять…       - Что ты хочешь, чтобы я сделал? – устало потер лоб Сонхва. – Хочешь, чтобы я отчитал тебя за то, что довёл Уёна? Сказал, что нельзя садиться за руль в нетрезвом виде? Напомнил тебе, кто ты и где ты?.. Так тебе вроде не семь лет, а я не твоя мать, Ёсан-а. Ты взрослый человек и способен воспринимать и анализировать информацию вокруг себя. Если ты видишь, что огорчаешь друзей, ты в состоянии остановиться. Или понести ответственность за то, что делаешь. За свой выбор. За свои слова. Если тебе так надо было вывести меня на разговор, ты мог просто сказать об этом. Ты знаешь несколько языков. Мог попробовать на корейском или на английском. Остальные я бы вряд ли понял.       - Думаю, ты бы догадался, - Кану было стыдно. Он протянул руку и переплел свои пальцы с пальцами Сонхва. – Мне не хватает твоих прикосновений.       - Мне сложно перестроиться. Мы долго были коллегами. Мне нужно время на это, - ответил Пак. – Плюс я вообще не приветствую проявление чувств на публике.       - Я не говорю про то, чтобы ты вис на мне, как Уён-а.       - Не думаю, что он делает так в Корее.       - Нет, не делает. Нам надо поговорить об этом, - кивнул Кан. – На яхту или к тебе?       - Как хочешь.       - Ты же хотел принимать решения?       - Айщ, я все думал, когда же… - ухмыльнулся Сонхва. – Пойдем.       Пак потянул его за руку в сторону вилл.

***

      Вилла, в которой разместили Сонхва, располагалась на небольшом склоне. Внутри стены и потолок были идеально белыми. Интерьер был оформлен в бело-синем средиземноморском стиле. Над небольшим камином висели разного размера и оттенка синего тарелки. С террасы, заставленной зеленью, открывался вид на озеро.       Они поднялись по узкой лестнице. Сонхва открыл ключом дверь. Ёсан осматривал интерьер, пока старший мужчина доставал бокалы и открывал бутылку вина на кухне.       - Тебе помочь? – руки Кана обвились вокруг плеч Сонхва.       - Думаешь, я не в состоянии открыть бутылку? – изогнул бровь Пак, закусив губу. Пальцы Ёсана были ледяными.       - Сядем на балконе?       - Нет, ты замерз, - Сонхва бедром толкнул его назад в сторону гостиной, отдавая в руки бокалы. Кан послушно просеменил к белому дивану с синими подушками и пледом на спинке. Пак закрыл дверь на террасу и прикрыл окно над раковиной в кухне. Он поставил открытую бутылку на столик перед диваном, а сам занялся розжигом. Через пару минут огонь перетек на поленья, и Сонхва отошел от камина. Ёсан успел налить вино в бокалы. Пак сел на диван, вытянул из-за спины подушку и положил ее себе на ноги.       - Иди сюда, - он потянул Ёсана за руку на себя. Кан быстренько улегся головой на подушку, вытянув ноги вперед. Он почувствовал в своих волосах пальцы Сонхва и довольно зажмурился, а когда открыл глаза встретился взглядом с темными драконьими глазами Пака. Ёсан поднял руку и коснулся пальцами подбородка старшего мужчины, потом провел по линии челюсти к правому уху, потом к левому.       - Ты такой красивый, - выдохнул он.       - Я в курсе, - Сонхва прикрыл глаза и сморщил нос. – Не люблю это слово.       - Почему?       - Оно из моих кошмаров, - выдохнул Пак, открывая глаза.       - Что в них?       - Ничего хорошего.       - В моих - только смерть, - поёжился Ёсан. – Сначала я, конечно, схожу с ума. А потом помираю в больнице…       - Ты так спокойно об этом говоришь, - удивленно заметил Сонхва.       - Ну, я в этом году только раз видел этот сон, так что могу бравировать, - криво улыбнулся Кан. – Про кошмары свои ты мне рассказывать не хочешь. Про страхи тоже…       - Зачем тебе чужие кошмары и страхи?       - Они не чужие, а твои.       - Зачем тебе мои кошмары и страхи? – исправился мужчина, улыбаясь.       - Чтобы разделить их с тобой, защитить тебя…       - Ты не защитишь меня от того, что уже произошло, - покачал головой Сонхва. – Я работаю над собой и над всем этим уже давно. Психолог посоветовала всему говорить «да» в этот отпуск. Пока я неплохо справляюсь.       - То есть это всё эксперимент для тебя? – Ёсан словно затаился, его дыхание стало тише.       - Нет, это не эксперимент. Просто я пытаюсь от «могу» и «надо» перейти на этап «хочу» в своей жизни. Это оказалось сложнее, чем я предполагал, - ответил Пак.       - Почему?       Сонхва посмотрел на него очень внимательно. Они оба проходили через нечто похожее, но совершенно разное. Если Сонхва пытался понять и реализовать свои желания, то Ёсан, наоборот, был на этапе жизни, когда его желания начинали ограничиваться возможностями его организма и его статуса.       - Потому что я никогда ничего не хотел, Ёсан-а, - наконец ответил блондин.       - Что-то изменилось?       - Да, - Сонхва покусал свои губы прежде, чем произнести следующую фразу. – Я захотел тебя… Я захотел, чтобы ты был у меня. И для меня…       - Это непростое желание, - заметил Кан. – Оно, конечно, не невыполнимое, но непростое.       - Поверь мне, я догадался.       - Это здесь мы с тобой можем ходить вместе, ездить вместе, ночевать друг у друга. Ты же понимаешь, что это искусственно созданный Уёном небольшой временный рай для работников компании, - продолжил Ёсан. – Тут нет репортеров, сторонних зевак, да и итальянцам на нас похуй, пока мы платим им деньги. В Корее все будет по-другому. У меня там расписаны не то, что дни - часы. Включая, организованные свидания с девушками из подходящих семей. Я не могу сейчас встать и объявить ни о своей болезни, ни о том, что я в отношениях, да вообще ни о чем без согласования с PR отделом. И если они скажут «нет», то это «нет» окончательное даже для меня…       - Я понимаю, - Сонхва продолжал гладить президента Ateez Holdings по голове.       - Мои спутницы на мероприятия расписаны на полгода вперед, - сказал Ёсан. – Ты будешь видеть это по телевидению, читать об этом в газетах, в интернете… Туда вообще лучше не заходить и не гуглить.       - Не удивил. Я гуглю тебя раз в месяц.       - Зачем?       - Не знаю, дурная привычка, - хмыкнул Пак.       - Просто я заранее хочу обозначить все минусы, - поднял руки в сдающемся жесте Кан. – Ты будешь ждать меня на ужин, а я буду на вечных встречах…       - Я стесняюсь спросить, в какой момент в твоем сценарии я стал безработным? – Сонхва покачал головой. – Я вообще-то тоже работаю не с девяти до шести с сокращенной пятницей, чтобы на ужин тебя ждать. Что ты тут развел дешевую дораму? Никто тебе не предлагает такое, успокойся. Будем впахивать, как впахивали. Если будут оставаться силы друг на друга – отлично, не будут – вернемся обратно к коллегам.       - Эмм… звучит логично. Только в HR надо будет документы заполнить… для юристов, - вспомнил Кан.       - Естественно.       - Ты очень послушный сегодня, - Ёсан поднялся с подушки, поджав ноги под себя, и посмотрел на подозрительно притихшего разработчика. – Настолько сильно меня хочешь?       - Ёсана-а, - рассмеялся Сонхва. – Мне кажется, что я наконец-то отдохнул… Последние два дня мне приходилось напоминать себе о работе, понимаешь?       - То есть примерно таким ты будешь на пенсии?       - Хотелось бы верить, - вздохнул блондин.       - Хотелось бы увидеть, - произнес Ёсан, заставив мужчину вскинуть взгляд на него. Глаза Кана в ответ снова сканировали каждый миллиметр лица напротив, запоминая, как оно выглядит в мягком свете торшера и отблесках камина. На губах президента была уже знакомая полуулыбка.       - Поцелуй меня, - произнес Пак, убирая подушку с коленей и откладывая ее куда-то на пол.       - Что?..       - Ты слышал, - улыбнулся Сонхва. Ёсан в миг оказался на его коленях, сведя руки за его головой и накрывая его губы своими. Удовольствие целовать, кусать и вылизывать эти губы он не променял бы ни на что. Руки Сонхва гладили по плечам Кана, чуть сжимая их. Ёсан скользнул языком по приоткрытым губам, раздвигая их шире, начиная ласкать рот Пака медленно, чуть водя зубами по его нижней губе. Дыхание Сонхва было ровным, он плавно толкался языком в ответ. Их взгляды встретились, когда они чуть отодвинулись друг от друга, разомкнув губы. Чуть потерлись кончиками носов друг о друга. Кан слегка улыбнулся.       - Хочу тебя, - тихо произнес Сонхва, прикусывая нижнюю губу. В его взгляд, казалось, переселился огонь из камина.       - И я тебя, хён, - ответил Ёсан, оглаживая плечи и шею партнера. Он поёрзал на коленях Пака, принимая более удобную позу, снова увлекая их обоих в чувственный поцелуй. Губы и языки вновь сплелись в одном им ведомом танце, руки пытались прощупать каждый сантиметр тел друг друга. Рубашки были расстегнуты. Сонхва медленно прошелся языком по шее Кана, заставляя того откинуть голову назад. Руками он придерживал мужчину за поясницу, сохраняя баланс. Он пару раз прикусил кожу у ключиц, провёл языком по ложбинке между ними.       - Хё-ён… - пробормотал Ёсан, когда губы мужчины начали ласкать его правый сосок, чуть вбирая его в рот и выпуская.       Сонхва поудобнее перехватил Кана за талию левой рукой, прижимая ближе к себе. Правой рукой он начал расстегивать его ремень. Ёсан же стал покрывать невесомыми поцелуями лоб и виски Пака, запуская пальцы в его волосы и массируя заднюю часть затылка, спускаясь ниже к шее.       - Блять, нет… не удобно, - нахмурился Сонхва, пытаясь расстегнуть молнию на брюках Кана.       - На пол?       - В спальню, - решил Пак. – Идем.       По дороге до спальни успели размять затекшие ноги, а заодно посчитать пару косяков спинами.       Сонхва сел на кровать, стягивая рубашку до конца. Ёсан, тем временем, подошел к нему, медленно вытаскивая ремень из брюк.       - Тебя отшлёпать? – поднял бровь Пак, заметив его маневры. Он потянул мужчину за края расстегнутой рубашки, поставив того между своих ног. Кан только ухмыльнулся:       - Послушным сегодня был только ты…       Сонхва резко взял из его рук ремень и в одно движение намотал его вокруг запястий Ёсана, глаза которого удивленно расширились. Его пульс учащенно забился. Пак потянул его за руки на себя, заставив чуть наклониться.       - Раз я был послушным, значит, все будет по-моему, так, Ёсан-а?       - Мхм, - Кан, не моргая, смотрел в глаза Сонхва.       - Расстегни мои брюки, - Пак шире расставил ноги. Ёсан достаточно легко справился с этой задачей, несмотря на скованные ремнем запястья. Под пальцами он ощущал возбуждение Сонхва. Он заглянул в глаза партнера, как будто пытаясь удостовериться, что это все действительно происходит, а Сонхва действительно отдает себе отчет в том, что он делает. Кан тоже был возбужден, молния ширинки чуть давила на его член. Обнаженная грудная клетка Пака поднималась и опускалась в ровном ритме. Он окинул взглядом Ёсана, который застыл в немом напряжении. Он выглядел потрясающе уязвимым, но у Сонхва сегодня были немного другие планы.       - Что ты готов сделать для хёна, Ёсан-а? – Пак опустился спиной на кровать, потянув Кана следом за собой. Младший удивленно вздохнул. Его губы оказались на уровне груди Сонхва, чем он не преминул воспользоваться, оставляя несколько поцелуев на загоревшей под итальянским солнцем кожей. Потом он поднял голову и посмотрел наверх:       - Скажи мне, что ты хочешь, хён, я все сделаю.       - Хочу, чтобы ты взял меня сегодня, - произнес Сонхва, ослабляя хватку ремня и вовсе высвобождая руки Кана, откидывая ремень в сторону. Железная пряжка звякнула, встречаясь с плиткой на полу. – Хочу почувствовать тебя внутри.       - Блять, - только и смог сказать Ёсан, неверяще смотря на Пака. Тот не отводил взгляд, еще и улыбнулся в придачу, хитро щуря глаза и чуть кивая головой. – Блять, да… конечно…       Он вдруг словно очнулся от наваждения, перекатился на бок, потом сел на кровати, снимая с себя рубашку.       - Как ты хочешь? - спросил он Сонхва, который тоже вернулся в сидячее положение и начал снимать брюки вместе с бельем. Точно, еще брюки надо снять…       - Давай просто попробуем начать, и посмотрим, - пожал плечами Пак, который только на словах был смелый, а сейчас, когда дошло непосредственно до дела, снова начал нервничать. Пока Ёсан снимал брюки и белье и устраивался на кровати, все равно не конца доверяя происходящему, Сонхва ушел в ванную.       Вернулся он оттуда в одном полотенце на бедрах, с презервативами и смазкой в руках. Кан обласкал взглядом его тело. Тело, которое скоро будет изгибаться под ним.       - Я тут подумал, может тебе тоже в душ сходить.       - Отличная идея, - кивнул Ёсан, быстро спрыгнул с кровати и, не стесняясь своей наготы, прошел в душ мимо Пака.       Сонхва выдохнул и прошел к кровати, поставил на тумбочку смазку и положил презервативы. Все это уже казалось каким-то вымученным и ненастоящим. Потом он вспомнил про миорелаксанты. Подошел к столу с зеркалом, достал пару таблеток из темно-зеленой косметички и запил из стоящей тут же бутылки с водой. В его спальне всегда была вода.       Когда Ёсан вышел из ванной и все также голым вернулся на кровать, где ждал его Сонхва, последний уже понял, что вся его нервозность обусловлена не тревогой или страхом, а непосредственно желанием. Его желание было настолько сильным, что заставляло сердце учащенно биться, а дыхание чуть срываться.       - Ты в порядке? – спросил Кан, ластясь к его плечу голодным котенком. Его губы касались местечек на предплечье Сонхва, дожидаясь ответа.       - Да, все хорошо, - выдохнул Пак. Он поднял лицо Кана за подбородок ближе к себе и поцеловал. Руки блондина захватили в плен плечи партнера, чуть надавливая на точки на спине пальцами. Ёсан медленно оглаживал бока мужчины, устраиваясь сверху.       - Хё-ён, - протянул он, разрывая поцелуй.       - Хён, - невесомый поцелуй под ухом. Еще один - слева от адамова яблока, еще один – ниже, у основания шеи. Его руки прошлись над ребрами Сонхва, потом огладили тазовые косточки. Кан проложил губами дорожку до солнечного сплетения, поднял глаза и, получив от глаз старшего разрешение, спустился еще ниже к пупку. Руки Ёсана вырисовывали неизвестные узоры на чужих бедрах в то время, как руки Сонхва пытались повторить те же узоры, запутавшись в чужих волосах.       - Блять, - выдохнул Пак, когда чужие губы сомкнулись на головке его члена. Ёсан обвел языком головку, чуть поиграл с уздечкой, спускаясь ниже, потом облизал венки. В то же время ему пришлось чуть пережать основание собственного члена, чтобы продержаться подольше и не кончить от одного вида тяжело дышащего и с полуприкрытыми глазами Сонхва. Брюнет провел языком от основания до головки и взял член в рот, начиная размеренно двигать головой.       - Ёсан, я… - голос Сонхва казался надломленным. Он закусил указательный палец левой руки, выдавая только тихие полустоны.       Кан выпустил член изо рта, облизывая губы и посмотрел вверх. Сонхва кивнул ему, улыбаясь.       - Я хочу тебя слышать, - хрипло сказал Ёсан. Он обхватил член Сонхва рукой и стал ритмично ласкать его. – Убери руку.       - Ёса-ан-аа, - протянул Пак, качая головой из стороны в сторону.       Кан подтянулся выше, оказываясь на напротив Сонхва. Он чуть потерся своим членом о его.       - Чувствуешь, как я хочу тебя?       - Да…ах, - выдохнул стон Пак, когда рука Кана обхватила оба их члена вместе. – Ёсан, я…       Кан в одно движение снова оказался внизу. Сонхва коротко захныкал, теряя контакт с горячей плотью. Ёсан снова взял его член в рот, активно работая языком, втягивая щеки и двигаясь вверх-вниз.       - Блять, я… Ёсан, - попытался донести бедственность своего положения Пак, но Кан и так все понимал. Он продолжил ласкать его член ртом, не отстраняясь в момент пика. Когда он поднял голову, Сонхва увидел белёсые потёки на его губах и подбородке. Пошлая в своем совершенстве картина заставила мужчину покраснеть.       Ёсан поднялся на руках вверх к самому уху своего партнера:       - Мне понравилось, - ухмыльнулся он. – Моя очередь.       Сонхва кивнул, глядя на него, и поднял руку, утирая пальцами разводы спермы с лица Кана.       Ёсан взял с тумбочки презерватив, открыл упаковку и снова посмотрел на Сонхва.       - Не передумал?       - Дай сюда, - махнул рукой Пак. Он достал презерватив и, подтянув за ногу Кана к себе, одной рукой раскатал его по члену брюнета, который настойчиво требовал внимания. Пару раз пробежал пальцами вверх-вниз.       - Ах… Ты к Гудвину за смелостью сходил, что ли? - подозрительно прищурился младший.       - Заебался бояться, - фыркнул Сонхва.       Это было правдой. За эти десять дней он пару раз успел накрутить себя так, что в целом дальше была уже только палата в психушке. Но как-то рано утром он лежал на этой самой кровати (впереди был долгий день, они должны были ехать на ферму апельсиновых деревьев) и понял, что он действительно хочет быть с Каном вместе, что это нормальное человеческое желание, в котором нет ничего странного или больного. Пак хотел бы обнимать Ёсана, целовать его, заниматься с ним любовью – и все это в дополнение к летящим с космической скоростью трудовым будням, где они плечом к плечу решают почти невыполнимые задачи. Ждать его на ужин?.. Чапче в офисе вполне будет достаточно.       - Все в порядке? – Ёсан потерся своим носом о нос Сонхва, заставляя его взгляд сфокусироваться на себе. Он медленно растягивал мужчину одним пальцем.       - Да, - кивнул старший. – Тебе стоит ориентироваться на свои ощущения. Я почти ничего не чувствую, когда я снизу… Поэтому ожидать чего-то фееричного не стоит.       - Ты уверен, что… стоит… продолжать? – чуть прерываясь на вздохи, произнес Кан.       - Да, да, - Пак погладил его по чуть влажным волосам, убирая их со лба.       Ёсан медленно добавил еще один палец, не забывая добавлять смазку. Сонхва откинул голову на подушки, опуская одну руку вниз, а другую оставляя в волосах Кана. Он прикрыл глаза и сосредоточился на своем дыхании. С согнутыми коленями и запрокинутой головой он был открыт для Ёсана как никогда. Кан не удержался и прикусил нежную кожу на внутренней стороне бедра, чуть засасывая ее.       - Что… Ёсан-а… - блондин открыл глаза и посмотрел на любовника.       - А говорил, что не чувствуешь…       - Я чувствую, что ты меня растягиваешь и губы твои… и тебя я почувствую, - пояснил Сонхва. – Просто… меня это…       - Не возбуждает, - заключил Ёсан. – Я заметил.       - Я могу… говорить что-нибудь, если тебя такое заводит, - предложил Пак.       - О, нет, - ухмыльнулся Кан, добавляя третий палец, делая растягивающие движения по направлению от центра в разные стороны. – Меня достаточно заводит просто то, что ты мне дался… Просто ты подо мной сейчас…       - Ёсан-а…       - Ммм… - Ёсан осторожно вынул пальцы, быстро прикоснулся к губам Сонхва своими, смазывая свой член. – Сейчас…       Он толкнулся в Сонхва, руки которого тут же взлетели ему на плечи. Их взгляды встретились.       - Чшш, - Кан подхватил его бедра руками. – Все хорошо… Сон… Хва… Блять…       Он плавно двигался внутри. Пак старался максимально расслабиться. Комната наполнилась тяжелым дыханием. Через несколько минут Ёсан кончил. Он осторожно вышел, перекатываясь под бок Сонхва, который осторожно выпрямил ноги.       - Ты в порядке?       - А ты? – Пак повернул голову и протянул руку, устраивая ладонь под головой Кана, поглаживая большим пальцем его по щеке. – Это было не то, что ты ожидал?       - Сонхва…       - Люди обычно, когда видят меня, по-другому себе всё представляют, - спокойно начал блондин. – Как будто, то, как я выгляжу, автоматически означает, что секс со мной будет космическим… А это даже сексом назвать сложно.       - Это был секс. Секс с тобой, - Ёсан посмотрел на лежащего напротив него мужчину. – Всё, что я делаю с тобой, это секс для меня.       Кан хотел обнять его и остаться в кровати, но руки были в смазке.       - Так, я в душ. Ты со мной, - он практически выпрыгнул из кровати. В теле появилась странная легкость.       - Я потом…       - Я не спрашивал, хён, идём, - Кан осторожно поднял Сонхва с кровати и повел за собой в ванную комнату.       Где-то там в клубах пара, под горячими струями воды между шёпотом «мой», «хён», «всё хорошо», «ты мой» и в танце прикосновений ледяной принц начал таять.